Глава 19. Череда разочерований
Эрик не возвращался.
Я как на иголках ждала его весь день, но он так и не появился. В обед он тоже не пришёл, хотя должен был... И тогда я вообще погрустнела.
Чтобы хоть как-то скоротать время, решила прогуляться.
Взяв в коридоре пустую корзину, я направилась по прогалине в сторону поля, чтобы собрать подсолнухи. Раньше я всегда так делала в детстве, и теперь мне захотелось это повторить.
Идя вдоль прогалины, я услышала голоса и, разобрав, кому они принадлежат, притаилась среди деревьев, не шевелясь.
Это были Истукан и Жанна. Она показывала что-то Кикиморову, а тот прислонил к дереву свой велосипед и разглядывал предложенную вещь. Что это было конкретно, мне понять не удавалось - мешала листва. Но убирать её я не осмеливалась - ещё зашуршит, хрустнет что-то... Потом и проблем не оберёшься, оскорблений уж точно.
- Нравится? - спросила девица.
В волосах у неё теперь вместо заколки в виде подсолнуха красовалась другая... с маком. Да уж, фантазии не занимать! Одно лучше другого.
- Конечно, нравится, - довольно ответил Истукан и повязал на шею шарф.
Это был тот самый шарф из лёгкой ткани, вручную расшитый, из ателье Тимофеевны. Он был очень красивый, с этим даже и спорить не приходилось - мягкий и воздушный с изображением старинных автомобилей.
- Сама вышивала, старалась, - нагло врала Жанна.
Я так и рот раскрыла от этих слов... Так значит, грош цена всем талантам деревенских прелестниц? А, может быть, и все их сладкие презенты тоже дело рук профессиональных пекарей или умелиц-бабушек? И корзины?
- Ну что ты молчишь? - надула показательно губы девица, выпрашивая комплименты. - Я так старалась, а ты.
- Мне всё очень нравится, - заискивал Истукан, грубо схватил свою поклонницу и впился ей в губы.
Меня чуть не стошнило. Это же надо было оказаться свидетельницей такой пошлой сцены.
Девушка замахала руками и забила по плечу Истукана.
- Прекрати, - сказала она вырвавшись. - Целуешь, кого попало... и меня тоже? А я не такая, как все, я особенная.
Кикиморов был явно расстроен прервавшимся поцелуем.
- Ты о чём вообще? - спросил он.
- А о том! - скрестила руки Жанна и отвернулась в мою сторону.
Я шмыгнула за дерево... Ещё не хватало, чтобы меня сейчас застукали.
- Я всё видела, - продолжила девица. - Вчера целовал эту Киру Брик у поля.
Я головой покачала... Эрик видел, Жанна видела - там что, в зарослях полдеревни собралось? Вот уж никаких скрытых камер не надо, и так все всё увидят и распустят слухи по ближайшим окрестностям.
- Ну что ты, - залепетал Истукан. - Кира Брик это так... Ничего серьёзного. Тоже мне звезда. Возомнила себя великой актрисой и пытается ещё как-то выпендриться с претензией на талант.
- Правда? - обрадовалась Жанна россказням.
- Ну конечно правда. Ты для меня лучше всех. Лучше десятка Кир Брик. И красавица, и умница...
Я выглянула из-за дерева.
Жанна кокетливо отводила глаза и больше сопротивляться не стала, когда Кикиморов вновь стал её целовать.
- Ну ладно, пойдём уже, - через долгое время послышался голос девицы. - А то девочки пойдут меня искать, или кто-то наткнётся случайно. И так про меня слухи ходят, что я доступная.
- Злые языки, всё сплетни! - заявил Истукан театрально. - Ты только моя.
Кикиморов зарычал, ущипнул Жанну, та игриво засмеялась и они о чём-то болтая, направились в сторону деревни.
Я шла вдоль поля с собранными в корзину подсолнухами. Всегда их любила... Вот только теперь они у меня ассоциировались с дурацкой заколкой Жанны и былого восхищения я уже особенно не испытывала.
Бродя по неровной дороге, я услышала сзади шум велосипеда. Поворачиваться не хотелось совершенно, потому что порыв ветра донёс до меня приторный аромат знакомого парфюма.
- Что, гуляешь? - раздался писклявый голос Истукана, который с правой стороны подъехал ко мне и стал плестись, медленно двигая педалями.
- Пошёл вон, - грубо ответила я. - От тебя вечно одни проблемы. Стоит появиться, как тут же ссора или скандал.
- Ну конечно. Уж кто бы мне говорил - столько скандалов, сколько у тебя было, со мной ни в какое сравнение не идут. Я журналы читаю, в курсе всех событий.
Я ускорила шаг, но Кикиморов стал ехать быстрее.
- Что ты прицепился? - злилась я. - Двуличный гад.
- Негоже девушке такие слова говорить. Они тебе не идут.
- Хорошо. Тогда у тебя очень красивый шарфик. Мне он очень нравится.
- Спасибо, - заулыбался Истукан.
- Тимофеевна так старалась, получилось хорошо.
Руслан на месте остановился, а у меня был праздник на душе - хоть как-то его задела.
- Что, не ожидал услышать такую новость? - спросила я, ухмыляясь. - Да-да, именно из ателье Тимофеевны этот шарфик. И твоя милая и доступная Жанна к этому ни капли труда не приложила. Подозреваю, что она вообще бездарность.
- Ты говори, да не заговаривайся, - серьёзно произнёс парень. - Даже если и не она, Жанна это для меня сделала. Не то, что ты. Парень за ней увивается, а она нос морщит.
- Да хоть до конца дней увивайся, мне параллельно, - развернулась и пошла я. - И угрозы при себе оставь, пуганная уже.
Истукан за мной помчался.
- Ты что это о себе возомнила? - крикнул он вслед. - Думаешь, я не в курсе? Я всё слышал, что рейтинги сериала упали и что тебя вообще никуда теперь не берут и сериал, скорее всего, закроют.
Я застыла на месте. Об этом я говорила только бабушке и Эрику. Но если в первом случае подслушать разговор никто не мог, то во втором мы были у реки.
Значит...
- Что ты сказал? - развернулась я и подошла к Истукану.
Судя по тому, как он изменился в лице и его храбрость моментально улетучилась, я поняла, что выгляжу довольно грозно.
- А что такого? - спросил Руслан трусливо. - Ты это сама говорила.
- Да, но не тебе. Ты что, подслушивал?
- Нет, я просто был рядом, и ты говорила громко.
- Ты просто подлец! - разозлилась я. - Может, ты и утопление подстроил?
Выпалив последние слова совершенно случайно, я поняла их глубокий смысл только когда произнесла.
- Может, - ухмыльнулся Истукан издевательски. - И что теперь? Правда, всё пошло немного не так. Но, как видишь, у меня тоже есть актёрские способности.
И тут я не выдержала и со всей силы, на которую только была способна, скопив всю злость, дала пощёчину Истукану.
Удар был такой, что хлюпик упал вместе с велосипедом на землю, а на щеке проявился след ещё сильнее, чем от удара Эрика в ту самую ночь.
- Придурок, - заорала я. - Из-за тебя он мог погибнуть!
Истукан выплюнул кровь на землю.
- Ты психически неуравновешенная, - крикнул он, схватившись за щёку. - Меня девушки никогда не били!
- Рада, что стала первой! Надо же было с чего-то начать! Просто-таки повезло - буду девушкой, которая тебе отказала и двинула. Расскажешь внукам!
- Зато я красивый, - злобно проорал Истукан. - По мне все сохнут, могу любую девушку позвать. А ты вали к своему Конюху.
Я резко подошла и замахнулась корзиной на Кикиморова, но он так сжался, закрыв голову рукой, что я решила - не стоит. Природа и так уже мозгами обидела, а я так вообще остатки выбью.
- Не любую! - заявила я. - Может в этой деревне ты и номер один. Но только здесь! С такой мерзкой душой твоя красота скоро померкнет, а других достоинств у тебя нет. Вот тогда посмотрю на тебя и на то, как ты выкручиваться будешь. А Эрику ты и в подмётки не годишься, мизинца его не стоишь. Сопливый слизняк ты и Истукан. Ты был им, есть и до конца своих дней будешь Русланом-Истуканом, деревенским дураком. И можешь делать что хочешь, только от своего прошлого тебе никогда не уйти! Да ты особо и не стараешься.
Посмотрев в последний раз на это жалкое зрелище - валяющийся велосипед, а рядом с ним перепуганный Кикиморов, я брезгливо фыркнула и пошла прочь.
Теперь я уже точно для себя всё решила - пора уезжать. Нечего ранить душу и дальше...
Я шла по тропе и смотрела на ярко-голубое предзакатное небо. Этим летом я видела его в последний раз, в городе такого удовольствия больше не будет. Как и звука сверчков, вечно летающих бабочек и красивой природы повсюду.
Было грустно, но я сдерживалась, чтобы не заплакать. Хватит слёз с меня этим летом...
Переступив порог дома, я сразу же задала волнующий меня вопрос бабушке:
- Ну что, Эрик приходил?
Та мне ничего не ответив, лишь отрицательно покачала головой.
Я поставила корзину с подсолнухами и решительно заявила:
- Всё, бабуль, я больше так не могу. Я уезжаю...