Ghapter 21
— Где, черт возьми, эта Нарния?
Парни расхохотались над поведением Дженни под кайфом.
— Дженни, прошу, вылези из моего шкафа, — не то со смешком, не то со вздохом произнес я.
Она тут же выпрыгнула оттуда и, подлетев к кровати, спиной завалилась на нее. Затем подняла руки и ноги и начала с благоговеньем шевелить пальцам, очарованная их существованием.
— Вау, — выдохнула она. — Это так круто...
На губах Джина заиграла широкая улыбка.
— Вот это ржака.
— И не говори, — согласился Хоби, после чего повернуться ко мне. — Эй, бро, у тебя еще остались кексы?
Я с досадой покачал головой.
— Нет, дружище, она не оставила даже крошки.
Вдруг раздался грохот. Мы обернулись на звук и увидели на полу хохочущую Дженни.
Я вскинул бровь — озадачено, но с легким весельем.
— Ты что, упала с кровати?
Дженни посмотрела на меня как на умалишенного.
— Не-е-ет, я атаковала пол.
— Задницей?
— Я чертовски талантлива!
Джин, как обычно, рассмеялся громче всех.
— Она охрененно забавная!
Чонгук по-джентельменски протянул Дженни руку и помог подняться. Твердо встав на ноги, она поблагодарила его и поцеловала в щеку, отчего друг вмиг зарделся.
— Оу, ты такой милый, когда краснеешь, Чонгук! — умилилась Дженни.
Его лицо покраснело еще больше, и под наш громкий хохот он потер шею и потупил взгляд.
— Ага. Спасибо, Дженни.
Не заметив в голосе Чонгука сарказма, Дженни широко улыбнулась и запрыгала от восторга.
— Не за что! Пока!
Она поскакала к двери, но я поймал ее за запястье и развернул к себе. У нее закружилась голова, и она свободной рукой ухватилась за меня.
— И куда это ты собралась? — ухмыльнулся я, игнорируя навязчивое чувство дежавю, напоминающее о нашей первой встрече, когда мы с ребятами вломились в школу и нашли там запертую девушку.
Дженни посмотрела на меня своими светло-карими глазами, и я увидел в них некое замешательство и восхищение.
— У тебя очень красивые глаза, — прошептала она завороженно, будто под гипнозом.
«У тебя тоже», — подумал я, но вместо этого, подмигнув, сказал:
— Я знаю.
С минуту мы просто стояли и улыбались друг другу как два идиота, затем Дженни оттолкнула меня и побежала вниз по лестнице.
— Эй! — крикнул я вслед. — Ты куда?
На последней ступеньке она с невинным взглядом подняла голову.
— Я проголодалась.
У меня вырвался смешок, и мы с парнями спустились за ней. Дженни по-королевски уселась за кухонную стойку.
— Тэхён, приготовь мне поесть.
— Тэхён и готовка? — усмехнулся Хоби. — О, я должен это увидеть.
— Думаю, нужно записать это на видео, — добавил Джин.
— Он вообще умеет готовить? Скорее всего, он ее просто отравит, — подколол Хосок.
Повернувшись, я сузил глаза и показал ему средний палец.
— Спасибо, ребята. Нет, серьезно, ваша поддержка бесценна. Кретины.
— А ты можешь сделать мне крабсбургер?
Мы с парнями медленно обернулись и увидели, как Дженни разговаривает с желтой губкой возле раковины.
На секунду в комнате наступила ошеломленная тишина, а следом раздался дружный взрыв смеха.
— Это просто бомба, — сквозь хохот произнес Джин. — Официально заявляю: я обожаю Дженни под кайфом.
Я снова посмотрел на девушку и улыбнулся. Болтая своими длинными загорелыми ногами и напевая песенку, она выглядела так мило.
И тут один придурок дал мне подзатыльник.
— Посмотрите-ка, наш оболтус втюрился по уши, — усмехнулся «мой лучший друг», и остальные парни поддержали его смехом.
— Не понял? — огрызнулся я.
Подмигнув, Джин взял меня за плечи и увел в соседнюю комнату.
— Ой, да брось. Не прикидывайся дураком, любовничек. Очевидно же, что она тебе нравится.
У меня от удивления округлились глаза.
— Что за херня? Она мне не нравится!
Вскинув брови, Джин смерил меня надменным взглядом.
— Тэхён, не тягайся с Сокджином, она тебе нравится.
— Это все твои домыслы, бро.
— Серьезно?
— Ага, — спокойно ответил я, хотя ощутил, как мой пульс подскочил.
— То есть ты не будешь против, если я за ней приударю? Ну, ты же видел эти ножки...
Меня вдруг словно перемкнуло, и в следующую секунду Джин оказался прижат к стене.
— Не вздумай к ней приближаться, Джин. — Такой грозный тон удивил даже меня самого.
Осознав, что сделал, я тут же отошел от друга и моргнул. Наши взгляды встретились, и тогда я понял, что Джин просто проверял, есть ли у меня чувства к девушке в соседней комнате.
Из моего рта посыпались самые смачные ругательства, которые я только знал на корейском.
Твою ж мать!
Похоже, я влюбляюсь в Ким Дженни.
Джин расплылся в счастливой улыбке.
— Мой малыш взрослеет. Он наконец-то влюбился. Я ужасно горжусь тобой, брат.
И после этого друг крепко обнял меня, приподняв над полом. В моей голове крутились тысячи мыслей, но уцепиться хоть за одну из них не получалось. Это невозможно. Как я мог влюбиться?
— Окей, Джин, может, перестанешь вести себя по-гейски и отпустишь меня?
— Дай еще пару секунд, — заявил он, продолжая ликовать в душе.
Я вздохнул.
— Нет... сейчас, иначе не видать тебе Джинов-младших.
Он тут же меня отпустил.
— Ладно.
~ * ~
Вернувшись на кухню, мы увидели, что Дженни жует морковку, макая ее, судя по виду, в клубничное варенье. Чонгук, Хосок и Хоби хохотали как никогда.
Заметив, как мы вошли, Хоби подозвал нас к себе.
— О, ребят, вы должны это увидеть, — сказал он, протягивая мне какой-то листок.
— Что это? — спросил Джин, стащив у Дженни полочку морковки. Она нахмурилась, но отбирать назад не стала.
— Список дел, которые Дженни хочет успеть сделать перед смертью, — синхронно ответили Чонгук и близнецы.
Я быстро пробежался взглядом по пунктам и улыбнулся.
Список дел, которые Дженни хочет успеть сделать перед смертью:
— Прогулять целый день в школе;
— Попробовать алкоголь;
— Врезать кому-нибудь;
— Нарушить закон;
— Завалить тест (только чтобы посмотреть на реакцию учителя), а затем переписать его на «отлично»;
— Обставить Тэхёна в споре;
— Научиться кататься на скейтборде;
— Поцеловаться под дождем... нет, слишком банально... поцеловаться под омелой... фу, как-то по-биберски... ПОЦЕЛОВАТЬСЯ ПЕРЕД ОГРОМНОЙ ТОЛПОЙ.
Я оторвался от листка. Трудно поверить, что она сама это написала. Джин, прочитав список через мое плечо, хитро ухмыльнулся, как и мы все.
О, это будет весело.
~ * ~
В жизни я мало чего боялся.
Но моя американская мамочка в рассерженном состоянии входила в это число. Такой я всегда буду ее бояться.
— Она съела кексы с травкой? Я оставила вас на полчаса, а она уже под кайфом? Какой же ты безответственный Son! — скрестив руки на груди, отчитывала меня мама.
Я рискнул украдкой взглянуть на друзей — те изо всех сил сдерживали смех.
—Mam... — попытался возразить я, но позволила ли она мне? Нет.
— Ты считаешь, это смешно? — возмутилась мама, указывая пальцем на Дженни.
Та держала в руках картошку и поздравляла ее с получением роли в «Истории игрушек».
Как бы меня ни разрывало от смеха, я совладал с собой и с серьезным лицом посмотрел на маму.
— Нет, mama, конечно же, нет.
Она вздохнула.
— Отведи ее наверх и уложи в кровать. Пусть она проспится.
Я кивнул, после чего мама пригласила моих друзей остаться на ужин, но те, вежливо отказавшись, с пожеланиями удачи похлопали меня по плечу и ушли. Я повернулся к Дженни — она лежала на диване едва не в отключке.
Я взял ее на руки и понес в гостевую комнату.
— Ты такой сильный, — восхитилась Дженни, а ее глаза расширились от удивления.
Я прыснул, не зная, как на это реагировать.
— Спасибо, но, поверь, принцесса, ты не такая уж тяжелая, — в итоге ответил я, осторожно укладывая ее на кровать и накрывая фиолетовым одеялом. Дженни устроилась поудобнее и мило зевнула.
— Принцесса? — непонимающе повторила она. — Ты — Прекрасный принц?
— Я Ким Тэхён ... так что да.
Услышав мое имя, Дженни улыбнулась.
— Ким Тэхён... — тихо выдохнула она на грани сна. — Хм-м... мне кажется...
Дженни закрыла глаза, но мне хотелось узнать, что она собиралась сказать.
— Ну и? — подстегнул я. — Что там с Ким Тэхёном?
И прежде чем провалиться в глубокий сон, она из последних сил прошептала:
— Мне кажется, я в него влюбляюсь...