Глава 2. Исчезнувшее стекло
От автора:
Привет, простите меня за такую длинную задержку. Не было к сожалению возможности редактировать, завтра или сегодня вечером/ночью будет 2 часть этой главы😘
————————————————————————————————
Глава 2. ИСЧЕЗНУВШЕЕ СТЕКЛО. — прочитала Гермиона.
— Похоже, мы услышим про случайную магию. — подтирая руки, прошептал Блейз Забини.
— Что с тобой, дружище? — удивился Теодор Нотт. — Почему тебе так интересна жизнь этого выскочки?
— А почему нет? Нам отменили все уроки, чтобы просто почитать книжки. По-моему, лучшее, что мы можем сделать, это расслабиться и просто слушать.
— Но это же Поттер! — встрял Драко, но закончить ему не дал Забини.
— Драко, тебе не кажется, что ты чересчур негативно относишься к нему? Я не помню ни разу, чтобы Поттер к тебе лез, он начинает огрызаться только, когда ты к нему цепляешься, так что успокойся, пожалуйста. Если тебе не интересно, не слушай!
Почти десять лет прошло с того утра, когда Дурсль обнаружили на своем пороге невесть откуда взявшегося племянника, но Тисовая улица за это время почти не изменилась. Солнце вставало над теми же ухоженными садиками и освещало туже самую бронзовую четверку на входной двери дома Дурслей; оно пробиралось в гостиную, оставшуюся почти неизменной с того вечера, когда мистер Дурсль смотрел по телевизору пророческий выпуск новостей.
— Это же ужасно скучно, у нас в Норе меняется всё каждый день...
— А здесь прошло 10 лет и всё осталось как было раньше. — демонстративно зевнули близнецы.
Только стоящие на камине фотографии в рамках свидетельствовали о том, что с тех пор прошло немало времени. Десять лет назад на фотографиях было запечатлено нечто, напоминавшее большой розовый мяч в разноцветных чепчиках,
— Зачем Дурслям фотографии мяча?
... но с тех пор Дадли Дурсль вырос,
Весь Большой Зал наполнился хохотом студентов, а взрослые всё пытались скрыть улыбки. Даже Нарцисса тихо хихикнула.
— Теперь понятно. — вытирал слёзы смеха Симус.
и теперь на фотографиях был крупный светловолосый мальчик, сидящий на своем первом велосипеде,
— Что такое велосипед? — спросил Невилл.
— Ребята, давайте кому будут интересны неизвестные магловские вещи, вы запишите их и позже спросите у профессора Бербидж, — предложил Дамблдор — или у мисс Грейнджер — улыбнувшись добавил он.
Гермиона улыбнулась в ответ и продолжила читать.
... кружащийся на ярмарочной карусели, играющий с отцом в компьютерные игры, мальчик в объятиях целующей его матери. Однако ничто на этих фотографиях не говорило о том, что в доме живет еще один ребенок.
— Гарри, тебя забрали от маглов?
— Нет, Колин. Я всё ещё там. — елозя на диване, ответил Гарри. Ему не очень то хотелось, чтобы описывалась его жизнь у Дурслей и парень решил помалкивать, слушая, будто речь вовсе не о нём.
Тем не менее Гарри Поттер все еще жил здесь, и в настоящий момент он крепко спал, хотя спать ему оставалось недолго. Тетя Петунья уже проснулась и подходила к его двери, и через мгновение утреннюю тишину прорезал ее пронзительный визгливый голос:
— Подъем! Вставай! Поднимайся!
— Кошмар, так можно и умереть от испуга, женщина! — возмутился Дин.
Гарри вздрогнул и проснулся.
— Так быстро проснулся? — удивился Рон.
— Ну, я же не ты, — засмеялся Гарри. — Тем более я уже привык.
Тетя продолжала барабанить в дверь.
— Живо! — провизжала она.
Гарри услышал ее удаляющиеся шаги, а затем до него донесся звук плюхнувшейся на плиту сковородки. Он перевернулся на спину и попытался вспомнить, что же ему снилось. Это был хороший сон. В этом сне он летел по воздуху на мопеде. У него было странное ощущение, что когда-то он уже видел этот сон.
— Ах, Гарри, это был не сон! — словно актёр драмы сказал Джордж.
— Теперь я это знаю.
Тетя вернулась к его двери.
— Ты что, еще не встал? — настойчиво поинтересовалась она.
— Да отстань ты от него! — воскликнула Чжоу.
— Гарри, в этих книгах опишут твои подвиги. Может это поможет тебе сблизится с Чжоу? — шепнул другу на ухо Рон.
Поттер улыбнулся — Надеюсь. — и он покосился на девушку.
— Почти, — уклончиво ответил Гарри.
— Шевелись побыстрее, я хочу, чтобы ты присмотрел за беконом. И смотри, чтобы он не подгорел, — сегодня день рождения Дадли, и все должно быть идеально.
— Почему это ты в свои десять лет должен следить за беконом? — нахмурилась миссис Уизли.
Гарри пожал плечами.
В ответ Гарри застонал.
— Что ты там говоришь? — рявкнула тетя из-за двери.
— Нет, ничего. Ничего... День рождения Дадли — как он мог забыть?
Гарри медленно выбрался из постели и огляделся в поисках носков. Он обнаружил их под кроватью и, надевая, стряхнул ползающего по ним паука.
— Гарри, ты что же, совсем не следишь за порядком в своей комнате? — удивилась Гермиона.
Тот промычал что-то не разборчивое в ответ.
Гарри привык к паукам — их было много в чулане под лестницей, а именно в чулане было его место.
Первое время в зале стояла тишина, все пытались осмыслить, что только что прочитала девушка.
— Гермиона, милая, что ты прочла? — наконец переспросила миссис Уизли, нежилая сначала признавать услышанное. Когда та повторила, все буквально обмерли от шока.
— Как? — воскликнул всегда спокойный Люпин. — Как они могли поселить племянника в чулане?
После этого поднялся жуткий гвалт.
— Возмутительно! — кричали взрослые.
— Дамблдор, вы же говорили, что он растёт в хорошей семье.
— Гарри, приятель, почему ты нам не рассказывал об этом? — тихо спросил Рон.
— Рон, ты же видел на моих окнах решётки, думаешь они там для красоты были?
— Но я думал, что так положенно у маглов. А про решётки и голод мы маме сказали, чтобы смягчить её и не схлопотать по полной. Выходит это всё правда?
— Да — тяжело вздохнул грифиндорец.
— Поттер, почему вы не сказали кому-то из профессоров, когда поступили в Хогвартс? — спросил Снейп.
— Послушайте, — Гарри решил выступить миротворцем, проигнорировав вопрос профессора — Я благодарен вам всем, за то, что вы так за меня волнуетесь. Во-первых я уже не живу в чулане, во-вторых, как видите я жив и здоров. Давайте продолжим чтение, у нас впереди ещё 7 книг, а мы останавливаемся на такой мелочи.
— Мелочи? Мистер Поттер, да если бы я знала... — Макгонагалл упала обратно в кресло, прикрыв лицо руками.
— Профессор Дамблдор, а почему вы не навещали Гарри? — вдруг спросила Джоан. Те, кто сидел рядом вздрогнули, ведь женщина всё время до этого сидела молча.
— Я, я признаю свою вину. — печально сказал директор. — Прости меня Гарри.
— Ничего, давайте читать дальше. — решительно сказал парень и печально улыбнулся. Всё это время он думал о том, что сказала мисс Роулинг перед чтением, какого дорогого человека он может потерять? Неужели кого-то из друзей? А может это... , нет, не может быть.
Но Гермиона прервала его размышления продолжив читать.
Одевшись, он пошел на кухню. Весь стол был завален приготовленными для Дадли подарками. Похоже, что Дадли подарили новый компьютер, который тот так хотел, еще один телевизор и гоночный велосипед — это не говоря обо всем прочем. Для Гарри оставалось загадкой, почему Дадли хотел гоночный велосипед, ведь кузен был очень толстым и ненавидел физические упражнения — хотя отлупить кого-нибудь он был совсем не против.
— Только не говори, что его любимчиком был ты. — пробормотал Рон.
Любимой «грушей» Дадли был Гарри,
— О Мерлин!
— Не верю, что говорю это, но я согласен с Уизли, Поттер. — сказал Малфой. — Я видимо совершенно тебя не знаю.
Гарри усмехнулся.
... но Дадли далеко не всегда удавалось поймать кузена. Хотя поверить в то, что Гарри мог быстро бегать, было довольно сложно.
— Должен признать, ты бегаешь очень быстро.
Гарри вопросительно посмотрел на друга.
А вот Невилл сразу всё понял.
— Пушок. — тихо, но отчётливо произнёс он.
Трио переглянулось.
Возможно, именно жизнь в темном чулане привела к тому, что Гарри выглядел меньше и слабее своих сверстников. К тому же он казался еще меньше и тоньше, чем был на самом деле, потому что ему приходилось донашивать старые вещи Дадли, а Дадли был раза в четыре крупнее его, так что одежда висела на Гарри мешком.
«Теперь понятно, почему Поттер редко носит магловские вещи, у него просто нету приличной одежды» — задумался Малфой.
У Гарри было худое лицо, острые коленки, черные волосы и ярко-зеленые глаза. Он носил круглые очки, заклеенные скотчем и только благодаря этому не разваливающиеся — Дадли сломал их, ударив Гарри по носу.
Бродяга зарычал, запрыгнув на диван к Гарри и положив голову ему на колени.
Единственное, что Гарри нравилось в собственной внешности — это тонкий шрам на лбу, напоминавший молнию.
— Что? Но ты же ненавидишь этот шрам.
Гарри вздохнул. — Просто тогда я ещё не знал сколько проблем он принесёт.
Шрам был у него с самого детства, и первый осмысленный вопрос, который он задал тете Петунье, был как раз о том, откуда у него взялся этот шрам.
— Ты получил его в автокатастрофе, в которой погибли твои родители,
— Что?! Это возмутительно! — прикрикнула миссис Уизли и помахала кулаком в сторону книги.
... отрезала тетя. — И не приставай ко мне со своими вопросами.
«Не приставай ко мне со своими вопросами» — это было первое правило, которому он должен был следовать, чтобы жить в мире с Дурслями.
— Но как ты будешь учится, если не будешь задавать вопросы? — возмутились когтевранцы.
Когда Гарри переворачивал подрумянившиеся ломтики бекона, в кухню вошел дядя Вернон.
— Причешись! — рявкнул он вместо утреннего приветствия.
Примерно раз в неделю дядя Вернон смотрел на Гарри поверх газеты и кричал, что племянника надо подстричь. Наверное, Гарри стригли чаще, чем остальных его одноклассников, но это не давало никакого результата, потому что его волосы так и торчали во все стороны, к тому же они очень быстро отрастали.
— У Джеймса были те же проблемы, он никак не мог приручить волосы. — улыбнулся Римус.
К моменту когда на кухне появились Дадли и его мать, Гарри уже вылил на сковородку яйца и готовил яичницу с беконом. Дадли как две капли воды походил на своего папашу. У него было крупное розовое лицо, почти полностью отсутствовала шея, маленькие глаза были водянисто-голубыми, а густые светлые волосы аккуратно лежали на большой жирной голове. Тетя Петунья часто твердила, что Дадли похож на маленького ангела, а Гарри говорил про себя, что Дадли похож на свинью в парике.
Взрыв хохота перебил читавшую Гермиону, хотя впрочем она тоже отвлеклась и засмеялась.
— Гарри, твои мысли смешнее чем то, что ты говоришь. — веселился Джордж.
Гарри с трудом расставил на столе тарелки с яйцами и беконом — там почти не было свободного места. Дадли в это время считал свои подарки. А когда закончил, лицо его вытянулось.
— Тридцать шесть, — произнес он грустным голосом, укоризненно глядя на отца и мать. — Это на два меньше, чем в прошлом году.
— Ого. — раздались возгласы учеников.
— Дорогой, ты забыл о подарке от тетушки Мардж, он здесь, под большим подарком от мамы и папы! — поспешно затараторила тетя Петунья.
— Ладно, но тогда получается всего тридцать семь. — Лицо Дадли покраснело.
Гарри, сразу заметив, что у Дадли вот-вот приключится очередной приступ ярости, начал поспешно поглощать бекон, опасаясь, как бы кузен не перевернул стол.
— Теперь понятно откуда взялась твоя привычка быстро есть. — оторвалась от чтения подруга.
Тетя Петунья, очевидно, тоже почувствовала опасность.
— Мы купим тебе еще два подарка, сегодня в городе. Как тебе это, малыш? Еще два подарочка. Ты доволен?
Дадли задумался. Похоже, в голове его шла какая-то очень серьезная и сложная работа. Наконец он открыл рот.
— Значит... — медленно выговорил он. — Значит, их у меня будет тридцать... тридцать...
— Вот троль! Он даже не умеет считать! — воскликнул Терри Бут.
— Тридцать девять, мой сладенький, — поспешно вставила тетя Петунья.
— А-а-а! — Уже привставший было Дадли тяжело плюхнулся обратно на стул. — Тогда ладно...
Дядя Верной выдавил из себя смешок
— Этот малыш своего не упустит — прямо как его отец. Вот это парень! — Он взъерошил волосы на голове Дадли.
— С таким воспитанием, боюсь даже представить кем он у них вырастет. — фыркнула профессор Стебль.
Тут зазвонил телефон, и тетя Петунья метнулась к аппарату. А Гарри и дядя Вернон наблюдали, как Дадли разворачивает тщательно упакованный гоночный велосипед, видеокамеру, самолет с дистанционным управлением, коробочки с шестнадцатью новыми компьютерными играми и видеомагнитофон.
— Ничего себе! — присвистнул какой-то старшекурсник.
— А что такое? — спросил повернувшись к нему Симус.
— Ээ, просто понимаете, в магловском мире это очень дорогие вещи. — опередил с ответом Дин.
Дадли срывал упаковку с золотых наручных часов, когда тетя Петунья вернулась к столу вид у нее был разозленный и вместе с тем озабоченный.
— Плохие новости, Вернон, — сказала она. — Миссис Фигг сломала ногу. Она не сможет взять этого. Тетя махнула рукой в сторону Гарри.
Рот Дадли раскрылся от ужаса, а Гарри ощутил, как сердце радостно подпрыгнуло у него в груди. Каждый год в день рождения Дадли Дурсли на целый день отвозили сына и его друга в Лондон, а там водили их на аттракционы, в кафе и в кино. Гарри же оставляли с миссис Фигг, сумасшедшей старухой, жившей в двух кварталах от Дурслей. Гарри ненавидел этот день. Весь дом миссис Фигг насквозь пропах кабачками, а его хозяйка заставляла Гарри любоваться фотографиями многочисленных кошек, живших у нее в разные годы.
Гарри хмыкнул, вспомнив про то, что миссис Фигг оказалась одним из тайных агентов директора.
— И что теперь? — злобно спросила тетя Петунья, с ненавистью глядя на Гарри, словно это он все подстроил.
Гарри знал, что ему следует пожалеть миссис Фигг и ее сломанную ногу, но это было непросто, потому что теперь целый год отделял его от того дня, когда ему снова придется рассматривать снимки Снежинки, мистера Лапки и Хохолка.
—Мы можем позвонить Мардж,— предложил дядя.
— Эта та, которую ты... — начал Рон.
— Ага. — прервал его расплываясь в улыбке Гарри. — Не порть сюрприз всем остальным.
— Не говори ерунды, Вернон. Мардж ненавидит мальчишку.
Дурсли часто говорили о Гарри так, словно его здесь не было или словно он был настолько туп, что все равно не мог понять, что речь идет именно о нем.
— А как насчет твоей подруги? Забыл, как ее зовут... Ах, да, Ивонн.
— Она отдыхает на Майорке, — отрезала тетя Петунья.
— Вы можете оставить меня одного, — вставил Гарри, надеясь, что его предложение всем понравится и он наконец посмотрит по телевизору именно те передачи, которые ему интересны, а может быть, ему даже удастся поиграть на новом компьютере Дадли.
Вид у тети Петуньи был такой, словно она проглотила лимон.
— Похоже она только одними лимонами и питается. — хихикнула Лаванда Браун.
— И чтобы мы вернулись и обнаружили, что от дома остались одни руины? — прорычала она.
— Но я ведь не собираюсь взрывать дом, — возразил Гарри, но его уже никто не слушал.
— Может быть... — медленно начала тетя Петунья. — Может быть, мы могли бы взять его с собой... и оставить в машине у зоопарка...
— Нельзя оставлять детей в машине надолго , это может закончиться летальным исходом!
— Я не позволю ему сидеть одному в моей новой машине! — возмутился дядя Вернон.
Дадли громко разрыдался. То есть на самом деле он вовсе не плакал, последний раз настоящие слезы лились из него много лет назад, но он знал, что стоит ему состроить жалобную физиономию и завыть, как мать сделает для него все, что он пожелает.
— Мерзавец! — скривилась Чжоу.
— Дадли, мой маленький, мой крошка, пожалуйста, не плачь, мамочка не позволит ему испортить твой день рождения! — вскричала миссис Дурсль, крепко обнимая сына.
— Я... Я не хочу... Не хоч-ч-чу, чтобы он ехал с нами! — выдавил из себя Дадли в перерывах между громкими всхлипываниями, кстати, абсолютно фальшивыми. — Он... Он всегда все по-по-портит!
Миссис Дурсль обняла Дадли, а тот высунулся из-за спины матери и, повернувшись к Гарри, состроил отвратительную гримасу.
В этот момент раздался звонок в дверь.
— О господи, это они! — В голосе тети Петуньи звучало отчаяние.
Через минуту в кухню вошел лучший друг Дадли, Пирс Полкисс, вместе со своей матерью. Пирс был костлявым мальчишкой, очень похожим на крысу.
— Чёрный пёс на коленях у Гарри оскалился.
Именно он чаще всего держал жертв Дадли, чтобы они не вырывались, когда Дадли будет их лупить. Увидев друга, Дадли сразу прекратил свой притворный плач.
— Ужасные дети. — возмутилась миссис Уизли.
Полчаса спустя Гарри, не смевший поверить в свое счастье, сидел на заднем сиденье машины Дурслей вместе с Пирсом и Дадли и впервые в своей жизни ехал в зоопарк. Тетя с дядей так и не придумали, на кого его можно оставить. Но прежде чем Гарри сел в машину, дядя Вернон отвел его в сторону.
— Я предупреждаю тебя! — угрожающе произнес он, склонившись к Гарри, и лицо его побагровело. — Я предупреждаю тебя, мальчишка, если ты что-то выкинешь, что угодно, ты просидишь в своем чулане взаперти до самого Рождества!
— А вот и нет! — воскликнул Денис, младший брат Колина Криви. — Он будет в Хогвартсе!
— Я буду хорошо себя вести! — пообещал Гарри. — Честное слово...
Но дядя Вернон не поверил ему. Ему никто никогда не верил.
Студенты неловко стали елозить на своих местах. Ему и в школе не часто верили.
Проблема заключалась в том, что с Гарри часто приключались довольно странные вещи, и было бесполезно объяснять Дурслям, что он тут ни при чем.
— Еще как причем и они это знают, но не хотят тебе говорить, приятель. — хлопнул сзади друга по плечу Дин Томас.
Однажды тетя Петунья заявила, что ей надоело, что Гарри возвращается из парикмахерской в таком виде, словно вовсе там не был. Взяв кухонные ножницы, она обкорнала его почти налысо, оставив лишь маленький хохолок на лбу, чтобы, как она выразилась, «спрятать этот ужасный шрам».
— Господи! — всплеснул руками Фред. — Какой ты наверное был красавец!
Дадли весь вечер изводил Гарри глупыми насмешками, и Гарри не спал всю ночь, представляя себе, каким посмешищем он станет в школе, где над ним и так издевались из-за мешковатой одежды и заклеенных скотчем очков.
Снейп нахмурился, вспомнив своё детство.
Однако на следующее утро он обнаружил, что его волосы снова успели отрасти и выглядит он точно так же, как выглядел до того, как тетя Петунья решила его подстричь. За это ему запретили целую неделю выходить из чулана, хотя он пытался заверить Дурслей, что понятия не имеет, почему волосы отросли так быстро.
Ребята с жалостью посматривали на Гарри.
Парень внимательно рассматривал свои руки, лежащие на коленях.
В другой раз тетя Петунья пыталась заставить его надеть старый джемпер Дадли —ужасный, просто отвратительный джемпер, коричневый с оранжевыми кругами.
Девочки, да и много мальчишек скривилось, услышав описание джемпера.
Чем больше усилий она прикладывала, чтобы натянуть джемпер на Гарри, тем меньше он становился, и, в конце концов, съежился настолько, что с трудом налез бы на куклу, но уж никак не на Гарри. К счастью, тетя Петунья решила, что джемпер сел после стирки, и Гарри избежал наказания.
— Вы сильный волшебник, мистер Поттер, — похвалил мальчика Флитвик. — Чаще всего дети левитируют предметы, ведь это простейшая магия.
Гарри покраснел и неловко улыбнулся, снова переведя взгляд на руки.
Был еще случай, когда Гарри натерпелся неприятностей из-за того, что его заметили на крыше школьной столовой. В тот день Дадли и его компания, как обычно, гонялись за Гарри, который пытался от них ускользнуть, и в какой-то момент он, к собственному удивлению — и к удивлению всех остальных, — оказался на трубе.
— Ты трансгрессировал, Гарри? — удивился Рон.
— Ээм, чесно говоря я так и не понял. — шепнул тот другу.
Классная руководительница Гарри послала Дурслям гневное письмо, в котором написала, что он лазает по крыше школы.
Гарри пытался объяснить дяде Вернону что он всего лишь хотел перепрыгнуть через мусорные баки, стоявшие за столовой, и сам не понял, как оказался на крыше, но тот молча запер его в кладовке и ушел. Самому себе Гарри объяснил, что, когда он прыгал через баки, его подхватил порыв ветра — потому так все и получилось.
— Очень слабое объяснение, Гарри.
Но сегодня все должно было пойти просто отлично.
— И ты это только что сглазил, приятель.
Гарри даже не жалел о том, что находится в компании Дадли и Пирса, — ведь ему посчастливилось провести день не в школе, не в чулане и не в пропахшей кабачками гостиной миссис Фигг. А за такую возможность Гарри готов был дорого заплатить.
Всю дорогу дядя Вернон жаловался тете Петунье на окружающий мир.
Он вообще очень любил жаловаться: на людей, с которыми работал, на Гарри, на совет директоров банка, с которым была связана его фирма, и снова на Гарри. Банк и Гарри были его любимыми —то есть нелюбимыми — предметами. Однако сегодня главным объектом претензий дяди Вернона стали мопеды.
— Гарри, может он тебя любит, только скрывает это? Смотри, как много он о тебе думает.
Поттер скептически посмотрел на Рона.
— Носятся как сумасшедшие, вот мерзкое хулиганье! — проворчал он, когда их обогнал мопед.
— Посмотри на своего сына, Дурсль! Вот настоящий хулиган, а ведь ему только 11 лет.
— А мне на днях приснился мопед, — неожиданно для всех, включая себя самого, произнес Гарри, вдруг вспомнив свой сон. — Он летел по небу.
— Оох...Гарри, Гарри,Гарри, - качали головами близнецы. — О чем ты думал, когда говорил это?
Гарри проигнорировал вопрос.
Дядя Вернон чуть не въехал в идущую впереди машину. К счастью, он успел затормозить, а потом рывком повернулся к Гарри — его лицо напоминало гигантскую свеклу с усами.
— МОПЕДЫ НЕ ЛЕТАЮТ! — проорал он.
— А вот и летают! Эй, Хагрид...
— Даже не думайте вы оба! — грозно взглянула на сыновей миссис Уизли.
Дадли и Пирс дружно захихикали.
— Да, я знаю, — быстро сказал Гарри. — Это был просто сон.
Он уже пожалел, что открыл рот. Дурсли терпеть не могли, когда он задавал вопросы, но еще больше они ненавидели, когда он говорил о чем-то странном, и не имело значения, был ли это сон или он увидел что-то такое в мультфильме.
— Где? — спросил Джордж.
— Ооо, вам точно надо это посмотреть. — улыбнулся Гарри.
Дурсли сразу начинали сходить с ума, словно им казалось, что это его собственные идеи. Совершенно лишние и очень опасные идеи.
Близнецы заговорчески переглянулись.