XI
— Ты отравился, — выносит вердикт Чимин, а Тэхён шумно выдыхает.
— Слава богу, — Тэхену кажется, что его кожа стала отдавать серым, а Чимин ещё и усмехается так ехидно, что снова хочется блевать.
— А что, не хочешь родить наследника Чонгукки? — Тэ смотрит на него исподлобья, подавляя желание ударить друга.
— Иди ты к черту. Родители меня из дома вышвырнут. Да и какой ребенок? Мы сами ещё дети. Хорошо, что таблетки помогли. А Чонгуку я член оторву, если ещё раз скажет мне, что и без защиты все отлично, — фыркает Ким, даже чувствуя себя лучше. — Сожги этот тест и развей пепел по ветру.
Чимин смеётся звонко, но недолго, а тест прячет в рюкзак, чтобы выкинуть завтра по дороге в школу. Он знает родителей Тэхёна почти так же хорошо, как своих, и если его папа действительно найдет у него тест на беременность, пусть и отрицательный, друг не выйдет из дома минимум месяц.
— Принеси мне таблетки из сумки. От тошноты, — просит блондин, наклоняясь над раковиной.
«Идиот, идиот, идиот, идиот», — без остановки крутилось в голове и относилось ни то к Чонгуку, ни то к самому Тэ. Чимин все же приносит лекарство и тащит друга в комнату, чтобы делать ненавистную физику.
***
— Ты ничего не хочешь мне сказать? — спрашивает папа, когда Тэ возвращается на следующий день со школы. Ким судорожно прогоняет в голове все свои возможные проколы, включая вчерашний тест, но ничего не вспоминает.
— Нет, пап, — осторожно говорит омега, останавливаясь напротив него.
— Сейчас мне пришёл отчет о твоей посещаемости, как и каждый месяц, но я вижу, что ты пропустил несколько дней беспричинно. Тэ, что с тобой происходит в последнее время? Твой альфа плохо на тебя влияет.
— Пап, это не из-за него… Это я уговорил его прогулять, — виновато говорит парень, опуская глаза, а от тяжёлого разочарованного вздоха родителя становится ещё тяжелее. — Прости, я больше так не поступлю. Я знаю, что мне нужно учиться, я исправлю все то, что пропустил.
Папа кивает, отправляя его в комнату, и Ким сразу усаживается за стол. Он действительно много пропустил. Но его отвлекает сообщение от Чонгука. Альфа спрашивает, как его самочувствие, и что-то ещё, но Тэ вздыхает и не отвечает, откладывая его до времени, когда сделает всю работу. За день он так и не отвечает Чону: дел оказывается слишком много, а потом он и вовсе забывает о сообщении. Зато сразу вспоминает, когда на следующий день Чонгук выглядит раздраженным донельзя, а Лиен прячет глаза.
— У тебя что-то случилось? — спрашивает Тэ осторожно, когда они сталкиваются в коридоре, и Чон спрашивает про проект.
— Ничего такого, о чем бы тебе стоило волноваться, — неожиданно резко отвечает альфа. — Мой парень решил взять на себя смелость не отвечать мне. Готовлюсь к серьезному разговору.
Тэхёна прошибает крупная дрожь. Он буквально чувствует, как неприятное предчувствие вспарывает позвоночник. Черт возьми, Чон явно не шутит с ним. У него даже нет сил думать о том, что Чонгук, возможно, знает, кто он.
— Черт возьми, он так и сказал? — переспрашивает Чимин, подвигая к Тэ пачку с соком. Ким кивает, ловя на себе взгляд Чонгука, выражающий странную неприязнь. Словно бы он, раздраженный, спрашивал о чем-то. Чонгук действительно думает о том, что ему не нравится то, что его омега ничего не ест, а перебивается соком. Даже нет возможности заставить его поесть.
— Он говорил что-нибудь о тебе?
— Нет, только о Ви.
— Ты уверен, что он не знает, что он — это ты?
— А смысл ему это скрывать? Он бы сразу высказал мне в лицо все, что думает. Мне и так нехорошо.
— Точно, твоё отравление. Как ты себя чувствуешь?
— Гораздо лучше. Таблетки помогают. Но я боюсь пить так много. У меня только-только настроился запах. Чонгук его любит, а я люблю Чонгука. Да и тебе не понять, что такое быть омегой без запаха, — блондин тяжело вздыхает и роняет голову на стол, замечая, что Лиен действительно избегает смотреть ему в глаза. Следовало бы спросить об этом кого-нибудь, но что он мог сделать? Он все ещё не имеет на карте миллионы, не родился в известной семье и не попал в школу за имя. Всего лишь за знания, которые привели к тому, что его альфа на него злится.
***
— Чонгук, я не уверен, что это хорошая идея, — прощебетал Ким, лёжа у брюнета на коленях животом. — Ты же синяки оставишь.
Чонгук усмехнулся. Тэхён правда думал избежать наказания. Как только Ви появился в его квартире, альфа схватил его за шкирку, как нашкодившего котёнка, и уложил на свои колени, читая лекцию про ответы на его сообщения.
Стянув с него узкие джинсы, Чон любовно огладил его ягодицы с еле виднеющимся укусом на одной из половинок. Тэ вздрогнул, но рта не открыл. Омега вскрикнул лишь тогда, когда широкая ладонь истинного звонко ударила по мягкому месту, оставляя след.
— Чонгу-ук, — плаксиво захныкал Ким, понимая, что сидеть теперь будет тяжеловато. Боже, у него и так тяжёлая рука, зачем прикладывать столько сил для наказания? Он всего лишь не ответил на сообщение.
— Зачем так жестоко? — спрашивает Тэ, когда Чон, наконец отпустив его, поглаживает покрасневшие ягодицы. — Я забыл…
— Больше не забывай. А теперь пора собираться, — Ким морщится, но послушно поднимается, надевая боксеры, от чего морщится ещё сильнее.
— Где мой костюм? — Чон кивком указывает на спальню, смотря на то, как Тэхён ворчит по дороге. Это вызывает умиленную улыбку. Возвращается он через минут десять, поправляя чуть распушившиеся волосы. Чонгук любовно оглаживает его взглядом. — Как тебе?
— Потрясающе выглядишь. Подойди, я застегну тебе чокер.
— Я не уверен, что должен идти туда… — вздыхает блондин, но не сопротивляется. Смысла нет, да и зачем? Волновало только одно: как Чон будет представлять его.
Здание отеля, арендованного под мероприятие, выглядело слишком… Слишком. Тэхёну было тяжело держать рот закрытым, видя всю яркость и лоск. Внутри все пестрило золотым и красным. Яркие платья, дорогие костюмы, какофония из всевозможных ароматов духов и закусок. Тэхён посильнее вцепился в руку Чонгука и направился вместе с ним внутрь.
— Добрый вечер, — кивнул ему пожилой мужчина, держа в руках бокал с дорогим, но, наверняка, гадким шампанским.
Чонгук здоровается в ответ и уводит оттуда Тэ, пока его не начали расспрашивать о спутнике, смущённо опустившем глаза.
— Чон Чонгук, противный мальчишка, не хочешь со мной поздороваться? — спросила низенькая пухлая женщина, ловя брюнета за рукав пиджака. — Твои родители ждут тебя.
— Здравствуй, бабушка, — мягко говорит Чонгук, улыбаясь старушке. Ким робко выглянул из-за его плеча.
— Не думай, что я не вижу этого мальчика у тебя за спиной.
— Я познакомлю вас позже, бабушка. Ему нужно время освоиться, — Чонгук смотрит в толпу и указывает на высокого мужчину в толпе и уже знакомого омегу рядом. Родители Чонгука.
— Они выглядят, как пугающие родители-миллионеры. А, постой, это они и есть, — бурчит Тэхён, ловя на себе чужие взгляды. От этого неуютно, но находиться рядом с семьёй истинного ещё неуютнее. Светловолосый статный альфа, явно в дорогом костюме, с холодным умным взглядом; симпатичный красивый омега, приветствующий гостей с блуждающей улыбкой.
— Отец, папа, — Чонгук останавливается рядом, кивая родителям, а Тэ опускает глаза, кланяясь в знак уважения.
— Смотри, милый, это тот омега, о котором я тебе говорил, — тянет Сокджин, приветливо улыбаясь паре. Тэхён, непонятно почему, сгорает от стыда. Наверное, потому, что не соответствует. Потому что не из этих кругов.
— Здравствуй. Чон Намджун, — альфа кивает, легко пожимает ладонь парня. Тэхён запинается, потому что не знает, как представиться. Но Чонгук сам разруливает ситуацию: говорит, что все это позже, и с таинственной улыбкой утаскивает его от толпы.
— Мне надо отойти на пару минут. Если кто-то что-то тебе скажет, смело отвечай. Ты же со мной, — Чонгук бережно целует его в лоб и оставляет рядом с балконом, скрываясь в разноцветной толпе. Тэхён даже подумать не успевает, когда перед ним резко появляется невысокий темноволосый омега, глядя ему в глаза.
— Сколько он тебе заплатил?
— Что?
— Я спрашиваю, сколько денег Чонгук дал тебе, гребаная шлюха, чтобы ты пришел с ним сюда, — Тэхен чуть не отшатнулся от той волны агрессии, что хлынула на него. — Ты что, говорить не умеешь?
— Умею, просто пытаюсь понять, на каком языке ты выражаешься, — хмыкает Ким, мельком выискивая Чона. — Думаю, если бы он мне и заплатил, то с тобой бы и за бесплатно не пошел. А что, интересуешься расценкой в профессии компаньонов?
— Мне это и не потребуется, — закипая от злости, шипит омега. — У моих родителей уже готов свадебный контракт. Семья Чон не будет отказываться от столь выгодного предложения.
— Жаль, что ты так уверен, — вздохнул Тэ, но сам услышал, как дрогнул его голос. Однако сильная рука на поясе немного успокаивает.
— Здравствуй, Енши. Могу я поинтересоваться, о чем вы говорили? — Чонгук выглядит раздраженным, но, кажется, темноволосый омега этого не улавливает. В отличие от самого Тэхена.
— Ни о чем интересном. Куда ты уходил?
— Через полчаса тебя ждет сюрприз, — таинственно отвечает Чонгук. — Пойдем поближе к сцене, скоро будет интересно, — альфа прижимает его ближе, игнорируя знакомого, и ведет ближе к толпе, пока Тэхен судорожно гоняет мысли в голове.
Брюнет проводит его через толпу, оставляя у сцены, чтобы подняться туда. Скучное мероприятие для наследников компаний — отвечать на вопросы уже заранее подготовленные ответы. Чонгук смиренно ждет своей очереди, и когда выходит, ждет только одного вопроса, который не заставляет себя долго ждать: журналисты всегда подмечают такие вещи.
— Скажите, господин Чон, с кем вы пришли на этот вечер? Ходят слухи, что у вас скоро будет заключение брака с наследником семьи Ван, — Чонгук улыбается краешком губ и спускается за Тэхёном, выводя его на сцену и ставя рядом с собой.
— Тот, с кем я сегодня пришел — мой истинный омега. Ким Тэхён, господа. А слухи о моей свадьбе — лишь слухи, — говорит Чонгук, усмехаясь. Тэхен в его руках каменеет и не может дышать. Ощущение, что легкое проткнули острым ножом, не проходит, а сам парень еле держится на ногах. Спасибо поддерживающему его Чонгуку.