глава 6. Ласки ночью
Утро было тёплым, и солнце пробивалось сквозь тонкую ткань палатки, окрашивая всё в мягкое янтарное свечение. Адель проснулась первой. Христиан спал на спине, одна рука всё ещё лежала рядом с её талией, будто он бессознательно удерживал её близко даже во сне.
Она приподнялась на локте, рассматривая его лицо. Никаких масок, никаких напряжённых челюстей или насмешек. Просто он.
— Ты всегда так крепко спишь? — прошептала она, касаясь его волос. Он медленно открыл глаза, сфокусировался.
— Когда рядом кто-то опасный — да.
Адель улыбнулась.
— Ты не против ещё одной такой ночи?
Он потянулся ближе.
— Я уже подписал контракт душой.
Внезапно снаружи раздался голос Влада:
— Адель, ты тут?!
Они резко отпрянули друг от друга, Адель моментально села и натянула на плечи кофту, Христиан откинулся назад, будто только что проснулся.
— Да, я... я тут, — отозвалась она, выходя наружу. — Что-то случилось?
Влад стоял, нахмурившись. Его взгляд скользнул по её взъерошенным волосам и одежде, а потом — на палатку.
— Ты ночевала с ним?
— Не начинай, — бросила она, проходя мимо него.
— Ты обещала помочь мне с завтраком... А не спать с Христианом в одной палатке.
Она повернулась, в её взгляде сквозила холодная насмешка:
— Я не “спала с ним”. Я просто спала. Если хочешь, в следующий раз можешь записаться по очереди.
Влад сжал кулаки, но прежде чем он что-то ответил, рядом появился Христиан.
— Что ты сказал? — его голос был низким, и взгляд — предупреждающим.
— Ты слышал, — бросил Влад.
— Ты хоть понимаешь, как смотришь на неё? Хватит прикидываться “другом детства”. — Христиан шагнул ближе. — Если ещё раз дотронешься до неё...
— Ты мне угрожаешь? — вспыхнул Влад.
— Я предупреждаю.
В этот момент из кухни позвала мама:
— Ребята! Завтрак на столе! Все к костру!
Адель усмехнулась, отступая.
— Мальчики, ведите себя хорошо. А то взрослые подумают, что у кого-то тут ревность.
— Ты любишь это, да? — прошипел Христиан, догоняя её. — Провоцировать.
— А ты — срываешься. Интересная пара, не находишь?
Они пошли к костру, плечом к плечу. Христиан сдерживал дыхание. Адель выглядела невинно — как всегда. Но под столом её нога едва заметно скользнула по его, и он чуть не уронил чашку.
Влад молча наблюдал. Он всё понимал. Но ничего не мог доказать.
Именно так им и нужно было — скрытно, тихо, обжигающе.
***
Огонь потрескивал, искры взлетали в небо. Все сидели полукругом, укрывшись пледами, кто с кружкой чая, кто с печеньем. Христиан сидел в тени, наблюдая, как Адель опускается рядом с Владом. Слишком близко.
— Холодно, — сказала она, прижимаясь плечом.
— Можешь взять мой плед, — предложил Влад, улыбаясь.
— А ты?
— Потерплю ради тебя.
Христиан напрягся. Он сделал вид, что увлечён своим телефоном, но пальцы побелели от напряжения.
— Ты помнишь, как мы лазали по заброшке в детстве? — спросил Влад, глядя на Адель.
— Как я могла забыть? Ты меня тогда вытаскивал из окна за куртку. Я чуть не улетела.
Они засмеялись. Адель чуть наклонилась к нему, волосы упали на плечо Влада. Он замер, будто впитывая каждый момент.
Христиан встал. Молча. Медленно подошёл к костру, встал позади Адель.
— Можешь вернуться на своё место, — проговорил он тихо, только ей.
Она подняла голову, на губах играла лёгкая улыбка.
— Я в нём не уверена. Тут тепло.
— Ты разыгрываешь меня, Адель, — голос его стал ниже. — И ты знаешь, чем это закончится.
Она медленно встала, протянула Владy плед:
— Спасибо. Я всё-таки замёрзла. Мне нужен кто-то потеплее.
Она пошла прочь, даже не оглядываясь, зная, что Христиан последует за ней. И он пошёл.
Когда они оказались в темноте, подальше от всех, он резко притянул её за запястье.
— Ты нарочно.
— А ты нарочно смотришь, как будто хочешь сжечь его взглядом.
Он прижал её к дереву, дыхание стало горячим.
— Я не делюсь. Ни с кем. Поняла?
Адель провела пальцем по его шее, наклоняясь к уху:
— Тогда докажи. Но тихо. Чтобы никто не догадался.
Их дыхание слилось в одном — опасном, напряжённом, безмолвном поцелуе.
Палатка стояла на краю лагеря, чуть в стороне от остальных. Луна освещала сквозь тонкую ткань силуэты. Всё уже стихло — только треск костра вдали и редкие шорохи ночи.
Адель натягивала худи поверх футболки.
— Ты спишь у входа или мне уступишь место у стенки? — спросила она, улыбнувшись в полумраке.
Христиан молча бросил спальник рядом с её.
— Я сплю рядом.
Она подняла бровь.
— Тут тесно. Кто-то может подумать, что…
— Что? — он посмотрел на неё в упор.
— Что между нами что-то есть?
Адель легла, развернулась к нему спиной.
— Я бы сама в это поверила, — прошептала она.
Христиан лёг рядом. Между ними — едва пара сантиметров. Его рука случайно коснулась её бедра. Или не случайно.
— Ты играешь с огнём, — шепнул он ей в затылок.
Адель обернулась, глаза блестели в темноте.
— Может, я хочу обжечься.
Христиан приподнялся на локте, нависая над ней.
— Если начну — не остановлюсь.
— А кто сказал, что нужно останавливаться?
Он наклонился ближе. Их губы почти соприкоснулись, дыхание сбилось. Но вместо поцелуя она вдруг положила палец ему на губы.
— Тсс. Слышишь? Кто-то прошёл мимо.
Они замерли. Тени мелькнули за палаткой — кто-то из ребят направлялся в туалет.
Христиан стиснул челюсть, но не отодвинулся.
— Ты издеваешься.
— Нет. Я жду, когда ты сорвёшься.
Он медленно провёл пальцами по её талии.
— Я уже срываюсь.
— Тогда шепчи. Или нам поверят даже через ткань палатки.
Палатка была наполнена тёплым дыханием и приглушённым шёпотом. Христиан лежал рядом, почти касаясь Адель, напряжённый и на пределе.
Адель медленно провела рукой по его бедру, плавно поднимаясь выше, пока её пальцы не коснулись самого паха.
Христиан резко выдохнул, мышцы напряглись, дыхание сбилось.
— Теперь ты точно сорвёшься, — прошептала Адель, улыбаясь в темноте.
Он сжал зубы, пытаясь сдержаться, но взгляд уже говорил всё — срыв близок.
Она чуть прижалась к нему, ощущая, как напряжение между ними достигло предела, и в этот момент шаги за палаткой заставили их резко отстраниться.
Христиан осторожно скользнул рукой вниз по её боку, его пальцы будто танцевали по коже, мягко и уверенно.
— Ты знаешь, как я тебя хочу, — прошептал он прямо у её уха, дыхание касалось нежной кожи, вызывая лёгкий трепет.
Его ладонь легла на её пах, пальцы мягко сжали, заставляя её сердце биться быстрее.
— Ты моя, Адель... только моя, — тихо произнёс он, губами лаская шею.
Он провёл пальцами по внутренней стороне её бедра, его голос стал чуть хриплым:
— Никому не позволю к тебе даже приблизиться.
Адель чуть улыбнулась и, прижимаясь к нему, ответила шёпотом:
— Я твоя навсегда, Христиан.
— Обещай, что будешь со мной честна, — его взгляд стал глубже, — и я сделаю тебя счастливой.
— Обещаю, — сказала она, закрывая глаза, наслаждаясь его прикосновениями.
Он нежно сжал её талию и прошептал:
— Ты — мой запретный плод, ради которого стоит бороться.
Вся ночь была наполнена этими тихими словами и ласками, каждый звук и каждое прикосновение говорили о страсти и нежности, которые они не могли скрыть даже в темноте.
***
День начался легко и свободно — Адель и Христиан вышли из палатки, обнимая друг друга и улыбаясь солнцу. Воздух был свежим, наполненным запахом сосен и лесных цветов.
Они шли рядом по узкой тропинке, их пальцы переплетались так естественно, будто это было их родное состояние. Время будто замедлялось — каждое мгновение с ним казалось бесценным.
— С тобой любое время — лучшее время.
Они останавливались у речки, где Христиан осторожно помог Аделине перебраться через камни, затем с удовольствием бросались друг в друга каплями прохладной воды.
В тени деревьев они устроили небольшой пикник — делились историями, смеялись над старыми шутками и говорили о планах, которые казались теперь такими реальными.
Каждый раз, когда их взгляды встречались, они не могли устоять перед искушением — мягкие поцелуи вспыхивали то и дело, как тайные сигналы, словно весь мир переставал существовать вокруг.
— Ты всегда умеешь меня удивлять, — прошептал Христиан, прижимая Адель к себе.
— А ты учишь меня быть смелее, — ответила она, улыбаясь и слегка касаясь его губ.
Вечером, когда солнце начало садиться, они забрались на небольшое возвышение и сидели, обнявшись, наблюдая, как небо окрашивается в розово-золотистые оттенки.
— Давай никогда не будем спешить, — тихо сказала Адель.
— Обещаю, — ответил Христиан, целуя её волосы.
Так прошёл их день — наполненный любовью, лёгкостью и желанием быть вместе, несмотря ни на что.