Глава 37. Засыпаю.

Крылья Нибраса ещё не пришли в норму, поэтому мы идём домой пешком. Слезы градом катятся с моих щёк, и мысль о том что я не могу их скрыть не даёт мне покоя. Разноглазый друг идёт рядом и молчит. Он все правильно понимает, ведь сейчас меня больше не волнуют ничьи утешения и тихие душевные разговоры. Когда то компания друзей стала для меня никем, а прекрасный демон растворился в разбитом сердце.

Ещё пара метров и я окажусь дома, в мягкой постели, где все окажутся на заднем плане пока я буду крепко спать. Миссис Флетчер говорила, что сон самое сильное лекарство, так что сейчас мы это и проверим.

– Брилл, давай я зайду с тобой, – Нибрас стоит и переминается с ноги на ногу. Если бы он только знал, как мне сейчас не хватает Велиала. Не хватает настолько, что я готова отдать жизнь за последние минуты с ним, в его крепких объятиях и всегда ароматной рубашкой.

– Пожалуйста, передай Велиалу что я хочу порвать все что между нами было, а Ламии, что мы стали бы хорошими подругами.

Вместо тысячи слов, он все понял. Понял, что я ухожу от них, и эти слова были прощальными, как для него, так и для всех адских угодников.

Дверь за моей спиной захлопнулась, и я снова даю волю слезам. Мои крики, наверное, слышно во всех уголках Калгари. Кухонное полотенце насквозь пропитано солёной жидкостью, а пустой взгляд направлен в дверной проход, где только что стоял разнокрылый.

В голове мимолетно пролетают все моменты с ним. Наши первые ожоги, и такие трепетные прикосновения. Наши душевные разговоры на лавочке в парке под градом листвы, и сладкий вкус желанных губ. А потом к этому всему присоединяется Ламия, которая втерлась в доверие чтобы добить ещё сильнее, и убить меня до конца.

Решаю встать и чем нибудь отвлечь себя от грязных мыслей. В ванной нахожу битое зеркало на полу, и смотрю в осколок: когда то белые волосы с жёлтым оттенком похожи на солому и сильно растрепаны, губы потрескались, и я ощущаю пару трещин когда прикасаюсь к ним. В отражении на меня смотрит убитая жизнью девушка, больше похожая на ведьму.

– Глупый Велиал, да чтоб я ещё хоть раз кого то полюбила так же сильно.., – крики из ванны прекращаются из за тяжёлых шагов по дому. Скрипучий пол выдаёт незванного гостя, и я решаюсь выглянуть в коридор.

– Что вы тут делаете? – Азраиль, только вошедший в дом, плавно закрывает за собой дверь, и осторожно двигает щеколду вбок.

Он уже не выглядит таким, какой был тогда, на поле. Длинный белый плащ переливается на свете ламп и я щурю глаза. За поясом у Азраиля ножны, где спокойно покачивается святой клинок.

– Брилл, вот ты где; а я думал тебя нет дома. Где ты была? Я и мои верные ангелы обыскались, – его губы медленно выговаривают каждое слово, а улыбка не сходит с лица. Игра такая же фальшивая, как из меня божий ребёнок. Я уже немало согрешила, чтобы без страха повторять это раз за разом.

– Зачем вы тут? – желание разговаривать с этим человеком у меня отпало. Я буду отвечать вопросом на вопросы, пока не узнаю зачем он пришёл.

– Я хочу предложить тебе сделку, – он медленно проводит пальцем по таким же сухим губам, и продолжает, – я прекрасно знаю кто ты такая, Брилл, а ты в свою очередь знаешь чего хочу я.

Нибрас мне уже рассказывал о том, зачем гонится Азраиль. Моя сила. Но я никому её не отдам.

– Нет, я не пойду с вами, – решаю повысить на него голос чтобы выглядеть убедительнее. Это мало чем мне поможет, но все же я уже не ребёнок какой нибудь, как он думает.

– Знаешь, твоя мама тоже ослушалась однажды, а потом поплатилась за это, – морщинистая рука касается клинка в мечнице, и я догадываюсь о чем идёт речь. Он убил её.

– Лучше слушай меня, и иди следом. Из тебя вышел вы прекрасный демон, поверь. Всё что тебе нужно это сделать это. Такой девчонке как ты не нужна такая мощь, а отличии от меня. Отдай!

Раздаётся скрежет когда Азраиль достает свой клинок из ножен и я еле успеваю отскочить на пару метров в сторону, иначе одним взмахом он располовинит меня, как когда то маму.

– Неужели ты хочешь закончить как Пура, Брилл? Как же ты на неё сейчас похожа, – его голос перерастает в крик, глаза наливаются кровью а смех становится все более истеричным, – она была такой же жалкой в тот день, так что если сила нефилима не станет моей, значит она будет ничьей!

Он толкает перед собой мебель, кидает в меня абсолютно все что попадётся под руку. Его цель - я. Убить меня, чтобы моя сила не досталась никому, или только ему.

– Он тебя уже не спасёт, а знаешь почему? Потому что я закрыл им выход на поверхность. Теперь мы играем только вдвоём, и победа в этой игре будет точно моей, -– взмах, клинок рассекает пространство в паре сантиметров от моего лица.

В груди все сжимается, и я жадно глотаю воздух. Между нами осталась последняя дверь, ведущая в мою комнату, но даже здесь хватит пары минут чтобы войти ко мне и совершить задуманное.

Тело обмякло. Ноги ноют и делают последние несколько шагов до кровати, и я блаженно растягиваюсь на куче одежды. Если я умру, всем станет гораздо проще. Шутки Ламии про мой внешний вид и одежду уже не будут актуальны, и никто не будет смеяться...

Скрежет, и мои мысли обрываются. Он вошёл в комнату, и я слышу его запыхавшееся дыхание. Ещё мгновение, и следующий  нефилим исчезнет с лица земли. Давай там уже скорее, чёт подери!

Выстрел.

Открываю глаза - Азраиль сидит на полу, оперевшись спиной на стену, и не двигается, а ровно по центру лба капля ангельской крови. Изо рта доносится последний выдох и бледные глаза закрываются. Голубой ручеек стекает по лицу, задевая собой все морщины, и мужчина замертво падает в дверном проёме.

Я чувствую жуткую слабость в себе. Ноги сами подкашиваются и я снова падаю на кровать. Голова до невозможности раскалывается, каждую клеточку тела ломит и покалывает изнутри. Тяну руку в карман за упаковкой таблеток, но не нахожу их там, скоре всего они выпали пока я играла в догонялки с Азраилем, но спускаться на кухню сил нет.

Глаза медленно закрываются, пальцы нервно подрагивают. Только спустя время я полностью опустошаю себя и засыпаю.