22. Больше не сестра
Служение окончилось, но прихожане не торопились расходиться, народ божий столпился у центрального выхода, раскупая книги пастора Риддла и видеозаписи проповедей. Гарри сообразил, что проще выйти на улицу через служебный вход, чтобы не привлечь к себе лишнее внимание собратьев из «Источника Любви». Без очков было не по себе, и оттого повсюду мерещился пастор Дамблдор.
Двери служебного входа были с торца «Электры» и вели в небольшой дворик — сюда обычно подъезжали фургоны и грузовики. Гарри вышел во двор и оторопел: даже без очков он узнал микроавтобус скорой помощи «Лондон Бридж Хоспитал». Поначалу ему пришла в голову нелепая мысль, что мистер Снейп до сих пор не забрал Бентли из парка и потому воспользовался служебным фургоном. Вдобавок ко всему, он явственно различил голос мистера Снейпа и обнаружил его самого в трех шагах от «скорой» в обществе уже известного Гарри трансплантолога — юноша узнал его даже без очков. Увлеченные беседой, они не замечали молодого человека, и до него донесся обрывок совершенно непонятного разговора.
— Повторяю, я не имею к нему ни малейшего отношения! Я его даже не узнал сначала!
— Ну конечно, Сев, ты просто по привычке явился на воскресную службу, — захохотал блондин.
Теперь Гарри уже знал, что он — отец Драко, и это волновало его гораздо больше, чем рассказы сотрудников о достижениях мистера Малфоя и успехах кафедры трансплантологии.
— А почему бы и нет? Люц, ты много потерял. Редкое шоу.
Трансплантолог поморщился.
— Брось. Я думал, ты тоже на подстраховке, — сказал он.
— Он ко мне не обращался.
— Поздно ему к тебе обращаться. Я ему сердечную помпу имплантировал.
— Даже так? Пастор на батарейках! Я ничего не заметил.
— Японская модель, что ты хотел.
— Ну и какого черта ему дома не сидится? Дилатационная кардиомиопатия, а он по сцене скачет. У Дона отличный сад, теплица с орхидеями.
— Ты прокололся, Сев! Даже диагноз...
— Да у него на лице диагноз нарисован! И его кашель мне через забор слышен. Почему ко мне — поздно?
— Подзаработать хочешь? — неприятно засмеялся блондин. — Опоздал. Там уже ни твои кардиостимуляторы, ни кардиовертеры не помогут. Риддл — мой. Даже не облизывайся.
— Люц, ты невыносим. Я повторяю, я здесь не из-за него. А вот что ты тут делаешь, ждешь, пока батарейки сядут?
— Он уже фибрильнул два раза, — мрачно сказал трансплантолог. — По приезду из Сиэтла. Думаешь, я деньги за красивые глаза получаю?
— М-м... а глаза и вправду ничего, — промурлыкал мистер Снейп.
— Северус... — начал блондин и тут только заметил Гарри: — Вы что-то хотели, молодой человек?
— Нет, сэр, я... — растерялся юный христианин.
— Гарри? — мистер Снейп отчего-то нахмурился. — Минутку, я уже иду.
— Гарри? — поднял светлую бровь трансплантолог. — Северус, не хочешь нас познакомить?
Светловолосый мужчина одарил молодого человека таким многозначительным взглядом, что юноша невольно покраснел.
— Вы разве не знакомы? Мистер Поттер, работает у Люпина, — буркнул Снейп. — Гарри, это доктор Малфой, профессор кафедры трансплантологии.
— Очень приятно, доктор Малфой, — смущенно сказал Гарри.
— А МНЕ как приятно, — с непонятной интонацией произнес блондин и насмешливо посмотрел на мистера Снейпа.
Кардиохирург испепелил трансплантолога злобным взглядом. Гарри стало не по себе.
— Мне пора, Люциус, — холодно сказал он. — До завтра.
Красивые тонкие губы блондина искривились сардонической улыбкой.
— Увидимся, — он опять окинул Гарри взглядом, в котором сквозило неприкрытое любопытство.
Профессор Снейп направился к машине, на ходу сдирая с шеи галстук — атрибут прихожанина воскресной церкви. Он открыл дверцу Бентли и швырнул галстук на заднее сиденье. Юноша сел впереди и покосился на хмурое лицо мужчины: он чувствовал повисшее в воздухе напряжение.
— Мистер Снейп, я не знал, что вы там будете, — сказал он, пытаясь разгадать безрадостное выражение лица кардиохирурга. — Я просто не хотел идти через центральный вход и поэтому...
— Гарри, — хирург вдруг развернулся и положил руку ему на плечо. — Ты тут совершенно не при чем. Люциус... Мистер Малфой... держись от него подальше. Я тебя очень прошу, — сказал он.
— Да я и не собирался с ним знакомиться, — Гарри наклонил голову и коснулся щекой руки на своем плече.
— Зато он собрался, — сердито сказал Снейп.
— С чего вы взяли?
— Вы не видели, как он на вас смотрел? — возмутился профессор.
Гарри пришла в голову дикая мысль, что мистер Снейп ревнует. «Не может быть», — подумал он.
— Не видел, — с достоинством сказал юноша. — Я на него не смотрел даже. И не собираюсь смотреть! — с горячностью прибавил он. — Да и вообще он уже старый!
Очевидно, последняя фраза была лишней. Мистер Снейп подобрался, как леопард на ветке.
— А я, по-вашему, какой?
Гарри закусил губу.
— Вы? Вы вообще молодой! — с жаром сказал он. — Очень молодой!
Профессор вдруг расхохотался.
— Гарри, ваша непосредственность — это нечто! «Очень молодой»!
Он внезапно перестал смеяться и наклонился к самому лицу юноши.
— Кто я для вас, Гарри? — тихо спросил он.
— Не знаю... Друг? — молодой человек с надеждой посмотрел на его губы.
Мистер Снейп вздохнул.
— Друг, — согласился он и накрыл жаждущими губами задумчиво приоткрытый рот юноши.
Кто-то постучал в боковое стекло машины.
— Мистер Снейп!
Гарри в страхе отпрянул. Он забыл, где находится. Профессор опустил стекло. На них уставились взволнованные глаза миссис Уизли.
— Северус, извините, это важно.
Мистер Снейп выбрался из машины. Они отошли в сторону, и Гарри ничего не мог расслышать. Юный евангелист сидел красный как рак, с бешено колотящимся сердцем. Очевидно, он сошел с ума. Целоваться на глазах у толпы прихожан! Стекла Бентли были покрыты легкой тонировкой, но не настолько темной, чтобы не рассмотреть происходящее внутри.
Пока мистер Снейп беседовал со своей экономкой, Гарри весь извелся в муках совести. К его ужасу, профессор открыл заднюю дверь машины, и миссис Уизли как ни в чем не бывало уселась на заднее сиденье. Обнаружив там галстук, она по-хозяйски повесила его на спинку кресла.
Мистер Снейп быстро сел за руль и завел зажигание. Вид у него был хмурый и озабоченный.
— Гарри, — сказал он. — С вашей подругой несчастье.
— С какой подругой? — испугался юноша. — У меня нет никаких... Гермиона!
— Угу, — только и сказал Снейп. Он осторожно выруливал с парковки, запруженной машинами прихожан.
— Гарри, — окликнула его миссис Уизли.
— Что случилось? — от волнения Гарри забыл, что только что боялся посмотреть сестре Молли в глаза.
— Ее изнасиловали, — тяжело вздохнула женщина. — Вчера, в Риджентс парке.
Гарри издал какой-то нечленораздельный звук.
— Рон мне сказал. Он ей не дозвонился, перезвонил ее квартирной хозяйке, она просит, чтобы кто-то приехал, — расстроенно сказала она. — Бедная девушка.
— И кто этих бедных девушек посылает по паркам бродить? — сквозь зубы процедил Снейп. — Пастор Дамблдор?
— Миссис Макгонагалл, — пробормотал Гарри, пытаясь прийти в себя от того, что услышал.
— Помощница пастора, — пояснила мисси Уизли. — Она отвечает за евангелизацию.
— Она за все ответит, — злобно сказал Снейп. — И за евангелизацию в том числе! Где на Квинсуэй?
— Возле метро, я покажу, — торопливо сказал Гарри.
* * *
Возле подъезда красного кирпичного дома топтался брат Рон — взъерошенный, перепуганный, нервно озирающийся по сторонам.
— Гарри, я подожду в машине, — мистер Снейп сжал его руку. — Я там не нужен.
— Северус, а вдруг как раз нужен? — разволновалась миссис Уизли.
— Буду нужен, звоните. И вот что, Молли, узнайте, обращалась ли она в полицию, — сказал он. — Это важно. И... Молли...
— Я помню, — ответила она.
Рон бросился к ним со всех ног.
— Она меня выгнала! — взволнованно сказал он. — Она никого видеть не хочет, вообще взбесилась!
— Иди домой, — сурово приказала миссис Уизли. — Без тебя справимся.
— Она вещами кидается!
— Это хорошо, — хладнокровно заметила сестра Молли.
— Ничего себе хорошо, — пробормотал Рон. — Мама, она тебя убьет.
— Не убьет. Иди уже.
— Гарри, осторожно, — предупредил Рон.
* * *
Сестра Гермиона уже не кидалась вещами. Она свернулась калачиком на постели и невидяще смотрела перед собой. Гарри почему-то решил, что девушка должна плакать или молиться, но она безучастно лежала на кровати, и глаза ее были совершенно сухими.
Гарри несколько раз бывал у нее дома. Девушка арендовала комнату. Эта комната ничем не походила на убогое жилье, что снимал Гарри, когда только приехал в Лондон. На Квинсуэй не было дешевых квартир. Здесь было уютно и чисто, и хозяйка, довольно приятная женщина, даже готовила обед. Понятно, стоила комната немалых денег, но юному христианину неловко было спрашивать, где сестра Гермиона берет средства к существованию.
Сейчас комнату нельзя было назвать ни уютной, ни чистой. Судя по всему, девушка действительно швыряла в каждого входящего все, что было под рукой, — возле двери были разбросаны книги, осколки стекла и груда одежды. Очевидно, в кого-то запустили Библией — святая книга беспомощно распласталась по полу, как большой мертвый бражник.
— Герми, — тихо позвал Гарри.
Девушка даже не повернула головы.
— Уйди, — глухо сказала она.
Сестра Молли спокойно подошла ближе и уселась на ее постель.
— Нет, милочка, мы не уйдем. Гарри, конечно, как хочет, а нам с тобой поговорить надо.
— Нам не о чем говорить, — буркнула Гермиона.
— Зря ты так думаешь. Мне сказали, ты не хочешь, чтобы родители узнали, — вздохнула миссис Уизли. — Я тебя понимаю. Ты не хочешь их расстраивать, да?
— Расстраивать? Да что вы знаете о моих родителях? — взвилась вдруг Гермиона. — Они скажут, «Так тебе и надо!» И правильно скажут, — простонала она и опять уронила голову на подушку. — Да, так мне и надо, идиотке!
— Герми, не говори так, ты с ума сошла, — Гарри уселся на колени возле ее кровати и попытался погладить безвольно раскрытую ладонь. Она нервно вырвала руку, и юноша испуганно отстранился.
— Они не одобряют твою евангельскую деятельность? — догадалась сестра Молли.
Гермиона презрительно дернула ртом, но промолчала.
— Да, родители Герми — неверующие, — сказал Гарри.
— Послушай, милая моя, — тихо сказала миссис Уизли. — Знаешь, дело не в евангельской деятельности. Это могло случиться с кем угодно, да так оно и бывает. Ты такая красивая девушка, неудивительно... Может, Гарри пусть лучше уйдет?
— Мне без разницы, — буркнула девушка. — Мне теперь всё без разницы. Все люди — сволочи.
— Не все, моя хорошая. Ты сейчас меня не слышишь, я знаю, — сестра Молли погладила ее по руке, и Гермиона, к удивлению Гарри, не отдернулась. — Конечно, подонки как были, так и будут. Есть такие сволочи, не дай Господь, — вздохнула она. — Ты в полицию обращалась?
— Зачем? Подробности расписывать? — горько сказала девушка.
— Их нужно поймать. Иначе неизвестно, сколько еще девушек пострадать может. Или тебя же опять вычислят, если им понравилось. И такое бывает. Надо фоторобот сделать, медэкспертизу провести. Тяжело, милая, я знаю, но надо через это пройти.
Гермиона оторвала взгляд от потолка и уставилась на миссис Уизли.
— А вы откуда знаете?
— Как думаешь, почему я к тебе пришла? Пожалеть? По головке погладить, что ты, дурочка, потащилась людям голову морочить? Ты почему без Рона пошла? Без Гарри? Я тебя не ругаю, — вздохнула женщина. — Что толку. Сама такая же была, и так же попалась. Тебе еще повезло, двое.
По лицу Гермионы вдруг потекли слезы.
— Я молилась... Всегда молилась, чтобы Бог меня хранил. Он меня не услышал. Как я Его звала, как я Его звала, если б кто-то знал, — простонала она.
— Бедная моя, девочка моя, — Гарри увидел, что миссис Уизли тоже плачет. Она обняла Гермиону и ласково гладила ее растрепанные волосы.
— Ну какой Бог, солнышко мое, откуда Бог, дети, ну что же вы такие доверчивые! Ничего, родная, ты забудешь, как это было. Когда-нибудь забудешь.
— Это невозможно забыть! Вы не понимаете! Я никогда не забуду, что они делали! Я не девственница, не в этом дело! — истерично выкрикнула Гермиона. — Это унижение, это грязь, дерьмо, скотство, я не знаю, что это такое! И Бог... Он не пришел, не спас, почему? Почему?
Ее глаза расширились, слезы теперь лились градом, губы дрожали.
— Может, потому что Его нет? — всхлипнула миссис Уизли.
— Вы не можете так думать, вы...
— Запросто могу, — с горечью сказала сестра во Христе. — Я хотела понять, что делает мой сын в вашем... извините, не буду ругаться. В «Источнике Любви».
Она достала из сумочки платок и дала его Гермионе.
— Я знаю, такое нельзя забыть. Но потом, когда пройдет время, тебе будет не так больно об этом вспоминать, — миссис Уизли нежно убрала прядь волос, прилипших к мокрой от слез щеке девушки. — Милая, как это случилось? Чужому человеку такие вещи проще рассказать, поверь мне. Со мной еще и не то сделали, вот Гарри уйдет, я скажу... Если б рядом подруги не было, я бы, наверное, в окно прыгнула. Что за гады такие, может, ты что-нибудь запомнила, как они выглядели, в чем одеты?
— Теннисисты, — прошептала девушка. — Уроды! Я одному чуть глаз не вырвала.
— Вот, уже хорошо, — одобрила миссис Уизли. — Надо обязательно пойти в полицию, там этих теннисистов одноглазых быстро вычислят!
— Какая полиция, вы о чем, сестра? — раздался голос миссис Макгонагалл.
Все трое оглянулись. В дверях стояла сестра Минерва в элегантном зеленом костюме. Она обвела недоуменным взглядом комнату, и, наклонившись, подняла с пола растерзанную Библию.
— Мы говорим, что надо заявление написать, — пояснила миссис Уизли. — С такими вещами не шутят. Подонков и преступников надо найти и наказать!
Сестра Минерва снисходительно посмотрела на сестру во Христе.
— Предоставьте это Господу, — высокомерно сказала она. — Он рассудит и усмотрит справедливое наказание.
— Где был ваш Господь, когда меня трахали? — вдруг злобно выкрикнула Гермиона. — Если Его там не было, как Он судить будет!
— Ах, вот оно что, — холодно сказала сестра Минерва. — Милочка моя, я буду за вас молиться. Нельзя так ожесточаться. Я все понимаю, с вами случилось большое несчастье.
— Сестра Минерва, — не выдержал Гарри. — Почему это случилось? Почему Бог это допустил? Разве Герми... сестра Гермиона не для Бога старалась? Я с ней тоже ходил благовествовать, она очень вежливая, и с людьми всегда так хорошо разговаривает. Она... она не заслужила того, что с ней сделали!
— Неисповедимы пути Господни, — поджала губы сестра Минерва. — Возможно, Отец послал вам испытание, сестра. Примите с покорностью, смиритесь, и Господь пошлет вам облегчение. Обидчиков нужно прощать, не держать зла. Наказание предоставить небесам.
— Нет уж, небесам! — вышла из себя сестра Молли. — Завтра же она пойдет в полицию, а то и сегодня! Чем раньше, тем лучше!
— Никуда она не пойдет! — зашипела миссис Макгонагалл. — Не вам принимать решения, сестра Молли!
— Почему это не пойдет? Очень даже пойдет, и расскажет, что вы направляете невинных девушек в одиночестве раздавать брошюры похотливым мужикам! Если она не пойдет, я за нее схожу! — с вызовом сказала сестра Молли.
— Вас никто не станет слушать, сестра, — с пренебрежением ответила Макгонагалл.
— Я тоже пойду, — внезапно сказал Гарри. — Их надо поймать, сестра Минерва.
— Брат Гарри, — с холодной яростью сказала помощница пастора. — Вы не понимаете, о чем речь! Кому вы хотите неприятностей? Пастору Дамблдору? Вы понимаете, что этим вы бросаете вызов Богу? Вы усомнились в божьей справедливости? В том, что Господь обязательно накажет обидчиков?
— Он же не пришел, когда она его звала, — упрямо сказал Гарри. — Откуда мы знаем, накажет или нет.
— Да вы что, сговорились? Дьявол вас попутал и обольстил? Сестра Гермиона, вы разумная девушка, Господь благословил вас светлым умом и пониманием откровений божьих. Неужели вы считаете, что суд людской лучше суда Господнего?
— Миссис Макгонагалл, — тихо сказала Гермиона. — Я больше вам не сестра. Уйдите.
Сестра Минерва набрала воздуха в грудь, очевидно, намереваясь пересказать своими словами то, что думает по этому поводу Господь.
— Уйдите! — страшным голосом крикнула девушка. — Ваш Бог вас и накажет!
Бросать было больше нечего, кроме подушки, на которой она лежала.
Размахнувшись что было сил, Гермиона метнула подушку в сестру во Христе. — Вон отсюда! Сестра! Старая сука!
Она упала на кровать и истерически расхохоталась.
* * *
Гарри вышел из подъезда и прищурился, пытаясь отыскать Бентли. Черных машин было много, и юноша растерялся — без очков он не мог понять, где припарковался мистер Снейп.
— Гарри?
— Вы тут? — обрадовался он. — Я думал, не найду вас. Вот, возьмите, — он протянул профессору мобильный телефон. — Миссис Уизли просила вам передать. Она еще побудет там.
— Спасибо, — мистер Снейп нажал какую-то кнопку, и, несмотря на шум помех, Гарри явственно различил голос миссис Уизли. Профессор тут же выключил звук и сунул мобильный в карман. — Как там ваша сестра Гермиона?
— Она больше не сестра. Она теперь просто Гермиона, — сказал Гарри. — Она... разуверилась.
Брови Снейпа взлетели вверх.
— Быстро, однако, — хмыкнул он.
— Хотите, чтобы и я так?
— Не такой ценой, — нахмурился мистер Снейп. — Гарри, я вам кое-что должен.
— Вы? Мне?
— Прошу вас, разрешите мне купить вам хотя бы очки.
— Я сам могу купить, — сказал юноша. — Я об этом думал, но сегодня воскресенье, и все закрыто.
— Я знаю, где открыто. Поехали, — оживился мистер Снейп.