Глава 10.
Утро выдалось холодным. Ноябрь всё же. Закутавшись потеплей в одеяло, я повернулась лицом к окну. Но внезапно что-то укололо меня в щёку. Роза. Та самая, вчерашняя. И записка рядом с ней:
"Анна, не обижайся. Я пытаюсь контролировать себя, но это сложно. Очень сложно. Я испугался вчера. Впервые в жизни я испугался. Чувствуешь свою власть надо мной? Ты человеческая хрупкая девушка заставила меня, многовекового вампира, бояться. Как будто у меня есть сердце. Его нет, но ощущение, будто оно бьётся у меня в груди есть.
Кристиан"
Боже, как это было мило. Но я его совсем не понимала. Ему нужно было определиться кто он: страшный зверь или нежный любовник? И ещё… это было обязательно напоминать, что я всего лишь жалкий человек? Я знала, что умру. А сначала я состарюсь. От этих мыслей стало очень грустно и тоскливо. Из этого короткого отрезка своей жизни я возьму всё! И отдам Кристиану сполна. Не было времени на грусть. С таким настроем я встала и пошла завтракать. Мама, как ни странно, спала. Стараясь не шуметь, я включила тихо музыку и начала жарить яичницу.
— Энни, с добрым утром! — Мама обняла меня.
— Доброе, мам! Я думала, ты будешь дольше спать. Старалась не шуметь. У тебя выходной сегодня?
— Да. Вот собралась пройтись по магазинам, прикупить вещей для поездки.
— А когда вы едете?
— Собирались числа тридцатого. Надеюсь, до Рождества вернусь.
— Мамуль, ты можешь встретить Рождество и в Ливерпуле с Джеком. Я не обижусь. Мне есть с кем отмечать, — сказала я и покраснела.
— У тебя появился парень? — спросила мама, воодушевившись.
Не то, чтобы появился и не то, чтобы парень.
— Ну да, есть тут один. Ещё же и Боб у меня есть. Так что, скучать точно не буду, — убеждала я маму.
— Нет, я всё же постараюсь вернуться вовремя. Анна, расскажи мне как у тебя дела. Вчера ты весь вечер не выходила из комнаты. Я волновалась, но лезть не стала. Всё хорошо?
Конечно, не выходила. Меня, считай, весь вечер и не было в этой комнате.
— Всё прекрасно, мам. Правда. Вот хочу навестить Бена. Как думаешь, стоит это сделать?
— Я думаю, что стоит. Вам надо расстаться на хорошей ноте. Слышала, что ему уже лучше, и к нему пускают. Он наверняка сожалеет о случившемся. И ты его прости. Сходи к нему сегодня. Там с трех до четырех часы для посещений.
— Вот и отлично. Я сегодня как раз до четырех успею. Мам, а у тебя как дела с Джеком? —поинтересовалась я.
— Джек заставил меня почувствовать себя красивой и молодой вновь. Я с ним счастлива, Энни. Я верю, что он тебе понравится, когда вы познакомитесь. Может, пригласить его на Рождество к нам? Как тебе эта идея?
— Конечно, приглашай, мам!
— Ой, я же забыла тебе сказать. Звонил твой отец. У них с Джули будет мальчик, которого он так хотел всегда. — В ее голосе слышалась обида.
— Я рада за них, — просто сказала я.
— Он хочет заехать к нам в гости с ней. Ближе к концу месяца. Как раз перед моим отъездом. Как ты на это смотришь?
— Я «за». Пусть приезжают. А вот как ты к этому отнесёшься, мам? Может, лучше не стоит?
— Нет, это надо сделать. И наконец-то его отпустить.
— Правильно! Скажешь, когда точно они приедут?
— Конечно, Энни. Я так понимаю, что компанию ты мне сегодня не составишь?
— Скорее всего, нет. Но время ещё есть, можно и потом пройтись по магазинам.
— Со следующей недели я работаю без выходных до двадцатого числа. Напарница уходит в отпуск,— вздохнула мама.
— Понятно. Тогда возьми с собой Паулу. Ты же знаешь, как она любит шоппинг, — предложила я.
— А что? Отличная идея, Энни. Так и сделаю.
******
На улице было серо и холодно. На небе сновали неприветливые тучи, собирался дождь. Ветер так и забирался под куртку. Поэтому, натянув на уши шапку, я зашагала быстрей.
— Анна, здравствуй, — раздался голос Кристиана сзади.
— Господи! Ты хочешь сделать меня заикой?
— Нет. Но тебе пора привыкнуть к таким моим появлениям. — Хищно улыбнулся.
— Почему я должна ко всему привыкать, Кристиан? Ты не можешь пойти хоть на какие-то уступки? Хотя бы меня не пугать? — Я начала злиться.
— Анна, успокойся. Больше не буду. Честно, — улыбнулся. — Как предпочитаешь добраться до универа? На крыльях или на ногах?
— Догадайся.
И он догадался, посадил меня на спину и расправил крылья.
— А нас не увидят люди? — я опасалась возможных свидетелей.
— Нет. Я им не позволю.
— Что? Ты им не позволишь? У тебя явно мания величия, чувак, — сказала я и обняла его за шею.
— Анна, я могу становиться невидимым, но только ненадолго, — расстроился он.
Он ещё расстраивался? Я так вообще ничего не умею и живу как-то. Надо будет предложить ему сыграть в прятки.
— У тебя вообще есть слабости?
— Есть. Ты, — он был очень серьезным.
— Эм…ок. Что сегодня будет на паре? — поинтересовалась я, хотя мне было всё равно. Я собиралась обсудить с Боб недавние события.
— Средневековье, — ответил Кристиан с каким-то непонятным мне возбуждением в голосе.
— Интересная тема. Инквизиция, всё такое.
— Да. Это занятие будет вводным, ознакомительным. Об инквизиции подробней мы поговорим на следующем. Могу сразу сказать какую тему ты должна подготовить.
— Это обязательно? Я не хочу. — Надула губки я.
— Обязательно, Анна. Это очень важно.
— Слушаюсь, мистер Арана и повинуюсь. Что за тема-то?
— Легенда Ирвиса Макиавелли. Времена испанской инквизиции. Расскажешь мне лично, у меня дома.
Вот это поворот.
— С чего такие условия для меня?
— Особое задание, особые условия, — «пояснил» он.
— К какому дню я должна выполнить это особое задание? — передразнивала его я.
Но Кристиан казался очень серьёзным.
— Решай сама. Но в ближайшую неделю всё должно быть готово.
— Может всё-таки... — начала я, но мы резко стали приземляться, и мои слова утонули в потоке шума.
Очутилась я прямо перед входом в универ. Кристиан уже поднимался по ступенькам. Вот это скорость! Привыкнуть будет сложно.
******
— Итак, тема сегодняшней лекции −Средние века или Средневековье. И святая инквизиция. Может, кто-то хочет поделиться своими знаниями по этой теме?
Гробовая тишина.
— Нет? Ну, хорошо. Тогда, начнём с определения временных рамок. Российская и западная медиевистика считают началом средневековья крушение Западной Римской империи в конце V века, однако в энциклопедическом издании ЮНЕСКО «История человечества» рубеж был проведён по моменту возникновения ислама. Это начало VII века. Относительно конца средневековья у историков нет единого мнения. Предлагалось считать таковым: падение Константинополя (1453), открытие Америки (1492), начало Реформации (1517), битву при Павии (1525), начало Английской революции (1640), конец Тридцатилетней войны, Вестфальский мир и уравнение в правах католиков и протестантов в 1648 году, 1660-е годы, рубеж 1670-х-1680-х годов, рубеж 1680-х-1690-х годов и некоторые другие периоды. Сторонники так называемого долгого средневековья, основываясь на данных о развитии не правящей элиты, а простого народа, считают окончанием средневековья, повлекшим за собой изменения во всех слоях европейского общества, Великую французскую революцию. Разногласия в хронологии эпохи и невозможность применения термина средневековье ко всем государствам мира подтверждает его условный характер. Поэтому существуют учёные, придерживающиеся радикальных взглядов. Иллинг, Грайс, Маккалистер считают,что средневековья не было вовсе. Данные точки зрения имеют право на существование, но мы не будем на них останавливаться. Экзамен вы сдаёте мне. А значит, средневековье было. Я запрещаю даже в мыслях допускать противоположную точку зрения. Всем ясно? Говорю сразу, чтобы не было потом вопросов.
—Ну, нифига он у тебя серьёзный. Такой принципиальный. Знаешь, есть в нём что-то от Майлза, —сказала Бобби.
У нас была своя история на последнем ряду. Я по лицу Боб видела сколько вопросов, особенно интимных, было припасено для меня.
— Конечно, мистер Арана, всё предельно ясно, — чуть ли не пропела Джули с первого ряда.
Как она только не наклонялась и не улыбалась, то подмигивала ему, то строила глазки. И так случайно уронила ручку. И юбка совершенно случайно оказалась неприлично короткой. Пара только началась, а она уже ходила по краю. Она разве не поняла тогда, что я осталась с ним? Я была его девушкой, чёрт возьми! Ну ничего, если до неё лучше доходит ,когда ей вырывают волосы − хорошо, после пары разберёмся.
— Термин «средние века» был впервые введён итальянским гуманистом Флавио Бьондо в 1453 году. До Бьондо доминирующим термином для обозначения периода со времени падения Западной Римской империи до Возрождения было введённое Петраркой понятие «тёмные века», которое в современной историографии означает более узкий отрезок времени с VI века по VIII век.
В XVII веке термин «средние века» ввёл в оборот профессор Галльского университета, положив начало так называемой гуманистической трихотомии. Он разделил всемирную историю на античность, средневековье и новое время. Келлер считал, что средневековье длилось с 395 года и вплоть до 1453 года.
В узком смысле слова термин «средневековье» применяется только по отношению к западноевропейскому средневековью. В этом случае данный термин подразумевает ряд специфических особенностей религиозной, экономической и политической жизни: феодальная система землепользования, система вассалитета, безусловное доминирование Церкви в религиозной жизни, политическая власть церкви, идеалы монашества и рыцарства, — продолжал между тем Кристиан, видно не замечая клокотавшей во мне ярости и жажды убивать.
Как-то выборочно он включал свои сенсоры.
— Энни, ты здесь? — прошептала Боб, толкая меня в плечо.
— Да, да, здесь. Боб, я убью её, клянусь.
— Джули? Да забей на неё, Эн. Она просто пытается выйти победителем из этой ситуации, хоть и понимает, что проиграла. Дай ей обломаться ещё раз. Лучше расскажи, как это было.
— Что это?
— Не притворяйся, Эн. Расскажи мне всё о вашем первом разе. У него большой?
Я, наверное, покраснела до корней волос. Ну что за вопрос? И таких будет много… Это было только начало.
— Да нормальный у него, Боб. Мне хватило, — смущённо пробормотала я.
— У него, что, стручок? Ни в жизнь не поверю! Хотя, красивое лицо не гарантирует внушительное мужское достоинство…
— Я говорю тебе, что у него нормальный, — сказала я, начиная терять терпение.
Нет, она ,что, отчёт в сантиметрах ждала?!
— Я поняла. Ну, не наградил Бог. Бывает.
— Чёрт возьми, Боб! Да огромный у него х*й, огромный! — вспылила я.
Вспылила громко, причём очень громко. Так, что услышали все. Естественно, Кристиан тоже.
— Мисс Вишес, я вижу, что вы хорошо разбираетесь в теме, раз можете позволить себе говорить о посторонних вещах во время лекции. Я понимаю, что у вас ОГРОМНЫЕ планы на что-то, но, может, вы расскажете нам что-нибудь о религиозной Реформации в Западной и Центральной Европе в шестнадцатом веке? — Он просто светился от удовольствия.
— Извините, мистер Арана, — пролепетала я и ещё больше покраснела.
Все, конечно же, рассмеялись, а мне хотелось провалиться сквозь землю. А вот Боб, похоже, нет. Она была настроена решительно узнать всё до последней детали. Гнала как танк.
— Ладно, Вишес, верю. А пользоваться-то он умеет своим огромным орудием? Ты получила оргазм? Бывает так, что в первый раз девушки не получают удовольствия от секса.
— Боб, что за вопросы? Прекрати! Здесь не место это обсуждать.
— Самое подходящее место. Я так и думала, что не получила. Надо было мне провести инструктаж как тебе себя вести, чтобы получить удовольствие по максимуму.
— Боб, хва-тит, — прошипела я, чувствуя, что Боб встаёт в один ряд с Джули.
— Что хватит-то? Ты ответь хоть на один вопрос нормально, — сказала чуть ли не с обидой Боб.
— Господи! Да натянул он меня по самые яйца! Ты довольна? — Вышла из себя я.
Я огляделась вокруг, предчувствуя новую порцию позора, но на этот раз громкость я поубавила. Фух, слава богу. Почему мне стало так жарко? А потому что кто-то прожигал меня взглядом. Губы Кристиана двигались, но глаза смотрели прямо на меня. Казалось, будто время застыло. Он точно всё слышал! Ну что за чёрт?
— Теперь об итогах средневековья. В области техники наблюдался большой прогресс: появилась более совершенная конная упряжь и повозки с поворотной осью, стремена у всадников, ветряные мельницы, шарнирный руль на кораблях, доменные печи и чугун, огнестрельное оружие, печатный станок. В средние века появилось организованное профессиональное обучение в виде университетов, однако в целом наука находилась в глубоком упадке. Также в это время появились выборно-представительные органы в форме парламента. Эпоха Возрождения, начало которой пришлось на позднее средневековье, стала периодом расцвета искусства — особенно изобразительного — после длительного застоя. На следующем занятии мы поговорим об инквизиции. Всё. Все могут быть свободны.
Ну, наконец-то! Джули, настала твоя очередь. Она уже выходила, когда я её окликнула.
— Джули, подожди пожалуйста. Я бы хотела с тобой поговорить, — сказала я донельзя дружелюбным голосом.
— Я спешу, Анна. Давай в другой раз, — отмахнулась она от меня.
— Это не займёт много времени. Обещаю. — Я уже видела, как она лысеет.
— Ну ладно, пять минут, не больше. — Сделала мне одолжение королева кроватей.
— Эн, не надо этого делать. Не трогай её. Кристиан с тобой. Что ещё надо? — спросила Боб, удерживая меня за локоть.
— Боб, отпусти. Я хочу, чтобы он был моим и только моим. Понимаешь? Я не собираюсь его делить даже с воображением Джули. Оно такое же грязное как и её тело. — Брезгливо поморщилась я. — Я знаю, что делаю, Боб. Всё хорошо.
Она отпустила меня, и я поспешила к Джули.
— Анна, задержитесь на минутку, — голос Кристиана.
Да что вам всем надо? У меня не было времени!
— Мистер Арана, извините, но я сейчас не могу. Давайте я подойду к вам через пять минут?
Сейчас должно было начаться шоу неповиновения. Я была уверена, что он начнёт показывать кто тут главный, а кто тут я.
— Хорошо, — спокойно сказал и, отвернувшись, начал что-то писать на доске.
Хорошо? Я не ослышалась? Всё хорошо, и я могла идти? Меня потом за это не покусают и не изнасилуют? Отлично.
Я вышла из аудитории и увидела Джули, ждущую меня. Вид у неё был настолько скучающим и безрадостным, что мне захотелось ещё и фингал ей на память оставить.
— Вишес, быстрей нельзя? Сколько я тебя должна ждать? — Она была недовольна.
— Извини. Давай сразу о главном. О Кристиане. Оставь его в покое, Джули. Он мой, — грозно сказала я.
— Что прости? Вишес, ты вообще в своём уме? Он спит со мной, а значит он мой. У тебя, что логика отсутствует?
— Спит с тобой? Ты больная, Джули? Или у тебя амнезия, и ты забыла тот день, когда ты ушла, а я осталась? — Я чувствовала, что была близка к убийству.
— Я не знаю, зачем ты приходила, но у меня и после того дня был с ним секс. Так что, ты в пролёте, милая Энни.
На этих словах она развернулась и пошла прочь, а я так и осталась стоять, находясь в полном шоке. У них был секс? Не может быть! Но вряд ли Джули стала бы врать. И вела себя она так, будто ничего не изменилось в её отношениях с Кристианом. Он мне изменял? Чувствовать себя больше униженной было просто нельзя. Будто ты тряпка половая, об которую вытерли солдатские ботинки. Причём, подошва была вся в дерьме. Но почему Джули?! Я ничего не понимала. Сейчас всё и узнаю. И фингал будет у него, а не у Джули. Синяки, скорее всего, у него не оставались, но попытаться надо было. Но сперва нужно было скрыть эмоции, а то он сразу почувствует боль в душе. Поэтому улыбнувшись и вспомнив всю порнуху и наш секс, я попыталась возбудиться. Вроде получилось. Чёртово тело всегда предавало меня.
Постучавшись в дверь, я спросила можно ли войти и, получив положительный ответ, вошла.
— Анна, я чувствовал скачки твоих эмоций. Что-то случилось?
— Нет, дорогой, всё хорошо. Я просто хочу тебя…
Дверь захлопнулась, отрезав нас от остального мира, а он притянул меня к себе и поцеловал.
— И я хочу тебя, моя маленькая девочка, — прошептал Кристиан мне в губы.
— А может, ты хочешь Джули? — спросила зло я и ударила его по лицу со всей силы, что у меня была. Думаю, он даже не почувствовал, но факт удара был, и это самое главное.
Кристиан был в шоке. Настала твоя очередь быть шокированным, друг мой.
— Я просто не пойму, Кристиан. Что за игру ты ведёшь? Зачем пудришь мне мозги, если нужна тебе Джули? Или для тебя чувства живого человека ничего не значат? — сказала я, сквозь слёзы и опять замахнулась, но не ударила.
Он перехватил мою руку и сжал так сильно, что кажется, кости затрещали. Но я даже не пикнула. Не дождётся. Большей боли он мне уже не причинит.
— Не смей поднимать на меня руку, Анна. Никогда впредь. Тебе ясно? — он отпустил мою руку, сдавил шею и прижал к доске.
Я молчала. Да пошёл он к чёрту. Он мне не указ.
— Я спрашиваю, тебе ясно? — прошипел Кристиан, выставляя клыки и сдавливая шею сильнее.
— Пошёл ты, — прохрипела я, задыхаясь. — Ненавижу тебя.
Он отпустил меня и отошёл.
— Господи, Анна, ты ревнуешь меня так сильно. Я поражён. Ничего у меня не было с Джули. Мне эта тема уже надоела. Я просто пил из неё кровь. И всё, — раздраженно сказал он.
И он ещё злился? Я тут стояла, согнувшись у доски и задыхалась, а он злился?! Я не хотела плакать, не хотела! Но слеза всё равно скатилась.
— Так больно от твоей лжи, Кристиан, — просипела я, пытаясь отдышаться.
— Какой лжи, Анна? Мы просто так и не договорили. Сейчас я всё тебе расскажу. У тебя есть сейчас пара?
Я кивнула.
— А у меня окно. Значит, пропустишь пару. Садись.
Я подчинилась. Что же он мне такого расскажет?
— Я ни разу не занимался сексом с Джули. Зачем мне эта пародия на женщину, если у меня есть ты? Да, она приходила ко мне домой на дополнительные занятия. Было просто невозможно отвязаться от неё. И, честно говоря, я поначалу думал, что она действительно хочет подтянуть знания по истории. Но потом оказалось, что она та ещё шлюха. Она уже была в моём доме, вешалась на меня и не давала проходу. А я… я был голоден. Я уже лет пятьдесят не питался от живого человека, только пакетная кровь. Анна, голод просто сорвал тормоза. Я не смог удержаться и укусил её. Конечно, она верещала, но уйти не смогла. А после я заставил её думать, что у нас был секс. А как ещё, Анна? Я должен был отпустить её с воспоминаниями о том, как пил её кровь? Да Джули бы сразу в психушку отправили. А так она ничего не заподозрила и даже была уверена в своей неотразимости в постели, — сказал Кристиан с насмешкой. — Анна, я клянусь тебе, что ничего не было.
Заставил думать? Это ещё один из его фокусов? Он, что, был всемогущим? Интересно, все вампиры были такими? Если да, то я не для меня оставалось загадкой, почему они ещё не поработили людей.
— Хорошо, я поверю. Тогда, у меня два вопроса. Первый — почему она была в полотенце, когда я к тебе пришла? — Я всё ещё не верила ему.
— Она принимала душ, — пожал плечами Кристиан.
— После секса, да?
— Нет! Я хотел, чтобы она была абсолютно чистой. Честно говоря, даже прикасаться к ней было неприятно, но голод пересилил.
— Какой-то бред, честное слово. Ладно, второй вопрос. Почему ты пил у неё кровь после того как мы начали встречаться? Может, потому что ты не кровь пил, а её трахал? — спросила я, сверля его взглядом.
— Анна, прекрати! — Плафоны в аудитории затрещали. — Ты меня вообще слышишь? Я не могу пить из тебя кровь, хоть один раз и пробовал. К тебе у меня есть чувства, понимаешь? Мне хочется выпить тебя всю, до последней капли. Мне хочется убить тебя, Анна. Грубо взять, выпить кровь и убить, — сказал Кристиан каким-то пугающим тоном.
Мне стало страшно. Ему хочется меня убить? Жесть. То есть, он после секса каждый раз хотел меня убить? Мамочки родные, да я видно заигралась в эти опасные игры.
— Не надо меня бояться, Анна. Я умоляю тебя. Не надо. Поэтому-то я и пил из Джули. Но больше не буду. Клянусь. Теперь только пакеты.
— Это интимно, да? Поэтому ты просил её мыться? Потому что нужен доступ к телу? — поинтересовалась я, дико ревнуя.
— Нет, Анна. Она лежала в полотенце, пока я пил из неё кровь. Я обычно пью из шеи или из запястья. Но тебя мне хочется кусать везде. Везде, Анна. — Его голос горел страстью.
Тепло так и разлилось по телу. Я больная на всю голову. Он признавался, что хотел меня убить, что пил кровь из людей, а я опять хотела его.
— Ты хочешь меня. И не можешь контролировать себя, — сказал Кристиан, оказываясь рядом со мной. — Ты сводишь меня с ума, Анна, — прошептал он, зарывшись мне в волосы.
Боже! Я сейчас сорву с себя одежду и отдамся ему прямо тут, в этой аудитории.
— Нет, Кристиан! Отойди от меня. Ещё дальше. Я не знаю, что мне делать. Мне нужно всё обдумать. Я запуталась. Извини. — Начала вставать, чтобы уйти.
Кристиан уже был рядом со мной.
— Анна, не надо ничего придумывать. Забудь о Джули и обо всём остальном.
— Нет, Кристиан, я ничего не забуду. Дай мне немного времени. Я сама тебе скажу о своём решении, — сказала я и направилась к двери.
Внезапно он схватил меня и впился губами в мой рот. Начал расстёгивать мою блузку и джинсы.
— Нет, нет, Кристиан! Я не хочу. Не надо давить на меня, ни сексом, ни своей силой, — еле выговорила я, отстраняясь от него.
Быстро застегнув блузку, я выбежала за дверь. Надо было успокоиться. Жизнь моя превратилась в чёртов парк аттракционов, когда в ней появился Кристиан Арана. И я уже устала от всех этих скачков вверх и вниз. Голова кружилась, и тошнило. Да, надо было взять передышку и всё обдумать.
— Анна! Вишес! Там тебя внизу спрашивают, — окликнул меня Тим, мой одногруппник.
— Кто?
— Не знаю, какой-то парень.
— Хорошо, сейчас спущусь.
Что это там был за парень? Оказалось, что ждал меня внизу Майкл.
— Привет, — сказала я, немного удивляясь. — Ты что здесь делаешь?
— Привет, Энни. Вот принёс тебе карточку. Ты потеряла её в баре.
Оу, точно, я же потеряла сумочку и студенческую карточку. Совсем забыла.
— Спасибо, Майкл. А сумочки нет? — улыбнулась.
Как же классно было иногда пообщаться с нормальным человеком, а не с тысячелетним вампиром с бзиками.
— Нет, Анна. Сумочку я не видел. А карточка валялась там, где мы... ну, ты поняла… целовались,—смущённо сказал он.
— Да, я помню, Майкл. Извини, я выпила. Это было некрасиво с моей стороны. — Мне было стыдно.
— Анна, я хотел об этом поговорить. Давай встретимся ещё раз? Только в другой обстановке. В кафе, например, — предложил он.
— Нет, Майкл. У меня есть парень. Извини, пожалуйста.
— Да? Ну ладно, — он выглядел расстроенным. — Но, может, как-нибудь встретимся? Просто как друзья.
— Может быть. Сейчас точно нет. У меня сложный период в жизни. Как-нибудь потом. — Я надеялась, что он понимал, что «как-нибудь потом» значит никогда.
— Да, конечно. Ну, позвонишь. Я пошёл, тогда?
— Давай. — Похлопала его по плечу.
Вот он нормальный живой человек. У него было есть сердце и кровь, он тёплый. Он не летал, ничего не внушал людям, не пил кровь и тому подобное. Но он не Кристиан. У него не было его бешеной, подчиняющей себе, сносящей всё на своём пути энергии. Он не мог и пугать и возбуждать одновременно. В общем, по всем пунктам он проигрывал. И что я за дура такая? Какая есть.
Поднялся ветер, закружив опавшие листья и небо почернело. Кристиан появился, как всегда, неожиданно. Подхватил меня на руки, и через минуту мы оказались в мужском туалете. Он перепутал что-то в своём внутреннем навигаторе?
— Ты что делаешь? Зачем мы здесь? — Я старалась говорить максимально тихо. — Это мужской туалет, если ты не заметил.
— Я знаю. — Затолкал меня в кабинку. — До конца пары есть двадцать минут, так что, скорее всего, никто не зайдёт. Лучше нам поторопиться, если не хочешь быть увиденной.
Грубо, ничего больше не говоря, он стянул с меня джинсы, сорвал трусики, бросив их на пол, и пристроился сзади. Как животное, честное слово! Похотливый самец! Да как он смел так со мной обращаться? Но в моём положении возражать было неудобно, поэтому я молча стонала.
— Нас могут услышать, Кристиан! — прошипела я.
Но ему было наплевать. Конечно, если что он просто исчезнет. А я останусь стоять в кабинке мужского туалета со спущенными штанами. Козёл! Он крепко держал меня за талию, просто вдавливая пальцы мне в бока. Синяки останутся. Ну да, не привыкать. Движения его были быстрыми, глубокими и сильными. В тишине раздавались лишь шлепки его мошонки о мою промежность, да мои глухие стоны. Никакого стыда! Когда я такой стала? Кристиан закинул мою ногу себе на плечо и начал входить ещё глубже. Он брал меня, не спрашивая, чего и как я хочу, опять для своего удовольствия.
— Тише, Анна. Сюда кто-то идёт, — прошептал мне в ухо Кристиан.
Твою мать! Я попыталась оттолкнуть Кристиана, но он ещё сильнее сдавил меня в своих объятиях. В соседнюю кабинку действительно кто-то зашёл, и мне пришлось замолчать. Это было настоящей пыткой! А Кристиан и не думал сжалиться надо мной. Он стал брать меня ещё яростней. Кабинка тряслась, просто ходуном ходила. Даже не представляю, что подумал человек в соседней. Кристиан просунул руку мне между ног и начал тереть клитор. Этого я вынести не могла, поэтому больше не сдерживаясь, застонала. Рядом раздался звук смыва, и человек быстренько вышел. Я надеялась, что мне удастся выйти отсюда незамеченной. Кристиан, почувствовал, что я была уже на грани, и вонзил клыки мне в шею. Я кончила ярко и очень мощно. Он же резко развернул меня и, поставив на колени перед собой, кончил мне в рот. В этот раз я всё проглотила, до последней капли. Посмотрев ему прямо в глаза, облизнулась. Его ноздри раздулись, а глаза снова стали чёрными. Но он ничего не сделал, а просто поднял мои трусики с пола и, засунув их себе в карман, сказал:
— Подумай о нас Анна. Я тебя всё равно не отпущу. Подумай, как ты сможешь смириться с моей сущностью, — сказав это, он исчез.
Мне же ничего не оставалось, кроме как натянуть джинсы, подправить макияж и выйти с гордо поднятой головой. Не знаю, насколько гордо была поднята эта голова, если учитывать то, что я шла домой без трусиков. На оставшиеся пары пришлось, естественно, не идти. Сегодняшний день зарядил меня адреналином на целую неделю вперёд. С Кристианом не соскучишься. Что делать с нашими отношениями я не знала, но то, что выхода у меня не было это факт. Кристиан ясно дал понять, что мне некуда бежать. От него не спастись. Но и жертвой я быть не собиралась. Посмотрим, что принесёт новый день. А ещё же Бен... чёрт! Совсем забыла, что хотела навестить его. Значит, завтра. Всё завтра. И Кристиан и Бен.