5 глава
Но неожиданно, толпа разошлась, к нему подбежали судьи и чемпионы. Вторые выглядели не очень, по сравнению с остальными. Вечно прекрасная Флёр была растрёпанная, мертвенно бледная кожа и укутанная в плед серого оттенка. Её лицо и ладони были все в царапинах. Крам как всегда сурово смотрел на всех, брови сведены к переносице и пустой, скорее даже стеклянный взгляд смотрел прямо на «чемпиона». Одежда его была местами порвана, лохмотьями свисая по рельефному телу. Дамблдор подошёл ближе к победителю и стал его осматривать на наличие ран. Закончив осмотр, он впился взглядом прямо на шрам. Тот был воспалён.
Над стадионом прогремел голос Дамблдора:
— И наш победитель в последнем состязании — Гарри Поттер! Награждение произойдёт в большом зале, во время праздничного ужина. Всех чемпионов прошу пройти в мед-палатку…
Гарри в раздраженном состоянии пытался против сквозь толпу поздравляющих, но это не увенчалось успехом, пока к нему не прошел директор.
— Гарри, мальчик мой, пройди в мед-палатку, чтобы Поппи могла тебя осмотреть.
— Может вы поможете, директор Дамблдор, дойти до мадам Помфри?
— Конечно, Гарри, рад буду помочь. Я бы хотел после праздничного пира поговорить с тобой, мой мальчик. В моём кабинете.
В мыслях у него пронеслось: «Блеск, этого ещё не хватало…»
Гарри, скривившись при обращении директора и, думавший слинять из школы по-тихому, понял, что планы его накрылись…
Через десять минут колдомедик осмотрев Гарри и вылечив его ногу, смазав предварительно царапины, отпустила его.
А еще через час после душа, и смены одежды, он находился в большом зале. Перед преподавательским столом стояла трибуна, сам стол преподавателей был расширен как на празднование Хэллоуина. Когда все собрались, за трибуну встал Дамблдор.
— Леди и джентльмены, победителем Турнира Трёх Волшебников аккредитуется Гарри Поттер, представитель школы Хогвартса! — поднял вверх кубок директор. — В награду он получает тысячу галеонов! Прошу победителя выйти сюда для получения своей заслуженной награды!
Мальчик встал из-за стола под громкие аплодисменты. Уизли, который сидел рядом с ним, похлопал по плечу, сказав:
— Молодец, дружище, я верил в тебя…
Сказал с такой завистью в глазах и ненавистью, что от этого становилось тошно. Даже тогда, после первого испытания, когда он пришёл мириться было видно сразу ради чего он все это затеял. Но игнорировать его было нельзя — иначе директор бы всполошился.
«Слава богу с сегодняшнего дня я не буду видеть этой лицемерной рожи «друзей и приятелей»…»
Гарри вышел к директору, получил свой приз, сфотографировался с судьями для пророка, и директор, подталкивая его к трибуне, попросил:
— Мальчик мой, скажи пару слов тем, кто поддерживал, верил и помогал.
«Ага поддерживали, как же, — думает с сарказмом подросток. — больше всего издевались, дали бойкот и чуть темную не устроили.»
— Хорошо, господин директор.
«Хотелось бы все сказать, да не получится, сволочи» — думает Гарри.
Мальчик-который-выжил зашёл за трибуну, в которой должен сказать речь.
— Увы, я не умею говорить красиво, так что хочу выразить вам большую благодарность за поддержку и помощь. Всем спасибо.
«Хочу послать вас идиотов и подхалимов к Мордреду»
Гарри пошёл к своему месту под многочисленные аплодисменты.
«Скоро я наконец-то свалю от вас, сволочи, — рассуждает про себя Поттер. — и наконец то заживу так, как захочу, и получу все, что мне причиталось.»
Подходя к своему месту, Гарри видел взгляды своих, так называемых, друзей, и очень надеялся, чтоб все наконец-то закончилось.
Директор сказал ещё несколько слов о дружбе, любви и все поддержке и объявил о начале праздничного пира. Где-то через полчаса все начали расходится, и Гарри тоже поднялся, сказав друзьям, что ему надо зайти к директору. Выслушал лживые утешительные слова и пошёл к месту назначения.
<center>***</center>
В кабинете директора.
— Вы что-то хотели, господин директор? — спрашивает Гарри.
— Да, мой мальчик. Я хотел бы узнать исчезал ли ты куда-либо из лабиринта? — интересуется Дамблдор, сверля победителя твердым взглядом.
— Да, а что? — насторожился Поттер.
— Куда он тебя перенёс, мой хороший? — задал вопрос директор, поправляя очки.
— Я не знаю куда перенес меня кубок. Я знаю только то, что это было кладбище. А зачем вам знать это директор? Думаете после всего, что произошло, я как наивный щенок, вам расскажу, что бы вы и дальше планировали мою жизнь? Я сюда пришёл не затем, что бы отвечать на ваши вопросы, а затеи ваши полная х…
— Гарри что ты такое говоришь? Я никогда так с тобой не поступал… — седовласый стал перебирать в голове варианты, как бы выкрутиться.
— Да что вы? Правда что-ли? —издевательски спросил Поттер, замечая что директор медленно во время речи достаёт палочку. — Экспеллиармус, Инкарцеро.
Директор, не успевший ни то что сделать, а хотя бы понять что то, оказался без палочки и был связан магическими путами, а Гарри довольно начал говорить, зная, что теперь-то директор ничего не сможет сделать. Не сможет им манипулировать, хотя у него это и так не выходило.
— Теперь можно и поговорить, не так ли директор? — с ухмылкой спросил мальчик-который-выжил-и-которого-достали.
— Мальчик мой… — директор стушевался, увидев презрение на лице, как он считал раньше, героя и новой пешки на его поле.
— Мы вроде не в борделе, директор, да и я не хастлер, может хватит нас таковыми считать? Но все-таки, давайте уже поговорим, мне надоело, что вы отслеживаете каждое моё движение, указываете с кем дружить, где и как мне жить. И я решил, что нам с вами надо составить кровный договор… — когда Гарри Поттер это говорил, его глаза недобро блеснули из-под очков.
— Это чёрная магия, Гарри, и я как твой магический опекун, имею право вмешиваться в твою жизнь, воспитывать… — мямлил Дамблдор, что было ему не свойственно.
— Ах, опекун значит? Вмешиваться в мою жизнь значит? ВОСПИТЫВАТЬ ЗНАЧИТ, КОЗЕЛ БОРОДАТЫЙ! — под конец Гарри начал уже кричать.
— Я бы попросил…- не успел директор Хогвартса договорить, как был снова перебит.
— ПОПРОСИШЬ-ПОЛУЧИШЬ, ГАД! ГДЕ ЖЕ ТЫ СВОЛОЧЬ БЫЛ ДЕСЯТЬ ЛЕТ, В ТОТ МОМЕНТ КОГДА МЕНЯ ИЗБИВАЛИ, НЕ КОРМИЛИ И ДЕРЖАЛИ КАК ДОМОВОГО ЭЛЬФА, ПОДАЙ-ПРИНЕСИ, А, ТВАРЬ? ОПЕКУН ОН ХРЕНОВ, НАШЁЛСЯ БЛЯТЬ!КАЖДОЕ ЛЕТО ИЗВЕРГ МЕНЯ ТУДА ОТСЫЛАЛ, ХОТЯ Я НЕОДНОКРАТНО ПРОСИЛ ТЕБЯ, ЭТОГО НЕ ДЕЛАТЬ, Я ДАЖЕ РАССКАЗАЛ ПОЧЕМУ И ПО КАКОЙ ПРИЧИНЕ, НО НЕТ, ТЫ, МРАЗЬ, СКАЗАЛ ЧТО Я ПРИДУМЫВАЮ, СУКА, ЧТО Я НЕСПРАВЕДЛИВ К НИМ.....- Гарри орал во весь голос, глаза «горели», на лице ужасный оскал, а волосы торчат во все стороны.
— Но, мальчик мой…- пытался оправдаться Дамблдор.
— Слушай меня сюда, дерьмо великана! Или мы сейчас же подписываем договор, где ты отказываешься от опекунства надо мной, и всё остальное по списку, или я тебя убью! — прошипел зеленоглазый.
— Ты не сможешь, — вертел головой мужчина.
— О поверь, смогу! — подставил палочку к горлу директора.
— Гарри, пожалуйста…- прохрипел Альбус.
— Вот документ.- с помощью магии он положил бумаги на стол.
— Что бы подписать договор тебе нужно меня развязать.
Гарри понял, что долькожор что-то задумал и чтоб он не смог сделать того, что задумал решил спеленать клятвой о ненападении до подписания договора. Клятва поможет на короткое время, и долькожор не сможет её обойти за столь короткое время, главное все предусмотреть.
— Короче так, имбецил, ты приносишь мне сейчас клятву о ненападении и обещание подписать договор и я тебя развязываю, и не вздумай мне брыкаться.
В глазах директора промелькнуло разочарование. Видимо, мальчик был прав: он ещё надеялся не подписать договор и подчинить героя своей воле.
— Хорошо, Я, Альбус Персиваль Вульфрик Брайан Дамблдор, обещаю после освобождения от магических пут не нападать на Гарри Джеймса Поттера и подписать договор, да будет магия мне свидетелем!
— Вот и отлично, директор. Фините.
Путы спали с директора и Гарри подтолкнул к Альбусу, который сидел в своём кресле за столом, договор.
— Подписывайте и без фокусов.
— Можно хоть его хоть прочитать чтоб знать что я подписываю.
— Да ради бога, все равно выбора у вас нет, но что бы я точно знал, что вы читаете, читайте вслух, — сказал Поттер, а Дамблдор нервно дёрнулся, видимо думал трансгрессировать.
— Альбус Персиваль Вульфрик Брайан Дамблдор отказывается от опеки над Гарри Джеймсом Поттером в волшебном мире. И клянётся, что больше никогда не будет вмешиваться в его жизнь, подходить к нему ближе 10 шагов имеет право только с его разрешения. Так же отныне все счёта в банке Гринготтс открыты ему и никто, кроме него не имеет возможности ими пользоваться. Всё!
— Вот и отлично как видите, сэр, вас я не обманываю, так подписывайте и распрощаемся, вот вам и кровавое перо для подписания договоров.
— Хорошо, Гарри.
Дамблдор взял перо и ещё раз прочитав про себя договор, тяжело вздохнул и подписал его наконец. На руке появилось не приятное жжение и слово отпечаталось на ней.
— Что ж, больше нам с вами нечего обсуждать, так что на этом думаю распро…
Мальчик не успел договориться, как дверь кабинета директора со всей силы впечаталась в стену, и в кабинет влетает Снейп с такой яростью на лице, что если бы кто-то из впечатлительных был в кабинете то уже давно валялись бы в на полу в припадке.
— ДАМБЛДОР, КАК ВАШ КАРМАННЫЙ ГЕРОЙ СМЕЛ ТАК РАЗГОВАРИВАТЬ...