Глава 30
– Что случилось с ней, Гук? – спросила Лиса. – Что случилось с твоей матерью?
Конечно, она имела право это знать, но вместе с рассказом о матери Чонгука пришлось бы приоткрыть и часть его собственного внутреннего мира – то, что он предпочитал держать закрытым.
Он догадывался, откуда берет начало его отвращение к доверительным отношениям, но не хотел меняться. Он создавал правила, и, если кому-то они не нравились, тем хуже для них.
Даже Тэхену он ничего не рассказывал о том периоде жизни, который, словно подводная часть айсберга, был скрыт от чужих глаз. Особенно Тэ, потому что защита брата стала его второй натурой, основным приоритетом. Но сейчас здесь была Лалиса, его жена, и она ждала ответа. И это не совещание в офисе, где он мог бы закрыть любую нежелательную тему, и не вопросы любовницы, от которой он мог уйти в любой момент, если она стала бы слишком назойливой.
Здесь только он и она – женщина, с которой он связан по закону, поэтому Чонгук не видел возможности избежать ответа.
– Моя мать оставила нас, – произнес он наконец.
Лиса кивнула с таким видом, словно он сказал, что лето в этом году было прохладным.
– Я понимаю… хотя обычно уходят мужчины.
– Нет, это другое… Ты хочешь правды, Лиса? Простой, неприкрытой правды? Только предупреждаю, это правда будет шокирующей.
– Меня не так просто шокировать. Ты, вероятно, забыл про мою мать. Каких только правил она не нарушала!
– Но только не это. – Чон сделал паузу. – Она продала нас.
– Продала? Как… как это возможно? – Лиса не верила своим ушам.
– Как это возможно? Очень просто. Мой отец предложил ей внушительный чек, чтобы она держалась от нас подальше. Она так и сделала.
– И вы ее никогда больше не видели?
– Никогда.
Несколько секунд Лалиса молча смотрела на него.
– Но… почему?
Гук скрипнул зубами. Ему не хотелось продолжать. Это приносило боль. Горькую, всепроникающую боль. Ему было обидно даже не за себя, а за Тэхена – маленького мальчика, за которого его мать не захотела даже бороться.
– Я не хочу сказать, что на моем отце нет никакой вины. Напротив. Он считал себя богом. Так его воспитали – единственного сына богатого судовладельца. Он был игроком – во всем. В то время свободная любовь была в порядке вещей, и вокруг него всегда крутились женщины. Много женщин. В какой-то момент матери это надоело, и она сказала, что с нее хватит.
– А почему они просто не развелись?
– Потому что отец сделал ей более привлекательное предложение. Он предложил ей выкуп – королевский выкуп, если она просто уйдет и оставит нас в покое. Чистая игра, как он это назвал. Лучше для него. Лучше для нее. Лучше для всех. – Его рот скривился. – От матери требовалось лишь подписать бумагу, в которой значилось, что она никогда не будет пытаться увидеть своих сыновей.
– И она подписала?
– Да. Подписала и отправилась начинать новую жизнь в Америку. Тэ было тогда… – Он сделал паузу, но, когда продолжил, его голос был абсолютно спокоен. – Год с небольшим.
– А тебе? – спросила Лиса.
– Десять.
– И что было дальше? Я имею в виду, после того, как она ушла.
Чонгук встал, собрал с дивана бумаги, аккуратно подровнял углы и положил на столик. И только после этого продолжил:
– Мой отец был слишком занят, празднуя свое освобождение от вечно недовольной жены, что представлялось ему превосходной сделкой. Он нанял для нас няню и гувернантку. Потом они без конца менялись, но ни одна из них так и не смогла заменить нам мать. Думаю, отец выбирал их скорее за внешние данные, чем способность смотреть за детьми.
На мгновение он замер, глядя в пространство.
– В конце концов, – продолжал он, – я решил сам заботиться о Тэхене. Я чувствовал ответственность за него. Я не хотел подвергать его риску снова быть брошенным. Поэтому все делал сам. Купал его и менял пеленки. Я научил его плавать и ловить рыбу. Я научил его всему, что знал сам – всему, чему стоило научиться, – потому что хотел, чтобы он рос нормальным маленьким мальчиком. И когда подошло время, настоял, чтобы его отправили в частную школу в Швейцарии, подальше от беспорядочной жизни отца. А потом убедил стать моряком. Потому что, когда ты в море, деньги и вся эта мишура уже не имеют над тобой власти. Вокруг тебя только ветер и волны.
Теперь Лиса понимала, откуда в нем эта потребность все контролировать. Еще в детстве Чонгуку пришлось столкнуться с тем, что их с братом жизнь однажды превратилась в хаос. Это объясняло то, как он отреагировал, увидев ее вместе с Тэ. Для него она была дочерью своей матери, а следовательно, источником потенциальных проблем. Чон видел в ней угрозу всей его работе, его убеждению, что Тэ должен иметь достойную, нормальную жизнь.