Песнь китов и роща Коранна
Мелодичное пение китов разносилось над гладью озера, проникая повсюду. Огромные деревья рощи Коранна, окружавшей озеро, внезапно осветились. Вспышка была настолько яркой, что, казалось, свет прошел сквозь тела ребят. Тысячи ласточек образовали в красно-зеленом небе огромный круг, внутри которого возникли два китайских иероглифа: Ян и Инь.
Гармония противоположностей царила в атмосфере Ксоракса, как и предсказывала Этэрэя.
Восхищенные юные алхимики не могли оторвать глаз от фантастической картины.
Иероглифы исчезли, и в том же огромном кругу, одна за другой, появились названия четырех Тайн, освободившие мысли детей Земли.
Круг, который описали летающие ласточки, заполнился огнем, и проступило название Первой Тайны - Атанор.
Огонь исчез. Плотный и одновременно прозрачный воздух затянул пространство, и в нем появилось название Второй Тайны - Хауа.
Третья Тайна называлась Хумус, и с ее появлением воздух в магической орбите ласточкиного хоровода сменился изумрудно-зеленой землей.
Название Четвертой Тайны - Шанда - начерталось на переливающейся всеми цветами радуги воде, обрамленной кругом все тех же летающих ласточек.
Миссия Нины и ее друзей была завершена. Все четыре Тайны, когда-то плененные злобным Карконом, вновь были на Шестой Луне, и Алхимия Света вернулась к своему естественному состоянию.
Слезы счастья навернулись на глаза ребят.
Макс пустился в пляс на спине кита Мегары, медленно поводящего гигантским хвостом.
Киты не прекращали своего пения, а когда ласточки с щебетом разлетелись по всему небу, стала слышна торжественная и нежная музыка Восьмой Ноты, заполнившая Алхимическую Вселенную.
На дальнем краю озера, в глубине рощи, друг за другом зажглись тысячи маленьких огоньков. Киты подхватили музыку Восьмой Ноты и поплыли к берегу. Путешественникам открылась великолепная картина: маленькие огоньки, превратившиеся в лучики света, оказались музыкантами Ксоракса. Гигантский оркестр, управляемый сразу тремя дирижерами, исполнял симфонию Восьмой Ноты. Звуки арф, скрипок, флейт и фортепьяно сливались в единое мощное звучание. Прекрасная музыка звучала на всей планете.
Нина улыбнулась ребятам. Ческо, придерживая очки, слушал чудесную мелодию, открыв рот. Рокси, прижавшись к своему киту, прерывисто дышала от волнения. Фьоре не замечала слез восхищения, которые струились по ее лицу. Додо отбивал ритм ударами в ладоши, стоя на спине своего кита.
Легкий порыв теплого ветра тронул волосы Нины, и в эту секунду огромный оркестр завершил свой концерт. Ребята увидели, как на берегу возникла стройная трехметровая фигура вся из света - Великая Мать Всех Алхимиков.
Прямо перед ней в воздухе плавно перемещались три магических кубика Восьмой Ноты. Этэрэя взяла их в руки, ее голубые глаза остановились на Нине, и между ними начался телепатический диалог.
Добро пожаловать, Нина 5523312!
День, когда ты прибыла на Ксоракс
Вместе со своими друзьями,
Стал для нас днем безграничного счастья.
Все жители планеты собрались сегодня здесь,
И роща Коранна открыла
Для тебя тайную дверь,
К которой лежал ваш путь от самой Земли.
Он пролегал через остров Пасхи,
Через древний Египет,
Через земли народа майя с его чудесами,
Через таинственную Атлантиду,
И вот вы здесь. Шестая Луна спасена!
Мысли детей Земли свободны!
Тебе удалось подарить им самое ценное
Из всех существующих сокровищ -
Свободу! Приблизься ко мне,
Я вручу предназначенный тебе подарок.
Этэрэя склонила голову. Нина в смущении замерла, стоя прямо перед ней. Ребята, пораженные, смотрели на странное создание из лучистой энергии. Впервые они видели Великую Мать Всех Алхимиков, о которой они так много слышали от Нины и Макса и которую прежде видели лишь на экране в Акуэо Профундис во время магических сеансов.
Этэрэя крепко обняла девочку, и Нине показалось, что ее обволок луч света, полный любви. Она протянула внучке профессора Миши три кубика и золотой листик:
Три кубика исполнят для тебя
Музыку Восьмой Ноты,
Как только ты этого пожелаешь.
А сейчас прочти мысленно то,
Что написано на этом золотом листке.
Это Семь Правил Мира,
Которые лежат в основе Свободы.
Когда ты прочитаешь эти правила
Всем детям Земли,
Исчезнет Зло и воцарится Высшее Благо,
Алхимия Света, и дети всего Мира
Станут хранителями Свободы.
Нина положила кубики в карман, бережно поднесла золотой листик к глазам и, повернувшись к своим друзьям, начала читать заповеди, которые мгновенно воспринимались всеми присутствующими.
Нина закончила чтение, и четверо ее друзей, спрыгнув со спин китов, впервые ступили на землю Шестой Луны.
Этэрэя, рядом с которой стояла Нина, легко поднялась в воздух и величественно заколыхалась в нем.
Тысячи жителей Ксоракса, появившись из-за деревьев волшебной рощи, заколыхались вместе с ней.
Ребята, взявшись за руки, замерли при виде приближающихся светящихся фигур.
Окружив путешественников, ксораксианцы принялись осыпать их ароматными лепестками цветов мисиль. Этэрэя ласково погладила морду Мегары, и вода в озере стала серебристой.
Киты в последний раз пропели свою песню и, нырнув, исчезли в глубинах озера.
Ласточки, неся мысли детей, сбились в огромную стаю - их путь лежал к главной алхимической лаборатории Мирабилис Фантазио.
Яркая радуга повисла над берегом. Ребята подняли головы - над ними блистали три солнца и пять лун.
Картина действительно впечатляла.
Впервые четверо венецианских ребят сразу видели одновременное сияние стольких лун и солнц.
Нина была счастлива от мысли, что ей удалось доставить своих близких друзей сюда, на Шестую Луну, пережив вместе с ними невероятные приключения, полные риска и смертельной опасности. Бездонное звездное небо, ярко-зеленая поверхность планеты, светящиеся улыбки ксораксианцев были наградой за потраченные усилия и перенесенные страдания.
Великая Мать Алхимиков подала знак, чтобы Нина с друзьями следовала за ней.
Ребята вместе с Максом, покинув рощу Коранна, погрузились в мерцающий воздух Шестой Луны.
Повсюду сверкали холмы из алмазов, изумрудов, рубинов и гоасилов. Необычайные сооружения из твердого света делали пейзаж еще причудливее.
Ческо тронул Нину за плечо и послал ей свой вопрос:
«Куда ведет нас Этэрэя? И когда мы увидим профессора Мишу?»
«Думаю, она и ведет нас к нему. Мне так не терпится обнять дедушку», - взволнованно подумала девочка.
Додо от счастья чувствовал себя на Шестой Луне как на седьмом небе. Он без устали подбирал разбросанные повсюду драгоценные камни и цветы мисиль.
Рокси ласково гладила кусты фусталлы, вспоминая, как они жевали ее листья перед тем, как полететь в толедскую башню, чтобы вызволить из плена тетю Андору.
Фьоре увидела Сбаккио и, широко расставив руки, бросилась к нему, чтобы обнять.
Огромный желтый цыпленок Ксоракса сделал два прыжка ей навстречу - и они оба, обнявшись и хохоча от радости, упали в траву.
Ондула села на макушку Ческо, а Куаскио приветственно замахала Додо, державшему в руке мисочку с Солью Морской, совершенно ошалевшей от происходящего.
Звеня на всю планету, прискакал Тинтиннио и принялся щекотать Нину своими фиолетовыми и голубыми перышками.
Этэрэя колыхалась между ребятами и необыкновенными животными, словно играя с ними.
Неожиданно она остановилась и, подняв руки к небу, вызвала потоки красного света.
Друзьям пришлось даже закрыть глаза от слепящей вспышки.
Когда они открыли глаза, их ждал большой сюрприз: искрясь ярким светом, им улыбались профессор Михаил Мезинский, Бириан Биров и Тадино Де Джорджис.
Первым телепатически заговорил дед Миша, его голубые глаза сверкали от волнения:
«Дорогая Ниночка, дорогие ребята, подойдите ко мне, я хочу обнять вас всех. И поблагодарить вас. Вы молодцы и очень храбрые ребята».
Нина бросилась в объятия деда.
Додо и Ческо дотронулись до длинной белоснежной бороды профессора, но, ощутив лишь легкое покалывание, поняли, что профессор весь состоит из света и не имеет физического тела.
Фьоре дружески подмигнула Бириану Бирову, а Тадино Де Джорджис погладил пышные волосы Рокси.
«Дедушка, мы выполнили все, что от нас требовалось, и теперь ты можешь вернуться домой, не так ли?» - В горле у Нины стоял комок.
Она вспомнила виллу «Эспасия», Джудекку, Любу, и ей так хотелось услышать от деда «да».
«Моя любимая Нина, тебе хорошо известно, что я не смогу этого сделать. Теперь моя жизнь здесь. Но ты не расстраивайся. Ведь вы можете прилетать на Ксоракс всегда, когда захотите», - ответил дед.
«И мы тоже станем из света?» - заволновался Додо.
«Нет-нет, и надеюсь, что это случится еще не скоро», - с грустной улыбкой заметил Тадино Де Джорджис, которому не очень понравился вопрос мальчика.
«А почему не скоро?» - заинтересовалась Фьоре.
«Потому что Белые Маги превращаются в свет только тогда, когда умирают. А вам еще жить да жить», - прямо ответил на вопрос Тадино.
«Но потом мы тоже превратимся в свет или нет?» - не унималась Фьоре.
«Мы поговорим об этом позже», - закрыл тему старый маг.
Бириан Биров приблизился к Ческо, и тот почувствовал легкое пожатие руки:
«Я хочу сделать тебе комплимент. Ты хотя и юный, но очень талантливый алхимик. Я верю, что тебе удастся многого добиться в этой области».
Ческо явно не ожидал таких приятных слов и с гордостью посмотрел на друзей.
В этот момент мисочка с Солью Морской в руках Додо затрепетала, и мальчик принялся успокаивать ее. Тадино Де Джорджис присоединился к нему, сказав:
«Эта трепетная мисочка навсегда останется вашим другом, хотя и создана вашим заклятым врагом. К счастью, маркиза Лориса Сибило Лоредана больше не существует, и это тоже ваша заслуга».
«Да, слава богу, все неприятности позади. И князь Каркон тоже пристроен к месту», - сказал Ческо, придавая важность голосу.
«Князь Каркон... а, ну да... ну да...» - При этих словах на лицах Бирова и Тадино почему-то появилось странное выражение.
Профессор Миша взял внучку за руку и отвел в сторону. Он хотел поговорить с нею наедине.
«Пойдем-ка со мной, Нина, - сказал он, и они направились к Мирабилис Фантазио. - Смотри, вот здесь мы разрабатываем новые алхимические формулы. Сейчас, когда детские мысли стали свободными и четыре Тайны вернулись на Ксоракс, жизнь Шестой Луны и жизнь Земли будут намного спокойнее».
Взгляд профессора Миши был полон любви и нежности.
«А мне можно посетить Мирабилис Фантазио?» - спросила девочка.
«Нет, это категорически запрещено, в Мирабилис Фантазио имеют право входить только алхимики и Белые Маги, превратившиеся в свет».
Профессора смутил вопрос внучки, приходилось опять объяснять, почему ни она, ни ее друзья не могут войти в главную лабораторию Ксоракса.
«То есть... только мертвые?..» - догадалась девочка.
«Да. Только когда алхимик умирает и его тело трансформируется в свет, он получает право жить на Ксораксе и работать в Мирабилис Фантазио».
«Понимаю», - задумчиво сказала Нина. - «Так вот почему ты так никогда и не открыл мне «финальной фразы», которую ты произнес, когда Каркон поразил тебя на вилле «Эспасия». С ее помощью ты и превратился в свет, оставив безжизненное тело на Земле. Знаешь, а я ведь ходила на твою могилу. Мне было известно, что на самом деле ты не умер, но все равно мне хотелось плакать, когда я видела твою фотографию на могильной плите, под которой лежало твое тело».
Нина торопилась высказаться, крепко при этом сжимая световую руку деда, хотя она не ощущала ее формы, а чувствовала лишь легкое пощипывание.
«Спасибо, дорогая девочка. Все обстоит именно так. Скоро Этэрэя откроет тебе и твоим друзьям смысл «финальной фразы». Сейчас вы уже имеете на это право. Вы стали алхимиками в полном смысле этого слова. Если, не дай бог, что-то случится с кем-нибудь из вас, вы будете знать, какие слова нужно произнести, когда выхода не будет».
Профессор Миша с нежностью поцеловал внучку в лоб.
А Нина вдруг произнесла имя Хосе.
Дед спросил:
«Большое разочарование, да?»
«Очень большое».
«А помнишь, что я тебе писал в Письме о Судьбе?»
«Конечно, помню. Но тогда я не все поняла. Я и подумать не могла, что Хосе перейдет на сторону Каркона! Эта история многому меня научила, дедушка. Никак не ожидала, что меня предаст мой учитель».
«Предательство случается тогда, когда его меньше всего ждешь», - вздохнул дед.
«Что мне предстоит, когда мы вернемся в Венецию? - задала Нина еще один вопрос деду. - Я чувствую, что очень устала, да и мои друзья тоже с ног валятся. Ты это понимаешь?»
«Разумеется, понимаю. У тебя будет время отдохнуть. Поиграть. Вообще пожить жизнью девочки твоего возраста. Но все же не забывай, что ты алхимик. И отличный алхимик».
Нина взглянула на уходящий в небо портик Мирабилис Фантазио и обратила внимание на вырезанный справа от входа большой герб, как две капли воды похожий на Ямбир. Световые колонны и такие же стены здания излучали яркое сияние.
«Мне так много еще хочется сделать», - вздохнув, сказала девочка.
«Например?» - спросил старый профессор.
«Наконец-то побыть с мамой и папой. Чтобы они приехали и поселились на вилле «Эспасия». Как ты думаешь, это возможно?»
«Конечно, возможно. Больше того, я думаю, что они тебя уже там ждут», - загадочно улыбнулся дед.
«Как - ждут? - удивилась Нина. - Они что, в Венеции? И, стало быть, уже знают о Карконе, тете Андоре, ее клоне, и о Карле с Любой?» - обрадовалась и в то же время забеспокоилась она.
«Успокойся, успокойся, все идет как надо. Пока не думай о Венеции. Тебе предстоит участие в очень важной церемонии».
«Какой церемонии?» - заинтересовалась девочка.
«В честь твоих друзей. Увидишь, будет здорово».
И дед крепко сжал руку внучки.
Нина посмотрела на усеянное звездами, солнцами и лунами небо, вдохнула ароматный воздух Ксоракса и почувствовала, что она абсолютно счастлива.
В эту минуту рядом появились ксораксианцы, волшебные животные и Этэрэя.
Кружившие над их головами тысячи ласточек одна за другой уселись на колонны Мирабилис Фантазио.
Дед Миша поднял вверх правую руку, демонстрируя всем красную звезду на ладони, алхимический знак, который унаследовала и Нина, а затем указал пальцем на портик алхимической лаборатории.
Серебряный луч ударил из распахнувшейся двери, после чего выплыли четыре странных предмета, и послышалось мелодичное пение.
Гуги, магическая птица Шестой Луны, красиво спланировала вниз, взяла клювом эти предметы и поднесла к Этэрэе. То были недостающие части жезлов, принадлежащих друзьям Нины: четыре золотые головки Гуги.
Этэрэя приблизилась к Додо, Ческо, Рокси и Фьоре и торжественно произнесла:
Закройте глаза
И поднимите ваши жезлы.
Четверка друзей сделала то, что велела Этэрэя, и тотчас четыре золотые головки магической птицы вылетели из ее рук и подлетели к верхним концам жезлов. Черно-зеленая вспышка сотрясла их.
Открыв глаза, друзья увидели, что у каждого из них в руках - точная копия Талдома Люкс, который прежде был только у их подруги. И еще - у ксораксианцев.
Фьоре прижала жезл к сердцу. Додо застыл в изумлении. Ческо крутил свой жезл в руках, восхищаясь его совершенством. А Рокси протянула руку к гоасиловым глазам птичьей головки, чтобы проверить, как стреляет жезл.
Этэрэя едва успела остановить ее:
Нет! На Шестой Луне нельзя стрелять!
Дорогая Рокси, ты должна научиться
Использовать этот жезл
Исключительно в алхимических целях.
Он служит для защиты Добра.
Но главное его дело -
Помогать в создании
Магических формул.
Он делает человека невидимым
И обладает еще многими
Магическими свойствами.
Рокси покраснела и извинилась. Фьоре строго посмотрела на нее и покачала головой. Ческо хмыкнул. А Нина, стоящая рядом с Тадино Де Джорджисом, рассмеялась.
Дед Миша подал Этэрэе четыре пергаментных свитка, перевязанных синими лентами. Великая Мать Алхимиков, вызывая по очереди каждого из четверки, присваивала ему личный алхимический код и вручала драгоценный свиток.
Объявляю вам ваши личные коды
И от имени Совета Белых Магов
Присваиваю вам звание
Алхимиков Шестой Луны.
На этих пергаментах начертаны заповеди,
Которые вы отныне обязаны соблюдать.
С этого дня ваши имена всегда будут
Сопровождаться кодами:
Ческо 9009111,
Додо 9009112,
Фьоре 9009113,
Рокси 9009114.
А теперь прочитайте хором десять заповедей,
Которым вы должны строго следовать.
Первым Этэрэя вызвала Ческо 9009111. Склонив перед ней колено и прижав к сердцу свой Талдом Люкс, он принял из ее рук свиток. Этэрэя положила руку ему на голову и сообщила «финальную фразу». Ческо замер, судорожно сглотнул и прикрыл на миг глаза. Затем он поклонился и вернулся на свое место.
Следующим был Додо 9009112. От робости он запнулся о лежавший на земле рубин и ткнулся носом в землю у самых ног Этэрэи. Та помогла ему подняться, вручила драгоценный пергамент и также прошептала на ухо таинственную «финальную фразу».
Фьоре 9009113 с видом воспитанной девочки получила свиток из рук Великой Матери Алхимиков, выслушала ее нежное распоряжение и вернулась к друзьям, раздавая всем на ходу воздушные поцелуи.
Последней была Рокси 9009114. Получив пергамент, она радостно взмахнула Талдомом, но, услышав «финальную фразу», посерьезнела и, тихо ступая, прошла на место.
Каждый развернул пергамент и прочитал текст:
Теперь их можно было считать посвященными.
Им стало известно все.
Они сделались частью загадочной планеты Ксоракс.
Отныне они были Алхимиками Шестой Луны.
Тысячи ксораксианцев, аплодируя, приветствовали их. С неба посыпались лепестки цветка мисиль, смешанные со звездной пылью.
Сбаккио и Тинтиннио весело запрыгали, Ондула закружилась в воздухе среди ласточек, а Куаскио лихо пританцовывала вместе с мисочкой Соли Морской.
Этэрэя посмотрела на Нину, и девочка победно вскинула свой жезл. Великая Мать Алхимиков трижды повернулась в воздухе и, подплыв к девочке, вручила ей драгоценный предмет, который та и не мечтала когда-либо еще увидеть, - магическую говорящую Книгу.
Огромный фолиант снова вернулся к Нине, сердце которой забилось от радости.
«Клянусь всем шоколадом мира, это ты, Книга, ты вновь со мной!» - У юной алхимички от переполнявших ее чувств даже закружилась голова.
Дед Миша, Тадино Де Джорджис и Бириан Биров, стоявшие за спиной ребят, расступились, давая дорогу забавной группе: ксораксианским андроидам.
Сверкающие посеребренным металлом, звеня ушами-колокольчиками и жизнерадостно улыбаясь, андроиды строем маршировали в сторону ребят. Впереди шел Макс 10-п1. Переполненный гордостью за друзей, он пожал руки новым алхимикам Ксоракса, с чувством расцеловал Нину и встал рядом с профессором Мишей.
«Знакомьтесь, дгузья. Это андгоиды Шестой Луны. Они тгудятся в Мигабилис Фантазио. Они пгидут вам на помощь, как только она вам понадобится», - телепатически сообщил Макс.
Нина крепко обняла его, а потом спросила с надеждой в голосе:
«Но ведь ты вернешься с нами на Землю?»
«Газумеется, вегнусь. Не могу же я бгосить там вас одних», - засмеялся андроид.
И тут Нина вдруг увидела, что вокруг, кроме нее, четверки ее друзей и Макса, нет ни души.
Исчезли все: тысячи ксораксианцев, Этэрэя, андроиды, магические животные, дед Миша... Только птица Гуги стояла на своей единственной ноге на изумрудной траве Ксоракса. Расправив все четыре крыла, она поводила клювом, напевая какую-то мелодию.
Облачко из мелких брильянтиков обволокло ребят и Макса. Налетел сильный ветер.
Нина поняла: пришло время возвращаться домой.
Девочка взмахнула Талдомом, давая знак друзьям взобраться на крылья золотой магической птицы.
Капли теплого дождя и прозрачные шлейфы комет смешались с музыкой Восьмой Ноты. Золотая Гуги поднялась в небо и понесла путешественников сквозь странную субстанцию из воды и воздуха, в глубь пульсирующей Алхимической Вселенной, мимо звезд и планет, галактик и метеоритов.
Всполохи синего, красного и фиолетового цвета взрывали небосвод, усеянный яркими звездочками.
Ребята зачарованно любовались этой необычной картиной, и счастье переполняло их сердца.
Приключения подходили к концу, им оставалось вернуться в Венецию и принять участие в суде над Карконом.
Дети Земли, собравшиеся в городе, были готовы начать процесс в любую минуту. Они лишь ждали возвращения юных алхимиков.