ГЛАВА 16 Молчание
Первое, что я услышала, очнувшись — барабанная дробь дождя по стеклу. Никогда не замечала, что он так слышим из комнатки в госпитале. Я вслушивалась в умиротворенное звучание и пыталась вспомнить, когда уснула.
Открыла глаза.
Сводчатые балки незнакомого потолка принялись избавлять меня от временной амнезии. Робкий свет раннего вечера или утра струился из панорамного окна вместо одной из стен.
Сморщилась, натужно выдавливая реальность из нескольких прожитых часов недавнего прошлого.
Что за комната такая? И этот лес. Откуда он?..
Я в логове Черного Полковника, которому помогла бежать.
Я в плену у вражеского офицера. Того самого комитаджа, которого бояться даже бравые солдаты и даже в его армии.
Попыталась резко сесть в постели, но жуткая боль в ребрах и затылке остановила. Тошнота подступила к горлу. Пришлось прикрыть глаза. Медленно опустившись обратно на подушки, осторожно выдохнула.
— Вам больно из-за сломанных ребер.
Голос прозвучал словно из кошмаров.
Я распахнула веки и посмотрела в сторону, откуда он прозвучал.
— Судя по ужасу в ваших глазах, теперь вы знаете, кто я.
Мужчина стоял в другом конце просторной комнаты, внушительно возвышаясь в дверном проеме.
Комитадж снял мундир и остался в черной рубашке, закатав рукава по локти. Его запястья спрятаны в карманах форменных брюк, а темноволосая голова слегка наклонена к левому плечу.
На фоне светлой обстановки комнаты темный силуэт дышал мрачностью, многообещающей угрозой. И если бы князь тьмы существовал, то он бы выглядел именно так.
Сквозь сумрак, мне удалось заметить, что ссадины на его лице до конца не сошли. Но достаточно лишь одного взгляда, чтобы понять кто стоит перед тобой. Классические черты лица, без единой неправильной линии и пропитанные средневековой суровостью.
Это его я видела в газетах и в выпусках новостей. Это он — Черный Полковник, который стоял по правую руку от Якоба Кайзера, и взирал на окружающий мир с надменным превосходством.
Ровные губы опасного мужчины, чье имя порождает жуткие легенды, растянула слабая улыбка.
Он шагнул в глубь комнаты, приближаясь.
— Ваши солдаты с такой самоотдачей разбивали мне лицо, не зная, что помогают остаться неизвестным, - бархатистые раскаты его голоса наполняли комнату, отключая другие звуки. - Тот подполковник решил, что лучше держать мое имя в секрете. Он рискнул, а я воспользовался этим. Ведь у безымянного пленного офицера больше шансов найти союзника на вражеской стороне, чем знаменитому полковнику, которого будто выиграли в лотерею.
Чернорубашечник пошел в моем направлении, захватив белый стул у стены и, подойдя, поставил его напротив огромной кровати на которой беззащитно лежала я.
За окном бушевала непогода. Ветер гнул ветви деревьев и хлестал дождем в стекло. Словно качественная декорация одного из самых напряженных моментов в моей жизни.
Серьёзность и страх от происходящего, заставляли отчаянно желать пробуждения. Мысленно сжавшись, я очень хотела проснуться и оказаться в своей квартире, мрачно дожидаясь битвы за родную Велич.
— Я хотел вам назвать свое имя, - снова зазвучал низкий голос Черного Полковника. — Но понимаю, почему вы отказались.
Как бы я поступила, зная, кому помогаю бежать?
Этот вопрос отразился в угольных глазах комитаджа и откликнулся во мне. Слишком часто я задавалась им после того, как узнала, с кем именно вступила в сговор.
Я смотрела на него, но от напряжения не могла проронить и слова. Память воспроизводила все то, что когда-то слышала про этого человека, про изощренные способы пыток в его армии, коварстве и стратегиях, которые предугадать не удавалось никому.
Неужели я действительно нахожусь в плену у человека, который помог Черному Диктатору захватить половину оставшегося мира?
Полковник приблизился к прикроватной тумбочке и включил ночник, погружая интерьер в неяркий свет. Он двигался бесшумно, подобно пантере, с такой же хищной, пугающей грацией.
Вернувшись к стулу, он встал рядом с ним и посмотрел в мою сторону.
— Вы позволите? - учтиво спросил офицер, приподняв брови.
Я вздрогнула от звука его тихого голоса, но не нашла в себе сил ответить. Черный взгляд вторгся в реальность из кошмаров. Знакомое чувство холода опять пронзило меня.
В комнате послышался его вздох. Он сел, закинув ногу на ногу и положив руки на закругленные подлокотники.
— Вы любите дождь?
Я опешила.
Что?!
— Я, например, очень, - светским тоном продолжил Черный Полковник и задумчиво посмотрел в окно. - Больше чем снег или солнечную погоду. Звук дождя навевает неповторимое чувство уюта.
Комитадж замолчал, позволяя звуку дождя заполнить возникшую тишину. Он снова посмотрел на меня с легкой, вежливой улыбкой, явно намереваясь расположить к такой же манере беседы.
— И не важно сидишь ты под крышей дома с чашкой ароматного чая или застигнут в лесу. Вы так не считаете?
Улыбка сошла с его губ и он отвел глаза.
Я выжидающе следила за ним, ощущая себя максимально уязвимой лежа в кровати. Разум пытался вступиться и доказать, что если бы он хотел воплотить в реальность свои насильственные мечты, то уже сделал бы это. У него другие планы на меня, в которых я должна здравствовать и не пытаться сбежать.
— Меня зовут Герман, - ониксовые глаза снова обратились на меня. - Как я могу обращаться к вам?
Мы знакомы, черт возьми!
Вежливый тон офицера не успокаивал, а наоборот, усиливал напряжение и панику внутри меня.
Ощущение бессилия и ничтожности заставило меня сцепить челюсти и продолжать молчать.
— Я полагаю, что соблюдение элементарных норм вежливости не способно навредить, - не унимался комитадж. — А вот пренебрежение ими — основа многих конфликтов.
Черный взор выжидающе смотрел на меня. Словно безлунная ночь попала в плен его зрачков, и стала такой же безвольной, как и я.
Черствые губы растянула улыбка и он склонил голову в ожидании моего ответа.
Но я лишь сильнее сжала зубы, почувствовав как предельно натянулась поврежденная кожа на губах и причинила новую боль.
Молчание в комнате нарушил глубокий вдох Черного Полковника. Длинные пальцы провели по черным волосам, которые в сумраке комнаты казались такими же мрачно-темными, как и глаза.
Зловещее сочетание. Словно предвестник моего горестного и явно мучительного будущего.
— Я знаю ваше имя, лично знаком с вашим братом и наслышан о вашем отце.
Сердце маршировало в грудной клетке, выбивая ритм пульса в ушах. Чувствовала мерзость от собственного страха, но побороть его не могла.
— Ну что же, - он чуть поджал губы. - В таком случае, я должен сообщить, что намерен обращаться к вам по имени.
Вежливое, но угрожающее заявление.
Загадочные глаза внимательно изучали, пока я чувствовала, как мои нервы таранят грань сдержанности.
— Вы не пленница здесь, Вивьен.
Я вздрогнула и он заметил это.
Мое имя голосом полковника — жутко-необычное сочетание. Будто впервые его услышала. Имя приобрело новые грани звучания, пропитавшись черным ядом.
— Вы - моя гостья. Как только вам станет легче, я помогу вернуться домой.
Вновь в ответ молчание. Лишь пальцы сжали белую простынь.
— Я в долгу перед вами, - продолжал вражеский офицер, продолжая впиваться в мое сознание угольным взглядом. — А должником я долго не бываю.
Не могу верить его словам! И надеяться тоже не имею права.
Черный Полковник поднялся на ноги и посмотрел на меня с высоты внушительно роста.
— Моя репутация — это то, что тактически вкладывали в сознание людей. В ней есть несколько граммов правды, но все остальное — выдумка, выгодная двум сторонам этой войны.
Уже у двери, он обернулся и обронил:
— Вопреки всему, я верну вас к семье. Я сдержу слово. Как и в тот раз.
Молчание стало обетом против судьбы, которую она для меня выбрала.
— Отдыхайте, Вивьен, - вздохнул офицер Черной армии и, с легким поклоном, скрылся за дверью.