Глава первая.
За окном шумел дождь с грозой, слыша раскаты грома по телу пробежали мурашки. Он гремел так громко, что казалось, будто сама природа решила заглушить голос учителя. Но нет — история всё равно пробивалась сквозь шум: сухие даты, имена и битвы. Однообразный голос звучал словно заклинание, от которого глаза слипались сами собой. Я сидел, глядя на мокрые капли на стекле, и думал, что лучше бы сейчас быть дома, завернувшись в одеяло, чем мучиться на этой бесконечной паре.Вдруг резкий толчок в бок вырвал меня из полудрёмы. Марк, мой лучший друг, хитро склонился ко мне и прошептал:— Эй, Итан, слышал? Завтра у нас новенький.Я нахмурился, потер место, куда он ткнул локтем, и устало ответил:— Что? Почему меня не предупредили?.. Опять менять список учеников...
Марк лишь ухмыльнулся и откинулся на спинку стула, будто всё это его только забавляло. А я вдруг поймал странное ощущение: будто вместе с этим «новеньким» в класс войдёт и новая проблема на мои плечи старосты.
Я вернулся домой, ощущая, как тяжесть всего дня наваливается на плечи. Кроссовки устало скрипнули о пол, и я сразу направился в комнату. На покрывале, словно хозяин положения, лежал мой рыжий кот. Он сладко спал, свернувшись клубочком, и его хвост иногда дёргался, будто во сне он охотился за кем-то.Я тихо улыбнулся, присел рядом и лёг рядом с ним. Обнял его осторожно, чтобы не разбудить, но кот всё равно приоткрыл глаза и замурлыкал. Я поцеловал его в нос и закрыл глаза. «Вот он, мой идеальный вечер», — подумал я.В комнате стояла уютная тишина, только за окном шумел ветер. Но телефон нарушил покой своим звонком. На экране высветилось: «Классный руководитель».Я взял трубку. Голос учителя был ровным: «Итан здравствуй ты не спишь? У нас завтра новенький. Зовут Оливер Холлс».
Я повторил про себя это имя. Оно звучало странно, необычно. Но я не придал значения. Всё равно завтра увижу его в лицо.
Утро в колледже всегда наполнено суетой: звонкие голоса студентов, спешка по коридорам, хлопки дверей и звонкий смех. Для меня же всё это давно стало рутиной. Я спокойно стоял у своего шкафчика, доставая нужные книги для первой пары, и думал, что день будет ничем не отличаться от остальных. Но именно в такие привычные минуты чаще всего происходят неожиданные встречи.Я почувствовал лёгкое прикосновение к плечу и обернулся. Передо мной стоял парень, которого я никогда раньше не видел. Он выглядел младше меня, и это бросалось в глаза: золотые кудрявые волосы мягко спадали на лоб, а тёплые карие глаза излучали доброту. Его образ нарушала лишь одна деталь — небольшой серебряный пирсинг в левой брови. На фоне шума и суеты он выглядел удивительно спокойным, но его первый вопрос прозвучал прямо и немного неожиданно: -Не подскажете, где находится семнадцатый кабинет?-Сначала я растерялся, но быстро понял, что речь идёт о моём кабинете. Тогда всё стало ясно: передо мной новенький, о котором накануне упоминал классный руководитель. -Ты, наверное, Оливер?- Спросил я, и на его лице появилось искреннее удивление. Он сразу кивнул и с лёгкой улыбкой ответил: -Да, я Оливер. Но откуда ты знаешь?- Я пояснил, что являюсь старостой класса, и потому знаю, кто должен к нам прийти. Его улыбка стала ещё теплее: -Приятно познакомиться-.Но я не собирался сближаться. -Без лишних слюней. Я не завожу друзей. Особенно с младшими-, — резко отрезал я и ушёл, оставив его одного в коридоре.Новенькому пришлось искать кабинет самостоятельно. Он бродил по коридорам, терялся среди одинаковых дверей, пытался спрашивать студентов, но получал лишь равнодушные ответы. Для него каждая минута тянулась бесконечно, ведь первое впечатление всегда самое важное. Наконец, спустя полчаса, он нашёл дверь с номером «17» и робко вошёл.В классе мгновенно воцарилась тишина. Учитель посмотрел на часы, тяжело вздохнул, но ничего не сказал. Одноклассники наблюдали за ним с интересом: кто-то с любопытством, кто-то с насмешкой. А я, сидя на своём месте, лишь бросил короткий взгляд и отвернулся. Для меня он был просто новеньким. Но в глубине души я понимал: его первый день начался слишком тяжело, и это ещё только начало.
На протяжении всего урока я украдкой бросал косые взгляды в сторону новенького. Оливер сидел спокойно, старательно записывал каждое слово, и именно это почему-то раздражало меня ещё сильнее. Я прекрасно понимал, что веду себя как последний мудак: вместо того чтобы помочь ему освоиться, я только отталкивал. Но признавать это самому себе было неприятно.После уроков ещё показывать ему колледж... — пронеслась недовольная мысль. Я тяжело вздохнул и опустил голову на парту, стараясь не думать об этом. Казалось, что присутствие Оливера вытягивает из меня раздражение, которое я не могу контролировать.Дверь вдруг открылась, и в класс вошёл наш классный руководитель. Его появление сразу оживило атмосферу: кто-то расправил тетради, кто-то поспешно спрятал телефон. Учитель, как обычно, начал говорить о планах. На этот раз речь зашла о каникулах.-В этом году мы собираемся всей группой поехать на горный курорт.- объявил он.Я только закатил глаза. Поездка на курорт с классом звучала для меня скорее как испытание, чем как отдых. Но вот Марк, сидевший через пару парт, тут же расплылся в довольной ухмылке. Эта его привычная самодовольная улыбка всегда бесила меня до дрожи. Иногда мне казалось, что я готов врезать ему прямо на уроке не смотря на то что он мой друг.
После пар коридор опустел — слышались только отдалённые голоса и стук мячика на поле. Я шёл медленно, глаза сами скользили по окну: ребята гоняли мяч, смеялись, будто их заботы бесконечно просты. Мне хотелось скорей уйти домой и закрыться от всего мира, но рядом со шкафчиками всё изменилось. У моего металлического ящика стоял новенький. Он размеренно доставал яркие наклейки и, словно это его шкаф, приклеивал их на мою дверь. На лице у него играла ухмылка — спокойная и самодовольная, как будто он точно знал, что делает. - Ты что себе позволяешь?- вырвалось у меня, и голос вышел жёстким, как удар. Он медленно повернулся, не спеша, и посмотрел прямо в глаза. Насмешка в его взгляде только раззадорила. - Расслабься,- сказал он. -Шкафчик был скучный. Я решил сделать тебе подарок.- Эти слова прозвучали как вызов. Я почувствовал, как кровь бьётся в висках, ладони вспотели. Обычно я держусь в рамках, но сейчас внутри росло какое-то животное раздражение, которое просило выхода. - Сними это,- сжал я в кулак, делая шаг ближе. - Немедленно.- Он только усмехнулся и, не торопясь, приклеил ещё одну наклейку прямо посередине. Медленно, с издёвкой.В один момент мир сузился до звука своего собственного дыхания и до его лица. Я не думал — просто схватил его за грудки и врезал в шкафчик так, что металл заскрипел. Новенький даже не попытался сопротивляться — он смотрел на меня с той же чёртовой ухмылкой, будто предвкушая сцену. -Ты серьезно?- выдохнул я, прижимая его. -Ты понял, к кому лезешь?- Он отстранился на шаг, спокойно поправил наклейку и сказал, будто объясняя очевидное -Ты похож на того, кто легко вспыхивает. Мне это интересно.- Этот тон, будто подлив масла в огонь. Я почувствовал, как в горле поднимается предупреждение, но оно было уже не про слова: рука моя поднялась и я был готов ударить.И в этот момент раздался резкий голос. -Итан!- Марк влетел в коридор и схватил меня за плечо. -Чего ты творишь?!-Я вырывался, но Марк держал крепко, глаза его были полны тревоги и удивления. Новенький спокойно отступил в сторону и, не делая усилий убежать, медленно удалился по коридору так, будто показывал, что выиграл.- Бро,- сказал Марк, тряхнув меня, -ты совсем не такой. Ты готов был ударить всерьёз.-Я стоял, дыхание рвало грудь, кулаки всё ещё дрожали. В ушах стучало, а в голове горела одна мысль *если он ещё раз посмотрит так — я не отвечаю за себя.*-Он меня достал,- пробормотал я, отпуская плечи и пытаясь вернуть голос в норму. -Я ненавижу эту его ухмылку.-Марк молча посмотрел вслед удаляющемуся силуэту. Потом — на меня, с лёгкой тревогой, но и с пониманием. -Только не дай этому испортить тебя,- тихо сказал он. -Мы можем разобраться иначе.-Я сделал шаг назад, попытался вдохнуть глубже. Дойдя до дома где меня ждал мой рыжий кот, который, как обычно, лечил меня простым мурлыканьем. Всё, что осталось от взрыва в коридоре, тёплое урчание и тяжесть в ладонях. Но внутри всё ещё пульсировала ярость, и я знал, что это не закончится одним инцидентом.