Учитель

По­вес­тво­вание ве­дет­ся от ли­ца Юлии

Мы за­бежа­ли в ка­кой-то двор ста­рого заб­ро­шен­но­го до­ма, на­ходя­щего­ся в без­людном рай­оне. Ка­залось, мое сер­дце вро­де не­замед­ли­тель­ных стре­лок ме­хани­чес­ких ча­сов, ти­кало в гру­ди, от­чи­тывая се­кун­ды до ка­кого-то не­оп­ре­делён­но­го со­бытия. Я ин­стинктив­но по­пяти­лась на­зад, наб­лю­дая за раз­ма­зан­ны­ми кар­тинка­ми пе­ред гла­зами. Из-за оду­шев­ленно­го рит­ма сер­дца те­ряю рас­су­док. 

- И где мы? – ак­ку­рат­но на­мекаю на на­ше с учи­телем мес­то­нахож­де­ние. Бе­жали мы приб­ли­зитель­но двад­цать ми­нут, а с фи­зичес­ки­ми наг­рузка­ми у нас от­дель­ная ис­то­рия, ко­торая ос­та­нет­ся не­рас­ска­зан­ной. Ска­жу од­но: я не­нави­жу бе­гать, бе­гать не­нави­дит ме­ня, со­от­ветс­твен­но, мы вра­ги, и каж­дый из нас пы­та­ет­ся сде­лать дру­гому ху­же. 

- В ук­ры­тии, - он ма­шет мне ру­кой, от­хо­дя на нор­маль­ное рас­сто­яние, поз­во­лен­ное для учи­теля и его уче­ницы, - иди сю­да, не бой­ся. 

- А вы тут уже бы­ли? – Слу­ша­юсь и иду за ним. От­кры­ва­ет­ся де­ревян­ная дверь, об­ва­лива­юща­яся чуть ли не с каж­дым соп­ри­кос­но­вени­ем с лю­бым пред­ме­том, мы про­ходим впе­ред и тут же ока­зыва­ем­ся в тем­ном ко­ридо­ре. 

Учи­тель дос­та­ет не­боль­шой фо­нарик, хра­нящий­ся в его кар­ма­не, и све­тит мне спе­ци­аль­но в гла­за. Я мор­щусь и от­хо­жу на нес­коль­ко ша­гов на­зад, упи­ра­ясь бо­тин­ка­ми на ка­кую-то ва­ля­ющу­юся дос­ку, од­ну из нем­но­го сос­тавля­ющих этот мно­гочис­ленный му­сор, раз­бро­сан­ный пов­сю­ду. 

- Да, был. Не слы­шала, что дет­во­ра рас­ска­зыва­ет? – Он по­шел даль­ше, я за ним. На хо­ду учи­тель рас­ска­зал мне всю ин­форма­цию та­ким пу­га­ющим го­лосом, спе­ци­аль­но вы­деля­ясь в страш­ных мес­тах мис­ти­чес­кой ис­то­рий, про­изо­шед­шей здесь два го­да на­зад. Го­ворят, здесь бро­дяга ро­дила ма­лыша, но он тут же по­гиб в ее ру­ках, не по­тому, что ро­дил­ся не в луч­ших ус­ло­ви­ях и не от то­го че­лове­ка, ко­торый смог бы дать ему ле­чение, - жен­щи­на са­ма за­души­ла ма­лют­ку. Сви­дете­ли ви­дели ярость в гла­зах ди­тя, по­это­му ни­щая оди­чала и при­души­ла ре­бен­ка сво­им ку­лоном, по­дарен­но­го по­кой­ным му­жем – тем же бро­дягой, как и она. Поз­же ее наш­ли мер­твую, но те­ло ре­бен­ка ос­та­валось в том же по­ложе­нии – слов­но как он ро­дил­ся, та­ким и ос­тался. Жи­вым, а не мер­твым. И воз­дух пос­ту­пал в его лег­кие… 

- Я не ве­рю в эту чушь. В эти дет­ские стра­шил­ки, - сар­касти­чес­ки приз­на­лась я, ког­да хо­лодок все-та­ки прос­коль­знул по мо­ему те­лу. Дмит­рий опус­тился на стул и вни­матель­но пос­мотрел мне в гла­за. Этот взгляд ху­же ди­тя Са­таны, ко­им его счи­тали мес­тные жи­тели, ког­да об­на­ружи­ли те­ло под дос­ка­ми. 

- Го­ворят, что ре­бенок – это де­мон, пе­реро­див­ший­ся. Он при­шел на зем­лю, что­бы ка­рать ма­терей, не при­нима­ющих сво­их де­тей, по­дарен­ных бо­гом. Тем са­мым он, рож­да­ясь, тут же уби­вал жен­щин, ду­шил их ка­ким-то стран­ным ку­лоном, на ко­тором был изоб­ра­жен че­тырех­лис­тный кле­вер – что оз­на­ча­ет уда­чу. Кста­ти, на те­ле это­го ма­лыша был тот са­мый ку­лон, а мать, ока­зыва­ет­ся, то­же по­гиб­ла от удушья. 

И тут я по­няла, что он точ­но не учи­тель ли­тера­туры. Не его это ра­бота, ему дру­гое про­писа­но – лю­дей пу­гать, та­ту­иров­ки ри­совать, ок­на по­могать раз­би­вать – и дру­гие ша­лос­ти де­лать. 

- И что же бы­ло даль­ше? 

- В этом до­ме рож­да­лось око­ло де­сяти де­тей за пос­ледние пять лет от ни­щих жен­щин, и все они по­гиба­ли, ма­тери и де­ти, сра­зу же пос­ле ро­дов. Но, как ус­та­нав­ли­ва­ет эк­спер­ти­за, сна­чала бы­ла уби­та жен­щи­на – по­том ре­бенок. 

- То есть, по-ва­шему, де­мон-ма­лыш уби­вал свою мать, а по­том ду­шил се­бя ка­ким-то ку­лоном? – Я на­чинаю сме­ять­ся, да так, что сте­ны в этом до­ме тря­сут­ся от мо­его хо­хота. 

- Ве­ро­ят­но, это так, - он ки­ва­ет, и, ка­жись, на его ли­це серь­ез­ная сос­ре­дото­чен­ность. – Го­ворят, - на­чина­ет учи­тель сно­ва с это­го раз­дра­житель­но­го сло­ва, - что в дни, ког­да здесь рож­да­лись де­ти-де­моны, имен­но ночью по все­му до­му раз­но­сит­ся дет­ский плач, сме­шан­ный с су­мас­шедшим сме­хом ка­кого-то бе­зум­ца. А еще где-то спря­тан та­инс­твен­ный ку­лон. Кто най­дет его – не­зап­ла­ниро­ван­но за­бере­мене­ет и не смо­жет от­ка­зать­ся от сво­его ди­тя. А по­том… ро­дит­ся монстр и убь­ет свою но­вую мать. 

- А муж­чи­на мо­жет не­зап­ла­ниро­ван­но за­бере­менеть? – При­сажи­ва­юсь пря­мо на дос­ки, под ко­торы­ми яко­бы наш­ли те­ло ди­тя-убий­цы, и изу­чаю взгля­дом спря­тан­ное ли­цо Дмит­рия. Он опус­тил го­лову на ко­лени и скре­пил паль­цы в за­мочек на сво­ем за­тыл­ке. Чер­ные пря­ди во­лос тор­ча­ли из сто­роны в сто­рону. Я улы­балась, сла­ва бо­гу, он это­го не за­метил. 

- Нет, муж­чи­на не мо­жет. Толь­ко жен­щи­ны та­кие не­удач­ни­цы, - кри­во ус­ме­ха­ет­ся Дмит­рий, под­ни­мая на ме­ня взгляд. 

- Ну, сог­ла­шусь, жен­щи­ны по­беди­тели по жиз­ни, - яз­ви­тель­но шеп­чу я, от­во­рачи­ва­ясь к сте­не. – А ког­да здесь рож­да­лись де­ти-убий­цы? 

- Се­год­ня ро­дил­ся са­мый пер­вый. 

На этих сло­вах я раз­во­рачи­ва­юсь к ли­тера­тору и пы­та­юсь уло­вить в его взгля­де, изог­ну­тых в сар­до­ничес­кой ус­мешке гу­бах, по­зе, нем­но­го сгор­блен­но­го по­ложе­ния и сцеп­ленных в за­мочек рук, ка­кой-то под­вох. Ко­неч­но, я не по­вери­ла в эту ис­то­рию боль­но­го че­лове­ка с не ме­нее боль­ной, но раз­ви­той фан­та­зий, од­на­ко с дру­гой сто­роны по­заба­вить­ся и до­бавить в свою жизнь нем­но­го тем­ных кра­сок, толь­ко не та­ких, ка­кие я имею, а что­бы они бу­дора­жили мое во­об­ра­жение и го­няли с бе­шеной ско­ростью кровь в жи­лах! Хо­чу по­верить в то, во что ве­рить прос­то глу­по и по-дет­ски на­ив­но. Од­на­ко для че­го при­думы­ва­ют та­кие вот ис­то­рии? До­пус­тим, этот раз­ва­лива­ющий­ся дом да­же сно­сить не со­бира­ют­ся, лю­ди его из­бе­га­ют – зна­чит, боль­шинс­тво сле­по, но ве­рит в со­бытия ми­нув­ших дней. В ка­кие-то че­лове­чес­кие фан­та­зии. Хо­чет­ся ве­рить, что та­кое воз­можно. Хо­чет­ся удов­летво­рить свое лю­бопытс­тво. 

- Да­вай­те-ка при­дем сю­да се­год­ня ночью? – пред­ла­гаю я, ло­вя на се­бе изум­ленный взгляд учи­теля. Он не о том сно­ва по­думал. Да что у не­го, черт возь­ми, од­ни го­лые ба­бы, или как, пред­по­ложим, за­тащить го­лую ба­бу в пос­тель, мыс­ли? Не ве­рит­ся. Дмит­рий ин­те­рес­ный че­ловек, но вос­при­нимать каж­дое сло­во, ска­зан­ное че­лове­ком про­тиво­полож­но­го по­ла, как на­мек на что-то зап­ретное и не­поз­во­литель­ное об­щес­твом – за­виси­мость. 

- А да­вай! – хлоп­нул в ла­доши. Ка­жет­ся, кры­ша сей­час упа­дет… - Не бо­ишь­ся?

- Де­мона-ре­бен­ка – нет, - скла­дываю ру­ки на гру­ди. Ме­ня нап­ря­га­ет вся эта ат­мосфе­ра. Ме­ня раз­дра­жа­ет свое пред­ло­жение учи­телю.

- А че­го бо­ишь­ся? – «Или ко­го», - ду­маю я, но сра­зу от­бра­сываю мыс­ли в сто­рону. 

Вста­ет и под­хо­дит ко мне. В ка­кой раз я уже пя­чусь на­зад? Но в от­вет мне слу­жит наг­лая ус­мешка и про­тес­ту­ющий ки­вок го­ловой, слов­но от­го­ня­ющий не те мыс­ли в сто­рону. Дмит­рий чир­ка­ет спич­кой нес­коль­ко раз, под­став­ля­ет си­гару под теп­лое пла­мя ог­ня, ко­торое раз­ве­яло свой аро­мат по все­му неп­ри­ят­но пах­ну­щему по­меще­нию, и не­тер­пе­ливо при­кусы­ва­ет си­гару, про­буя ее на вкус. Мне так нра­вит­ся наб­лю­дать за его про­цес­сом ку­рения, что я и не за­мечаю, как мы мол­ча пе­ресе­ка­ем­ся взгля­дами, в осо­бен­ности я лов­лю в го­лове смут­ные сом­не­ния по сво­ему по­веде­нию. Кра­сивый, ког­да ку­рит. Ку­рение – вред. Но не для не­го. Ему это при­да­ет ка­кого-то шар­ма. 

- Что сей­час за­дох­нусь от это­го за­паха, - гнев­но шеп­чу я, поп­равляя спол­за­ющую сум­ку с пле­ча. 

- Хо­чешь кур­нуть? – за­дор­но спра­шива­ет Дмит­рий, ого­нек в его гла­зах, как пла­мя той заж­женной спич­ки, раз­го­ра­ет­ся в его гла­зах. Опять эти лин­зы… Ин­те­рес­но, а ка­кой огонь тот, нас­то­ящий, ис­хо­дящий от его ис­тинно­го цве­та? Мо­жет ли он так же об­жечь, как и лин­зы?

- Вы с ума сош­ли? Я ва­ша уче­ница! И вы мне та­кое пред­ла­га­ете?! – оша­рашен­но кри­чу я. Мне взбре­ло упасть на мяг­кое мес­то, силь­но уши­бить­ся ру­кой, мес­том, где я всег­да уда­ря­юсь в не­лов­ких си­ту­аци­ях – чуть вы­ше лок­тя у ме­ня уже не ис­че­за­ет си­няк, по­лучен­ный в ран­нем детс­тве. Учи­тель про­тяги­ва­ет мне ру­ку, с си­гаре­той в зу­бах по­гова­ривая, по­могая мне под­нять на но­ги: 

- И ты мне это го­воришь пос­ле то­го, как я на­учил те­бя бро­сать в ок­но кам­ни? Кста­ти, - он зап­нулся и вы­тащил си­гаре­ту изо рта, ког­да я сно­ва вер­ну­лась в ре­аль­ность и ров­но сто­яла на но­гах, по­тирая ушиб­ленное мес­то ла­дош­кой и ти­хо пос­та­нывая, - мы сде­лали ог­ромную глу­пость, я не по­думал. Боль­ше так не де­лай.

- Я пред­по­лага­ла, что вы сна­чала де­ла­ете, а по­том ду­ма­ете. – Я вклю­чила свое «все знаю, зна­чит, луч­ше всех». Са­мой от се­бя про­тив­но. 

- Ска­зал че­ловек, ко­торый с улыб­кой на гу­бах при­нял мое пред­ло­жение раз­бить ок­но, - оби­жен­но бур­кнул он. Си­гаре­та по­лете­ла мне под но­ги. Рав­но­душ­но по­туши­ла оку­рок нос­ком бо­тин­ка. На­вис­ла не­лов­кая па­уза. 

- Так что не ставь се­бя вы­ше дру­гих, Кры­лова.

Мы еще ми­нут пять ме­тались по дву­хэтаж­но­му до­му в пол­ном мол­ча­нии. Толь­ко, ког­да мы ис­сле­дова­ли не­боль­шую ком­натку, пок­ры­тую без­людным мра­ком и та­инс­твен­ны­ми ри­сун­ка­ми на сте­нах, ко­торые мы раз­гля­дели с по­мощью кар­манно­го фо­наря, Дмит­рий по­ведал мне о том, как лю­ди сто­ронят­ся прок­ля­того до­ма, по­это­му и не пред­при­нима­ют уси­лий из­ба­вить­ся от не­го. Мол, ду­хи по­том до­берут­ся до них и бу­дут мстить. Ка­кие все су­евер­ные.

Я соб­ра­лась по­кидать это зло­получ­ное мес­то, под­го­тав­ли­вая в го­лове план дей­ствий, и но­вую из­го­тов­ленную ложь ма­тери и от­цу, ку­да же я соб­ра­лась ид­ти поз­дно ночью. Са­мой не ве­рит­ся в бе­зумие сво­их же­ланий, но я меч­таю нат­кнуть­ся в этом до­ме дей­стви­тель­но на что-то не­обыч­ное, мис­ти­чес­кое, не­ре­аль­ное. Раз­мечта­лась уже. А вот ду­маю, что с вся­кими тва­рями, как в фан­та­зий­ных кни­гах, жи­лось бы нам­но­го ве­селее… и опас­ней.

- Кры­лова, не за­бывай, что мы не пе­рехо­дим че­рез этот барь­ер, - учи­тель сто­ит око­ло две­ри, по-хо­зяй­ски опи­ра­ясь на нее. Бо­же, ес­ли он сей­час упа­дет вмес­те с этой дверью, я бу­ду ис­те­ричес­ки гло­тать сле­зы сме­ха. Да-а, я люб­лю ви­деть стра­дания лю­дей.

- Учи­теля и уче­ницы? – не­доволь­но фыр­каю, а вот сер­дце не про­тес­ту­ет, гром­че сту­чит. – Я и не со­бира­лась.

- Од­на­ко… - он ши­роко улыб­нулся, и вид­но, улыб­ка ис­крен­няя, - мы бу­дем друзь­ями, до­гово­рились? Силь­но нра­вишь­ся ты мне как че­ловек, Кры­лова. И в этом нет ни­чего стран­но, не удив­ляй­ся. Я же не ста­рик, в ко­нец-то кон­цов.

- Я же уг­рю­мая и ко­ман­дная за­нуда-всез­най­ка, - пов­то­рила его сло­ва с серь­ез­ным ли­цом. Я уже не оби­жа­юсь, ведь на прав­ду нет смыс­ла лить сле­зы. Но все рав­но, это де­вичье са­молю­бие за­дето за жи­вое, а ра­на до сих пор не за­жила.

- Толь­ко не со мной, - он под­мигнул мне и скрыл­ся в ко­ридо­ре, на про­щание, по­махав мне ру­кой. Ду­мала, в ще­ку по­целу­ет, уже мо­раль­но, да и фи­зичес­ки, в прин­ци­пе, под­го­тови­лась к та­кой раз­рядке, но учи­тель осек­ся и ото­шел от ме­ня. И что оз­на­чала эта фра­за?... Она вве­ла ме­ня в неп­ри­выч­ную крас­ку сму­щения на ще­ках. – До ве­чера, Кры­лова! Бу­ду ждать те­бя ров­но в де­вять ве­чера! – вык­рикнул он уже из дру­гой ком­на­ты.

«Друзья, так друзья», - по­чему-то эта мысль кин­жа­лом раз­ре­зала мою ду­шу. Уж луч­ше ник­то. Хо­тя, че­го это я, мне же пле­вать. За­была до­бавить: еще я без­рассуд­но лжи­вое су­щес­тво.

P.S - глава не предсмертная! Рано похранила меня.