Учитель

По­вес­тво­вание ве­дет­ся от ли­ца Юлии

Я бес­со­вес­тно про­лива­ла горь­кие сле­зы все дни, как от­ка­зала се­бе в собс­твен­ных же­лани­ях. От­ка­зала че­лове­ку, в ко­тором дей­стви­тель­но мож­но бы­ло про­чувс­тво­вать рве­ние к жиз­ни, тя­гу к че­му-то бе­зум­но­му и зап­ретно­му для люд­ско­го по­нима­ния, но по­ража­юще­му та­ких от­ча­яв­шихся лю­дей вро­де ме­ня. Од­на­ко я, воп­ре­ки всей сим­па­тии к Дмит­рию, от­вер­гла его, ког­да все на­ши от­но­шения толь­ко на­лажи­вались. Я ис­пу­галась вов­се не его раз­гуль­но­го прош­ло­го, про ко­торое мне по­веда­ла од­на за­меча­тель­ная де­вица, не из­ме­нив­шая се­бе в со­от­но­шении к не­дос­тупным ве­щам и до се­год­няшне­го дня, ме­ня от­тол­кну­ла мысль, что с учи­телем ли­тера­туры я нач­ну жизнь с чис­то­го лис­та. С ним ме­ня жда­ли бы прик­лю­чения, тя­нущие за со­бой тя­желую но­шу и проб­ле­мы... я бы­ла не го­това. По­это­му, по­кинув ка­фе, ни­чего глу­пее, чем раз­ре­веть­ся на лю­дях, я сде­лать не су­мела.

Прош­ло бла­гопо­луч­ных двад­цать шесть дней. Хо­тя, го­воря о бла­гопо­лучии, я го­ворю о сво­ей неп­ло­хой иг­ре на лю­дях. Ес­тес­твен­но, жа­ловать­ся на не­уда­чу я не при­нялась ни ро­дите­лям, ко­торые бы осу­дили и под­сы­пали горс­тку со­ли на ра­ну, ни друзь­ям, в спис­ке ко­торых толь­ко один без­ба­шен­ный че­ловек, ни бра­ту, ис­клю­читель­но ему я на­виваю все свои неп­ри­ят­ности, но в дан­ном слу­чае воз­держа­лась пе­ред тем, что­бы поп­ла­кать­ся в жи­лет­ку.
Вза­мен это­му я ежед­невно наб­лю­дала пе­ред со­бой со­вер­шенно без­за­бот­ное вы­раже­ние ли­ца учи­теля, тай­но взды­хая по его лег­кой и на­тяну­той улыб­ке. Осоз­на­ние приш­ло сра­зу же, как я веж­ли­во пос­ла­ла его в ка­фе: влю­билась. Толь­ко гор­дость, всег­да си­дящая на тро­не ве­личия мо­его под­созна­ния, ме­шала вер­нуть всё об­ратно и на­чать за­ново, по­ка не поз­дно. Да­же го­рящие гла­за Дмит­рия вы­дава­ли, как он хо­тел по­дой­ти ко мне, но единс­твен­ное, что я слы­шала от не­го за эти про­шед­шие дни, это: «Кры­лова, к дос­ке!» или «Кры­лова, ты не ус­та­ла от­ве­чать за весь класс?»

Се­год­ня, двад­цать пя­того де­каб­ря, в пред­послед­ний день учеб­ной чет­верти, я ле­ниво от­ла­мыва­ла крош­ки хле­ба от бу­лоч­ки с изю­мом и так­же ус­та­ло заб­ра­сыва­ла ку­соч­ки в рот. Зво­нок дол­жен был опо­вес­тить нас о пос­леднем уро­ке ли­тера­туры, пред­сто­ящем выс­тавле­нии оце­нок. Ра­зуме­ет­ся, пе­репол­ненные ко­лон­ки с пя­тер­ка­ми (прав­да, на­чало чет­верти не на­чина­лось так от­лично) не вы­зыва­ли во мне ни ма­лей­ше­го вол­не­ния.

- Кры­лова, - лу­чезар­ная улыб­ка Ки­рил­ла от­влек­ла ме­ня от ин­те­рес­ней­ше­го за­нятия, - как де­ла?

- Че­го те­бе? - вздох­ну­ла я, за­киды­вая изю­мин­ку в рот. Кис­лая. Ли­цо смор­щи­лось от прив­ку­са нев­кусной яго­ды. - За­нять­ся боль­ше не­чем?

Па­рень мол­ча при­сел пе­редо мной, отоб­рав бу­лоч­ку из рук. Я про­тес­ту­юще за­мыча­ла и по­пыта­лась от­нять пи­щу об­ратно, но он не поз­во­лил мне, схва­тив за кисть ру­ки и прид­ви­нув бли­же к сво­ему ли­цу.

- Угос­тишь? - он по­вер­тел хле­бом пе­ред мо­им но­сом. Я фыр­кну­ла, ца­рап­нув но­гот­ком по его ко­же, от­че­го од­ноклас­сник ти­хо ма­тер­нулся и от­пря­нул на­зад, упав спи­ной на спин­ку де­ревян­но­го сту­ла. Я при­няла преж­нее по­луле­жащее по­ложе­ние на пар­те, сох­ра­няя рав­но­душие.

- Я уже на­елась, так что мо­жешь до­есть за ме­ня, - бе­зэмо­ци­ональ­но про­пища­ла я и спря­тала гла­за, вы­мучен­но упав на пар­ту ли­цом на сло­жен­ные ру­ки. Ус­та­лость бра­ла верх над все­ми дру­гими чувс­тва­ми, и ни­како­го же­лания раз­го­вари­вать с ним на од­но­имен­ные те­мы не го­рело.

- Я ведь влюб­лен в те­бя, а ты вот так вот... - сла­бо про­шеп­тал он, нак­ло­ня­ясь к мо­ему уху. Мне не ста­ло стыд­но за от­каз, при­том, что я це­лова­ла его од­нажды. Прек­расно по­нима­ла, что Ки­рилл че­ловек по на­туре зам­кну­тый, од­на­ко внут­ри им уп­равлял са­мый нас­то­ящий де­мон. В его сло­вах не про­сачи­вались ис­крен­ность и чис­то­та эмо­ций, ко­торые бес­пре­пятс­твен­но пе­реда­ет мне од­ним лишь взгля­дом Дмит­рий.

- Я из­ви­нилась как-то, ска­зала, что это бы­ла ошиб­ка, - прос­то­нала я, не под­ни­мая на не­го глаз. - С тво­ей фа­мили­ей ты оп­равда­ешь се­бя и най­дешь де­вуш­ку для пот­ра­хулек, Ка­зано­ва.

Мой взор был зак­рыт, по­это­му я су­мела лишь уло­вить уда­ля­ющи­еся ша­ги Ки­рил­ла от мо­его сто­ла. Сом­не­ний не всплы­вало, ведь его оби­да бы­ла обос­но­вана, од­на­ко мое рав­но­душие к это­му че­ловек не поз­во­лило под­нять на не­го со­чувс­тву­ющий взгляд. Со­жале­ния не при­сутс­тво­вало, как и от­ча­яния за то, что те­ряю единс­твен­но­го адек­ватно­го пок­лонни­ка.

Од­ноклас­сни­ки за­шуме­ли, под­ни­мая свои пя­тые точ­ки со стуль­ев. Ви­димо, в класс за­шел учи­тель, так как дверь звон­ко отоб­ра­зила хло­пок, раз­давший­ся и про­нес­ший­ся по все­му по­меще­нию. Од­на я, усев­шись на пос­ледней пар­те и нек­ра­сиво ва­ля­ясь даль­ше, мед­ленно ухо­дя в сон, не под­ня­лась с мес­та, про­яв­ляя хоть кап­лю ува­жения. На этом ска­зыва­лось не от­сутс­твие мо­его вос­пи­тания, а при­сутс­твие лег­кой дро­жи в гру­ди. Ви­деть Дмит­рия я не мог­ла. Для ме­ня это мо­раль­ная вы­дер­жка, ко­торая дол­го длить­ся не смо­жет.

Да и Пав­ленко осо­бо не вол­но­вало мое вни­мание. По раз­ли­чимым зву­кам в мо­ей го­лове я по­нима­ла, что он, как и все в шко­ле, сон­ный и ус­тавший, пред­вку­ша­ющий на­чало сво­бод­ных дней ка­никул. Его сла­бый го­лос отор­вал ме­ня от не­выно­симой дрё­мы и зас­та­вил под­нять гла­за на дос­ку.

- Ре­бята, уро­ка не бу­дет, - он зев­нул, прик­ры­вая рас­кры­тый рот ла­донью. - Прос­ти­те, бес­сонная ноч­ка, - учи­тель нас­мешли­во об­вел де­вичью по­лови­ну клас­са взгля­дом и за­ос­трил свое вни­мание на мне. По­чему его сло­ва о бес­сонной но­чи так за­дели мое са­молю­бие? Не­уже­ли за ка­кой-то ме­сяц он на­шел мне... за­мену?

- А что бу­дет вмес­то уро­ка? - звон­ко отоз­ва­лась Ле­на Бо­жок, на­де­ясь, что бес­чувс­твен­ный мо­лодой пре­пода­ватель на­конец-то об­ра­тит на ее яр­кую пер­со­ну вни­мание. Од­на­ко Дмит­рий, что-то вы­водя ге­ли­евой си­ней руч­кой в клас­сном жур­на­ле, не пос­мотрел на нее ни на се­кун­ду.

- Выс­тавлю чет­вер­тные оцен­ки, и вы зай­ме­тесь тем, чем по­жела­ете, - ска­зал он без­различ­но и ус­та­вил­ся об­ратно в жур­нал, выс­тавляя ито­говые оцен­ки.

Ме­ня на­чало су­дорож­но тряс­ти. Ка­кого чер­та?

Он был сво­бод­но одет; ни­како­го раз­но­об­ра­зия, в прин­ци­пе, как обыч­но, гар­де­роб, сос­то­яв­ший из сво­бод­ных брюк и се­год­ня за ис­клю­чени­ем дру­гих дней он на­дел бе­лос­нежную тол­стов­ку с ка­ким-то узо­ром. Но для ме­ня это был чем-то осо­бен­ным. В пов­седнев­ной одеж­де Дмит­рий выг­ля­дел бо­лее жи­во, рас­кре­пощен­но и слиш­ком от­кры­то для об­щес­тва. На­вер­ное, на раз­ви­ва­ющей­ся ста­дии влюб­леннос­ти я не со­об­ра­жаю в под­созна­нии, ка­кими бре­довы­ми мыс­ля­ми су­мас­шедше­го рас­суждаю. Его вид сво­дил ме­ня с ума. Я это­го же­лала.

- Со­фа­ев - три, Бу­зева - пять, как всег­да, Ку­шаре­ва - че­тыре..., - Он всем сво­им ви­дом по­дав­лял рве­ние ко сну, пос­то­ян­но де­лая боль­шие глот­ки хо­лод­ной во­ды. - В об­щем, все чет­верть окон­чи­ли неп­ло­хо, - за­кон­чил учи­тель пе­речис­ле­ние оце­нок, од­на­ко я нас­то­рожи­лась: а как же мое имя? Спе­ци­аль­но про­пус­тил ме­ня?

- Из­ви­ните, - по­дала го­лос я. Все раз­верну­лись и ус­та­вились на ме­ня так, слов­но я со­шед­ший с не­бес при­шелец. Или ху­же то­го... - А как же моя оцен­ка?

Дмит­рий Алек­се­евич кри­во ус­мехнул­ся, удос­то­ив се­бя чес­ти под­нять­ся с крес­ла и об­ло­котить­ся спи­ной о пар­ту.
Как же я ску­чала по об­ще­нию с ним. Хоть и по та­кому, но всё же; се­год­ня пер­вый день, ког­да наш раз­го­вор пре­вышал ко­личес­тво пя­ти слов.

- Ох, - его ус­мешка рас­тя­нулась и все силь­нее по­казы­вала иро­нию, - ва­шу, Кры­лова, от­метку, я ос­та­вил на де­серт.

Все сно­ва пос­мотре­ли на ме­ня, но для ме­ня су­щес­тво­вал толь­ко один че­ловек - учи­тель ли­тера­туры. И я со­вер­шенно не обоз­ли­лась на Дмит­рия за его слож­ный ха­рак­тер, за его тон, ко­торым он раз­го­вари­вал со мной при всем клас­се. И не­важ­но бы­ло да­же, что сей­час пой­дут его не­вин­ные тол­чки и на­меки на ос­кор­бле­ния, ведь ка­кого ле­шего он ус­тра­ива­ет все эти «де­сер­ты» на гла­зах мо­их од­ноклас­сни­ков? Нель­зя ска­зать мне о чем-то на­еди­не?

- И че­го в ней не так? - я сло­жила ру­ки на гру­ди и по­каза­ла всю не­зави­симость над этой си­ту­аци­ей. Кто-то от­вернул­ся, ув­ле­чен­но ты­кая паль­ца­ми в сен­сорные эк­ра­ны те­лефо­нов, кто-то из од­ноклас­сни­ков про­дол­жал наб­лю­дать за мо­ими даль­ней­ши­ми дей­стви­ями.

- У те­бя мно­го пя­терок, не не­дос­та­точ­но для то­го, что­бы по­лучить дан­ную оцен­ку в треть­ей чет­верти.

Ска­зать, что я бы­ла удив­ле­на - ни­чего не ска­зать. Ме­ня не по­рази­ло то, что я не ста­ну от­лични­цей в этой чет­верти. Я го­тови­лась к этой чет­верке, ко­торую не­ре­аль­но ис­пра­вить. И аб­со­лют­но не расс­тро­илась. Толь­ко сей­час я по­няла, что в та­кой оцен­ке, на бал ни­же пя­тер­ки, нет ни­чего пос­тыдно­го. Не по­лучи­лось в этой - по­лучит­ся в сле­ду­ющем по­луго­дии. Ре­веть из-за это­го я не со­бира­лась, хоть и отец с ма­терью хо­рошень­ко про­чис­тят мне моз­ги.

- Лад­но, ставь­те че­тыре, - по­жала пле­чами я и об­ратно усе­лась на пар­ту. Его ли­цо нуж­но бы­ло уви­деть. Рот от­крыл­ся от удив­ле­ния, гла­за по­доз­ри­тель­но су­зились, ру­ки как-то не­лад­но зат­рясло и учи­тель, сов­ла­дав с эмо­ци­ями и не­ожи­дан­ной ре­ак­ци­ей от ме­ня, при­сел на стул и на­рисо­вал мне эту са­мую оцен­ку.

А че­го он ожи­дал? Что я ста­ну на ко­ленях его умо­лять не ста­вить мне ее? Про­сить как-то ис­пра­вить? Ожи­дал-то он вер­но, но так бы я пос­ту­пила нес­коль­ко ме­сяцев на­зад... до то­го, как встре­тила его.

- Так, с оцен­ка­ми окон­че­но, - за­дор­но прис­вис­тнул мо­лодой че­ловек, за­кинув не­навис­тный жур­нал с оцен­ка­ми ку­да-то в ящик с до­кумен­та­ми. - На двад­цать вось­мое чис­ло у нас зап­ла­ниро­вано праз­дно­вание но­вого го­да. Ка­кие пред­ло­жения, ку­да пой­дем? Есть два ва­ри­ан­та: от­ме­ча­ем в шко­ле или от­ме­ча­ем в италь­ян­ском рес­то­ране.

Од­ноклас­сни­ки пе­рег­ля­нулись, взве­сив все­воз­можные ва­ри­ан­ты. Вы­вод сде­лан: шко­ла. Рес­то­ран - это при­лич­ное за­веде­ние, соз­данное сов­сем не для та­ких без­да­рей вро­де нас. Ре­бятам хо­чет­ся вы­пить, точ­нее, на­пить­ся как пос­ледние ал­ко­голи­ки, быть мо­жет, кто-то с кем-то пе­рес­пит. Это не но­во. С рес­то­раном та­кие пла­ны не ре­али­зова­лись бы в ре­аль­нос­ти.

- В шко­ле, так в шко­ле, - сог­ласно кив­нул учи­тель. - Со­ветую прий­ти всем. Из учи­телей бу­дем я, Вла­димир Ль­во­вич (трид­ца­тилет­ний ис­то­рик, не от­ли­ча­ющий­ся от Дмит­рия чувс­твом юмо­ра и сво­ей от­кры­тостью), Ека­тери­на Се­менов­на и Ан­на Оле­гов­на.

Ека­тери­на Се­менов­на и Ан­на Оле­гов­на, ко­неч­но, пло­хо. По­жилые жен­щи­ны бу­дут воз­му­щен­но цо­кать язы­ками, за­мечая в на­ших ру­ках пи­во или дру­гие вре­донос­ные на­пит­ки. Од­на­ко от­ка­зывать­ся от ве­селья я не ста­ла лишь по­тому, что там бу­дет при­сутс­тво­вать Дмит­рий Алек­се­евич.

- Все идут? - спро­сил учи­тель пос­ле про­дол­жи­тель­ной ти­шины. Все сог­ласно кив­ну­ли, маль­чи­ки зас­висте­ли и ста­ли под­ми­гивать де­воч­кам. - Тог­да жду вас в цен­траль­ном хол­ле на пер­вом эта­же двад­цать вось­мо­го чис­ла в шесть ча­сов ве­чера. За­кус­ки за ва­ми, - он об­вел де­тей взгля­дом и ус­мехнул­ся, - а вы­пив­ка за мной!

Маль­чи­ки за­хохо­тали и за­ап­ло­диро­вали, а я с воз­му­щени­ем смот­ре­ла на воз­раста­ющую ра­дость этих на­чина­ющих пь­янс­тву­ющих лич­ностей. Один ал­ко­голик со ста­жем уже име­ет­ся, и зо­вет­ся он на­шим учи­телем. Че­му его жизнь учи­ла? Под­рос­тков спа­ивать? Ни кап­ли не поп­ро­бую то­го, что он при­несет для под­за­ряд­ки на но­вый год.

Учи­тель пой­мал мой осуж­да­ющий взгляд и ви­нова­то за­явил:

- Ни­чего боль­ше пи­ва, - он вновь гля­нул на ме­ня, - бе­зал­ко­голь­но­го не бу­дет. И ни­каких воз­ра­жений! Все-та­ки я ваш учи­тель. - Пав­ленко ус­по­ко­ил гал­дя­щий от воз­му­щения класс, а я сла­бо улыб­ну­лась, бла­годар­ная его бла­гора­зумию. - Все сво­бод­ны.

Од­ноклас­сни­ки со ско­ростью выс­тре­ла пу­ли неб­режно заб­ро­сили учеб­ни­ки в пор­тфе­ли и сум­ки, пос­пе­шили по­кинуть на­до­ев­ший ка­бинет. Ра­зуме­ет­ся, их не по­рази­ло то, что скром­ная се­рая мышь Юлия Кры­лова ак­ку­рат­но со­бира­ла ос­тавши­еся пред­ме­ты с пар­ты и ос­то­рож­но ук­ла­дыва­ла все ве­щи по внут­ренним кар­манчи­кам сум­ки. На­ив­ные. Как буд­то я всег­да та­кая ак­ку­рат­ная. Не­яс­но, раз­ве, что я спе­ци­аль­но не то­ропясь со­бира­юсь, что­бы ос­тать­ся на­еди­не с Дмит­ри­ем?

Но Дмит­рий скрыл­ся в пре­дос­тавлен­ной учи­телям под­собке, где они мог­ли спо­кой­но и без нап­ря­жения от­дохнуть на
пе­реме­нах, пе­ре­одеть­ся и с чувс­твом сох­раннос­ти хра­нить важ­ные ве­щи, спря­тан­ные от глаз лю­бопыт­ных уче­ников.

Я ти­хо по­дош­ла к от­кры­той две­ри и прос­коль­зну­ла в ма­лень­кую ком­натку, по­дав­ляя же­лание по­дать го­лос, по­тем­невши­ми от же­лания при­кос­нуть­ся к муж­чи­не гла­зами наб­лю­дая за тем, как он сто­ит ко мне спи­ной и стя­гива­ет с се­бя тол­стов­ку. Он не слы­шал чу­жого при­сутс­твия, и, нас­висты­вая се­бе что-то под нос, из­бавлял­ся от одеж­ды. На со­сед­нем сту­ле ле­жала при­готов­ленная, иде­аль­но выг­ла­жен­ная неж­но-го­лубая ру­баш­ка, ко­торую он в пос­ле­дова­тель­нос­ти на­тяги­вал на се­бя. На его об­на­жен­ной спи­не, от­крыв­шей­ся мне на ка­ких-то нес­час­тных и так быс­тро прос­коль­знув­ших трид­цать се­кунд, ри­сова­лись шра­мы.

Учи­тель нес­держан­но каш­ля­нул, про­дол­жая про­бегать­ся тон­ки­ми паль­ца­ми по пу­гови­цам, зас­те­гивая но­вый пред­мет одеж­ды. Ме­ня бес­по­ко­ило то, что он ре­шил пе­ре­одеть­ся в та­кой офи­ци­аль­ный вид. Рев­ность зав­ла­дела мо­им сос­то­яни­ем. Но я не­от­рывно лю­бова­лась его дви­жени­ями. Не хва­тало толь­ко соб­лазня­ющей му­зыки и бу­тылоч­ку вис­ки... мне в ру­ки. Ска­жем, для ус­по­ко­ения.

- Кры­лова, по­далась в тай­ные аген­ты? - раз­дался не­ожи­дан­ный сме­шок учи­теля, и я встре­тилась с его пры­га­ющи­ми чер­ти­ками в зе­леных гла­зах. - Ес­ли чес­тно, на­учись для на­чала ды­шать ти­ше. Я уж ду­мал, ты за­дох­нешь­ся.

И прав­да, мое сби­тое ды­хание ме­шало сос­ре­дото­чить­ся на ти­шине. Я ук­лончи­во мот­ну­ла го­ловой и с сар­казмом ска­зала:

- Я хо­тела вас поб­ла­года­рить за чет­верку.

- Че­го? - удив­ленно вос­клик­нул он, сом­кнув бро­ви в не­до­уме­нии. - Поб­ла­года­рить?

- Да, - кив­ну­ла я уве­рен­но. - Я зас­лу­жила эту оцен­ку, я и ра­да, что вы, в от­ли­чие от дру­гих учи­телей, не де­ла­ете от­лични­кам поб­ла­жек.

- Это не в мо­ем сти­ле, жа­леть вас, ум­ниц, - мо­им то­ном про­шеп­тал он и стал со­бирать клас­си­чес­кий пор­тфель, за­киды­вая ту­да ка­кие-то до­кумен­ты в фай­лах. - Все уче­ники на рав­ных.

Я не от­ве­тила. Учи­тель прек­ра­тил яз­вить и прос­то мол­чал. Нам обо­им бы­ло не­лов­ко на­ходить­ся ря­дом друг с дру­гом. По­ка Дмит­рий все-та­ки не по­дал знак сво­его су­щес­тво­вания. Ме­ня пе­редер­ну­ло от его за­яв­ле­ния:

- Ме­ня раз­дра­жа­ет твое при­сутс­твие.

Я, шо­киро­ван­ная его сло­вами, так и не смог­ла в нес­ме­лос­ти спро­сить при­чину. От­крыть рот и сто­ять с ви­дом ду­роч­ки - мо­гу, умею, прак­ти­кую.

- Че­го смот­ришь? - раз­дра­жен­но бур­кнул он и, прой­дя ми­мо ме­ня, по­пытал­ся зах­лопнуть дверь. Я схва­тила его за кисть ру­ки, не по­нимая, что тво­рю. Са­ма се­бе го­вори­ла: не на­до. Те­бе он не ну­жен. За­чем он мне? Для че­го? Име­ет ли зна­чение то, что бла­года­ря Ди­ме я ста­ла чувс­тво­вать се­бя жи­вее?

- Дмит­рий Алек­се­евич... - толь­ко и смог­ла вы­давить из се­бя я. Его не­гатив как не­види­мыми вол­на­ми до­бирал­ся до ме­ня и ще­котал нер­вную сис­те­му, но я нас­та­ива­ла на сво­ем и не от­пуска­ла его ру­ки.

- Кры­лова, ка­жет­ся, мы все яс­но ре­шили нас­чет это­го, - пос­леднее сло­во он бук­валь­но вык­рикнул мне на ухо и с от­вра­щени­ем одер­нул ру­ку. - Хо­тя, как яс­но? Толь­ко для те­бя. Мне же ты ни­чего тол­ком не объ­яс­ни­ла тог­да, ос­та­вив в ка­фе од­но­го.

От его взгля­да мое сер­дце би­лось в ис­те­рике. Хо­лод­ный, как лед, зас­тывший на ули­цах на­шего го­рода. Од­на­ко од­новре­мен­но гре­ющий мое сос­то­яние... Как так мо­жет быть? Мне ста­нови­лось не­лов­ко и неп­ри­ят­но от его про­низы­ва­юще­го каж­дую кле­точ­ку те­ла взгля­да, а с дру­гой сто­роны я пи­талась этим чувс­твом нас­то­рожен­ности? Я дей­стви­тель­но су­мас­шедшая.

- Ме­ня на­пуга­ло ва­ше пред­ло­жение, - вы­пали­ла я. Пе­ред тем, как он от­крыл рот мне что-то ска­зать, я до­гово­рила не­дос­ка­зан­ные мыс­ли: - Ва­ша быв­шая при­ятель­ни­ца рас­ска­зала о ва­ших ста­рых ув­ле­чени­ях. Секс, вы­пив­ка, и сно­ва секс. Вся­кие дур­ные мыс­ли ви­тали в ва­шей го­лове. Экс­трим, без­ба­шен­ность, от­ре­шен­ность от это­го се­рого ми­ра. Я го­рела же­лани­ем поп­ро­бовать все это с ва­ми, но...

- Ты слиш­ком вос­пи­тана для та­кого как я? - спро­сил он. - Так ты ре­шила?

- Да, - я всхлип­ну­ла, чувс­твуя, как по­зор­ные сле­зы ска­тыва­лись из глаз. - Я слиш­ком не­под­го­тов­ленная.

- Не­под­го­тов­ленная ты к че­му? - он при­жал ме­ня к сте­не и про­вел ру­кой по во­лосам, зас­тавляя смот­реть стро­го в гла­за и не от­во­рачи­вать­ся. - Ду­ма­ешь, я со­бирал­ся учить те­бя все­му это­му? Ты с ума сош­ла? - оз­лоблен­но про­шеп­тал он, по­дав­ляя в се­бе рве­ние нак­ри­чать на ме­ня.

Он опус­тил го­лову и тяж­ко вздох­нул: - Я прос­то хо­тел оту­чить те­бя от при­выч­ки це­лыми дня­ми си­деть до­ма и ни­чего не де­лать кро­ме до­маш­не­го за­дания. У ме­ня не бы­ло мыс­ли тра­хать те­бя, спа­ивать или де­лать что-то неп­ристой­ное. Че­го ты ис­пу­галась? Че­го?

- Жиз­ни, - про­шеп­та­ла я, ос­лаблен­ная его за­яв­ле­ни­ем. Дмит­рий не­кото­рое вре­мя мол­чал, по­том, кив­нув ка­ким-то сво­им мыс­лям, ото­шел от ме­ня. Ли­шил это­го теп­ло­го ды­хания, от ко­торо­го но­ги под­ка­шива­лись вся­кий раз, как его за­пах до­ходил до мо­его но­са, лас­кая ко­жу.

- Как прек­ра­тишь быть трус­ли­вой и под­чи­нен­ной как ра­быня сво­им ро­дите­лям, под­хо­ди ко мне, - ска­зал он с не­весе­лой улыб­кой, в ко­торой, кро­ме как сом­не­ния и злос­ти ни­чего не вид­не­лось. - Я дам те­бе вто­рой шанс.

Он жа­лос­тли­во взгля­нул на ме­ня и ус­та­ло вздох­нул. Я яв­но нас­ку­чила ему сво­им при­сутс­тви­ем. Ко­неч­но, ра­ди че­го я во­об­ще ос­та­лась в этой под­собке? По­чему не уш­ла до­мой? К ро­дите­лям, ко­торые, вмес­то то­го, что­бы раз­ре­шить мне пой­ти про­гулять­ся по го­роду с под­ру­гой из со­сед­не­го до­ма, зас­та­вят учить но­вые пра­вила и те­оре­мы по ге­омет­рии, нев­зи­рая на то, что се­год­ня ито­говый день чет­верти пе­ред ка­нику­лами. За­хоте­лось ре­веть, что я и сде­лала.

- Сле­зами го­рю не по­можешь, - ти­хо про­из­нес Дмит­рий и пос­пе­шил уй­ти, ос­та­вив ме­ня сов­сем од­ну.

Я ки­нулась бе­жать за ним, слов­но ме­ня по­дож­гли на ров­ном мес­те, и учи­тель был единс­твен­ным спа­сени­ем от ог­ня, ко­торый про­жига­ет нас­квозь неж­ную ко­жу. Не до­жида­ясь ни­какой ре­ак­ции, я пе­рек­ры­ла ему путь и жад­но впи­лась гу­бами в страс­тном по­целуе, прав­да, не по­лучая вза­им­но­го рве­ния, при­сасы­валась гу­бами ко рту муж­чи­ны, буд­то ли­шен­ная питья и пи­щи. Не­насы­щен­ная, го­лод­ная, бед­ная и бро­шен­ная, ух­ва­тыва­лись за шею учи­теля как за спа­ситель­ный ка­нат, све­шен­ный над про­пастью. Муж­чи­на поз­во­лил мне по­цело­вать се­бя, и, ког­да воз­ду­ха уже не хва­тало, что­бы сто­ять на но­гах и ви­деть пе­ред со­бой чет­кое изоб­ра­жение не дви­га­юще­гося без эмо­ций ли­ца, я за­мети­ла в его гла­зах все­пог­ло­ща­ющий огонь и тя­гу поп­ро­бовать по­целуй за­ново. Но он это­го не сде­лал.

- По­думай хо­рошень­ко, Кры­лова, - как при­казом про­гово­рил он влас­тным го­лосом и раз­вернул­ся ко мне спи­ной. Мед­ленны­ми ша­гами он нап­ра­вил­ся к вы­ходу, а у ме­ня в гру­ди под­ни­малось та­кое жже­ние, слов­но опо­веща­ющее, что в дан­ный мо­мент мне без анес­те­зии вы­реза­ют лег­кие. И не толь­ко лег­кие, по­тому что я не мог­ла ды­шать в тот мо­мент; и сер­дце, по­тому что его стук зат­мил мой ра­зум. - Я не люб­лю не­об­ду­ман­ные ре­шения.

Дверь за учи­телем зак­ры­лась. Но со мной ос­та­лось од­но: влаж­ные от его по­целуя гу­бы. И уже тог­да, це­луя его и лас­кая язы­ком, я осоз­на­вала: я и так из­на­чаль­но все хо­рошо об­ду­мала. Дмит­рий же без раз­го­воров ушел. Но на этот раз прос­то так не­решен­ный воп­рос я не ос­тавлю; так­же, как и не ос­тавлю же­лание рис­кнуть на­чать жизнь с чис­то­го лис­та с этим че­лове­ком.