Дверь.

Посвящается Кате.
Находи радость в
холодных зимних вечерах.

Было очень холодно. Метель скрывала от Джереми всю дорогу, поэтому он решил пойти дворами. Ночь уже давно опустилась на улицы города, но из-за снега было не так темно. Нос покалывало, руки сильно замерзли, и варежки, подаренные его любимой женой, не спасали от мороза полностью.

Джереми ездил в эту ночь в город за подарками родным. Его обожаемая жена получит на рождество колье, на котором она мимолетно остановила взгляд в ювелирном магазине; этого хватило, чтобы понять, каким будет подарок для нее. Для своей же дочки он нес большого плюшевого медведя, чтобы та могла спать с игрушкой и обнимать ее. Оттого, что Джереми нес медведя в обнимку, он не мог засунуть руку в карман, что усугубляло положение. Это было просто невыносимо.

В конечном счёте, холод вынудил Джереми остановиться у первой попавшейся двери. Пробравшись через толстый слой снега, он подошёл и постучал. Открыла ему невероятно милая на вид старушка. Она окинула взглядом человека, который мало чем отличался от сугроба, и сказала:

- Входите же.

Оставив большую часть снега с себя на улице, Джереми объяснился:

- Прошу прощения, мне очень неудобно, но я был вынужден попросить кого-нибудь пустить меня. На улице зима!

- О, я думала, что я единственная, кто это заметил, - она понимающе ухмыльнулась. - Ничего страшного.

- Уверяю, я на десять мину...

- Не переживайте! - Она перебила его, подняв ладонь. - Я сделаю вам какао, ставьте свою обувь в угол, раздевайтесь. Вот вешалка, да. Жду вас на кухне.

Джереми снял туфли со своих окочаневших ног и поставил их рядом с сапогами и маленькими детскими ботиночками.

- Только потише: доченька спит, - уже шепотом добавила старушка.

Пройдя в кухню, Джереми увидел прекрасную комнатку: на полках сбивались в кучки склянки со специями, будто это вовсе не специи, а ингредиенты для зелий; накрытый кружевной скатертью столик приютил подсвечник, окружённый сахарницей и пиалой с зефиром; на плите грелся маленький старомодный чайничек. В комнате пахло мандаринами, а на столешнице рядом с раковиной лежала цедра с парой косточек.

- Садитесь... - старушка указала в сторону стола.

- Джереми. Меня зовут Джереми.

Он прошел и сел за стол, на уровне которого был подоконник, ведущий к небольшому деревянному окошку. Джереми увлекся танцем снежных хлопьев за стеклом настолько, что прослушал имя хозяйки.

- Простите?

- Я Герда, - она улыбнулась и тут же охнула, увидев струйку пара, вырывающуюся из носика чайника. Она достала чашки, которые вскоре наполнились горячим какао.

- Кажется, я начинаю понемногу отмерзать, - Джереми испустил неловкий смешок.

- Кому же вы несёте такое чудо? - Герда с невинным любопытством посмотрела на обсыхающего медведя, который присел около батареи.

- Моей дочке. Ее зовут Элайза.

- О-о. Чудесное имя. Мою зовут Мэри, - она мечтательно поглядела в темное окно.

На кухне повисло молчание, и Герда понимала, что прервать его интересным диалогом не сможет, поэтому сказала:

- Я очень рада, что вы ко мне заглянули, но, к сожалению, мне пора отходить ко сну. - Она взяла пустые чашки и поставила их в раковину. Затем развернулась и будто самой себе сказала: - Красть у меня все равно нечего.

- Ещё пару минут, и я пойду, уверяю.

- Когда будете уходить, пожалуйста, не шумите: у меня и моей доченьки очень чуткий сон.

Когда метель снаружи стихла, Джереми понял, что настало время продолжать путь. Он встал, погасил на кухне свет, лишь свечки слабо освещали коридор. Взяв медведя, он стал идти по коридору и вдруг остановился у входа, ведущего, как он понимал, в детскую комнату. Дверь была закрыта неплотно, поэтому лапа медвежонка легко смогла открыть ее, но, прежде чем дать Джереми пройти, дверь издала ужасный скрип, который, к счастью, не нашел отклика.

В комнате, которая больше походила на конуру, едва умещались столик, шкаф и кровать. На столе лежала раскрытая книжка, долька мандарина и какая-то фотография в толстой рамке. А в кровати... никого не было. Постель была незаправлена. Джереми поставил медведя у стола и взял рамку с фото: на нем была изображена женщина с ребенком. Женщине было, на вскидку, лет 40, а девочке - примерно семь.

- Она никогда не заправляет постель, когда встаёт, - улыбнулась Герда, глядя на кроватку.

Джереми подпрыгнул от испуга, но было непохоже, что старушка его хоть сколько заметила.

- Должно быть, она убежала гулять. Мэри так любит гулять ночью, но она всегда забывает шарф, - старушка озабоченно посмотрела в окно.

- Простите, я думаю, мне уже пора, - Джереми вышел к двери и, взяв свою обувь, обратил внимание на ботиночки, которые все ещё стояли на месте. Он вернулся назад в детскую. - Возьмите, - он протянул Герде плюшевого медведя. - Мэри это понравится.

Герда ничего не ответила.

Обуваясь, Джереми услышал тихий шепот:

- Мэри, проснись, смотри какой у тебя подарок. Милая, ты его так давно хотела. Этот медведь прекрасен. Девочка моя, с Рождеством.

Джереми встал и, выходя на свежий снег, понял, что никогда раньше жизнь не казалась такой сложной.

***

Через пару дней Джереми пошел тем же путем, но уже днём. Было довольно тепло. После долгих блужданий ему так и не удалось отыскать ту дверь, за которой жила Герда, поэтому он снова постучал в первую попавшуюся, оставив на пороге коробочку печенья и открытку 'Счастливого Рождества'.