УРОД [18+] | Турбо

С веселым хохотом они заваливаются в маленькую, но неуютную и холодную квартиру Турбо. Зима по-хозяйски распологактся в зале, даже не стягивая обуви и не включая свет, а Валера разводит руками:

- Не ваши вельможные хоромы, дорогие генеральские дети, но жить можно. Егорка с Зимой в зале поспят, я себе Василису забираю.

- Ты бы хоть при мне постыдился! Я же брат ее, - ворчит Егор. - На полу спать будешь.

Турбо поднимает брови, смотрит на Егора взглядом, мол, жить тут кое-кому надоело, и произносит:

- Со старшими научить разговаривать? Указывает он мне в моей же квартире! Огрызается!

- Ну, разошелся, - вздыхает недовольно Василиса. - Еще одно слово и на полу будут спать все.

- Я тут при чем? - Зима даже приподнимается с кресла.

Егор недовольно смотрит на Турбо.

- Пока я живой, при мне никакого слюнообмена и ночевок в одной кровати. Хоть отшей, хоть придуши. Я в тряпочку молчал, пока ты меня шугал, а сейчас больше не буду. Пока не женился, полномочий на мою сестричку у тебя нет!

- Егорка, цыц! - Василиса хлопает по стене ладонью, сгорая от смущения.

- Опоздал, Молчун. Прям под носом не заметил, - язвительно парирует Турбо.

- Держите меня, я ему сейчас въебу!

Зима подскакивает и разнимает вялые попытки Молчуна придушить Турбо голыми руками. Василиса готова уже покинуть этот цирк. Егор ревнует, да. Или беспокоится. А может и все вместе. Но это не повод убивать объект ее воздыхания.

- Заткнитесь! - рявкает Зима. - Девушку пугаете своими дебильными спаррингами.

Турбо поправляет одежду и недовольно окидывает Егора взглядом.

- Он первый начал.

- Детский сад «Сопельки», - закатывает глаза Василиса и показушно громко стягивает с себя обувь, кидает куртку на табурет и проходит в какую-то комнату. Кажется, комната Валеры.

Девушка не включает свет, хватает тусклого уличного фонаря за окном. На стене висит потрепанная карта мира, видать, со школьных времен. На заваленном журналами и газетами письменном столе едва ли не сантиметровая пыль. Подоконник усеян горшками с цветами, пожухшими, давно не поливали, видимо.
На тумбе рядом с обычной полуторкой лежит еще один эротический журнал, любовно открытый на самой пошлой странице. Уголки у некоторых других страниц загнуты... Интересно, зачем?

Девушка берет журнал в руки. И чем больше она листает, тем шире становятся ее глаза.

- Э-э! - Турбо выхватывает журнал из рук девушки и нервно прячет его за спиной.

- Я не досмотрела! - девушка тянется за его руками, но Валера делает шаг назад.

В комнату заходит Зима, замечает журнал и выхватывает его из рук друга.

- Турбо, ты охренел? Это мой журнал! А говорил, что потерял! - Зима сворачивает эту порнографию в трубочку и пихает его в задний карман штанов.

- Как ты тут живешь вообще? - Василиса смотрит на небрежно заправленную постель и приоткрытый шкаф, из которого торчит смятая олимпийка. - Ну-ка, парни, тряпки в руки и будем приводить это место в божеский сад.

- А я тут почти и не живу, только ночую, - пожимает плечами Турбо. - И моюсь.

- Оно и видно. Чего стоим? Зима ответственный по кухне, Егор по залу, Валера по коридору и ванне. Я уберусь здесь.

- А чего это ты в моей комнате убираешься? - возмущается Турбо. - Сразу бы сказала, что журнальчики понравились, дочитать хочешь...

Василиса выпихивает их из комнаты. Чуть погодя на старенькой магнитоле кто-то из ребят нарубает Мираж. Егор любезно приносит сестре тряпку и таз и даже включает ей свет.

Уборка шла медленно, потому что парни умудрялись либо поссориться, либо дурачиться, швыряясь вдруг во друга грязной половой тряпкой. Василиса же тормозила, пока убиралась в шкафу с одеждой Валеры. Рассматривала что у него есть и думала: почему же при таком большом выборе он носит почти всегда одно и то же?

Пока она складывала джинсы, из кармана выпала мятая пачка с сигаретами. Точнее, с двумя. А внутри коробóк спичек и странный квадратик... Боже. Серьезно? Презервативы с сигаретами? И кастет...
И вот, пока девушка смотрит на этот стартовый набор группировщика, до девушки наконец доходит, что Валера не маленький мальчик. Вполне осознанный молодой человек, у которого уже была девушка. Скорее всего даже и не одна.
Вот только Ваське это все представлять не надо было. Сразу всплывает в голове широкая спина, сильные руки, точеный профиль лица и крепкая, нецелованая шея. И все исключительно оголенное.

- Дура, - заключает Василиса и складывает свои находки на тумбочку, продолжая ковыряться в одежде. Совсем скоро шкаф приобретает прилежный, ухоженный вид. Девушка приступает к столу.

И там ее ждут сюрпризы, но уже не такие смущающие. Паспорт гражданина СССР, лежащий под завалами из газет. Девушка не удерживается и открывает его.
А Валера здесь еще более кучерявый. И лицо целое, ни одной ранки. Серьезный взгляд с черно-белой фотографии Ваську смешит. Здесь ему шестнадцать. Егорка тоже недавно получил свой первый паспорт.

Стол выглядит чистым, стоит только спрятать все газеты под батарею и прикрыть их шторой. Девушка поливает цветы, открывает форточку и запускает морозный воздух. Чистота. Теперь даже жить можно.

Васька идет посмотреть, как обстоят дела у парней и видит, как закончивший с уборкой Вахит стоит и смотрит на Валеру и Егора, ссорящихся из-за единственной швабры. Обоим она срочно нужна.

- Зима... Как тебя зовут? - не отрывая взглядя от перепалки, спрашивает Васька. Парень окидывает ее ленивым взглядом.

- Вахит.

- Вах, обрабатывай Валеру, я беру на себя Егора. И по разным углам их. Надоели.

- Согласен.

И они разводят парней кого куда, коллективно решая, что пол в зале будет мыть Васька. Забавно это выглядело со стороны: красивое праздничное платье, локоны, украшения, да грязная тряпка в руках. Девушка молча намывает пол, пока три опгшника сверлят ее взглядами, сидя на стареньком диванчике. И магнитола орет. Идиллия.

Когда Васька заканчивает, то на часах уже бьет второй час ночи. Постепенно свет в соседних домах выключается, все прекращают отмечать. Егор зевает, Зима сонно трет глаза, но держится молодцом.
Васька тихонько подпевает очередному хиту из магнитолы и рассматривает сервант. Валера курит в форточку, задумчиво разглядывая, как начинается снегопад. А на улице тишина, словно никакого праздника и не было.

- Так а че дальше-то, пацаны? - Егор прокашливается. - Что в больнице было?

Валера обдумывает его вопрос и снова затягивается. Даже не смотрит в его сторону, продолжая сверлить взглядом в заметенную свежим снегом дорогу.

- Пальто хадишевского в палате избил. За Ералаша мстил. Подтянулись кенты, загасить нас пытались. Ну, мы Вована с операционной забрали и укатили. Теперь хрен тот в реанимации.

- Молодца Пальто, - радуется Егор.

- Может оно и так, - Валера выкидывает бычок в окно и закрывает форточку. - Вот только если каждый своевольничать начнет, то дисциплина ручкой универсаму помашет. В следующий раз не посмотрю на слова Вовы, отошьем. Чушпаном ходить будет.

- А как отшивают? - робко интересуется Васька.

- Гасят. Харкают. Все по красоте, чтобы не расслаблялись. За руку потом не здороваются, а если на районе видят, то опять гасят. Таких потом ни одна группировка к себе не возьмет. Будут ходить и трястись за свою жизнь, - просто отвечает Зима.

- Потому что группировка - это защита. А без нее и безопасности нет никакой. Ты тоже под защитой, раз моя сестра, - продолжает Егор.

- Но еще лучше, если ты под кем-то ходишь. Там и пальцем не тронут. Потому что впрягаться за тебя будут все. - У Валеры намек какой-то в голосе, но Василиса не понимает.

- Но в любом случае, все должны за языком следить и лишний раз воду не мутить. Провинился один - огребает весь возраст. О, а если девушка вдруг под чужим ходить начнет, то и там несладко.

- Зима, не надо, - просит Егор, но Вахит продолжает. Валера следит за реакцией Василисы, что внимательно слушает парня.

- Пусть лучше сразу знает, чем потом делов натворит. Если малолетка направо и налево трахается, то к такой даже на пушечный выстрел не подходят. Пацаны только с чистыми. К совершеннолетним не относится, но где как. С одной бутылки не пьют, рук не трогают, уже не говорю про дележку кровати. А если пацан все равно с такой ходит, то его отшивают, помазком называют. Это даже хуже, чем чушпаном быть. А если дама изменяет, то защиты у нее больше нет, и к группе она больше не относится. А там судьба уже зависит полностью от того, успеет ли она убежать до того, как случится страшное.

- Вот теперь точно все, - Егор резко встает и переводит внимание Васьки на себя. - Давайте спать. Завтра сборы, Пальто сказал. Отдохнуть надо.

Валера любезно стелит Егору на полу рядом с батареей, Зиме на диване, а Василисе предоставляет целую свою кровать. Сам собирается лечь на полу рядом с кроватью, предварительно опять поссорившись с Егором по поводу его уединения с Васькой. Хлопнув дверью у него перед носом, парень смотрит на Василису, готовую лечь в кровать прямо в платье.

- Давай я тебе что-нибудь дам, - Валера открывает шкаф и достает футболку с какими-то домашними шортами. - Все чистое, если что.

- Я и не переживаю. Отвернись. И повернешься, когда я разрешу.

Валера нехотя отворачивается. Но девушка не учла наличие небольшого зеркала напротив. Ну и Турбо, в принципе, из-за него не очень-то волнуется.
В отражении он видит, как неловко девушка расстегивает замочек на платье, спускает его плеч и роняет его на пол. Наклоняется и аккуратно снимает капроновые колготки, оставаясь полностью в белье. Валера шумно выдыхает, не в силах оторвать настойчивый взгляд. У Василисы тонкая талия, бледная кожа и просто охренительные бедра, узкие, острые плечи и едва ли округлая грудь, по которой струятся волнистые локоны. Она миниатюрна и настолько красива, что Турбо в принципе тяжело выкинуть из головы грязные фантазии.

Но вот девушка надевает его футболку, затем снова наклоняется, чтобы напялить большие ей шорты, и Валера с огромным усилием отворачивается. Осознание того, как сильно эта девчонка ему в душу запала, просто ошарашивает.

- Я все, - оповещает Васька и забирается на кровать.

«Я знаю», - думается парню. Он собирается поудобнее улечься на полу, как вдруг над ним повисает Васька.

- Ты серьезно тут спать собрался? Хватай подушку и поднимайся.

А Валере дважды повторять не надо. Он тут же падает рядом, поворачивается боком, лицом к Василисе, и улыбается. Довольно так.

- Чего ты так смотришь? - а он прикрывает глаза и придвигает Василису к себе поближе. Обнимает так по-хозяйски.

- Ты в моей одежде, у меня дома, в моей кровати. Кому скажешь - не поверят.

- Кому ты там рассказывать собираешься? - возмущается ему в грудь Васька, но чувствует, как ее одолевает сон. Она цепляется руками за одежду Валеры и устраивается поуютнее. Закрывает глаза.

- Вась.

- Что?

- Со мной ходить будешь? - раздается вполне серьезное сверху.

- Куда? - сонное снизу.

- За пивом, бля. Я про другое... Со мной будешь? Ну, ходить? Как девушка и парень, - разжевывает ей Турбо. А в ответ тишина. - Алло, база!

А девушка мирно сопит в его объятиях. Валера тяжело вздыхает. Как же с ней тяжело.