МАРАТ СУВОРОВ
Вечер пятницы сгустился над Казанью. Т/и шла по улице, чувствуя, как осенний холод пробирается под тонкую куртку. Она задержалась в библиотеке дольше обычного, готовясь к важной контрольной. Мысли были заняты формулами и датами, но под ними ворочалось постоянное беспокойство о Андрее, её младшем брате. С тех пор как он «пришился» к «Универсаму» и начал постоянно крутиться с Маратом, жизнь их семьи стала похожа на вечное ожидание беды.
Т/и свернула на свой переулок, освещённый лишь тусклым фонарём. Именно здесь, в зыбком полумраке, она услышала тяжёлые, шаркающие шаги за спиной.
«Эй, студентка! Куда торопишься?» — хриплый, прокуренный голос заставил её вздрогнуть.
Она попыталась ускорить шаг, но пьяный мужчина, крупный и неопрятный, нагнал её за пару секунд, преградив путь. От него несло дешёвым портвейном и сигаретами.
«Да ладно тебе, не ломайся,» — он схватил её за локоть, его хватка была сильной и неприятной. «Поболтаем, познакомимся... А то такая красотка одна ходит. Непорядок.»
Сердце Т/и забилось в панике. Она знала, что кричать бесполезно — переулок был безлюден.
«Отпустите меня! Пожалуйста!» — она попыталась вырваться, дёрнулась, но только почувствовала, как её рюкзак соскользнул на землю.
Внезапно, из темноты, раздался чёткий, металлический щелчок. Тень отпрыгнула от стены.
«Я сказал: руки убрал от неё!» — это был Марат. Его голос звучал жёстче, чем обычно, с непривычной для него ледяной яростью.
Пьяный мужик обернулся, на его лице застыло недовольное удивление.
«Ты кто такой, сопляк? С дороги!»
Марат не двинулся с места, но его поза изменилась: он стал пружиной, готовой распрямиться.
«Я — тот, кто сломает тебе руки, если ты к ней ещё раз притронешься. Уходи. Быстро.»
Мужик зарычал, отпустил Т/и и шагнул к Марату. «Щенок!»
Марат действовал молниеносно, используя то, чему его научили на улице и, возможно, в секции. Он пропустил вперёд руку пьяницы и нанёс короткий, резкий удар в солнечное сплетение. Тот издал громкий, хриплый звук и согнулся пополам. Затем последовал мощный апперкот в челюсть. Мужик пошатнулся и рухнул на асфальт, ошарашенно хватаясь за воздух.
Марат опустил кулаки. «Если я тебя тут ещё раз увижу, тебе не поздоровится.»
Мужик застонал, кое-как поднялся на четвереньки и, не поднимая головы, поспешно скрылся.
Т/и стояла, прижав дрожащие руки к груди.
Марат повернулся к ней, его дыхание было немного сбито. В свете фонаря она увидела, как изменилось его лицо — гнев ушёл, уступив место настороженности.
«Ты... ты в порядке?» — спросил он, его голос был теперь более глухим, чем обычно.
«Да... Я... спасибо, Марат,» — она с трудом выдохнула. «Ты... вовремя.»
Он наклонился, поднял её рюкзак, отряхнул его и закинул себе на плечо.
«Пошли,» — скомандовал он. «Давай, пока я добрый. Я тебя провожу. Идти будешь рядом со мной, понял?» — последнее он сказал не ей, а в пространство, как бы предупреждая кого-то невидимого.
Они пошли. Марат шёл чуть впереди, его силуэт выглядел защитно, надёжно. Т/и чувствовала, как адреналин медленно покидает её тело, оставляя после себя лишь нервную дрожь.
«Как ты тут оказался?» — спросила она, чтобы нарушить гнетущую тишину.
«Проходил мимо,» — коротко ответил Марат, хотя на самом деле он шёл на стрелку, но, заметив издалека её знакомую фигуру, свернул, чтобы убедиться, что всё в порядке. И он успел.
«Ты... ты очень помог,» — сказала Т/и, и в её голосе была такая искренность, что Марат невольно почувствовал себя не «пацаном», а просто парнем, сделавшим что-то правильное.
«Ладно. Не за что,» — буркнул он, не глядя на неё. Ему было неловко от такого внимания.
Они дошли до её пятиэтажки. Марат остановился у самого подъезда и снял с плеча её рюкзак, протягивая его ей.
«Всё. Здесь ты в безопасности. Андрею не говори, что я тебя провожал. Не надо ему это знать,» — он добавил с ноткой приказа в голосе.
Т/и взяла рюкзак, её глаза сияли. «Хорошо. Я не скажу.» Она сделала шаг ближе. Её рука легла на его плечо.
«Марат,» — её голос был тихим, почти шёпотом. «Ты настоящий герой. Спасибо.»
Прежде чем он успел что-либо ответить, Т/и поднялась на цыпочки и прижалась губами к его холодной щеке.
Поцелуй был коротким, но он сработал как электрический разряд. Марат замер, его обычно наглый взгляд остекленел, а сердце сделало неожиданный, болезненный кульбит. Тепло её губ было единственным, что он сейчас чувствовал.
Т/и отстранилась, её щёки горели, но она не отводила глаз. Она развернулась и быстро забежала в подъезд, не дав ему шанса даже открыть рот.
Марат стоял, совершенно сбитый с толку. Он поднёс руку к щеке, к тому месту, куда она его поцеловала. Это было странное, новое, потрясающее чувство. Это было не как победа на улице, не как уважение от «пацанов» — это было личное.
Вместо того чтобы немедленно бежать на встречу, Марат несколько минут простоял под фонарём, глядя на тёмные окна второго этажа, где жила Т/и.
«Герой, значит,» — подумал он, и на его губах впервые за весь вечер появилась настоящая, неуверенная, но очень тёплая улыбка. «Чёрт. С ней надо быть осторожнее. Она — совсем не то, к чему я привык...»
Марат поправил куртку и пошёл прочь, чувствуя, как в его обычно жёстком мире внезапно появился маленький, светлый и очень притягательный огонёк.
Ну как вам?
Если понравилось напиши с кем еще сделать?