Расстаяние
На улице шёл дождь, серый и липкий. Вечер был скомканным: планировали кино — но отменили. Планировали пиццу — не заказали. Настроения не было ни у кого.
Кристина пришла к Лизе домой ближе к семи. Уставшая, раздражённая, молчаливая.
Лиза открыла дверь с телефоном в руках — переписывалась с кем-то в Telegram, еле кивнула в знак приветствия и вернулась в комнату.
— Ты серьёзно? — бросила Кристина с порога, снимая мокрую куртку.
— В смысле? — не оборачиваясь, ответила Лиза.
— Я прихожу, ты даже глаза не поднимаешь. Как будто я тебе мешаю.
Лиза бросила телефон на кровать.
— Крис, я устала. У меня день был тяжёлый. Можно без сцен?
— Да я просто хочу хоть чуть-чуть тепла, Лиз. Хоть намёк на то, что ты рада меня видеть.
— А ты думаешь, я каждый раз вижу от тебя радость? Ты тоже вечно напряжённая.
— Потому что мне кажется, что я одна всё тяну. Что только мне не всё равно.
Эти слова повисли в воздухе. Лиза резко поднялась.
— Вот сейчас было обидно.
— Правда обидна, да?
— Нет, обидно, что ты считаешь, будто я ничего не вкладываю. Что мне плевать. А знаешь, что плевать — это вообще не про меня. Я просто устаю.
— А ты думаешь, я нет?
— Проблема в том, что ты всё воспринимаешь через себя, Крис. Всё. Моё молчание — это значит, что я злюсь. Моя усталость — значит, я охладела. Я — не твоя фантазия, я — живая. У меня есть чувства, границы, тяжёлые дни.
Кристина молчала, сжав кулаки.
— Ты говоришь, будто я тебя душу.
— А ты не замечаешь, что иногда — да. Я задыхаюсь.
— Может, тогда вообще не быть со мной, если всё так плохо? — вырвалось у Кристины.
Молчание.
Лиза отвернулась.
— Это ты сейчас сказала... или ты действительно так думаешь?
— Я не знаю, Лиза, — голос Кристины сорвался. — Я просто не понимаю, что с нами. Раньше мы были как одно целое. А сейчас ты будто всё время где-то не со мной.
— Потому что ты не оставляешь мне пространства. Я не могу дышать, не оглядываясь, не думая, что каждое моё слово — повод для драмы.
Кристина отвернулась к окну.
— Я, значит, драма. Поняла. Спасибо.
— Не переворачивай. Я просто... устала притворяться, что всё нормально, когда я чувствую, что между нами трещина.
— А ты ничего не делаешь, чтобы её залатать. Только отдаляешься. И ждёшь, пока я сама всё пойму. А я не умею угадывать, Лиза. Я умею только любить.
Снова тишина. Только капли по стеклу.
Лиза тихо села на край кровати.
— И я умею. Но, похоже, у нас разный язык любви, Крис. И если мы не научимся говорить на одном...
— ...то всё сломается, — договорила Кристина.
Лиза кивнула.
— Я не хочу, чтобы всё ломалось. Но если мы продолжим вот так — оно сломается само.
Кристина встала, накинула куртку.
— Мне нужно подумать. Я не хочу говорить на эмоциях.
— Я тоже, — почти прошептала Лиза.
Дверь за ней захлопнулась. И на секунду в комнате стало глухо, как в вакууме.
Обе чувствовали, что сейчас — на краю. Но обе всё ещё держались за надежду. Пасмурное небо. Сырость. Комната будто опустела.
Лиза проснулась в одиночестве. Подсознательно повернулась к пустой стороне кровати — забыв, что Кристины там не было с самого вчерашнего вечера. Простынь была холодной. Ощущение — будто из комнаты вырвали что-то живое.
Она села, завернувшись в плед, и уставилась в экран телефона. Ни одного нового сообщения. Ни от Кристины, ни от кого. Только уведомление от доставки еды и парочка новостей. Она проверила чат, не перечитала ли случайно что-то. Ничего.
Прошло ещё пару часов — всё без изменений.
В 14:12 пришло сообщение от Кристины.
Я уехала на пару дней к тёте. Мне нужно подумать. Просто... не пиши пока. Пожалуйста.
Лиза reread it again and again. Не пиши пока.
Словно ледяная игла под кожу.
Вечер. Тот же день.
Квартира казалась слишком тихой. Лиза сидела в углу кухни с чашкой чая, который давно остыл. Из колонок едва слышно играла музыка, но даже любимые треки не спасали.
Она пыталась читать — не шло. Смотреть сериал — раздражало.
Каждая деталь в квартире напоминала о Кристине: кружка с надписью "No drama, only coffee", оставленная резинка для волос, заряженный у стены кабель от её телефона.
И всё это теперь было молчанием.
Ночь.
Лиза лежала в кровати, глядя в потолок.
В голове — тысячи мыслей.
А если я действительно слишком холодная?
А если она думает, что я её не люблю?
А если она решит, что мы не стоим продолжения?..
Она вспомнила, как Кристина впервые взяла её за руку. Как ревновала, как смотрела с искренней тревогой. Как будто берегла. Как будто видела её.
А она... Она вечно уходила в себя. Молчала. Терпела. И копила усталость, пока не становилось поздно.
Слёзы подступили неожиданно.
Без истерики. Просто... горькая, тихая боль.
— Прости меня, Крис... — прошептала она в пустоту.
Следующий день.
Ни в школе, ни дома — тишина.
Лиза написала черновик сообщения 5 раз — и каждый раз стирала. Она боялась нарушить просьбу. Боялась обидеть ещё больше. И в то же время — умирала от желания сказать хоть слово.
Весь мир будто потерял цвет.
Каждая минута без Кристины тянулась, как вечность.
И всё, что оставалось Лизе — ждать.
Молча.
С верой.
И страхом, что эта пауза может стать последней.