Начало конца
***
Ангел не говорила со мной и Крисом. Ни слова после того, как мы сказали, что не верим ей. Я снова совершил ошибку. Снова не знаю, как это исправить. Даже Сэму она улыбалась и смеялась над его тупыми шутками. Я ревновал. Чертовски сильно. Но я сам виноват в этом. Мы уже час ехали в клинику, где лежит Лукас. Наконец, машина остановилась, и мы вышли из нее, направляясь внутрь здания. Снова странное чувство. Снова тошнота подступила к горлу. Что – то случится. Как много лет назад, как с Эми. Неприятное чувство усилилось, когда мы подошли к палате, где лежал Лукас. Как только мы вошли внутрь, все замерли. У койки парня стоял он. Холодный и пустой взгляд, отвратительная ухмылка и пистолет в руке. Ну конечно, как же без оружия.
- О, вот и вы. Пришли проведать брата? Ой, то есть, последний раз увидеть его. Как себя чувствуешь, Эми? Знаешь, мои парни все никак не могут забыть тебя. Черт, я уже жалею, что тоже не трахнул тебя, - я его убью. Только я дернулся в сторону Мэтта, как он приставил дуло пистолета к голове Лукаса, отчего мне пришлось резко остановиться. – А вот и главный защитник. Асфорд, а что же ты делал, когда твою любимую пускали по кругу в моем гараже? Точно! Ты вливал в себя виски, не пытаясь ее найти. Крис…а что делал ты? Ах да, сидел в доме Ника и жаловался, как плохо тебе было все эти годы. А хотите знать, кому было больнее? Мне! Родители любили вас больше, чем меня. Всю жизнь! Я всегда был ограничен во всем. Гулять? Нельзя! Заниматься спортом? Нельзя! Иметь друзей? Откуда у меня будут друзья, если я постоянно сижу дома?! А родителям плевать! Родили меня неполноценным и просто бросили одного! Зачем им Мэтт, если есть Крис, близнецы и Эми?! Чертова сердечная недостаточность! Вы все хоть знаете, как со мной обращались родители? Меня запирали в комнате, говорили, что я ошибка, как сильно они жалеют, что я родился таким! Вас троих боготворили, любили и давали вам все, что вы хотели. Потому что вы «нормальные». Я стал сам заниматься собой. Учился, тренировался, воспитывал сам себя. А потом стал сбегать по ночам. Познакомился с Мэйсоном и его друзьями. Они были отбросами в школе. Мы стали дружить и решили наказывать тех, кто хоть как – то обидел нас. И тогда я придумал план мести моей семье, если это можно так назвать. Бедный Крис…избил своего друга, думая, что Мэйсон – главный злодей. Кстати, родителей убил тоже не он. Их убил я. Лично перерезал глотку матери и отцу. А то, что ее пустили по кругу – правда. Это было поистине веселое зрелище. Как и, кстати, с Эми. Вот только, мать я тоже трахнул, а эту грязную шлюшку не стал – было мерзко. Но вот, вы все здесь, и я могу последний раз насладиться вашей болью, когда убью Лукаса, - прозвучал выстрел, и Мэтт упал на пол, рядом с койкой Лукаса. Все обернулись и увидели, как Крис держит пистолет, что еще дымился после выстрела.
- Не надо так смотреть на меня. Из них двоих я выбрал Лукаса. Только он заслужил жить, и думать было не над чем. Мэтт – ублюдок. Он испортил наши жизни и лишил нас родителей. Мне плевать, будете вы меня осуждать или нет, он этого заслужил, - Крис убрал пистолет и ушел на улицу, оставив нас, все еще находящихся в шоке.
Я кивнул Сэму, чтобы он позаботился об Эми, и выбежал за другом. Он стоял на крыльце клиники, куря сигарету. Внешне он был спокоен, но я видел, как трясутся его руки.
– Он знал, что умрет, Ник. Он был готов. Мэтт не собирался стрелять в Лукаса, он хотел, чтобы убили его самого. « Последний раз насладиться вашей болью», - он сказал это, давая понять, что хочет умереть. Видимо, болезнь победила его, - я тяжело вздохнул, тоже прикуривая сигарету. Не успел я затянуться, как сигарету вырвали из моего рта, как и изо рта Криса. Чуть опустив голову вниз, я увидел Эми, что смотрела на нас с гневом и осуждением.
- Вы, оба! Никаких больше сигарет! А теперь, в машину и домой. Лукас поправится, его анализы хорошие. Нам сказали, в его палате приберут, - Ангел бросила сигареты на землю, топча их ногой и быстрым шагом пошла к машине. Черт, я хочу ее. Подхватить ее под мягкие, нежные бедра, прижать к стене и…твою ж мать, Асфорд, какой ты ублюдок. Она только недавно пережила такой ужас, а ты думаешь не мозгом, а членом.
Дорога домой была напряженной. Никто из нас не решался заговорить, да и не хотел. Крис высадил меня и Эми у моего дома, а сам поехал с Трэвором в свой особняк. Сэм уехал один от самой клиники, сказав, что у него важное дело. Ну да, знаю я, какое у него дело. Я пропустил Ангела в дом, закрывая за нами дверь, и прошел в гостиную, сев на диван. Как только я откинул голову на спинку дивана и прикрыл глаза, я почувствовал маленькое тело на своих коленях, что прижалось ко мне. Эми сидела на мне, обняв за шею, уткнувшись в нее лицом. Что же ты творишь, малышка…я же не смогу держать себя в руках, когда ты так близко.
- Прости, что я вела себя так, Ник. Прости за те слова, что сказала тебе. Я люблю тебя. Всегда любила только тебя. Мне было больно говорить тебе все то, что сказала, я просто боялась. Мэйсон напугал меня, - она смотрела в мои глаза, и я понял, что красивее ее глаз я не увижу уже ничего. – Ник, я хочу забыть то, что случилось. Пожалуйста, сотри их прикосновения, ощущение их во мне, их следы. Я хочу, чувствовать только тебя. Всегда.
Я не стал ничего говорить, не стал отговаривать. Я напомню, чья она, верну ей уверенность и сотру весь страх перед сексом. Как только я хотел подняться, она вдруг положила маленькие ладони на мою грудь, останавливая меня. Я недоуменно посмотрел на нее, не понимая, что происходит.
- Я хочу так, на тебе. Можно? Только…ты ничего не делай, я сама. Так мне менее страшно, - она.меня.убьет. Нет, ну серьезно. Она хоть понимает, что я сейчас испытываю, и как ноет все в моих штанах? Она еще спрашивает?! Боже, да если она скажет, что хочет связать меня и делать все, что пожелает, я как пес выполню все ее желания.
Не имея сил сказать хоть что – то, я лишь кивнул, убирая руки за спину, чтобы ей было комфортней. Как только я сделал это, на мои глаза легла повязка. Твою мать. Нет, видимо, это последний день моей жизни. Я услышал звук расстегивающейся ширинки на моих брюках, и напрягся. Она…черт. Я приподнял бедра, помогая ей стянуть с меня брюки вместе с боксерами. Я снова почувствовал, как она села на меня, и по телу прошел ток от прикосновения ее нежной обнаженной кожи к моей. Она обхватила маленькой ладонью мой член, и я буквально перестал дышать. В следующее мгновение она начала медленно и аккуратно опускаться на него, а ее дыхание стало прерывистым. Черт возьми, я умру за нее. Отдам все, чтобы эта нежная, но смелая девочка была со мной всегда. Опустившись полностью, Эми остановилась, привыкая к размеру. Как только я хотел спросить, не больно ли ей, малышка начала двигаться. Я готов поклясться всем, что в этот момент сдерживался, чтобы не кончить сразу же. Это нереально. Она моя. Я убью любого, кто даже посмотрит в ее сторону. Движения ее бедер ускорялись, так же, как и ритм моего сердца. Ее тонкие пальчики впивались в мои плечи, а нежные стоны сводили меня с ума.
- Эми…милая…я не смогу больше…это.., - повязка с моих глаз пропала, и я увидел ее. Пряди прилипли к лицу, глаза закатаны, а губы приоткрыты. Рай выглядит именно так, как выглядит сейчас мой Ангел. Я подался бедрами навстречу ей, ускоряя темп, и через время кончил в нее, почти задыхаясь. Эми прижалась ко мне, тяжело дыша и обнимая меня. Мои руки обвили ее хрупкое тело, зарываясь пальцами в ее волосы. – Люблю тебя, Ангел. Моя любимая девочка.
- Люблю. Я люблю тебя, Ник, всем сердцем, - я почувствовал, как ее тело потихоньку расслабляется. Она заснула в моих руках, а я просто не знал, куда себя деть от счастья. Вот она – награда за все, через что я прошел. И теперь она будет под охраной каждую минуту. Пришло время Мэйсону ответить за то, что он сделал со всеми нами. За то, что он сделал с моим Ангелом.