Непокорная

Как темно. Я ничего не вижу, но в то же время знаю здесь каждый уголок. У меня присутствует странное чувство, что я здесь уже бывала, да и не один раз.

"Где я?" – мысленно задаю себе вопрос, но ответа не нахожу.

Простояв на одном месте порядком 10 минут, я всё-таки решила пройтись по темному помещению. Здесь пахнет сыростью. Мне страшно. Я очень хочу отсюда выбраться, но не знаю как. В голову лезут странные воспоминания. Ну для меня они странные, но для девочки, роль которой я сейчас играю, они кажутся обыденными.

Вот я стою посередине какой-то светлой комнаты, а из большого, нет, просто огромного окна льется свет. Этот свет, попадая на мою кожу... греет?! Но как? Ведь такого не бывает! Свет не может греть... Но девочка продолжает стоять на месте и наслаждаться теплом... Вдруг картинка меняется, и вот я уже сижу под каким-то деревом. И не просто сижу, а прячусь от кого-то. Мне это нравится. Природа вокруг меня живая, яркая, светлая... Она как-будто дышит. От моих раздумий меня отвлекает голос.

- Вот я тебя и нашел.

От этого маленького предложения по всему телу разливается тепло, и на лице расплывается улыбка. Девочка вскакивает на ноги и, не оглядываясь, с веселым криком бежит куда глаза глядят. Потом я замечаю старенькое кирпичное здание, словно из фильма ужасов. Но я все равно забегаю внутрь и прячусь за скрипучей деревянной дверью. Слышу, что кто-то обеспокоенно меня зовет, и в ответ смеюсь. Слышу приближающиеся шаги по гальке. Потом опять зов. В ответ я смеюсь еще сильнее. Мои мышцы напряжены. Я уже готова бежать в другое "укрытие". Из-за всего напряжения в теле я теряю бдительность. Вдруг в дверной проем заходит высокий приятный мужчина. Девочка любит его до невозможности. От неожиданности она вскрикивает, и он замечает ее. Хватает за руку и тянет к себе. Последнее, что я вижу, - это искривленное беспокойством прекрасное лицо. Я не запомнила ничего кроме его добрых глаз, кстати, как и у меня, но я точно знала, что этот мужчина идеален. Воспоминания обрываются, и я уже стою в этом ужасном темном помещении и трясусь от страха и холода.

Девочка точно знает, зачем пришла в этот заброшенный дом. Ее друзья говорили, что видели здесь приведения. А девочка в это не верит, да и не боится их, если они на самом деле и существуют. Вот она и вызвалась доказать, что их нет и быть не может. Вечером она сказала родителям, что идет гулять с друзьями, а сама пошла сюда. Ее уже не было дома около двух часов, и ее наверняаа уже ищут. А вернуться она не может, так как заблудилась. Кто ж знал, что это маленькое здание имеет лестницу вниз, а там... Там множество коридоров и комнат, и, как ей казалось, онини когда не кончатся. Я же пребывала в ужасе. Нет, у меня была паника. Я чувствовала, что что-то должно произойти. Это было что-то плохое.

Тут я услышала топот сапог и чей-то тихий голос. Я испугалась и спряталась в каком-то углублении в стене. Уже было видно свет фонарей. Но вдруг я услышала:

- Ируся, ты тут? - женский, знакомый, любимый голос.

Стоп. Ируся? Ира? Причем здесь это? И почему это имя до боли мне знакомо? Но для девочки это не было открытием. Она спокойно вышла из укрытия и побежала к женщине, звавшей ее. Это была высокая блондинка с вьющимися волосами, которые она выпрямляла, но от сырости они опять завились. При взгляде на девочку, ее голубые глаза светились счастьем, и на губах заиграла улыбка. Тем временем, девчушка подбежала к женщине и обняла ее. Женщина присела на корточки, чтобы быть на одном уровне с пропавшей, и обняла ее так крепко и тепло, как не мог ни один человек на земле.

- Доченька, ты зачем пошла сюда? – спросила она спокойным голосом, но с ноткой укора.

Доченька? Что?! Да ладно. Какое это имеет значение. Все казалось идеальным. Вот воссоединилась семья, и они счастливы, но я чувствовала, что сейчас что-то произойдет. И не успела я и слова вымолвить, как так оно и случилось.

Откуда ни возьмись появились люди в странных серых костюмах. Девочка их не знала, но я могла с уверенностью сказать, что это патрульные. Женщина резко дернула за руку девочку, и та оказалась за спиной у матери. Никто не решался идти в атаку первым. Тут женщина сказала:

- Мы тут оказались по чистой случайности и ничего никому рассказывать не будем... – ей не дали закончить.

- Ага, сейчас, - из толпы показался крупный мужчина, главный, наверное, - Вы с ума тут сошли что ли? Как я могу вас отпустить? Вас всех предупреждали, чтобы вы не совались в этот лес, умные так и поступили, но не вы. Вы неоднократно нарушали это правило.

- Хорошо. Я могу ответить за это, но девочку не трогайте, - сказала женщина умоляющим голосом, но это на них не подействовало.

Девочка увидела, что мама напряглась. И тут случилось страшное. В женщину выстрелили, и та упала на пол. Она громко стонала, но пыталась встать. Когда это у нее получилось, то ей в ногу полетела еще одна пуля. Тогда женщина упала на пол и больше встать не смогла. К ней подошли и, взяв под руки, подняли на ноги. Девочка закричала, да и я тоже. Мне было безумно жаль женщину. Тут патрульные вспомнили про девочку. Они грубо схватили ее и потащили в противоположную от матери сторону. И тут девочка крикнула:

- Мамочка, мама! Помоги мне, - и плач.

Сквозь слезы я заметила, что женщина начала вырываться. Патрульным это надоело и они ударили ее головой об стену. Больше женщина не двигалась. А девочка кричала...

Я не сразу поняла, что кричу сама. Меня трясли за плечи и что-то говорили. Потом я почувствовала, что меня кто-то обнял. Как приятно от него пахло. Ммм. Запах напомнил мне о мандаринах, которые я обожаю, но ем не часто. Я перестала кричать, но вместо крика лились рекой слезы.

Эта девочка – я в прошлом. А сон - мои воспоминания. Значит, мои родные родители наверху. И они у меня просто чудесные! Один папа чего стоит. Я надеюсь, что мама выжила. А мое настоящее имя - Ирина. От этих мыслей я более или менее успокоилась и взглянула в испуганные глаза Джона. Он гладил меня по голове и говорил что все хорошо, что мне нечего боятся, что он меня защитит. Я поверила его словам и успокоилась. Но только внешне. На душе скреблись кошки.

- Что случилось? – спросил Джон. Его голос выдавал, что он волнуется.

Джон подал мне стакан с водой. Я, взяв его, отпила и сказала:

- Мне приснились мои старые воспоминания. Мои родные, родители, дом, лес, и я в прошлом.

Он на мгновение опешил. Но только на мгновение.

- О чем ты говоришь? Какие родные, родители? Какой лес? У нас нет леса. Он только наверху... – он помолчал, - и то был...

- Нет! Ты меня не понял! Я. Не. От. Сюда. – по словам выговорила я.

- Но как? – его глаза округлились.

Меня это позабавило. Не каждый день видишь его в таком состоянии. Но сейчас мне было не до этого.

- Я не знаю, - только и смогла сказать я.