Мы догораем, с нами ночь и полная луна
Даша
Самые мучительные минуты ожидания во время похода в ближайший магазин, работы кассира, который слишком долго пробивал два разных теста, и результат самого теста.
Я смотрела на две полоски, одна из которых была видна отчетлива, а вторая едва заметна, потом надпись «беременна 2 нед». Мир остановился. В ванной комнате мы были один на один. Я и результат минутной слабости.
Лицо начали обжигать горячие слёзы, которые произвольно лились из глаз. И это не были слёзы радости.
Я искренне не могла понять, почему всё сложилось именно так. Мы целенаправленно старались 4 года. Ничего не выходило. Но тут, совершенная случайность, за которую придётся дорого заплатить.
Этому ребенку не суждено родиться. Его отец алкоголик и наркоман, а становиться матерью одиночкой не входило в мои планы. От этих мыслей стало ещё больнее.
Я просто мечтала об обычной семье. Где муж не безбашенный рокер, где любовь, понимание и честность.
Мечта сбылась частично. Я беременна, если верить тесту, от Глеба. Но не от того Глеба, с которым мы мечтали о детях.
Зажимая рот рукой, заглушая истерические крики, ищу в приложении «карты» ближайшую женскую консультацию, чтобы записаться н УЗИ. Раньше тоже было много ошибочных тестов, этот может пополнить ряды.
Запись на послезавтра, на 12 часов дня. Осталось придумать, как пережить завтрашний мучительный день.
Во всплывающем уведомлении высветился звонок Евы. Я сбросила. А потом ещё и ещё. Лишь ближе к назначенному времени отправила ей сообщение о том, что никуда не приеду, потому что снова плохо себя чувствую.
«Вызови врача», - написала подруга.
Вряд ли есть врач, который сможет решить такую проблему, как «Глеб «Три дня дождя»».
Глеб
«Мы у запасного входа» - пришло сообщение от сестры, пока мы все сидели в гримёрке.
-Так, - вслух сказал я, оглядевшись в поисках кого-то из охранников, но никого не было, - ладно. Пойду проведу сестру и её подружек, - я поставил в известность всех присутствующих и покинул гримёрку.
Минуя длинные коридоры, в которых, к счастью, не было ни одной фанатской души, я оказался на крыльце запасного выхода, где увидел замёрзших девушек, которые переминались с ноги на ногу, постукивая тонкими шпильками.
-Вход 10 косарей с одной, - наигранным тоном сказал я, с чего сам заржал.
-Очень смешно, - недовольно пробубнела Ева, поцеловав меня в щёку.
-Он настоящий..., - послышался шёпот девушек. Я усмехнулся.
-Естественно блять, - признаю, в такие моменты самодовольство било через край.
Мы с Евой шли впереди, а её подружки сзади.
Стоп.
-Ты же говорила, что Вас будет пятеро? Мне через пол часа на сцену, я не смогу быть личным белбоем.
-Даша не приедет, ей снова плохо, - сказала сестра, в потом осеклась. Она сказала лишнее.
-Даша? – уточнил я, а в ответ молчание, - Ев...
-Да, она собиралась приехать, но ей снова стало плохо, - всё-таки ответила сестра.
В этот момент мы дошли до двери, которая ведет в вип зону.
-Вам туда, - сказал я, и три девушки по моему указанию прошли внутрь, параллельно что-то спрашивая про совместное фото и автограф. Я пропустил мимо ушей, потому что в сознании снова осела бывшая жена.
Ева двинула за своими подружками, но я перехватил её за руку, показывая своё намерение о том, чтобы она осталась.
-Что? – на меня смотрела пара идентичных мне глаз.
-Что значит ей снова плохо? Она болеет? – требовательно спросил я.
-Она с 31 числа болеет, - сестра пожала плечами, - отравилась утром и до сих пор не может прийти в себя.
-Так долго..., - я озадачился, - ей стоит вызвать врача, - сказал я, достав телефон из кармана.
Я хотел отправить к Даше врача нашей команды.
-Стой, - Ева выхватила у меня телефон, - лучшее лечение для неё – это отсутствие тебя в её жизни, - сказала сестра, приведя меня в ярость.
Как я блять могу отсутствовать в её жизни после всего того, что мы пережили вместе. Да мы два чёртовых нарика, которые зависимы друг от друга. Стоит принять это, как факт.
Я сдержался, не выпустил на сестру свою ярость. Она также промолчала. Мы разошлись.
Вот только я всё равно отправил сообщение бывшей жене:
«Прости за шоу первого января. Мне стыдно, но только перед тобой. Как дела?»
Вот только моё сообщение не было прочитано. Ни после концерта, ни поздно ночью, ни завтра утром, ни через неделю, ни через месяц. Складывалось ощущение того, что оно больше не будет прочитано никогда.