Глава 14
До начала урока ещё было время, а вот Джордана рядом не было. Мне кажется, что он меня побьет, когда узнает, что я наврала. Блииин... Так стыдно. Ладно! У нас сейчас физкультура, так что спрячусь в раздевалке и выйду только со звонком или даже позже.
Воодушевленная своим планом, пошла в сторону спортивного зала. Перед большой деревянной дверью по левой стороне располагались раздевалки. Я, воровато оглянувшись, прошмыгнула в женскую. Физра, конечно, хороший предмет (нет), но я сегодня «забыла» форму. Хотя может у меня красный день календаря? А нет, лучше скажу, что забыла, иначе в следующий раз, когда действительно настанет нужный период, мне могут не поверить.
Я присела на лавочку возле Лорен, которая протянула мне мою кофту. Я открыла рюкзак, чтобы ее положить, как вдруг подруга спросила:
- А ты чего не переодеваешься?
- Я... - мой взгляд скользнул вверх. Блондинка стояла, так сказать, уже готовая во все оружие. Черные лосины, черный облегающий кроп-топ со средней ширины лямками и белая майка на несколько размеров больше, которая немного игриво оголяла утонченные женские плечи и боковые части туловища. Я помотала головой, сбрасывая наваждение, и наконец ответила: - Я форму забыла.
- Но... - Лорен красноречиво указала глазами на небольшой свёрток в рюкзаке, в котором можно было разобрать очертание рукава футболки.
- Я забыла форму, - более настойчиво ответила я, криво подмигнув левым глазом.
- Угу... - озадаченно кивнула головой подруга и начала собирать блондинистые волосы в высокий хвост.
Теперь девушка ещё больше походила на фитоняшку! Такая вся спортивная леди. Я в своей форме рядом с ней выглядела бы как не отошедшая ото сна девица, которая в домашней одежде вышла в магазин за опохмелом или за хлебом и молоком.
Грустно вздохнув, запихнула кофту в рюкзак и поправила куртку, которая так и норовила сползти с плеча.
- Стоп! - воскликнула Лорен, прожигая меня взглядом, остальные, находящиеся в раздевалке, обернулись на нас. Подруга сузила свои зеньки и, схватив двумя пальцами край воротника куртки, задала вопрос, словно сам Шерлок Холмс: - Это чья куртка?
Меня крайне смутили все взгляды, которые были направлена на меня, как стрелы, поэтому я прикинулась камнем, однако то меня не спасло... Я улеглась на скамейку и прикрыла глаза, пытаясь изобразить труп камня, но Лорен нависла надо мной, едва ли не прикасаясь своим лбом к моему и грозно зашептала загробным голосом:
- Мия! Чья это куртка?
- Я нина-а-аю! - жалким голоском пропищала я.
- Я тебя сейчас побью и ты все вспомнишь! - ласково пропела девушка, но ничего ласкового в ее словах и обещаниях не было.
От расправы над моим тельцем меня спас не только звонок на урок, но и влетевший, к тому же явно бешеный, Джордан, хотя он скорее не спас, а подставил его под больший удар. По его залитым кровью глазам я поняла, что мне будет очень плохо, а точнее сказать п....., но лучше так не говорить. В его взгляде так и читался вопрос: Какой гроб хочешь себе заказать на завтра?
Девушки подняли визг, но увидев парня, перестали кричать и лишь смиренно выходили из раздевалки. Я же пыталась забиться в самый дальний угол такого маленького помещения, но вышло плоховато, так как через неполную минуту это крупное рогатое парнокопытное горилло выносило меня куда-то, держа на своем плече. С немым криком: «Хе-е-е-е-елп!!!», я смотрела на подругу, которая порывалась пойти ко мне, но учитель появился слишком не вовремя. Эта женщина ничего не сказала Джордану!!! А ничего, что он как бы одну из твоих учениц выносит на своем горбу хрен знает куда?! Это норма?!
Пока я задыхалась от возмущения, шатен уже начал подниматься по лестнице. Мимо гардеробщицы или как их правильно называют, вахтерша короче! Эта женщина даже бровью не повела! Позабыв все слова, которые могли передать мое возмущение, да вообще забыв все, кроме алфавита, я в шоке пялилась на прохожих с открытым ртом, изредка выдавая: «Э-э-э...» или же «А-а-а...». Все, проходящие мимо, смотрели на шокированную и немного испуганную меня, а потом переводили взгляд на злого Джордана и... молчали! Просто молча шли дальше!!! Но кто-то мог, конечно, взглянуть на меня с сожалением, но и то это было редкостью!
Болд целенаправленно куда-то шел, а когда он зашёл за какую-то старую дверь, на которой только для вида висел амбарный замок, я поняла, что мы сейчас в, так сказать, нежилой части здания. Именно в этом месте мои надежды на помощь рассыпались, как осколки от упавшей с девятого этажа хрустальной вазы. Мне кажется, что над той дверью должна быть надпись: «Оставь надежду, всяк сюда входящий!», которая являлась заключительной фразой текста над вратами ада в «Божественной комедии», написанной великим Данте Алигьери.
Я уже понимала, что тут молитва и даже свечка в божьем доме мне не поможет, поэтому нужно принимать язычество и вымаливать прощение у кустов. Надеясь на всех богов, новых и старых, желала лишь свободы. Как бы то странно и глупо не звучало, но мои недопопытки и недомолитвы были услышаны чем-то там сверху, ибо в конце коридора показалась чья-то фигура, которая стремительно шла в нашу сторону, цокая каблуками. Мне хватило несколько секунд, чтобы распознать полноватое тело и понять, что это идёт историца. Джордан, которому не нужно было выкручиваться, чтобы увидеть человека, тоже понял, кто же такой к нам идёт, поэтому беззвучно и аккуратно залетел в какой-то кабинет, боясь быть пойманным. Учительницу истории я видела в своих мыслях как Фемиду, богиню правосудия в древней Греции, или же как Немезиду, крылатую богиню возмездия все из той же Греции, поэтому решила подать знаки, чтобы привлечь ее внимание, однако Джордан, будь он не ладен, сразу понял о моих намерениях, поэтому «ласково» закрыл мне рот своей лапой. За дверью послышались постукивания каблуков, которые быстро отдалялись, а единственное, что я могла сделать, так это мычать в чужую ладонь. Я едва ли не расплакалась от несправедливости, когда звуки шагов вовсе прекратились.
Джордан убрал руку от моего лица, но крепко схватил за запястье. Болд аккуратно приоткрыл дверь, высовывая голову в коридор. Никого там не обнаружив, парень вновь закинул меня на плечо и понес дальше. Теперь я висела на нем, словно тряпичная кукла, и грустно смотрела прямо перед собой, потеряв последний шанс и последнюю надежду на спасение.
Несколько раз повернув направо на развилках, Джордан вошёл в просторный класс, который почему-то был чист. Ни на партах, ни на полу, ни в воздухе не было даже намека на пыль, словно совсем недавно здесь провели генеральную уборку, даже окна были чистыми. Именно в таком помещении надо мной и захотели провести экзекуцию.
Наконец поставив меня на ноги, Болд грубо и целенаправленно толкнул меня в сторону учительского стола, в который я упёрлась пятой точкой. Мой мозг начал лихорадочно искать пути отступления, но времени ему не хватило, так как шатен в одно мгновение оказался возле меня, с явной яростью в глазах нависая над моим бедным телом, которое пыталось отодвинуться от парня как можно дальше. Ничего у меня не вышло. Все четыре стороны были наглухо закрыты для моего отступления. Две руки Джордана были по бокам от меня, закрывая уже два пути, спереди был сам парень, а чтобы воспользоваться открытым задним, нужно было подтянуть ноги, а именно это у меня и не могло выйти, так как своими коленями я упёрлась бы в мужские ноги.
Смотря на Джордана как кролик на удава, боялась даже задрожать или, о ужас, дернуться. Я конечно понимаю, кролик атакует и все дела, но даже самые стальные яйца разобьются о взгляд Болда. Если бы я могла, то уже давно сжалась от страха до размеров изюма, но мне оставалось лишь подрагивать от дикого ужаса, боясь малейшего шороха со стороны шатена.
– Зачем ты это сделала!? – прорычал взбешённый Джордан.
– Что именно?.. – тоненьким голоском пискнула я, позабыв обо всем на свете.
– Тебе напомнить?! – грубо рявкнул парень, приближаясь ближе.
Я в молчаливой панике смотрела прямо в темные глаза, которые налились кровью, словно у быка. По тому как у шатена заходили жевалки, а вена на лбу вздулась, я поняла, что мне точно сейчас перепадёт к тому же возможно, что не только словами и без рукоприкладства тут не обойдется. Я словно в замедленной съёмке наблюдала за тем, как Болд замахнулся своей рукой, и зажмурила глаза в ожидании неслабого удара. А в следующее мгновение я едва ли не упала лицом вниз, если бы не упиралась рукой о парту.
Я ещё в большем ужасе взглянула на свое собственное тело, которое вновь было занято Джорданом.
– Неужели опять?.. – приложив пальцы к губам, прохрипела я.
Джордан трясся, но скорее ещё из-за того, что находился под влиянием моего шока. Не каждый же день меня по лицу бьют, знаете ли!
– *Запрещено цензурой несколько миллионов раз*!!!!!!! – орал Джордан, бив свое же тело по плечам, почти не причиняя мне боли, так как девушкой я была не особо сильной. – Как же я тебя ненавижу, тупая ты *запрещено цензурой*! Как ты могла меня так подставить?! Мне как теперь оправдываться перед историчкой?! Ты хоть об этом своим куриным мозгом подумала?! Ненавижу тебя, мразь!!!
– Рот закрыл! – холодно рявкнула я. У меня не было никакого настроения с кем-то ссориться, а вот у Джордана знатно так подгорало, в чем я его однозначно понимала.
Услышав мои слова, Болд задохнулся от возмущения, но останавливаться не хотел:
– Да как ты смеешь?! Да я тебя на куски порежу!! Да ты у меня в ногах ползать будешь, прощение вымаливая!!! Да я... М-м-м... У-м-м-а-м!!!
Мне надоело слушать его вопли, поэтому его рот был закрыт довольно грубо.
– Т-с-с-с!!! – прошипела я парню на ухо, явно злорадствуя. – Будь паинькой, заюшка!
Мой ласковый тон и горячее дыхание в изгиб шеи выбили Болда из колеи. Ничего сказать мне он не мог, поэтому протянув букву «м», судорожно втянул носом воздух, стараясь успокоиться. Во мне словно что-то перемкнуло, поэтому я нежно провела языком по бархатистой коже под которой билась синяя венка, словно птица в клетке. Чувствуя как тело в моих руках обмякло и задрожало, я поняла, что даже не подозревала, насколько моя шея чувствительна к разным прикосновениям и прочим действиям.
– Джордан, ты мне что-то сказать хотел... – фыркнула я, стараясь сделать свой голос более сексуальным, по реакции парня я поняла, что это мне неплохо так удалось.
– Да... – шумно выдохнул Болд, когда я убрала руку от его рта. Шатен повернулся ко мне и, глядя своими затуманенными глазами прямо в мои, сладко прошептал: – Можно тебя поцеловать?