глава 20. Обида Иль Сона.
Семья Иль Сона пользовалась определенной известностью и влиянием в обществе. Для них важнейшими аспектами успешности были престиж и общественное одобрение. Однако их сын, Иль Сон, не оправдал их надежд. Его успеваемость оставляла желать лучшего - в основном он учился на тройки, и преподаватели часто выражали недовольство, что, конечно, огорчало его родителей.
- Иль Сон, ты опять бездельничаешь!? Посмотри на Джихо - приличный парень и образец для младшего брата. А ты? Никакой, просто лентяй! Бездарь, да кому ты такой нужен? - с презрением произнес отец Иль Сона, глядя на сына.
Да, родители этого юноши были знакомы с семьёй Джихо. Мать Джихо работала горничной в их огромном особняке, и Джихо часто приходил после учебы, чтобы помочь маме. Он был полной противоположностью Иль Сона: обладал хорошими манерами, отличными оценками и заслуживал уважения у учителей. Именно поэтому семья Иль Сона постоянно проводила параллели между ним и Джихо.
"Я ненавижу тебя, Джихо! Ты забрал у меня всё, даже Даён! Она должна была быть со мной! Я заставлю тебя страдать, как страдаю я!!!" - такие мысли бурлили в голове у Иль Сона.
Ранее Иль Сон искренне дружил с Джихо, но после того как родители начали сравнивать его с Джихо, злость на него только усиливалась. Однажды этот гнев и обида вырвались наружу. Он продолжал общаться с Джихо, но тайком подговаривал ребят из школы устроить расправу. Иль Сон считал, что, раз его жизнь превратилась в ад, он имеет право сделать так же с Джихо.
***
- Джихо, тебя снова избили? Как это случилось? Скажи, кто это сделал, и я разберусь с ним! - произнёс Иль Сон, радуясь в душе, но не подавая виду.
- Не стоит, Иль Сон. Я благодарен, что у меня есть такой верный друг, как ты. Ты всегда поддерживаешь меня. Спасибо, но я смогу справиться сам, - ответил Джихо, с улыбкой на лице, несмотря на побои.
Внутри Иль Сона бушевало противоречие. Как он мог так относиться к своему лучшему другу? Почему он продолжал это делать? Действительно ли оно того стоит? Возможно, Джихо заслуживает этого - у него есть любящие родители, в то время как Иль Сон никогда не испытывал подобной любви в своей семье. Вместо этого он получал только упрёки, и сколько бы он ни старался, его усилия оставались незамеченными.
- Ты думаешь, высокие оценки этого года принесут тебе похвалу? Забудь! Это твоя ответственность, и ты делаешь это прежде всего для себя, а не для нас! Так что продолжай учёбу, мы наняли для тебя лучших репетиторов на лето. Но если выяснится, что наши усилия были напрасны... Ты за это заплатишь! - с холодным тоном произнесла его мать.
- А можно мне выйти погулять с друзьями? Хоть на час? Пожалуйста! - с умоляющим взглядом произнёс Иль Сон.
- Учись! Лентяй! Ты о чем вообще? Ты смотри, сколько у тебя плохих оценок! Да у тебя сплошные четверки! Пока не улучшишь, ни ногой из комнаты! - сказала мать и ушла, оставив его одного.
Иль Сон застыл у двери, глаза наполнились слезами. Внутри него бушевали горечь, боль, разочарование, ненависть и злоба.
Иль Сон опустился на пол и обнял колени. Каждые слова матери били по нему, как тяжелые плиты. Он знал, что оценка - это не всё, но как объяснить это ей? Мечты о свободе и дружбе растворялись в серой пустоте его комнаты, где стены казались замкнутыми, а учебники - непреодолимыми горами.
В сердцах подростков часто бушует буря, но его буря была особенно сильной. Он ненавидел себя за слабость, за то, что не может соответствовать ожиданиям. Каждый раз, когда он садился за стол, мысли о бесконечной учебе жгли его, как огонь. Время от времени в его сознании всплывали образы друзей, смеющихся и наслаждающихся жизнью, в то время как он оставался запертым в своей тёмной тюрьме.
"Джихо, помяни моё слово: ты будешь подвержен мучениям! И они будут гораздо сильнее, чем те, что испытал я! У тебя есть чувства к Даён? Да! Тогда я отниму у тебя это! И именно ты сам станешь причиной своих мучений!" - подумал Иль Сон.
Он знал, что эти слова, произнесённые про себя, были не просто угрозой, а осязаемой истиной. И сейчас его ненависть, как чаша, переполнилась. Позабыв о своих чувствах, о том, как Даён смягчала его душу, он лишь думал о мести. Нет, не мести ради справедливости, но мести ради самой мести. В этом злом круге, который он сам же и создал, не было выхода. Он стоял на краю пропасти, готовый отпустить всё.