Тайные чувства

Простояв вот так, в крепких объятиях друг друга, парни все же нашли в себе силы отпрянуть от желанных, теплых тел. 
Чимин продолжал вытирать оставшиеся мокрые дорожки с щек после слез, начинающихся с горя и заканчивающихся неописуемой радостью. 
Повисло неловкое молчание...
Пак до сих пор не мог понять сон это или же нет, но даже если и так, то он не хочет просыпаться... 
Молчание прервал Гук, щеки которого предательски покрылись легким румянцем. 
- О чем ты думаешь сейчас, хён? - поинтересовался Чон, даже толком и не зная, что еще можно сказать или же спросить. 
- Я сплю?  - нисколечки не волнуясь спросил Чимин, глядя на Чонгука своими, слегка распухшими глазами. 
- Не думаю,- ответил младший, приподнимая уголки губ. Он наконец смог поговорить с этим преждевременно делающим выводы пирожком и уже точно знал, что никогда не отпустит его, - Доказать? - улыбка сменилась на ухмылку, заставляющую Пака напрячься, ведь обычно в такие моменты собеседники больно щиплят друг друга, как-бы доказывая реальность сложившейся ситуации, но Чонгук, не дождавшись ответа, наклонился к лицу Чимина и нежно поцеловал того в пухлые губы. 
Поцелуй получился неловким, коротким и осторожным, ибо Чон не знал, как Пак отреагирует на подобные действия, но старший, когда тот уже собирался отойти от него, обвил шею младшего руками и притянул к себе, желая большего. Парни очень долго тайно любили друг друга, им было невыносимо больно смотреть на то, как их любовь обнимается с другим, пускай даже и на камеру. Но сейчас они рядом, сплетают языки уже в более страстном, жадном и пошлом поцелуе, пускай даже и не особо умеют целоваться, но все равно доставляют друг другу безумное удовольствие. 
Когда воздуха стало катастрофически не хватать, парни прижались лбами друг к другу, тяжело дыша. Разум у обоих был слегка затуманен, ноги Чимина стали ватными и он готов был упасть на колени, но крепкие руки, придерживающие за талию, не давали на это ни малейшего шанса. 
- Хён, если бы ты знал, как давно я уже хотел сделать это,- заговорил Чонгук, продолжая жадно вдыхать воздух. 
Пак же из-за слов Чона покрылся румянцем, но все же отважился ответить.
- Я тоже Чонгук~и, очень давно, - закончил старший и вновь крепко обнял донсена.
Обоим хотелось, чтобы это мгновенье длилось вечно, но, вспомнив о том, где они находятся, младший произнес :
- Чимин-хён, нам, наверно, пора расходиться по домам, как ни как вечер на дворе, скоро темнеть начнет, а мы стоим в туалете, - закончил тот, но, по-прежнему, не отпускал Пака .
- Гук-а, ты сильно торопишься домой ? - спросил Чимин, посмотрев в темные глаза младшего.
- Ну, не то чтобы тороплюсь, просто делать-то особо нечего, - замешкавшись ответил младший, почесав одной рукой затылок.
- Чонгук~и, ты такой неромантичный, - надув губки произнес Пак,- Раз уж тебе нечем заняться, то ты можешь прийти ко мне,- замявшись и, сглотнув ком, скопившийся в горле, он продолжил, - Ты же, вроде, хотел вместе поспать... 
Не выдержав собственного смущения, старший вновь опустил голову на плечо младшего, зажмурив глаза. Он готов был сделать "facepalm" из-за своих же слов, ведь то, как сейчас было ему неловко - не передать словами.
Чонгук же улыбнулся во все тридцать два зуба и подхватил старшего на руки, заставив того крепче прижаться к себе. 
- Ты что делаешь, Гук-а?!  Поставь на место! - кричал Пак, но донсен уже не слушал его, продолжая улыбаться как дурак. 
- Я согласен, хён. Идем к тебе. Вот так. - полностью игнорируя попытки Чимина слезть, парень отправился в сторону выхода.
- Дурак, я ж тяжелый, ты сам так говорил! - продолжал сопротивляться Пак, не сильно ударяя младшего маленькими кулачками по плечам.
- А ты прям всему веришь, да? - усмехнулся Чон, слегка надавив на ягодицу Пака.
Почувствовав это легкое касание, Чимин не мог не крикнуть "Идиот!" чуть ли не на всю улицу, но макнэ это лишь забавляло и даже по дороге к дому Пака, сидя рядом с ним в такси, Чонгук просто умилялся его "обиженному" на весь мир личику.

Зайдя в квартиру, Пак быстро снял свою обувь, оставив донсена стоять в коридоре, до сих пор строя из себя "обиженную женушку". Пройдя на кухню, старший, не успев даже поставить чайник на плиту, вдруг почувствовал, как его талия оказалась в кольце чужих рук. 
- Видеть тебя не хочу, - буркнул Пак себе под нос, попытавшись выбраться, хотя и знал, что попытки будут безуспешны.
- Мне уйти ? - лукаво произнес младший на ухо Чимину, отчего у старшего прошли мурашки по всему телу. 
Он решил просто перевести тему, давая Чонгуку понять, что: "Если уйдешь, пеняй на себя"
- Чай будешь?  - поинтересовался он, не смея повернуть голову. 
- Кофе, - коротко ответил макнэ,  кладя подбородок на плечо Пака.
- Кофе на ночь глядя ? - удивленно произнес тот, повернув голову, и, увидев лицо Чона прямо перед своим, быстро отвернулся обратно. 
- А ты хочешь спать? - не меняя прежней интонации поинтересовался донсен, проводя ладонью по бедру старшего. 
- Какой же ты развратный, Чон Чонгук, - пытаясь скрыть смущение, хён убрал руку макнэ со своего бедра, продолжая дальше стоять неподвижно, ибо крепкие объятия не давали шевельнуться. 
- Ты сам поцеловал меня настолько страстно, вот и
виноват, - аргументированно ответил тот и поцеловал Чимина в шею, отчего Пак вздрогнул.  Благо, закипел чайник, давая парню успокоиться и прийти в себя. 
Освободившись из цепкой хватки, старший сделал один чай и кофе, а, повернувшись к столу, увидел довольного, словно кота, Чонгука, но, ничего не говоря, просто сел напротив младшего и начал пить свой чай.
Когда же "трапеза" была окончена, Пак неспеша помыл кружки и вместе с Чоном прошел в свою комнату, после чего плюхнулся на кровать.
День был выматывающий, так как все мемберы старались не покладая рук, включая Чимина, который пытался выложиться и за вчерашний день.
- Иди в душ первым, - устало проговорил старший, прикрывая глаза.
- Ага, чтобы, когда я вернулся, ты уже спал мертвым сном ? - ответил слегка недовольным голосом макнэ, потягиваясь.
Что-то буркнув себе под нос, Чимин поднялся с мягкой кровати и поплёлся в ванную комнату .
- А хочешь, вместе пойдем? - крикнул вдогонку Чонгук, на что получил недовольное :"Да иди ты!", заставляющее улыбнуться. 
- "Небось от Юнги набрался", - подумал про себя Чон, после чего лег на кровать, дожидаясь Пака.
Тот же, в свою очередь, такой же окрыленный любовью дурак, быстренько принял водные процедуры и вернулся в комнату примерно через пятнадцать минут. Усталость давала о себе знать, но счастье переполняло изнутри, практически затмевая ее. 
Зайдя в комнату, перед Чимином предстала умилительная картина. Уставший и уже успевший заснуть Чонгук, лежал свернувшись клубочком и обнимал уголок одеяла. 
Улыбнувшись, старший сел перед ним на корточки и поправил упавшую на глаза челку. Казалось, он просидит так вечно, ведь будить младшего совсем не хотелось, однако, Пак знал, что тот может упасть ночью с кровати, как это было в одном из шоу, где парням разрешили поспать всего-навсего пол часа. Поэтому, легонько погладив макнэ по голове, Мин произнес:
- Гук-а, просыпайся. Иди помойся, а после ложись обратно.

Нехотя открыв глаза и, увидев перед собой старшего в растянутой кофте, открывающей вид на острые ключицы, Чон расплылся в улыбке и не смог не прокомментировать это:
- Решил сразу меня соблазнить?  - сонно пробубнил тот и, приблизившись к Паку, легонько чмокнул его в губы, заставив того раскраснеться, - Хорошо, я в душ, скоро буду, - кинул напоследок младший и ушел в ванную.
Счастливо вздохнув, Пак залез под одеяло.
Сначала он хотел дождаться макнэ, но глаза сами стали слипаться и последнее, что он помнил, так это то, как теплая, уже родная рука, легла на его талию, а тёплый нос уткнулся в шею, согревая её своим тёплым дыханием...

Да, им еще через многое придется пройти. 
Но они справятся, обязательно.  Взявшись за руки. Вместе.