Глава первая: Начало
Автор: Марина-оне-тян (https://ficbook.net/authors/200051)
Фэндом: Noragami
Основные персонажи: Хиёри Ики, Ято (Ябоку, Ятогами)
Пейринг или персонажи: Ято/Хиёри
Рейтинг: G
Жанры: Романтика, Ангст, Драма, Психология, POV, AU
Предупреждения: Смерть основного персонажа, OOC, ОМП, ОЖП, Смерть второстепенного персонажа
Размер: Макси, 82 страницы
Кол-во частей: 48
Статус: закончен
Описание:
— Знаешь, Ябоку, Богу не познать любви... — искривив губы в усмешке говорит Отец, трепая тёмные волосы сына.
Примечания автора:
Старое название - "Богам не познать любви".
**Работа связана с:**
Вторая часть - "Ария наших чувств": https://ficbook.net/readfic/3127401
Эпилог - "Узы нашей вечности": https://ficbook.net/readfic/3126273
Дальний берег отделён от Ближнего невидимой стеной, именно поэтому люди не в силах видеть Богов и призраков – их взор не в силах видеть то, что скрывает невидимый барьер. Эта стена – барьер в сознании людей, что не позволяет им коснутся того мира, что однажды заберёт их в свои цепкие объятия. Не позволяет видеть то, что люди не могут правильно истолковать. Естественно, как и из любого правила, тут есть исключения – люди, что в силах увидеть «другой» мир.
«Аякаши, что нарушают покой, несут в себе скверну и пожирают людей, непременно будут уничтожены Богами!» – это девиз всех Богов, которые, так или иначе, не позволяют бесплотным духам пожирать людские души.
Они, Боги, призывают себе в помощь шинки, которым они дали имена, как священное оружие, которым они уничтожают злых духов. Шинки – души умерших, что были призваны Богами для помощи в уничтожении Аякаши, и награждены особыми именами, символы которых пестреют на их коже.
Но Ики Хиёри, видимо, являлась именно исключением из правил. Она не только смогла увидеть Бога, посчитав его живым человеком, но и умудрилась стать полу-призраком, спасая его из-под колёс грузовика, обличив связь тела и души в тонкую нить, напоминающую хвост. Она оказалась особенной во всём, замерев на грани жизни и смерти, у последней черты.
***
Богиня Нищеты, носящая имя Эбису Кофуку, устало вздохнула, очищая мандарин от кожуры. Тёрпкая кожица то и дело застревала под аккуратными ноготками Богини, доставляя ей неудобства. В её вьющихся розовых волосах играют солнечные лучи, создавая причудливые блики. Она смотрит на не очищенную мандарину внимательно, с некой досадой, и едва не проклинает собственной силой.
Сидя за низким столиком рядом со своей хозяйкой, Дайкоку недовольно смотрел на внутренний двор храма. Там, то и дело, восклицая о несправедливости мира, сидит Ято, пристроившийся под боком у Хиёри. В руках Бог Бедствий держит очередной журнал Такамагахары, подыскивая себе работу. Чёрные волосы, блики на которых имеют цвет небес, подвязаны в низкий хвост, а пронзительные синие глаза с раздражением смотрят на текст.
– Да что эта нимфоманка о себе возомнила? Я – бесполезный Бог? – недовольно шепчет Ято, читая новое интервью Бисямонтэн. Подумать только, она составила рейтинг бесполезности Богов, поставив Ято на первое место. Будто это и вовсе не он спас её, когда Кугаха учинил бунт, подчиняясь, то ли кукловоду, то ли некому Рабо, Богу Разрушений. Он злобно сжимает бумагу, продолжая читать. Так его опускала только бывшая шинки, Томонэ, нынешняя Маю. И более никто не смел, так обращаться с ним – Богом, пусть у него и нет храма. Но для грозной Вины он вновь и вновь становится предметом насмешек.
– Ято, может, Бисямонтэн неправильно выразилась? Я уверена, она не это имела в виду... – девушка неуверенно улыбнулась, отводя взгляд. Тонкий розовый хвост – нить связи между телом и душой, нервно дёрнулся. В последнее время Ябоку всё больше и больше её пугал, даже когда был полностью спокоен, и лишь тогда она вспоминала что он – Бог Войны, в прошлом, без сомнений, убивавший невинных.
– Разве ты не понимаешь, Хиёри, она только и ждёт возможности меня оклеветать?! – гневно воскликнул Ято, отбрасывая журнал в сторону, – И всё из-за того, что она считает, что я убил её шинки! – запал Бога улетучился, стояло последнему слову сорваться с его уст. Ябоку поник, опустив голову так, что чёлка скрыла его глаза. Для него это – больная тема, что напоминает об инциденте с Сакурой. Для него, как и для любого другого Бога, смерть шинки – великая грусть.
Девушка осторожно положила руку на голову Ятогами, потрепав его волосы, как когда то делали Отец и Сакура:
– Ято...
Щёлк. Хиёри краем глаза замечает вспышку со стороны сёдзи, и слышит приглушённый смешок.
– Хиёрин! – довольно громко воскликнула Кофуку, высовываясь в проём, – Яточка! – дождавшись, когда оба повернут головы в её сторону, Эбису сделала очередное фото, – Вы так чудесно получились на фотографиях! – беззаботно улыбнувшись, девушка отложила фотоаппарат в сторону, вставая с колен и отряхиваясь. Это слишком в её стиле – быть невинной в столь напряжённый для них момент. На её лице они не видят сожаления или смущения – лишь широкую невинную улыбку.
Хиёри словно облили холодной водой. Она только сейчас заметила, что её рука до сих пор лежит на голове Ято, которую он покорно опустил. Но даже сквозь тёмные пряди волос Ики заметила алый румянец. Её же щёки в этот момент вспыхнули краской смущения, и она тотчас отдёрнула руку, прижав её к груди.
Повисло неловкое молчание. Гнетущая тишина, казалось бы, была всюду.
Девушка не ожидала от себя таких действий, хоть это и был всего-то дружественный жест поддержки, но он вызвал у неё чувство смущения, давно забытого по отношению к этому несносному Богу.
Ято смотрел на траву перед его коленями, немного истоптанную, но всё такую же зелёную и полную жизни. Румянец всё не сходил с его щёк, а мысли были в полном беспорядке. Ранее его никто не жалел, не проявлял ту желаемую доброту и то внимание, которое ему давала Ики. И он привык к тому, что, казалось, людям не был нужен. Может – в силу своего прошлого, а может, в нём и правда не возникало никакой нужды, пока у кого-то не появлялись мелкие домашние дела.
И вот сейчас она сидит совсем рядом, стоит только немного продвинуться – и их колени соприкоснутся. От этой мысли сердце Ябоку начало биться быстрее, а дыхание сбилось с привычного ритма – что редко случается даже в опасных битвах против Аякаши или Бисямонтэн.
Ято не мог сказать, что не знал, что это за чувство – когда-то давно Отец рассказывал ему о любви, но иронично заметил, что Богу её познать не суждено. Ведь Боги – не люди, и столь хрупкое чувство либо приведёт к безумию, что навсегда лишит рассудка, либо испарится в единочасье.
Бог поднимает голову, смотря вперёд – на Хиёри. Синие, словно небо, глаза буквально излучают изнутри мистический свет, пленяя взгляд. Узкие вертикальные зрачки выглядят хищно – будто смотрит не Бог, а животное. И это пугает девушку, но отвести свой взгляд она не в силах, а он не сводит свой, смотря испытующе, заинтересовано. Даже для него это очень и очень непривычно.
– Чёрт... – Дайкоку вскочил, второпях выбегая на крыльцо. Кофуку нехотя вышла за ним, разочаровано вздыхая. Её разочарование быстро сменилось на радость, которая, стоило ей понять ситуацию, сменилась на испуг. Её обожаемый «Яточка» явно был не в себе, и она чувствовала, как его энергия, наполненная чем-то горьковатым и тёмным, распространялась вокруг.
Вместо блекло-синих, его глаза стали яркими-яркими, насыщено голубыми и пугающими. Не заметить это было сложно – столь разительная перемена пестрела до невозможности ярко. Может, именно поэтому черты лиц Бога, казалось, стали грубее и резче.
– Хиё... ри... – хрипло начал он, растягивая её имя. Он пополз вперёд, ближе к ней, касаясь пальцами коленей Ики, из-за чего та двинулась было в сторону, – Ты... Боишься... Меня?
«Знаешь, Ябоку, Богам не суждено познать любовь, – отец улыбнулся, – ведь люди – очень хрупкие существа...»
Хиёри уже было собиралась ответить, как юноша, покачнувшись, практически упал на неё. И она едва не повалилась на спину под тяжестью его веса, однако, собрав последние силы, сумела удержать его, и худо-бедно сохранить вертикальное положение тела.
Дайкоку довольно быстро миновал расстояние, отдаляющее их друг от друга, и, перекинув руку Ято через своё плечо, потащил его в храм. Тот не опирался – не мог, будучи без сознания, а шинки недовольно чертыхался, называя его ничтожным Богом, но не отпускал. Кофуку последовала за ним следом, а на её лице отразилась озабоченность происходящим.
Ики так и осталась неподвижно сидеть на траве, с удивлением смотря перед собой, и пытаясь понять, что произошло, но не могла собрать всё воедино. Знала она лишь то, что пугающая перемена Ято – не к добру. И лишь на кромке сознания полыхнула одинокая мысль о том, что виной всему этому послужила именно она.