Глава 5
Глава 5
Она будет жить где-то в твоем сердце
Я понял, что в тот день бабушка прощалась с Каспием. Скорее всего, она знала это. Ночью двадцать седьмого числа бабушки Улькер не стало. И я не мог поверить, как это, вот вчера человек жив и здоров, а сегодня его уже нет. И ты не в силах повернуть время вспять.
Утром приехали все родственники. Бабушку похоронили по мусульманским обычаям. Еще много лет назад она приказала своему сыну в случае ее смерти похоронить ее в Баку. И вот теперь бабушка Улькер покоится на одном из бакинских кладбищ. Во время исполнения дудука, отец положил руку мне на плечо, что было совсем не похоже на него. Наверное, в тот момент ему было, особенно, тяжело, ведь он переживал огромную утрату, а мне в свою очередь нужно было поддержать его.
Перед началом похорон я оповестил Дениз о случившемся и сказал, что сегодня мы не сможем провести свой день так, как планировали.
Когда прозвучала последняя нота дудука, все собравшиеся стали разъезжаться по домам. А мне захотелось прогуляться по Каспию. Прибыв к побережью, я никак не ожидал встретить там Дениз. Она стояла и смотрела на могучий Каспий.
- Ты знаешь, что на самом деле никто не умирает. Да, физически человек перестает существовать, но он может жить в твоем сердце всю твою жизнь, пока ты помнишь его, Амико. Не забывай никогда бабушку Улькер, и тогда ты сможешь сохранить ее в своем сердце. Она была замечательным человеком, но, скорее всего, она уже выполнила свою цель и теперь ее ждет что-то новое, - говорила Дениз, положив свою голову мне на плечо.
Иногда темными ночами я вспоминал бабушку, и мне становилось так тяжело на душе. Хранить воспоминания о человеке больно, но лишь так мы можем позволить ему жить в нашем сердце. Меня успокаивала мысль о том, что когда-нибудь может и не скоро, я снова встречусь с бабушкой, но уже в другом обличии. Скорее всего, я и не узнаю ее, а она не узнает меня, но я верю, что рано или поздно мы обязательно встретимся. И я буду жить только для того, чтобы встретиться с ней. Я буду искать ее в каждом человеке, который встретится мне на пути.
***
За день до операции Дениз, я взял себя в руки и решил провести этот день с ней. Два дня назад умерла бабушка Улькер и теперь я еще больше сомневался во врачах, в чьи руки должна была попасть моя Дениз.
- Когда ты проснешься, Дениз, ты увидишь меня рядом. Можешь не сомневаться в этом.
- После операции мне придется еще неделю пролежать в больнице, чтобы врачи убедились, что от опухоли не осталось и следа.
За этот день мы успели объездить весь город. Побывать в сотне мест, где никогда раньше не бывали. В конце дня я отвез Дениз домой, пожелав ей удачи. Я не стал говорить ей лишних слов. Я думал, что скажу ей все завтра утром перед началом операции. Я обещал подъехать к ее дому, пока ее родители спят.
Попрощаться мне с ней было не суждено. Я проспал, опоздав на нашу запланированную встречу. Увидев, что на часах время десять, я разозлился. Я кричал и бил кулаками стены, бросал вещи в разные стороны. Вот как меняется человек в порыве гнева. Теперь Дениз решит, что безразлична мне, что я ее не люблю. А что, если операцию отменили или переставили на другой день? Я решил поехать к ней домой, чтобы убедиться во всем самому. Я постучал в дверь, которую открыла Нурай.
- Амико, здравствуй, думаю, ты опоздал. Они уже уехали, и операция уже должна была начаться час назад. Она будет длиться около пяти часов. Подъезжай туда к обеду, скорее всего, тогда тебя уже пустят к ней.
Покинув дом, я поехал в больницу и ждал там пять с половиной часов окончания операции. Через час после ее окончания я увидел, как ее родители направляются в сторону выхода.
- Можно мне навестить палату Дениз Ализаде?
- Кем вы ей приходитесь?
- Я ее брат.
- Но ведь ее родители только что уехали.
- Нет, мы еще не уехали. Родители забыли оставить ее мобильник, - сказал я, вытаскивая из кармана свой мобильник.
- Хорошо, только будьте осторожны, она еще не пришла полностью в себя после наркоза.
Зайдя в палату, я увидел Дениз, которая лежала, приоткрыв глаза. Я подошел я взял ее за руку.
- Лука, это ты? – спросила она, улыбаясь.
В этот момент меня переполняла злость и обида. Мне хотелось поехать домой и ударить своего брата. Дениз еще отходила от наркоза, и, возможно, ей виделось что-то другое. Поэтому я отнесся ко всему снисходительно.
- Лука, не молчи, я так долго ждала твоего приезда и так скучала по тебе.
Я молчал и смотрел в ее глубокие светло-карие глаза. Неужели она до сих пор любит и скучает по нему? Как это возможно? Тогда зачем она с ним рассталась? Не выдержав, я вышел из палаты и направился домой. Дома я лег на кровать и решил хорошенько выспаться.
Дениз выписали только в конце сентября. Вместо обещанной недели она пролежала там целый месяц. Уже началась учеба, и пожелтели листья на деревьях. На учебу она пока не выходила. Говорила, что врачи пока не разрешают.
***
Наступил октябрь. Приближался наш с Лукой день рождения. Шестого октября, за день до этого, я поехал в Тбилиси, чтобы справить его дома. А седьмого октября я должен был вернуться, чтобы справить его в Баку с Наргиз, Терланом и, конечно же, Дениз.
В Тбилиси я приехал к вечеру, когда стол уже был накрыт. Я попросил родителей не звать никого в гости. Они не были против, ведь мы совсем недавно похоронили бабушку Улькер.
Перед трапезой мы посвятили минуту молчания бабушке, которой нет с нами уже больше месяца.
- Где Лука? – спросил я.
- Твой брат опаздывает, скоро будет дома, – ответил отец.
Мы прождали Луку около часа. Временами отец начинал злиться: «Ну, где его носит?»
Лука пришел домой каким-то злым и угрюмым. Я протянул ему руку, но он даже не захотел со мной здороваться. Я не стал заострять внимания на этом, думал, что он просто без настроения, поэтому не хочет ни с кем здороваться. Сев за стол, Лука принялся жадно есть, не обращая ни на кого внимания. Он не участвовал в наших беседах, не выражал свое мнение. Его как будто подменили. Будто он не помнил, что сегодня мы отмечаем наш день рождения. Мама принялась убирать со стола, папа вышел покурить во двор. Тем временем я пытался установить контакт со своим братом.
- Лука, где собираешься отмечать завтрашний день? - он молчал, уставившись в телевизор.
- Неужели этот фильм интереснее беседы с родным братом? – снова спросил я.
Не реагируя на мои вопросы, он встал, взял свою тарелку и направился к двери.
- Да что с тобой, брат? – спросил я, схватив его за локоть.
- Не называй меня больше братом, Амико. Не задавай мне своих глупых вопросов, – прошипел Лука сквозь зубы и отдернул руку.
- Брат, бабушку не вернуть, но она всегда будет жить в наших сердцах.
- Амико, что ты несешь? Ты сам прекрасно знаешь, что дело не в бабушке. Если бы ты провел ту ночь с бабушкой, а не с Дениз, то все было бы хорошо. Пока вы веселились в твоей квартире, она мучилась от боли. Я видел, как вы обнимались у Каспийского моря после похорон. Я был убит горем, а ты прохлаждался с этой никчемной девицей. Ты и бабушку променял на нее.
- Ты в своем уме, Лука? Что ты несешь? Она сама попросила меня ехать к себе в квартиру. Я хотел остаться в особняке, но она была против. И еще, я не проводил ночь с Дениз. Я не такой, как ты. Я люблю ее, а ты лишь пользовался ей. И хорошо, что она это вовремя поняла. Иначе лишилась бы чести.
- Ты ничтожество, Амико. Ничтожество, – прошипел Лука и ударил меня по носу.
Мама стала свидетелем удара, нанесенного мне Лукой. По ее щекам текли слезы. Не обращая на нее внимания, я взял свои вещи, надел ветровку и вышел из дома. Во мне бушевал гнев, мне хотелось вернуться и дать ему ответный удар, но что-то внутри меня не давало мне сделать этого. Подходя к своей машине, я услышал мамин голос. Я обернулся и увидел ее в нескольких метрах от себя. Она плакала.
- Мама, немедленно вернись домой. Я поеду обратно в Баку, и больше вы меня здесь не увидите.
- Амико, сынок, не бросай меня здесь одну. Я поеду с тобой, - говорила мама сквозь слезы.
Мы с мамой решили поехать в кафе, которое находилось недалеко от аэропорта Тбилиси. Там готовили грузинские блюда. Я провел вечер в обществе своей матери. Мне не хотелось уезжать и оставлять маму в Тбилиси. Я уговаривал ее поехать со мной в Баку. Но она отказывалась, говорила, что ее место здесь, в Тбилиси, рядом с моим отцом и братом. Что они будут делать без нее, и чем будут питаться, поясняла мама.
Поздно ночью я отбыл в Баку. Мама провожала меня со слезами на глазах.
Приехав домой, я хорошенько выспался, пытаясь забыть о случившемся между мной и Лукой.
На следующий день мы забронировали стол и поехали отмечать мой день рождения. Все было как обычно. Терлан не сводил глаз с Наргиз. Она сама без передышки рассказывала что-то Дениз. А я наблюдал за происходящим. Мы общались, ели, танцевали. Так и проходил наш вечер. Вскоре, когда стрелка часов стала приближаться к десяти, Наргиз стала собираться домой. Они с Терланом покинули нас с Дениз.
- Я ждала, когда они уйдут. Амико, я приготовила для тебя подарок, - загадочно улыбаясь, сказала Дениз.
Она вытащила из своей сумочки небольшую коробочку и торжественно вручила ее мне. На маленькой коробочке была надпись «Recta». Открыв коробочку, я увидел компас и вопросительно посмотрел на Дениз.
- Когда-то я сказала себе, что выйду замуж только за того, кто сможет найти карту и пройти лабиринт, ведущий в мое сердце. Я дарю тебе этот компас, потому что ты уже достиг моего сердца и, если мы однажды потеряем друг друга, я хочу, чтобы ты снова нашел меня и прошел лабиринт. А этот компас поможет тебе и будет всегда с тобой, напоминая тебе обо мне. С днем рождения, дорогой.
***
Утром меня разбудил сигнал сообщения на моем телефоне. Сообщение было от Дениз: «Утром была на обследовании, я здорова! Опухоли больше нет!» Я был счастлив. Теперь Дениз здорова и ничто не помешает нашему будущему.
Ближе к зиме Дениз вышла на учебу и все наладилось. К нам вернулась рутина. Мы с Дениз любили друг друга, Терлан с Наргиз ссорились по пустякам, а Джабраил продолжал находиться в женском обществе. Я не просто так решил вспомнить о нем. Ведь я все чаще вижу, как Дениз общается с ним. Раньше она просто здоровалась с ним, и в этом не было ничего такого. Но теперь они общались и меня это раздражало. Я ревновал ее к нему и не раз намекал ей на это, а она как будто не замечала.
- Амико, я пообещала Джабраилу, что сегодня он может проводить меня до дома. Я надеюсь, ты не будешь против этого.
- Какого черта, Дениз? Я против, и ты знаешь это. Все это время я закрывал глаза на все то, что происходит между тобой и Джабраилом, но теперь ты еще, не стесняясь, просишь меня об этом?
- Успокойся, Амико. Его отец – друг нашей семьи. Между нами никогда ничего не было и не будет. Тебе стоит усмирить свою ревность и подумать над своим поведением. Иногда ты говоришь, не думая, и задеваешь чувства людей.
Сегодня я должен был ехать в Тбилиси, чтобы навестить маму. После нашей ссоры с братом, я ни разу не появлялся в доме. Я ездил в Тбилиси, чтобы увидеть маму, и мы встречались в том кафе, которое находилось возле аэропорта Тбилиси. После чего я уезжал обратно в Баку. Так все было и в этот раз. Только теперь мы договорились, что в следующий раз мама приедет в Баку, и мы встретимся там.
Приехав домой, я позвонил Дениз. Я был все еще зол на нее.
- Амико, мне нужно поговорить с тобой. Это не телефонный разговор. Может, встретимся?
- Я только что пришел домой, Дениз и очень устал. Давай встретимся завтра?
- Я так больше не могу.
- Как? – испуганно спросил я.
- Амико, мы встречаемся с тобой уже полгода, но зачем? Рано или поздно нам все равно придется расстаться. Ты знаешь моего отца. Он не разрешит, Амико, не разрешит. Не забывай, что ты грузин, а я азербайджанка. Ты – христианин, я – мусульманка. Мы с тобой совсем разные, Амико.
- Но ведь мы еще молоды, чтобы думать об этом. У нас вся жизнь впереди и ведь никто не знает, что будет дальше. Может судьба улыбнется нам, и твой отец благословит нас? Ты ведь не говорила со своим отцом, Дениз. Не торопи события.
- Я устала от постоянных разлук, нас все время разлучает расстояние. Ты часто бываешь в Тбилиси, оставляя меня одну в Баку. А что будет, когда мы поженимся? Ты и меня заставишь уехать к себе в Грузию?
- Нет, Дениз, мы будем жить в Баку. Я езжу в Тбилиси всего на один день и только для того, чтобы навестить своих родных, и ты это знаешь.
- Откуда мне это знать? Может у тебя есть другая, которая ждет тебя в Тбилиси, так же как и я жду тебя в Баку?
- У меня никого нет, Дениз. И не будет. Я люблю только тебя, – она молчала
- Я не хочу идти против воли своего отца, Амико, - сказала она и повесила трубку.
Я слышал короткие гудки и все не мог понять, зачем она это делает, для чего она ищет сама себе проблемы.
Утром я не пошел на лекции. Надев свою лучшую рубашку, я направился к отцу Дениз. Я знал, что она, скорее всего, ушла в университет, поэтому решил зайти к ее отцу в момент ее отсутствия.
Дверь открыла мама Дениз, которая долго разглядывала меня с ног до головы.
- Здравствуйте, а дядя Араз дома?
Я зашел в большую и светлую комнату, где стоял диван, два кресла и кофейный столик. Напротив, на стеклянной подставке стоял телевизор. Уже через несколько минут в комнату зашел дядя Араз.
- Что ты здесь делаешь? Я тебе сотню раз говорил, чтобы ноги тут твоей не было. Зачем ты пришел сюда? – говорил он со злостью в голосе.
- Но я здесь впервые. И я пришел, чтобы поговорить с вами о будущем Дениз.
- Не ври мне. Да кто ты такой, чтобы говорить о будущем моей дочери? Я ее отец и сам позабочусь о ней. А теперь проваливай из моего дома. И чтобы ноги здесь твоей больше не было.
- Дядя Араз, давайте поговорим по-человечески, без ваших угроз, говорил я, подходя к двери. Он не говорил ничего. Открыв дверь, он схватил меня за плечо и сказал: «Если я снова увижу твою бессовестную грузинскую душу около моей дочери, тебя не жить, гад».
Мне так и не удалось поговорить с ее отцом. Я так и не понял, с чего он взял, что я уже бывал у него дома. И откуда он знает про нас с Дениз? Неужели она уже говорила с ним об этом?