Глава VI, в которой происходит встреча с чудовищем.
На следующий день я снова пришла в театр как раз вовремя. Актеры репетировали какую-то сцену из спектакля, а я тем временем по просьбе миссис Поуп устанавливала бутафорскую телефонную будку, стараясь не мешать актерам. Будка была сделана из какого-то странного легкого материала, но время от времени некоторые детали телефонной будки отклеивались, и мне приходилось ещё и корпеть, вручную устанавливая всю эту конструкцию. Зато мне удалось понаблюдать за одной из сцен спектакля. Двое мужчин спорили из-за девушки, которая была дочерью одного из них. Кого именно — как раз и было причиной споров. Один утверждал, что это его дочь, второй — что это его. Мать девушки по сюжету была уже мертва, а сама виновница споров сбежала из дома одного из мужчин.
В конце концов, один из мужчин схватил пистолет, тот самый, что я красила вчера, и выстрелил. Звук выстрела оказался такой оглушительный, совсем как настоящий!
Раздался пронзительный крик. Мужчина, державший в руке пистолет, впился в меня до смерти перепуганным взглядом. Я оглянулась по сторонам. На меня шокировано смотрели все актеры на сцене, и даже их постановщик. Мужчина, который выстрелил из пистолета, готов был вот-вот хлопнуться в обморок и выронил из рук пистолет.
До моего сознания начало медленно доходить, что только что произошло. Я медленно обошла будку, и у меня замерло сердце. В одной из её «стенок» застряла пуля. У меня подкосились ноги.
— Всем сохранять спокойствие. Только не паниковать. Всё обошлось. Всё в порядке. Все живы и здоровы! — начал успокаивать присутствующих маэстро.
Мужчина, в которого целились по сценарию, стоял, как неживой. Эта пуля могла оказаться у него во лбу, а не в стенке телефонной будки. А так же эта пуля могла оказаться у меня в сердце, если бы удача не улыбнулась мне в этот момент.
Через какое-то время я вышла из зала и уселась в первое попавшееся кресло. Только сейчас я заметила, как у меня дрожали колени. В прочем, я всё равно не до конца осознавала, какой опасности подвергалась. В тот момент я задавалась вопросом, как этот пистолет оказался настоящим?! Быть может, его нарочно подменили? Тогда это уже не шутки. Это самое настоящее покушение. Некоторые актеры настаивали на том, чтобы приехала полиция, но мистер Уиллер, пришедший на шум, наотрез оказался этого делать.
— Вы представляете, что они здесь устроят?! А у нас на носу премьера!
— О какой премьере может быть речь, когда наша жизнь подвергается опасности?! — закричал кто-то из актеров.
— Друзья, мои дорогие друзья, я понимаю, ситуация усложняется, но я обещаю вам всем прибавку к зарплате за этот спектакль. Вы просто ещё не представляете, какую славу вы приобретете, сыграв свои роли! Я прошу вас, друзья, всё уладится. Я обещаю вам. Я принял меры. Теперь всё будет в порядке.
Лесли вообще была слишком поражена произошедшим, чтобы делать какие-либо выводы. Поэтому она просто молча наблюдала за всей картиной. Точно так же, как и я.
Когда незапланированное «собрание» было окончено, мы с Лесли остались в коридоре, молча переглядываясь. Рабочий день был окончен, но мы не спешили уходить.
— Мне совсем это не нравится... — пробормотала Лесли.
— Думаешь, к этому причастен наш Джокер?
Лесли невесело усмехнулась:
— А кто же еще, по-твоему, это мог сделать? Кому есть смысл причинять вред актерам?
— А вот мне кажется, что это не Джокер. Вспомни, он никогда не покушался на чью-либо жизнь. Всё, что он делал, были своеобразные шутки. Ничего серьезного, ничего смертоносного. А здесь слишком большой шаг. Мне кажется, Джокер на такое не способен. По крайней мере, он сделал бы очередное предупреждение. Ставить под угрозу чью-либо жизнь...
Лесли не стала ничего отвечать. В коридор театра вышла миссис Поуп. Кажется, она не знала, что произошло, потому что на лице её была радостная улыбка.
— Джулия, ты ещё не ушла, какое счастье! Я знаю, рабочий день уже окончен, но я всё-таки хочу попросить тебя об одной услуге. Там в подвале осталась крысиная голова с нового года, которую нужно переместить в мастерскую, я завтра займусь её обработкой.
Я нервно сглотнула, а Лесли взглянула на миссис Поуп, как на вышедшую из ума старушку. Женщина заметила это и рассмеялась.
— Простите, я неправильно выразилась. Я имела в виду крысиного короля. Из балета «Щелкунчик», знаете? Он совсем изуродован временем, поэтому я решила заняться его реставрацией, пока к спектаклю от меня не требуют новых декораций. Ты ведь сможешь сделать это сейчас, правда? Голова очень большая, поэтому я не смогу сделать это сама. Но много времени это не займет...
— Конечно, миссис Поуп, мы вам поможем! — улыбнулась я.
— Вот и славно! До завтра, девушки!
Когда она ушла, мы с Лесли направились в подвал. Лесли жаловалась на то, что её мать будет ругаться за то, что она возвратилась в такое позднее время. На улице уже совсем стемнело, а мистер Эткинс гасил свет в театре.
Я включила в подвале свет. Одинокая лампочка на потолке слабо осветила всё помещение. Мы огляделись по сторонам. На полках стояли разный реквизит. Казалось, здесь есть всё на свете: от чайника и столовых приборов, до гермошлема костюма космонавта. Все эти предметы отбрасывали жуткие тени на стены. Я постоянно вздрагивала, заметив краем глаза пугающую тень или очередную маску для какого-нибудь спектакля. Тяжело вздохнув, мы принялись за поиски той самой крысиной головы.
Но вдруг свет в подвале потух и мы оказались в полной темноте. Я замерла на месте. Кругом было тихо, даже слишком тихо.
— М-мистер Эткинс?.. — заикаясь, окликнула Лесли мужчину. Но ей никто не ответил. — Мистер Эткинс... Вы... То есть... Эй, здесь кто-нибудь есть?..
Но никто ей не ответил. Кругом было всё так же тихо.
— Джулия, что происходит?.. — прошептала Лесли. — Ты видишь что-нибудь?
— Ничего не вижу... Может, перегорела лампочка?..
В это время скрипнула дверь. Я обернулась и тут же оцепенела от страха. У двери я разглядела очертания какого-то жуткого сгорбленного существа, точно чудовище из моих кошмарных снов!