Ангина

Валера заболел. Мама сводила его ко врачу и купила таблеток, а сама уехала на поднятие квалификации в Екатеринбург. Вахит свалил в Москву со своей девушкой, а Адель осталась одна больным.

— Валер, давай температуру померяем? — Парень отрицательно покачал головой. — Туркин, я тебе пропишу сейчас клизму и пизда тебе!

Тут он уже подскочил и принял от девушки градусник. Через семь минут девушка со слезами на глазах ушла на кухню. Ей было ужасно жаль Валеру и страшно было тоже. Она осталась одна с ним и взяла больничный на три дня на работе, чтобы за ним поухаживать. Захватив компот и макароны с сосисками она вернулась назад и поставила все это на табуретку перед парнем.

— Покушай, пожалуйста.

— Не хочу, малышка. Честно.

— А ради меня? — Она выкатила нижнюю губу и состроила щенячьи глаза.

— Хорошо-хорошо. — Ада улыбнулась и села на кровать Вахита, смотря как Турбо ест ложку за ложкой.

Когда супер доел, то он улыбнулся и посмотрел на свою подругу. Та сидела счастливая, просто от того, что он поел. Парень задумался. Задумался о том, что влюбился в эту девушку с первого взгляда и теперь не может о ней не думать. Особенно когда живёт с ней под одной крышей.

— Аделя, пошли мультики посмотрим?

— Пойдём.

Они уселись в гостиной и включили телевизор. Ада устала за сегодняшний день. Она готовила, прибиралась, бегала вокруг Турбо как курочка-наседка. Девушка прилегла ему на плечо и глаза начали слипаться. Парень отнес её в комнату. И сам тоже ушёл спать.

Ночью Аделина проснулась от тихих, но ясных стонов. Ужасных, болезненных стонов. Как будто кому-то ухо отрезают. Она сразу подскочила и побежала в комнату мальчиков. Там Валера лежал в горячем бреду и что-то бормотал во сне. Он звал маму.

— Валер, Валерочка. Вставай, мой хороший, давай температуру мерять. Ты очень горячий.

— Ада? Да-да, встаю. Мне плохо...

— Я понимаю, дорогой. Держи градусник.

Через семь минут Адель увидела 39.6 на градуснике и тут же убрала его, убежав на кухню за водкой и тряпкой.

— Потерпишь? — Валера кивнул.

Растерев его холодной водкой и обмахав полотенцем, девушка уложила парня на кровать и положила ледяную тряпку ему на лоб. Одна таблетка жаропонижающего и скоро ему должно стать легче.

— Так, давай-ка пошли в душ.

Прохладная вода помогла сбить температуру до 38. Аделина положила парня у себя в комнате и легла рядом, чтобы, если ему станет хуже, он тут же ее разбудил. Но оставшаяся ночь прошла вполне спокойно. Ребята уснули и встали только к двенадцати часам дня.

Утром Валера проснулся один. Время половина первого, а значит Ада уже что-то готовит на кухне, ведь рядом её нет. Парень одел домашние штаны и вышел в коридор. Умывшись он отправился на кухню, где застал Адель, в футболке и его шортах, которая готовила блинчики.

— Доброе утро. — Не поворачиваясь, сказала девушка.

— Доброе, а как ты?

— Краем глаза увидела. — Улыбнулась, наконец повернувшись, Аделина.

— Ты просто чудо. Мне уже намного лучше.

— Из дома все равно не выпущу. — Щуря глаза, ответила она.

— Понял-принял!

Поев, девушка ускакала на работу. Ускакала – почти в прямом смысле слова, так как собиралась она быстрее пули, как маленький ураганчик, проносясь по квартире.

~~~

Вечером, около восьми часов, Адель вышла из парикмахерской и направилась в магазин. Купив бутылку вина и еды, она отправилась домой. Дошла в этот раз без происшествий. Валера не спал, так что присоединился к её празднованию первой получки.

Выпив пару бокалов, девушка опъянела. Естественно они спели седую ночь, станцевали медляк и вообще натворили всякого. Утром они уже ничего не помнили. Или не помнила только сама девушка? Правда. Ведь Валера помнил нежные губы девушки, которые вчера так страстно целовал. И то как они вместе легли на кровать, продолжая целоваться, тоже помнил и, как пришлось останавливать девушку, чтобы не свершилось непоправимое, тоже помнил только он.