Глава 8
Гермиона перелистнула страницу и спрятала пальцы в двойной ворот свитера. Чёрт, она вообще научится одеваться по погоде? Сегодня солнце плясало по её щекам, едва не прожигая дыру в одеяле, попадавшем в его поле. Поэтому она была такой беспечной. Глаза девушки бродили по конспектам нумерологии, Гермиона жалела, что не взяла с собой маркер. Это была её привычка со времён маггловской школы - отмечать важные части текста маркером. Маленькие ошмётки прежнего мира, которые слишком сильно въелись в неё, чтобы отпустить.
Гермиона подняла голову, почувствовав, что в животе связался узел ещё до того, как услышала шаги. Он всегда так ходил - достаточно тихо, чтобы подкрасться незаметно, чтобы сбить человека с толку, не дать подготовить речь. И при этом недостаточно, чтобы кто-то мог подумать, будто он старался. В Драко будто специально были собраны все эти черты, которые раздражали людей, просто потому что давались ему слишком естественно.
Гермиона обернулась и увидела, как он обогнул несколько валунов, встал немного левее и прислонился к дереву, закрывая ей часть вида на озеро. Эта поляна спряталась между деревьями, оказалась слишком закрытой для той, которую любили бы студенты. Наверное, поэтому здесь было холоднее. Если бы Гермиона села на лавочку, сегодняшнее солнце имело хоть какой-то смысл, а так это всего лишь был ровный камень и наколдованный шерстяной плед.
- Я рада, что ты пришёл, - несмело произнесла она, закрывая тетрадь и откладывая её в сторону. В голове Гермионы он должен был оценить этот жест. Она знала, насколько Малфой ненавидел, когда с ним разговаривали как будто между прочим, но в реальности Драко только закатил глаза, засунув руки в карманы чёрной куртки.
- Спросишь у меня мнение о погоде? - слегка раздражённо задал вопрос он.
Конечно. Гермиона даже не смела рассчитывать на лёгкость. Не после вчера, когда он просто бросил ей холодное «молодец». Она начинала ненавидеть это слово.
- Драко, - вздохнула Гермиона, нащупав ногтем край тетради и начиная постепенно его изувечивать. - Это... неправильно. Так не может продолжаться всегда.
Гермиона подняла на него взгляд, думая о том, что где-то должна быть золотая середина. Там, где она начала бы разговор не с того, что он соизволил прийти. Хоть это и не звучало так, они оба знали, как Драко это воспринимал; и уже было достаточным подарком, что Малфой не бросал ей данный факт в лицо. Но и не отсюда. Как будто из середины разговора. В голове Гермионы их диалог строился ровно и правильно. Но на деле каждый раз всё шло к чёрту. Удивительно, потому что он всегда понимал, что она хотела сказать.
- Если для тебя это было слишком, Грейнджер, нужно было уйти. Тебя никто не держал, - холодно заметил Малфой. - Я тебе не мамочка, пора научиться говорить «нет».
- Дело не в этом, - покачала головой Гермиона, гордясь тем, что её не зажигала его грубость. Это была какая-то тихая гордость, совсем не показная. Как будто та, без которой Гермиона знала, что им не справиться. Точно не ему. - Мы не можем все конфликты сглаживать сексом. Это так не работает.
- Нет? А по-моему, было отлично сработано, - язвительно приподнял брови Малфой, чуть повысив голос. - Я даже перестал хотеть разбить рожу этому уёбку. На пару секунд. Пока смотрел, как ты глотаешь, - хмыкнул он.
Гермиона громко выдохнула. Почему у неё не появлялся иммунитет к этому? Боже, Малфой как будто вампир - чуял запах её расшатанных нервов и вгрызался клыками прямо туда.
- Ты хочешь ссориться? - Гермиона испытующе посмотрела на него, и Драко просто фыркнул, отвёл взгляд и уставился на какой-то куст справа от них. Поляна была недостаточно глубоко в лесу, чтобы исчезла вся подобная растительность. - Ты мне не доверяешь, - спокойно сказала Гермиона, успев пресечь в себе желание опустить голову, но всё же услышала в собственной фразе разочарование, заточенное в каждую букву.
- А ты мне доверяешь? - прыснул парень. - Перестань, Грейнджер. Ни разу не думала, что я могу трахнуть кого-то после отбоя, спустившись в подземелья? Это было бы легко, - он повёл плечом. - Своя спальня, мне бы не отказали.
Он специально расшатывал её, пытаясь получить своё. Малфой пришёл сюда за этим. За их ссорой. За доказательствами теории, которую выстроил в голове. Но он этого не получит. Потому что ни одна из этих идиотских теорий не стоит их.
- Я не думаю, что ты стал бы. Не выглядит, как будто стал бы, - ответила Гермиона честно. Её коробило при виде Паркинсон, которая бросала на Драко взгляды. Смотрела, оттягивая взгляд, как мастику, и Гермиона всегда задавалась вопросом: была ли всем так же заметна в прошлом году её влюблённость? Сейчас ей казалось, что невозможно не замечать. Она ведь смотрела на него точно так же. - Тебе нет никакого смысла быть со мной.
- Ты такая наивная, Грейнджер, - уничижительно хмыкнул Малфой, будто она была просто ребёнком. Краешек тетради разорвался с едва слышным треском бумаги.
- Зачем ты это делаешь? - раздражённо повысила голос она. - Заставляешь меня хотеть уйти.
- Потому что это то, на что у тебя самой не хватает сил? - с вызовом спросил Малфой и подошёл ближе. Он выглядел нахально уверенно. Так, как выглядел каждый раз, когда издевался над ней в прошлом. Сейчас оставалось то же самое, только разве что изменилась дистанция. Теперь он мог делать это шёпотом, и это всегда было больнее. - Знаешь, а что, если мне понравилось? Что, если я хочу, чтоб «так продолжалось всегда»? - Малфой встал прямо напротив неё и склонил голову. - Как вчера. Что, если я хочу опять? - Драко поднял её подбородок пальцами и слегка запрокинул голову.
- Хорошо, - произнесла Гермиона, пододвигаясь к нему. Она скользнула ладонью по его щеке, переместила её на затылок, чтобы притянуть его к себе ещё ближе.
- Хорошо?
Это было странно. Слышать такую растерянность.
- Да. Хорошо, - Гермиона посмотрела ему в глаза. - Тебе же нравится. Мне не было вчера плохо.
Она видела, как он на секунду посмотрел на её губы, но девушка смогла удержать взгляд на его глазах, чтобы заметить вспышку сомнения. Но к чёрту её, потому что это была чистая правда. Это всё ещё был он. Он, который усмехался каждый раз, когда она начинала читать нотации; он, который вытащил её из самого пекла; он, который ни разу не сделал с ней ничего, чего бы ей ни хотелось в этом плане. Всё ещё был он. Поэтому не было страшно. И это жутко, потому что в какой-то момент превратилось во что-то захватывающее, когда его дыхание срывалось от стонов. Гермиона выдохнула от мазнувшего возбуждения, потянулась ещё ближе.
- Сделала бы это сейчас, если бы я заставил? - по голосу Малфоя было слышно, что не только она вспомнила об этом. Драко всегда говорил так: подбирал самые ядовитые фразы, самую бойкую масть, да только это никогда не было правдой. Он никогда её по-настоящему не заставлял.
- Я бы сделала всё, что угодно, чтобы сделать тебе приятно, - прошептала Гермиона.
Она могла поклясться, что Драко выдохнул с гортанным звуком, прежде чем поцеловал её. Гермиона полностью поднялась, надавливая на его затылок, хотя поцелуй вряд ли смог бы стать ещё глубже. Она распахнула его куртку и забралась под неё руками.
Драко целовал Гермиону так, будто впитывал слова, остаток которых всё ещё оставался на кончике её языка. Это чувствовалось как благодарность. Гермиона понятия не имела, как смогла распознать, потому что почти всегда это чувствовалось как месть. Ей казалось, что это испытание. Игра, которую она должна пройти, чтобы доказать ему что-то. Как Джокер, Драко заставлял её пройти каждое из испытаний, посвящений, обрядов инициации, чтобы позволить ей стать ближе. Ближе к подобию того, кем он был за всей этой бронёй. Просто идеей.
Гермиона чуть отодвинулась, вдохнула, оставляя рот приоткрытым, и впилась ноготками в его шею с обеих сторон. Чтобы чувствовать, как ягодное дыхание всё ещё проникало в лёгкие.
- Но ты не можешь так вымещать свою злость, - покачала головой Гермиона, по-прежнему держа глаза закрытыми. - Только не злость, Драко, - она вздрогнула, когда подул ветер, как будто испугалась.
Гермиона облизала губы, которые первыми ощутили холод из-за влаги, и услышала шуршание ткани. Малфой, заметно успокоившись, надел на неё свою куртку. Она была тяжёлой. И да, от неё разило магией. Эльфы-наседки.
Гермиона прислонила нос к воротнику и вдохнула. Футболка потеряла свой запах, так что она едва сдерживалась, чтобы не снять с него свитер и забрать себе. Он так подходяще хранил в себе воспоминания его тепла, и иногда ей казалось, что эти свитера - самые большие везунчики, ведь с кем ещё Драко когда-то бывал настолько же продолжительно тёплым?
- Ты просишь у меня слишком многого, - хмыкнул Малфой и отошёл, чтобы Гермиона просунула руки в рукава, которые были ей очевидно слишком велики. Его слова звучали не как язвительная шутка. Как что-то грустное. И её сердце всегда трещало, получая себе на одну тонкую резанную паутину вдоль больше, когда он звучал так. Словно знал что-то наверняка.
Гермиона запахнула на себе его куртку, смотря на тёмную водолазку парня, и опустила взгляд ниже. Ему больше некуда было прятать руки. Она поддела палец его левой руки, тут же почувствовав, как он напрягся. Если бы Гермиона минуту назад не прижималась к нему, чувствуя поощрение в виде его вальяжно разгуливающих по её телу ладоней, то подумала бы, что это безусловная реакция. Грейнджер подняла взгляд.
- Дай мне посмотреть, - попросила девушка.
Она увидела признаки борьбы на его лице. Затем Драко едва слышно цокнул языком и расслабил руку. Гермиона достала палочку, медленно убрала с тыльной стороны его ладони магию. Мерлин, сколько здесь было заклинаний? Ей казалось, она убрала не меньше трёх, когда на коже начали виднеться раны. Слова, вырезанные её почерком, врезались в кожу, и Гермиона точно видела, куда пришёлся вчерашний удар Гарри. Там кровавые пятна были свежее остальных.
Гермиона выдохнула, пытаясь не выдавать эмоций. Знала, что он смотрел. Это было так... противоестественно. Он всегда казался Гермионе сделанным изо льда, и, как ни странно, вопреки шаблону, чем ближе она становилась, тем больше ей казалось, что это правда. И дело не только в острых чертах лица. Он был идеально создан. Идеально холоден. Никаких изъянов. Кроме последнего дня Помпеи в груди. А этого никому не видно, так что на это можно посмотреть, презрительно усмехнуться и переступить начищенными ботинками. Эти шрамы были такими инородными, слишком не похожими на него.
Гермиона сцепила зубы и потянулась к портфелю, запоздало вспоминая, что брала с собой термос. Он давно уже остыл.
- Ты промывал рану бадьяном? - Гермиона посмотрела на Малфоя, доставая марлю и выливая на неё приличное количество раствора.
- Нет, - недовольно буркнул Драко.
Гермиона силой удержалась от комментария. Годрик, это просто... Было трудно представить, насколько было больно. Она едва засыпала с жаром в ладони после целого вечера ванночки успокаивающего бальзама. И Драко не врал - рана действительно выглядела так, будто к ней не прикасались.
Гермиона аккуратно взяла его ладонь, заставив парня сесть рядом и облокотиться спиной о ближайшее дерево. Она смочила марлю в растворе и приложила к буквам.
- Будет полегче, - сказала ему Гермиона.
- Грейнджер, - Драко закатил глаза, а затем уставился на небо.
Гермиона молча сделала всё возможное: заставила марлю магией впитать всю жидкость, затем повязала ему на руку, чтобы быть точно уверенной, что ещё хотя бы несколько часов рана будет активно заживать.
- Зачем ты это сделал? - шёпотом спросила Гермиона, завязывая последний узелок, чтобы марля не развязалась. Это она тоже делала вручную. Наверное, из-за такой перевязки ему будет неудобно сгибать ладонь - чары всегда исполняли механические действия аккуратнее. Но, на удивление, Драко ничего не сказал.
Малфой моргнул, никак не отреагировав на её вопрос, и продолжил смотреть наверх.
- Не хотел, чтобы тебе было больно, - наконец ответил он спустя несколько секунд с отсутствующим выражением лица.
Гермиона выдохнула, не сводя с него глаз. Она знала, что он не собирался об этом говорить.
- Ты проиграл из-за этого матч.
Драко знал, что наказание длилось всего три дня. Гермиона бы пережила это. Особенно с таким размером эго, которое не помешало бы ей использовать чёртов бадьян.
- Ага, похуй, - Драко прикрыл глаза. Он звучал наплевательски, и это почему-то взбесило Гермиону больше всех его прежних слов.
- Любому дураку ясно, что не похуй, - она специально процитировала его дословно, попытавшись передать фальшивый тон, но ей слишком помешало раздражение.
- Грязный ротик, - усмехнулся Драко.
Он притянул её к себе и усадил на колени. Гермиона покраснела, хотя знала, что Малфой имел в виду под этой фразой. Его пальцы опустились на её щеку, и она заметила на них пару капель крови, которые пропустила.
- Мне не стоило вчера быть таким грубым, - внезапно произнёс он. - Не во всём, - уточнил Драко, задерживая взгляд на её глазах. И совершенно точно имея в виду конкретное.
- Знаю.
Доверие. Доверяла ли она ему? Гермиона не могла ответить точно, но точно знала, что он никогда бы не сделал с ней чего-то плохого в физическом смысле. Малфой не собирался нежничать, это не про него. Гермиона даже удивлялась, как он сдерживался тогда, в прошлом году. Она могла поспорить, сдерживание отобрало у него половину его. Но ей не хотелось так. Было в этом что-то приятное. То, как он становился собой рядом с ней.
Драко заправил локон, упавший ей на лицо, за ухо и посмотрел на серёжку.
- Тебе тяжело их носить?
Гермиона нахмурилась, обдумывая его вопрос.
- Не думаю, - она слегка пожала плечами. - Твоя магия не настроена ко мне враждебно, - Гермиона игриво толкнула его в плечо, но Малфой внезапно успокоился, не разделяя её задор. Он просто смотрел. Как будто набирался смелости.
- Это порт-ключ, - наконец сказал Малфой.
Он поверг её во что-то вроде шока. С одной стороны, это было чем-то... типа... чего? Но Драко каким-то образом всё подобное мог подмять под свою плоскость, и, когда Гермиона думала об этом в таком ключе, она понимала, что это было чем-то похожим на него. Поместить грёбаный порт-ключ в ювелирное украшение.
- Тебе нужно сжать правую серёжку и произнести в уме «Tarde venientibus ossa», - объяснил Драко. Гермиона хмыкнула. «Пришедшим поздно - достаются кости». - Если тебе когда-нибудь будет угрожать опасность, он перенесёт тебя в самое безопасное место на свете.
- В какое? - задала вопрос Гермиона, всё ещё пытаясь осмыслить его признание.
- Может быть, покажу тебе однажды.
Она смотрела ему в глаза, чувствуя, что он как всегда что-то не договаривал. Как будто его глаза знали какой-то секрет. Драко оставлял ей подсказки, маленькие письма для сознания, зашифрованные коды, потому что как будто знал, что её судьба - остаться с загадками наедине.
***
Полтора грёбаных часа. Салазар. Это было уже не смешно.
- Мистер Малфой, немедленно спрячьте галлеон в карман, - приказала Макгонагалл.
Испарилось последнее спасение в виде плоской монетки, которая перекатывалась по его пальцам, помогая концентрировать мысли. На всём, чем угодно, кроме этого сборища.
Драко нетерпеливо вздохнул, едва удержавшись от цоканья, и молча засунул галлеон в карман, не сводя глаз с декана Гриффиндора. Макгонагалл дёрнула губой, как будто всё её старушечье тело было одной сплошной струной, которая вот-вот должна лопнуть от нетерпения и излишков раздражённости.
- Вы все, а тем более человек, который это сделал, должны понимать отвратительность этого поступка, - продолжила она, вновь посмотрев на класс - собравшихся людей с разных факультетов. - Это вопиющий случай, и только один факт того, что...
Кхе-кхе. Малфой приподнял уголок губы, когда Макгонагалл сделала вид, будто не услышала прозрачного намёка Амбридж, которая стояла рядом, со своей фирменной улыбочкой, что в совместном пакете с розовым жабо возле её второго подбородка навевала мысли о суициде.
- ...это сделал ученик Хогвартса, делает меня настолько возмущённой, насколько же опечаленной. Неужели мы так вас воспитывали?
Драко перевёл взгляд на Грейнджер, которая сжимала в двух руках простой карандаш, и был уверен, что если она не расслабит брови, сомкнувшиеся в жесте сочувствия, там останутся глубокие морщины.
- А я хочу напомнить, что мы не выйдем из этого кабинета, пока тот, кто это сделал, не признается в содеянном, - улыбнулась Амбридж, теребя в руках толстенькую короткую палочку настолько, что её легко можно было спутать с пальцами.
- Я говорила! Очевидно, это сделала эта тупая сука! - воскликнула Мелоди, стоящая в углу вместе с двумя подружками. Она тыкала пальцем в Дафну, которая приоткрыла рот, смотря на девушку.
- Мисс Дебони, ради всего святого, держите себя в руках! - ахнула Макгонагалл, прерывая когтевранку.
- И-извините, профессор, - запнулась Мелоди, опуская руку, - но я уже сказала инспектору Амбридж, это одна из Гринграсс, она затаила на нас обиду за то нелепое заклинание... - лицо Мелоди скривилось в отвращении, как только её глаза вернулись к Дафне.
- Что?.. - подняла брови Гринграсс.
- Мисс Дебони, я понимаю вашу ситуацию, но попросила бы вас успокоиться, - строго прервала её Макгонагалл, заставив студентку сделать два шага назад. - Пока виновник происшествия не определён, ваши слова - это клевета, а вы должны знать, что такие вещи караются законом.
Малфой откинулся назад на стуле, наблюдая за этим идиотизмом. На пиджак Амбридж, который едва виднелся из-за жабо, был прилеплен витиеватый значок, миниатюрная версия которого также красовалась на груди у Драко и большей половины слизеринцев, и, он мог поспорить, понижал эстетику, по крайней мере, двух самых ближних этажей.
Он всё ещё слышал звуки возмущения утром после выпуска Пророка с указом инспектировать учительский состав школы, который был подкреплён мнением его отца. Данное известие моментально подняло ему настроение. Хотя бы что-то забавное внутри этого учреждения.
- Дафна в это время была в Большом Зале, - отчеканила Астория. - А до этого мы с другими девушками ходили делать колдо к лесу, поэтому я вообще не понимаю, что мы здесь делаем, - сжала она губы.
- Ну конечно, - фыркнула девчонка с сероватыми волосами, имени которой Малфой не знал, - они должны быть наказ...
- Не переживай, дорогая, - пропела Амбридж. Она подошла к ней и положила мясистую ладонь ей на руку. - Как только мы узнаем, кто это сделал, нарушитель тут же будет исключён.
- Вдохновляет на чистосердечное признание, - кивнул Тео со всей серьёзностью, за что тут же получил испепеляющий взгляд Макгонагалл.
- Почему это именно мы? - устало вздохнув спросил Драко. Конечно, он не трещал о походе в Хогсмид целую неделю напролёт перед самим событием, как первокурсники, но видел Салазар, променять это на целый вечер сидения в закрытом кабинете он готов не был. - Нет никаких доказательств, что кто-то из нас причастен к инциденту, - Драко обвёл пальцем пространство, имея в виду каждого, кто сидел здесь.
- Мисс Дебони утверждает, что на несанкционированной вечеринке, которая была организована неизвестными лицами, - Минерва выделила последнее словосочетание так, чтобы каждый в этом классе знал - она понимала, что это чистой воды пиздёж. Драко едва удержался от усмешки. Не то чтобы он был рад раскрытию их небольшой тусовки, но то, как передёргивало учителей... это его забавляло. - Именно вы присутствовали во время оплошности Дебони в отношении мисс Гринграсс.
- Я хочу сказать, что мои представления о Хогвартсе упали ниже некуда, - Амбридж медленно ходила взад-вперёд, как мелкая собачонка, пристёгнутая к цепи и не понимающая, почему хозяин не открывал входную дверь. - Вечеринка, организованная студентами в ночное время вне территории школы, которую не смог проконтролировать ни один учитель... - она хмыкнула и драматично покачала головой. Все бы впечатлились, если бы всем не было так похуй. - Слава Салазару, что мои современные методы...
- Вы тоже учитель, - перебила её Макгонагалл, посмотрев в упор.
- Что? - Амбридж моргнула несколько раз, уставившись на коллегу.
- Как вы правильно заметили, ни один учитель не смог проконтролировать это нарушение. Было бы крайне кстати, если бы ваши современные методы преподавания пригождались вовремя, - отрезала декан Гриффиндора и отвернулась к классу, даже не дожидаясь ответной реакции. - За нарушение правил школы я снимаю по пятьдесят баллов с каждого студента, сидящего в этой комнате, - заявила она.
Малфой перевёл взгляд правее и увидел, как ошарашенная Грейнджер переглянулась с Гарри. Она выглядела так, будто ей сказали, что за пару пьяных поцелуев и цокот бокалов втайне от учителей, у неё вырежут почку. Драко хмыкнул. Только её могли интересовать сраные баллы, ведь...
- Но это нечестно! На вечеринке были не только мы! - аж подпрыгнул на стуле Голдстейн в своём возмущении.
...а, ну и этого дрочера. Драко переглянулся с Блейзом, и на их лицах появились одинаковые издевательские усмешки.
- Но именно вы были очевидцами инцидента, мистер Голдстейн, - смерила его взглядом Макгонагалл, - поэтому ваше признание...
- По-моему, становится очевидно, что студенты Хогвартса совершенно потеряли понятие границ при директорстве Дамблдора, которого, к слову, я не наблюдаю в столь экстренной ситуации, - хихикнула Амбридж, и Драко успел заметить, как веки Макгонагалл медленно закрылись в попытке сдержать себя в руках. - И к тому же нет абсолютно никаких шансов ожидать, что столь аморальный поступок был содеян кем-то, кто признается по своей воле, а значит, мы не сможем вычислить виновника и наказать со всей строгостью, - вещала она так, будто рассказывала детскую сказку. На словах о наказании голос учителя ЗоТИ резко пошёл вверх, и Малфой сжал челюсти. - Только разве что экстренные методы.
- Что вы предлагаете? - нетерпеливо спросила Макгонагалл, явно устав от долгих разглагольствований.
- Я слышала, что профессор Снейп, который в данный момент путешествует с директором, - уничижительно заметила Амбридж, продолжая делать небольшие шаги от стенки к стенке, - имеет недурные запасы лучшей сыворотки правды в Англии, и если...
- Я искренне надеюсь, Долорес, что это была шутка, - Минерва повернулась к Амбридж, сделав акцент на её имени. Она звучала до того контрастно спокойно, что Драко не сомневался: Амбридж стоило ещё один раз хихикнуть, чтобы стать превращённой в одного из тех жутких котят на блюдцах в её кабинете. - Дамблдор никогда не позволит применять к студентам столь непорядочные методы, как сыворотка правды или инвазивная магия.
- Ты ничего не добьёшься уговорами, Минерва, - фыркнула Амбридж, и в первый раз за эти несколько часов её улыбочка сползла, - а здесь, между прочим, сидят члены Инспекционной дружины, если ты забыла, - она подняла палец вверх, - которые с сегодняшнего дня должны особо пристально следить за порядком, иметь возможность снимать баллы и...
Драко точно знал, что такие очевидные несогласия в профессорском составе должны оставаться за пределами взглядов студентов, но, видимо, крайняя точка терпения была достигнута. И не хватало только попкорна.
- Кем бы они ни были, Долорес, в первую очередь они - ученики Хогвартса, и я не позволю переступать морально-этические законы в их отношении даже Министерству, - ответила Макгонагалл.
Со стороны это выглядело как прибить цементной глыбой лежачего. Амбридж выдохнула, несколько раз раскрыв рот, но затем лишь подняла подбородок и нервно затеребила палочку в ладонях.
- Это может быть Малфой! - вдруг воскликнула пуффендуйка, склонившись на парту. - Его точно не было в Большом зале во время произошедшего, я обратила на это внимание, потому что у нас скоро дежурство, и я хотела подойти и спросить...
- Где твои доказательства? - спокойно склонил голову Драко, посмотрев на неё.
- Вы оба могли быть...
- Малфой был недалеко от Большого зала, - произнесла Грейнджер, и он перевёл на неё глаза и увидел, как она повернулась к пуффендуйке, закрыв часть щеки качнувшимися кудрями. - Я перехватила его на пути к ужину, потому что, если вы не забыли, профессор, - Гермиона стрельнула глазами в Макгонагалл, - он всё ещё не значится ни в одной из дисциплин. Я считала, что это несправедливо, поэтому остановила, чтобы выяснить.
Это лёгкое раздражение в глазах, почти цокнувший язык, очень подчёркнуто, оттого совершенно точно - фальшиво. Грязный ротик, Грейнджер. Драко задумался о том, врала ли она так же часто раньше? Пока они не столкнулись двумя противоположными стихиями, вызвав снежную бурю. Прямо как сейчас. Когда она врала, прикрывая его.
- И сколько это могло длиться? - прищурилась девчонка у двери. - Может, ты...
- Я бы никогда так не поступила, Лондси, и вся эта ситуация просто отвратительна, но ещё более отвратительны неподкреплённые ничем обвинения.
А вот это уже была настоящая злость. Грейнджер впилась глазами в когтевранку, как будто подначивала её. Но никто из них не думал, что сможет тягаться с Гермионой.
- То есть, мы будем сидеть здесь всю ночь, пока нас не накачают веритасерумом? - беззаботно спросил Блейз, закидывая ногу на колено и испытующе смотря на двух учителей, у которых оставались в руках только моральные рычаги. Но комната наполовину была заполнена слизеринцами. Очевидно, они бы просто не сработали.
***
Около трёх часов назад
- Пять капель? - спросил Блейз, наблюдая за тем, как Драко наполнял флакон жидкостью, используя волшебную палочку, а затем закупорил его.
- Трёх достаточно, - Малфой бросил бутылочку в руки Забини, примерно рассчитывая в уме граммовку.
- Чисто теоретически, как бы отреагировала Нарцисса, узнай она об этом? - усмехнулся Блейз. Он задал ему тот самый вопрос, который служил регулятором пиздеца в их затеях.
- Эта хрень запрещена, потому что использовалась для того, чтоб затащить женщин в постель. Только не посредством возбуждения, как с зельем похоти, а внушением, - объяснил Драко, осушая котёл в классе. Их опыт с Грейнджер с прошлогодним зельем пришёлся как нельзя кстати. Пауза затянулась, так что Драко поднял глаза на друга и увидел его вопросительный взгляд. - Блять, ты серьёзно думаешь, что мне нужно зелье, чтоб кого-то трахнуть? - закатил глаза Малфой. - Я варю его в первый раз.
- Я даже не знаю, успокоил ты меня или нет, - фыркнул Забини, достав флакон из кармана строгих брюк и пристально смотря на жидкость сквозь стекло, будто мог определить уровень волшебных свойств на глаз.
- Я лучший на курсе по... - начал Драко.
- По ебланству, да, я знаю, и хер у тебя больше всех, завали уже, ради Бога, - цокнул языком Забини, прерывая друга и всё ещё смотря на бутылочку. - Нюансы? - он поднял бровь, переведя взгляд на Малфоя.
- Эта штука нестабильная, зависит от прокачанности сознания. Что-то вроде инвазивной магии очень примитивного строения, - Драко прищурил один глаз, пытаясь подобрать объяснение. - Больше похоже на травку.
- Мелоди и её подружки не выглядят разумными существами. Это будет легко, - заявил Блейз, пряча склянку в карман.
Малфой, думая, покрутил в руках галлеон.
- Тебе нужно появиться в Большом Зале.
Блейз уставился на него.
- Тебя заподозрят в этой херне в первую очередь. Просто замани их в душ, - сделал многозначительный акцент Драко.
- Тогда подумают на тебя.
- Или на любого другого ученика школы, - вздохнув, пожал он плечом. - У тебя слишком очевидный мотив.
Они смотрели друг на друга секунд двадцать, как будто подписывали соглашение. Блейз кивнул.
- Я управлюсь минут за двадцать, - Забини глянул на часы. - У них должна закончиться пара по Трансфигурации, эти трое всегда ходят под ручку друг с другом, - мулат уже набросил на плечо сумку, когда нахмурился, - но они будут помнить.
- Не будут, - беспечно сказал Малфой и через секунду поймал понимающую ухмылку друга, который вышел за дверь.
У него было около двадцати минут, прежде чем направиться дальше по коридору. Большинство студентов находились на ужине, и лишь единицы только плелись туда, видимо, задержавшись на дополнительных занятиях или, судя по промокшим пиджакам некоторых, спускались из башни, отправив почту. За окном шёл ливень - почерк осени, пасмурный и размашистый.
Малфой осторожно открыл дверь в одну из общих душевых в глубине этажа, которыми теперь редко пользовались. Грейнджер рассказывала, что раньше встроенных санузлов в гостиных факультетов не хватало, так как количество волшебников сильно снизилось за эти столетия. Теперь они пустовали, но эльфы, судя по запаху чистоты, всё равно не оставляли эти помещения без внимания.
Он услышал звук воды, бьющейся о пол, и перевёл глаза на скамейки. Пара элементарных заклинаний - и груда вещей, сложенных абы как, исчезла, и три древка оказались в его руке. На одной из палочек даже не было заклинания приватности, Салазар. Не то чтобы это помогло.
Драко проверил циферблат. Около трёх минут. Он вышел в коридор и прислонился к выемке в стене, которую просто обожали зажимающиеся студенты, и отлевитировал чужие волшебные палочки к подоконнику. Они найдут их. Но позже.
Звук босых ног, влажные прикосновения стоп о холодный пол, когда они втроём вышли в коридор со всё ещё затуманенным взглядом. Драко прошёлся глазами по телу Мелоди и хмыкнул. Слишком костлявая для Блейза. Насколько он мог судить по Дафне, Забини нравились куда более женственные формы.
Драко мог поспорить, что под действием зелья их мозг - открытая книга, но он не собирался там рыться. Всего лишь... Он направил палочку вперёд.
- Обливиэйт, - сосредоточившись, прошептал Малфой. Впрочем, это заклинание должно было быть произнесено с куда большим усердием.
Он вспоминал те несколько раз, когда видел, как это делала его мама. Она медленно поднимала древко и как будто ставила точку, отрезала ножницами всё лишнее, точила своё мастерство, словно скальпель - самое наточенное острие. Как говорят о лезвиях? Чем острее, тем мимолётней будет боль? Магия Нарциссы в Обливиэйте была филигранной. Он не мог сказать о себе то же - его навыки в чарах забвения не были идеальными, но в нём текла кровь Блэков, а в ней сами эритроциты были выучены, как управлять разумом, так что...
Он скроется оттуда: спустится по лестнице и обогнёт три этажа, чтобы подняться с другой стороны как раз вовремя. В то самое время, когда студенты будут возвращаться после ужина. Он услышит крик. Зелье не обладает продолжительностью, но этого достаточно, чтобы кретин с Гриффиндора - Драко не помнил, как его зовут - щёлкнул несколько раз фотоаппаратом. Потом эти колдо Макгонагалл уничтожит, даст пацану несколько отработок. Сбежавшиеся на кипиш учителя тут же наколдуют мантии обнажённым девушкам, стоящим посреди коридора и понятия не имеющим, как здесь оказались в таком виде.
- Жестоко, - хмыкнул Малфой вполголоса, подойдя к Блейзу в толпе и смотря на поднявшуюся суету.
Дафна, приоткрыв рот, стояла слегка в стороне. Драко было хорошо видно, что она силой воли не смотрела вправо - прямо на Забини - и сдерживала улыбку.
- Всё-таки бумеранг существует, кто бы мог подумать? - усмехнулся Забини.
- Если я не ошибаюсь, его обеспечивать вроде как должна судьба? - прищурился Драко.
- Это моё второе имя, досталось от бабки со стороны отца, - махнул рукой Блейз, слыша смешки учеников, которые пересказывали друг другу увиденное, и засунул руки в карманы, абсолютно не чувствуя вину.
Малфой глянул ниже на оттопыренный карман. Нужно напомнить ему, чтобы избавился от флакона.
***
Гермиона медленно выдохнула, прижалась спиной к стене и приподнялась на носочки, чтобы каблуки не касались бетона под ногами. Шаркающие звуки ботинок Филча в паре метров от неё и бурчание. Она сжала губы, чтобы не издать ни звука.
- Давай, миссис Норрис... эти дети уже совершенно потеряли всякое уважение к правилам...
Гермиона перевела взгляд на тонкий ремешок часов на руке. Она специально вышла с запасом времени и одна. Это была не вечеринка, куда они могли проскользнуть втроём. Девушка оставила плащ-невидимку Гарри, запретив друзьям идти вдвоём.
Чёртово сумасшествие - делать это в школе. Но она чувствовала, что если они не воспользуются этим шансом, этой идеей, которая сначала заставила Гарри злиться, потом отрицать, а затем, одним угрюмым вечером пробормотать что-то о том, что он подумал и, возможно, следует попробовать. Гермиона знала, что это согласие не было плодом желания научить людей чему-то новому, едва ли друг проникся этой идеей. Но она знала, на что давить: под носом у Амбридж сделать нечто такое, что защитит их, полностью пойдёт наперекор её навязанной идеологии. Был лишь вопрос времени, когда Гарри согласится, потому что такие вещи заживали куда медленней, чем вырезанные слова на руках, пусть и покрывшиеся новыми слоями кожи. Они всё равно чувствовались под пальцами.
Но предлагая это, Гермиона не ожидала, что «под носом» будет так буквально. Из-за инцидента с когтевранками и каким-то парнем, который в истерике признался о вечеринке в страхе того, что исключат всех, кто там присутствовал, им запретили походы в Хогсмид на несколько месяцев. Они с Джинни распространили эту идею среди остальных, и тянуть уже было некуда.
- Сегодня в два ночи на Астрономической башне, - решившись, сказала Гермиона подруге.
Место, в котором никто в своём уме не устроит собрание в конце октября. Поэтому оно было самым логичным. Судя по карте Мародёров, к Астрономической башне вели как минимум шесть разных путей, а если брать обходные, то восемь. Ни к одному классу не было вычерчено столько дорог, по которым можно органично рассеяться.
Грёбаная кошка издала звук слегка отдалённо, и шаркающие ботинки Филча остановились. Гермиона посмотрела в сторону, медленно шагнула вправо и, обогнув угол, помолилась про себя, чтобы дверь не скрипнула. Филч не станет заглядывать в женский туалет. Девушка закрыла дверь, услышала, как оторвалось бумажное полотенце, и повернулась.
Дафна скомкала бумагу и, промокнув рот, бросила в урну. Она прошлась взглядом по гриффиндорке и направилась к выходу.
- Там Филч, - предупредила её Гермиона, и Дафна, нахмурившись, остановилась. - Он пошёл в направлении кабинета Чар. Должен быть достаточно далеко минут через десять.
Дафна помедлила ещё несколько секунд, прежде чем отступила и подошла к умывальнику.
- Чёрт, - она цокнула языком и сделала свет от палочки немного ярче, но так, чтобы тот не заливал помещение и не проклёвывался сквозь проём между дверью и полом.
Дафна закрутила блондинистые волосы в неаккуратный пучок на затылке, и стало заметно, что её одежда была измята. Слизеринка намочила бумажное полотенце и вытерла размазанную под нижним веком тушь. Гермиона посмотрела ниже и увидела в зеркале на слишком сильно расстегнутой блузке несколько красных следов.
Гринграсс была вся из торопливости, растёртой косметики и отпечатков прикосновений. Гермиона знала, как это чувствовалось, поэтому почти отвела взгляд, если бы Дафна не нагнулась и ткань на её лопатке не натянулась, показывая разошедшийся шов. Как будто она зацепилась за что-то острое спиной и разорвала вещь, но не заметила, потому что в тот момент ей было не до этого.
- У тебя блузка порвана, - сказала Гермиона. Она прислонилась спиной к двери и увидела, как слизеринка проследила за направлением её взгляда и попыталась посмотреть себе на спину и нащупать ладонью разрез.
- Салазар, - Дафна закрыла глаза. - Плевать.
Девушка вытерла воду со щёк и уже выглядела не такой растрёпанной, но беспорядок в волосах всё равно выдавал её с головой. Ни у одного учителя не осталось бы сомнений, откуда Дафна возвращалась, попадись Гринграсс ему в руки. Гермионе стало интересно: она выглядела точно так же после того, как Драко защёлкивал ремень на брюках и усмехался, наблюдая за тем, как девушка одевалась. Ей всегда казалось, что у неё безумный взгляд, и это было куда большим доказательством, чем следы от поцелуев, которые в первые несколько часов всегда было сложнее скрыть и требовалось сохранять большую концентрацию; чем волосы, которые потом всегда нужно было связывать; или бальзам для губ, призванный заживлять небольшие трещинки.
- У меня целый шкаф этих блузок.
- Она может разойтись прямо при ходьбе, судя по шву.
Дафна двигалась, и нитки расползались в разные стороны, делая спину девушки более голой. Гермиона была уверена: ещё пара таких неосторожных движений, и рукав просто повиснет у неё на локте.
- Я могу помочь с этим.
Гермиона вдруг почувствовала свою ответственность. Как будто если бы она не сказала об этом, дырка в ткани не напиталась бы её предупреждением, найдясь с силами стать шире.
- Мои навыки в этих заклинаниях не настолько хороши, так что тебе точно придётся её выкинуть, но сделать так, чтобы ты не осталась голой по дороге, точно смогу.
Гермиона подумала про Джинни. Окажись она в этом туалете, у Гринграсс бы не только вместо дырки на спине в ту же секунду оказался бы ровный шов, но и прибавилось бы жизни этой до ужаса строгой блузке.
Дафна поразмыслила несколько секунд, но потом слегка раздражённо пожала плечом. Гермиона задумалась, что это какая-то врождённая черта всех слизеринцев - быть такими отталкивающими, когда им предлагали помощь.
- Всё равно ждать, - равнодушно заявила Гринграсс, подойдя ближе.
Гриффиндорка подняла брови вверх.
- Мои навыки не настолько хороши, чтобы делать это на теле.
Она всё ещё помнила первый вечер, когда летом приезжала в Нору, и Джордж решил пришить себе оторвавшуюся от рубашки пуговицу магическим путём. На разрез на груди ушёл целый флакончик зелья миссис Уизли.
- И по правилам безопасности...
- Говоря о правилах, я хочу напомнить, что ты в полвторого ночи стоишь в женском туалете. Явно куда-то направляешься, - хмыкнув, перебила её Гринграсс. Она не звучала язвительно, только будто говорила: «Я знаю, что у тебя есть секрет, но не задаю вопросов».
Гермиона сжала губы, отступая назад.
- Можешь оставаться так, я не собираюсь распороть тебе кожу, - фыркнула она, думая, не оставил ли Филч здесь миссис Норрис, разделившись с этой отвратительной кошкой, как он иногда любил делать. - Если никого не встретишь на пути, можешь пойти так, - пожала плечом гриффиндорка.
Она услышала, как Дафна раздражённо выдохнула и стала расстёгивать пуговицы. Гермиона спохватилась, тут же почувствовав себя некомфортно, потому что у неё совершенно вылетело из головы.
- Ты можешь зайти в кабинку, если... - залепетала она, указывая на вторую часть уборной так, будто Гринграсс понятия не имела, где находились чёртовы кабинки в туалете.
- А ты собираешься пялиться на мой лифчик? - фыркнула Дафна. Она сняла с себя блузку и протянула её Гермионе. Дафна осталась только в голубом кружеве с расшитыми на нём бабочками. - Перестань, Грейнджер, я знаю, что ты видела. Все видели, - сказала она спокойно и села на выступ ступеньки, который разделял две зоны туалета.
Гермиона не смотрела на её кожу, но свет горел прямо над их головами. Взяв блузку у Дафны из рук, она увидела скомканную кожу, покрывающую предплечье. Гермиона опустила глаза и достала палочку.
- Мне жаль, - произнесла она вполголоса.
- Тебе должно быть жаль когтевранок, - хмыкнула Дафна, и в её голосе послышались осколки жестокости.
- Сочувствие к ним никак не влияет на мои слова.
Гермиона натянула ткань на руке, применяя к ней заклинание, но делая всего несколько стежков. Молли показывала ей, как применять эту магию, но в конечном итоге всё свелось к вежливому похлопыванию по плечу и улыбке со словами о том, что обязательно получится. Примерно такое же выражение лица появлялось у миссис Уизли, когда Тонкс вызывалась помочь ей на кухне.
- Вот поэтому вас, гриффиндорцев, и не любят, - подняла глаза Дафна. - Нельзя дружить со всеми. Это так не работает.
- Не любит кто? Слизеринцы? - парировала Гермиона, на секунду взглянув на собеседницу, прежде чем вновь опустить взгляд на крепкие, но неровные швы. Гермиона вдруг нахмурилась, вспомнив. - Разве ты не умеешь это делать? - спросила она. - Я имею в виду, известно, что вас учат всем этим вещам для брака и всё в таком духе.
- Нас учат не этим вещам, такое за нас делают эльфы. Думаешь, мужчину можно удержать шитьём? - иронично усмехнулась слизеринка, подтягивая ноги к себе ближе. Оказаться полуголой в плохо отапливаемом помещении в октябре - не лучшее решение.
- Тогда, судя по всему, чтобы удержать мужчину, нужно уметь играть на фортепиано, - ответила Гермиона с сарказмом, вспоминая, что читала об обязательных вещах, которым учились девушки в семьях аристократов.
Дафна уставилась на стену рядом с собой, задумавшись.
- Нужно быть мудрой. Послушной. Тихой, - она неспешно перечисляла эти качества, и Гермиона подняла голову. - Не лезть в их дела, чтобы не раздражать, и быть прилежно участливой, чтобы обеспечивать им покой, - прошла пара секунд, и слизеринка хмыкнула. Речь была до дикости заготовленной, что наталкивало на мысли, что это действительно то, чему их учили. Что кто-то произносил ей это слово в слово.
- Забини не выглядит как тот, кто ищет мудрость и спокойствие, - зачем-то произнесла Гермиона.
Она не знала его. Но почему-то ей казалось, что это верное наблюдение. Все эти слова, что она услышала несколькими секундами ранее, были такими... грустными. В них буквально не было души. От них разило кодексами, пактами, запахом сургучных печатей, сухих подписей и договорённостей. Рукопожатием, как при передаче прав на животное. Гермионе не нравился Забини. Его взгляды всегда были острыми и от них разило неодобрением, но ей было достаточно вспомнить, как он обнимал Гринграсс, чтобы быть уверенной в том, что в этом нет ничего фальшивого. Ничего о послушании.
Дафна перевела на неё взгляд и слегка покачала головой.
- Он ничего не ищет.
Её слова прозвучали до того тихо, что Гермиона не была уверена, действительно ли слышала их. Она протянула девушке залатанную блузку, которая совершенно точно с одной стороны стала на размер меньше: во время разговора Гермиона растеряла и без того неважную концентрацию и сделала несколько особо неаккуратных стежков, которые зажевали в себя больше ткани.
- Буду тебе должна.
Дафна надела блузку, сломав при этом пучок. Она встряхнула волосами, достав их из-под воротника.
- Вот поэтому вас, слизеринцев, и не любят. Вы не умеете говорить спасибо.
Гринграсс закатила глаза. Это было странно: в Дафне всё так же чувствовалась странная броня, которой обрастали все змеи, вне зависимости от темперамента, но при этом она не была отталкивающей.
Слизеринка выглянула из-за двери, чтобы проверить обстановку. Гермиона надеялась, что Филчу не попался никто, кто должен был прийти на Астрономическую башню. Когда приглушённый свет, наколдованный слизеринкой ранее, упал на её лицо, Гермиона заметила, что Гринграсс выглядела болезненно. Бледнее обычного.
- Дафна? - это было спонтанное решение. - Мои родители - они врачи и магглы, я думаю, ты знаешь.
Гринграсс удивлённо посмотрела на Гермиону, держась за ручку двери.
- И в общем, в мире волшебников такой профессии нет, но... - она закусила губу и вытащила из своей сумки перо и кусок пергамента, и написала на нём набор цифр, который за лето выгравировался у неё в голове. - Вот номер их коллеги, она психотерапевт, - Гермиона протянула ей пергамент, и Дафна посмотрела на цифры, взяв лист кончиками пальцев. - Они помогают людям справиться с проблемами. Разного рода.
- Что это? - нахмурилась Гринграсс, всё ещё всматриваясь в номер.
- Ты ведь помнишь, в прошлом году на маггловедении рассказывали о телефонах, - Гермиона всмотрелась в лицо собеседницы и увидела вспышку узнавания. - Возможно, ты могла бы попросить родителей, и они помогли бы тебе с...
- Родители... - задумчиво хмыкнула Дафна, вертя листок в руках. - Скажи, Грейнджер, эти штуки... Психотерапевты, они способны научить влюбляться в правильных людей?
Этот вопрос ударил в грудную клетку, как будто та вдруг стала прозрачной, мягкой, словно что-то залезло внутрь и с любопытством ребёнка вытащило наружу. Гермиона знала, что здесь нужно сказать. О любви к себе, о том, что ничего тебя не стоит. Она знала, что нужно сказать, чтобы это выглядело верно, звучало правильно, чтобы собственный голос не вгонял в ужас, отскакивая от влажных, пропитанных холодом стен. Но проблема была в том, что когда мы встречаем не тех, они встречают нас дьяволом наших слабостей с ухмыляющимися глазами.
- Нет, - глухо ответила Гермиона, точно зная, что Дафна имела в виду.
Гринграсс выдохнула, сжав в руке бумажку.
- Тогда они вряд ли могут помочь.
Она вышла, прикрыв за собой дверь. Без пяти минут. Гермиона прикрыла глаза, давая себе секунду. Это знакомая история, старая как мир. Все знают, как такие истории выглядят, все знают, как поступать, когда встречаешь одну из них: есть только два пути, и один из этих путей правильный, тот, о котором пишут книги; а второй - желанный и прямо в чёртову пропасть. Ты думаешь правильно. Ты знаешь, как правильно. Но отступаешь назад. И набираешь разбег.
***
-Отлично, тогда до завтрашнего вечера я жду от вас составленное расписание факультативов первокурсников, - Макгонагалл сложила несколько папок в стопку и постучала ими по столу, чтобы выровнять. Её голос был до ужаса сухим и строгим. Гермиона знала, что это пройдет - профессор не могла злиться на половину школы вечно, но в то же время смотреть ей в глаза всё ещё было не самой лёгкой затеей. - У вас уже началось дежурство?
- Через пару минут, профессор, - ответила Гермиона, несмотря на то, что кроме неё в кабинете находилось ещё трое людей.
- Тогда поторопитесь, - женщина отодвинула стул и встала из-за стола. - Я надеюсь, вы всё ещё дорожите своей должностью, несмотря на то, что ваши недавние поступки говорят об обратном, - её взгляд прошёлся по каждому студенту поверх очков. - Возьмите с собой пергамент для записи нарушителей комендантского часа, - она сунула в руки Пэнси бумагу, и слизеринка сжала её, несмотря на то, что у неё на плече не было сумки, где могли находиться перья.
Макгонагалл начала рыться в бумагах, чтобы выудить ещё один такой для второй пары дежурных студентов, но Драко облегчил её участь:
- Я могу сразу снять с них баллы, можете не переживать, - лениво произнёс Драко, и Макгонагалл распрямила спину.
- Не думаю, что данный факт избавит меня от переживаний, мистер Малфой, - бросила она взгляд на Драко. - Распоряжайтесь правом, данным вам профессором Амбридж, мудро.
- Даже не сомневайтесь, - улыбнулся он.
Гермиона развернулась и вместе со всеми вышла за дверь, потому что ей не хотелось даже видеть лицо своего декана, когда она услышала эту фразу, пропитанную улыбочкой и совершенным обещанием сделать всё наоборот.
- Сегодня у нас два последних этажа, я не собираюсь мёрзнуть внизу, - тут же произнесла Паркинсон, смерив её взглядом. - Пусть грязнокровка помучается.
- Тебе тоже удачного дежурства, Паркинсон, - бросила Гермиона.
Слизеринка развернулась и едва не побежала в противоположную сторону. Рон мешкал. Они всегда дежурили на расстоянии, как минимум тридцати шагов, и у Паркинсон, по словам Рона, начиналась настоящая истерика, если она проходила мимо окон и могла видеть его отражение сзади, потому что это значило, что между ними недостаточная дистанция.
Гермиона последовала её примеру. Она набрала ход, но лопатками чувствовала его шаги. Они спустились на два этажа ниже. Шаг стал медленнее, хотя она не планировала. Драко не стал бы за ней бежать.
- Что вы задумали, Грейнджер? - требовательно спросил он.
Почему-то сейчас она иррационально задумалась о том, что Пэнси вполне могла не патрулировать, а просто ускользать в один из нелюдных коридорчиков и ждать там в темноте, пока время дежурства закончится. И у Гермионы в голове промелькнула мысль о том, что было бы, если бы она наткнулась на их кабинет, там, наверху. В этих стенах не было упоминаний о них. Никаких следов. Но почему-то её передёрнуло, как будто там воздух был настолько концентрированным, что одного вдоха хватило бы, чтобы всё понять. Девушка моргнула.
- Мы задумали?
- Меня бесит, когда переспрашивают, услышав вопрос.
О, и это раздражение совершенно точно было хорошо слышно.
- Считаешь, я веду какой-то учёт вещей, которые тебя бесят? - хмыкнула Гермиона, скосив на Драко взгляд и увидев, как он сжал губы, заметив, что она забавлялась.
Это была такая неестественная картинка. Гермионе стало интересно, что бы сказала она на третьем курсе, увидев это? Только этот момент, буквально миг. Насколько явной была её влюблённость - брошенный смешливый взгляд в его сторону и отсутствие страха обжечься о его холод. Такие мысли всегда заставляли хотеть Гермиону стать ещё ближе, как будто доказать себе, что это действительно происходит. Или отойти подальше, понимая, что это слишком заметно.
- Вас видели, Грейнджер.
В этот раз её остановил вопрос, и она существенно замедлила шаг.
- Где? - сглотнув, нахмурилась Гермиона.
Вчерашняя встреча прошла... сносно. Она сидела, кутаясь в наколдованный плед, как и большинство пришедших, что оставили свои куртки в спальнях, чтобы не создавать лишних шаркающих звуков. Всё, чего Гермиона боялась - вспышки гнева Гарри. Потому что она хорошо знала, что именно привело большинство людей, сидящих вчера ночью на Астрономической башне. Но так было всегда. Это первый этап. Он самый сложный. Гермиона знала, что Гарри справится, нужно лишь провести первое занятие, но теперь тревожность почерпнула сил из-за слов Драко и заставила её напрячься.
- Что? - нарочно переспросил Малфой, копируя манеру Гермионы, а потом цокнул. - По дороге на астрономическую башню, - подтвердил он её худшие опасения, и она остановилась. - И ни одного слизеринца. Вы задумали тусовку и нас не позвали? Как невежливо, - прищурился он.
- Это была моя идея, - осипшим от нервов голосом произнесла Гермиона.
- Почему-то я не сомневался, - фыркнул Малфой и пошёл дальше, так что ей пришлось сдвинуться с места. Они встали в тёмном коридоре между раздевалками на первом этаже, и она почувствовала, как сквозняк прошёлся по рёбрам.
- Я предложила Гарри... - Гермиона замялась, прекрасно понимая, как это будет звучать. Нет. Как это будет звучать для Малфоя. - Ну, учить нас.
Драко повернулся к ней, и в его глазах Гермиона дословно увидела, что он думал о последнем предложении. И она ненавидела это. Гермиона могла доказывать свою точку зрения другим, подыскивать аргументы и быть абсолютно уверенной в том, о чём говорит, ровно до момента, пока это не был Драко. Его мнение стало таким важным для неё, что она всегда боялась оступиться.
- Волдеморт восстал, и пусть все молчат, многие верят в это, но не говорят, боятся прослыть сумасшедшими, - Гермиона осуждающе зыркнула на него, прекрасно понимая, кто был родоначальником этих шуточек, от которых все пытались уберечься. - Ещё многие не знают чему верить. Но мы ничему не учимся. Амбридж... - Гермиона фыркнула от негодования, которое поднималось внутри каждый раз, когда она говорила об этой чокнутой. - Мерлин, если бы я не знала, как она безнадёжно глупа, то решила бы, что это её план - оставить нас безоружными, - Гермиона встретилась со скептицизмом во взгляде парня. - А Гарри сталкивался с Волдемортом. Трижды. И каждый раз оставался в живых и...
- Позволь мне напомнить, что Поттера спасала либо удача, либо его вытаскивали за шиворот прямо из задницы, - язвительно перебил её Малфой.
Гермиона ожидала такой реакции, поэтому набрала в лёгкие воздух для ответа:
- Он не отрицает этого. Но Гарри хороший волшебник. Он знает многие вещи, которые могут быть полезны.
Гермиона чувствовала настроение Драко, но была непоколебима. Это просто невероятно. Теперь Малфой куда меньше комментировал при ней друзей, но каким-то образом умудрялся сделать так, что она совершенно точно всё понимала, даже если он не открывал рот. Боже.
- Блять, Грейнджер... - Драко сделал ровно такую паузу, чтобы девушка уяснила, что при других обстоятельствах он бы в жизни это не объяснял. Малфой достал из кармана галлеон, подбросил его в воздухе и поймал. - Вас сцапают при первой же возможности. Вы в скрытности почти столь же элегантны, как слон, запертый в комнате.
- Мы будем заниматься в Выручай-комнате. Нерегулярно. Это будут новые даты каждую неделю.
Девушка сложила руки на груди. Гермиона чувствовала, что это один из тех боёв, к которым она относилась слишком серьёзно. Слишком сильно хотела... не победить, нет. Разве что доказать ему что-то. Потому что его одобрение стало чем-то столь же значимым, сколько весили все аргументы, которые она тщательно собирала перед собой и только не выписывала на бумагу. Гермиона привыкла быть себе строжайшим критиком, но теперь взгляд с ртутными каплями напротив говорил о том, что она не знала, как критиковать себя на самом деле.
- Давай проведём эксперимент, - Драко облокотился о стену рядом с окном, переставая идти дальше. - Я прижму одного из ваших бунтарей, и он растреплет всё в первые три минуты, - хмыкнул Малфой, кажется, ничуть не сомневаясь в своих словах.
Гермиона раздражённо выдохнула, слишком громко поставила на подоконник сумку и выудила оттуда свёрнутый пергамент.
- Я зачаровала пергамент, куда все вписали свои имена, не думай, что я идиотка.
Драко вырвал лист у неё из рук, и она даже дёрнулась вперёд, но знала по опыту, что это лишь приведёт к очередной забаве с его стороны - он просто поднимет руку вверх.
- Так-так... - парень провёл палочкой по пергаменту, и его ухмылка стала шире. - Уродующие чары, - он взглянул на неё. - А ты умеешь быть сукой. Покажи список.
- Чтобы ты их высмеял? - подняла брови Гермиона. Воспользовавшись моментом, она выхватила пергамент у него из рук и победно отбросила волосы назад, кажется, в слишком пафосном жесте для этой победы. - Это лучшее, что мы можем сделать. Они знают, что их ждут последствия. Осталось додумать детали, - она засунула пергамент обратно в сумку и облизала губы. - И возможно... возможно, ты будешь знать о планах Амбридж. Могу поспорить, она захочет воспользоваться своим войском, если... - Гермиона глянула на второй значок на его пиджаке.
Драко прервал её речь:
- Ты сейчас пытаешься сказать, что я должен следить за Амбридж, чтоб зад Поттера оставался в безопасности? - прищурился он.
Гермиона собралась, совершенно точно зная, что этот прищур не значил ни черта хорошего. Кажется, она научилась физически чувствовать, когда его сетчатка покрывалась тонким слоем льда. Но в её словах была пара крупиц хлористого магния, запрятанных в рукаве. Гермиона сделала шаг вперёд и прошлась ладонями по его груди, не переставая смотреть в глаза.
- Пожалуйста, - произнесла она чуть слышно.
Гермиона могла объяснить ему, что дело не только в Гарри. Дело не только в ней. Дело вообще во всём.
Но ему хотелось не этого. Драко слегка толкнул её, и она успела увидеть, как смягчился его взгляд. Он подошёл ближе и коснулся кончиком носа щеки Гермионы.
- Мне нравится, когда ты произносишь это слово с другой интонацией, - Малфой опустил руку, фамильярно прошёлся ладонью по её заднице, уничтожая гладкость юбки.
- Не надо, Драко.
Она сжала ладони, скомкав его пиджак чуть выше локтей. Гермиона смотрела в сторону, но уже через секунду её взгляд поплыл. Она почувствовала, как его губы втянули кожу на её шее. Чёрт. Чёрт. Против этого должно что-то существовать. Даже против наркотических веществ есть средства, есть те, кто тебе помогут. Против этого не было ни одного лекарства.
- Драко, нас поймают, - прошептала Гермиона, делая последние попытки мыслить рационально, но её голос уже звучал так далеко от рациональности.
- И это не то, что тебе нравится? - хмыкнул он, склонив голову. - Быть пойманной, - подначивающе спросил Драко, смотря на её розовеющие щеки.
- Нет, - сглотнула Гермиона, почувствовав жуткие мурашки по коже. - Совершенно точно нет. Не тогда, когда тебя могут убить, если нас увидят вместе.
Её кошмары шептали колыбельные, которые действовали ровно наоборот. Гермиона вздрагивала, лёжа в кровати, когда выпивала свою настойку слишком рано или же задерживалась с уроками и её действие проходило до рассвета. Тогда помогала лишь его футболка. Она сжимала её рукой, возвращая себя в реальность. Он жив. Он спит несколькими этажами ниже. Они вместе. Драко спустится к завтраку, и она опять будет смотреть, как он отбрасывает волосы со лба, закатывая глаза и каким-то образом заставляя слизеринцев накладывать ему в тарелку еду. Всё в порядке.
- Невозможно всегда бояться смерти, Грейнджер, - вздохнул Драко, отклонившись. - Не проще ли принять такую возможность и просто...
- Не проще, - она схватила его за лацкан пиджака, заставляя посмотреть ей в глаза. У неё во взгляде не было и грамма той насмешливости, что прикрывала его взгляд. Фальшиво, впрочем. Она знала, что Драко задумывался об этом. Как будто доставал свежий, истекающий ещё тёплой кровью кусок мяса, и скармливал её ужасу. - Пообещай мне. Обещай, что будешь осторожен, - Гермиона говорила отрывками, с каждым словом чувствуя, что костяшки её пальцев становились белее. - Что будешь делать всё, чтобы оставаться в безопасности.
Он медленно отцепил руку Гермионы от своей одежды и коснулся указательным пальцем кончика её носа.
- Боишься? - устрашающе прошептал Драко.
Гермиона покачала головой. Страх - это слабость, ей хорошо были известны его уставы. И это последнее, чего девушке хотелось. Быть перед ним слабой. Но он смерил её взглядом и фыркнул.
- Вы так много стали врать, мисс Грейнджер.
Гермиона подняла на него глаза, сначала не осознав, но потом последняя её ложь догнала девушку слишком быстро. Мерлин. В нервах о новой идее и о том, чтобы Гарри справился, она совершенно забыла, почему они собирались именно на Астрономической башне, рискуя и промерзая до костей, вместо Кабаньей головы, как планировалось ранее. Девушка отступила на шаг.
- Это вы? Сделали это с теми девушками? - её голос был строгим, но Гермиона всё ещё надеялась, что этого не было. Она надеялась, что тогда, в классе, прикрыла его просто потому, что защищала от проблем. Глупого стечения обстоятельств. Что не защищала виновного. Но Малфой поднял подбородок, дерзко смотря на неё, и она даже заметила в уголках глаз интерес. Гермиона покачала головой, чувствуя, как дыхание сперло. - Это... было...
- Да, согласен, Блейз никогда не отличался особой жестокостью, так что им повезло, - протянул парень.
Гермиона на миг даже зависла, пытаясь прокрутить его слова в голове ещё пару раз. Надеясь, что он издевался. Но он не издевался. Малфой действительно в это верил.
Ей всегда казалось, что такие люди просто миф или же бездушные строки в Пророке - чернила, говорящие о людях, что оправдывали преступников или кого-то подобного, чьи поступки были очевидны. Но один из таких стоял перед ней и, играясь, вертел в руках галлеон.
- Пове... что? - запнулась Гермиона. - Он опозорил их на всю школу.
Гермиона слышала, как рыдала Мелоди в туалете, когда выходила из уборной после одного из уроков. Она даже замедлила шаг, но потом просто вышла, решив, что плач в туалетной кабинке - это как раз тот момент, когда человек имел право на одиночество.
- Они тронули Дафну, чего они хотели? - прыснул Малфой так, будто это было чем-то очевидным.
- Это аморально, Драко! - Гермиона повысила голос и заставила его посмотреть на себя. - И то, что ты это поддерживаешь или, тем более, содействуешь, просто...
- Я поступил бы хуже, если бы кто-то тронул тебя, Грейнджер, - жёстко оборвал её Малфой, больше не улыбаясь. - Поэтому если у тебя всё ещё есть какие-то сомнения по поводу того, с кем ты, предлагаю посмотреть правде в глаза, пока не поздно.
Её словно ударили по горлу. Пока не поздно. Это был его почерк - скармливать ей соль, ложку за ложкой, и даже не скрывать этого. Он вообще никогда ничего не скрывал, и порой Гермиона ненавидела его за это. Потому что, наверное, ей проще было бы оправдывать собственное сердце, если бы он обманывал её в этом. Если бы не стоял вот так, смотря в лицо, и не говорил: «я отвратительный человек, так что или заткнись, или проваливай».
- Я знаю, что ты не такой жестокий на самом деле, - Гермиона покачала головой, существенно снизив тон.
- Нет. Я именно такой. Просто ты не хочешь это признавать, - бросил ей Драко и, отвернувшись, пошёл дальше по коридору.
Гермиона выдохнула, взглянув на часы. Им осталось ещё полчаса, а они не прошли даже трети пути. Не то чтобы они обычно занимались дежурством в такие дни, но кажется, оба знали, что учителя не оставят их одних в коридорах после того инцидента.
Гермиона на ходу вытащила из сумки книгу, которую не успевала дочитать даже при самых позитивных прогнозах. У неё просто не хватало времени, а правая рука предательски чувствовала под пальцами слишком большое количество страниц.
- Что ты делаешь? - спросил Драко через десять минут, пока она плелась за ним, уткнувшись в книгу.
- Мне нужно хорошенько изучить Протеевы чары, - нахмурилась Гермиона. - Нам требуется какое-то средство связи, потому что передавать меняющееся время встреч слишком подозрительно. Я подумываю над тем, чтобы зачаровать что-то, что не будет привлекать внимание, если вдруг Амбридж скажет вывернуть карманы или... - она сосредоточила взгляд, увидев, как Драко поднял галлеон чуть выше, вздернув бровь. - Чёрт, да, - выдохнула Гермиона. - Деньги. Это идеально, - она посмотрела на него.
- Ты умеешь творить эти чары? - спросил Драко, сокращая дистанцию.
- Да. Я практиковалась пару раз, - неуверенно ответила Гермиона. - Но никогда не делала это с таким количеством предметов.
Малфой достал из другого кармана ещё несколько идентичных монет и повернул девушку к себе спиной, выкладывая золото на очередной подоконник, который был бы полностью серым из-за туманного неба, скрывающего луну, если бы не факелы на внешней стороне замка.
- Главная ассоциация со связующей магией - тепло. Ты должна помнить об этом, когда чертишь руну, - Малфой скользнул ладонью вниз по её руке и сжал кисть, направляя движения. - Представляй, как одна монета раскаляется, чтоб другие нагрелись. Так будет проще создать правильную концентрацию.
Гермиона спиной чувствовала его живот и дыхание, которым он щекотал ухо, и всё, чего ей сейчас в действительности хотелось, - это податься назад. Так всегда бывало после стычек с ним. Драко как будто становился ещё дальше, ускользал. И это была автоматическая реакция - сжать вокруг его шеи руки и чувствовать, что нет. Ещё немного. У них ещё есть пара секунд, расплавленных в воздухе под дыханием.
- Ес-если у меня не получится, деньги могут испариться, давай... - Гермиона пыталась взять себя в руки.
- У тебя получится, - Драко не дал ей договорить, строго перебив. - Делай.
- Это непросто, когда ты стоишь сзади, - раздражённо ответила Гермиона, но получилось даже в четверть не так угрожающе, как должно было, потому что голос всё равно не слушался.
- Учись работать в стрессовых условиях, - самодовольно произнёс Малфой и едва ощутимо поцеловал её в висок.
Гермиона сосредоточилась, мысленно наделяя монету теплом. Почти так же, как если бы ей нужно было подогреть чан с водой. Только не чан, а... ведёрко. Маленькое. Игрушечное. Чтобы магия была более точечной.
Она вывела нужную руну, почувствовав, как древко слегка отдало жаром, но лишь на миг, сообщая об удавшемся волшебстве. Четыре монеты. Это уже что-то. Девушка выдохнула и только тогда поняла, как сильно напрягала руку из-за нервов.
- Наложи на них обнаружительную магию, - посоветовал Драко. - Её часто накладывают на часы. Или ключи. Даже если кто-то из учителей почувствует её, это не будет подозрительно, а участники не смогут спутать монеты с настоящими, потому что...
- На настоящие деньги невозможно наложить обнаружительные чары, - закончила Гермиона за него, понимая, что пазл сложился. С улыбкой она обернулась к Драко. - Спасибо, - прошептала Гермиона, касаясь кончиками пальцев его щеки.
- Это работает с любой связующей магией. Тепло - идеальный проводник. Поэтому, если в будущем у тебя что-то не будет получаться, тебе будет достаточно...
- Хватит, - произнесла Гермиона еле слышно, и он остановился, посмотрев на неё. - Хватит вести себя так, будто ты можешь куда-то пропасть.
Она потеряла последнюю гласную в этом предложении, упустив её за сорвавшимися связками. Драко делал так постоянно. Говорил, как будто рассовывал короткие записочки по карманам, чтобы она нашла, когда он исчезнет. Поэтому Гермиона смотрела на него, впитывая всё, что замечала. Слегка, совсем немного съехавший набок галстук - то, чего она никогда не видела ранее, и это заставляло что-то внутри неё теплеть, потому что такая небрежность показывала, что Драко больше не заморачивался рядом с ней как прежде. Прищур глаз и то, как он ерошил волосы, спрыгивая с метлы. Гермиона собирала его по частям, потому что Драко всегда говорил с ней так, как будто она должна была запомнить. Ведь будет время, когда он не сможет ей помочь.
Малфой хмыкнул, провёл ладонью по её щеке и улыбнулся краем губ.
- Не выдумывай.
***
Малфой провёл рукой по волосам и поправил пиджак. Блять. Он спустился по лестнице из того коридора уже как несколько минут, но плечи всё ещё не отпускало размазывающее чувство неги и сонливости - расслабленность, которая бывала только после секса. Драко услышал стук каблуков, повернул голову в плохо освещённом проходе подземелий, но ему не хотелось зажигать палочку.
- Чёрт, я искала тебя, - послышался голос Пэнси, которая хмурилась, направляясь к нему. - Дежурство закончилось пятнадцать минут назад. Где грязнокровка? Её спрашивала старуха, она не нашла вас.
- Понятия не имею, я свалил от неё, как только мы начали патрулировать, - безразлично ответил Драко, не смотря на девушку и продолжая идти по коридору, - а потом сделал круг на обратном пути, чтобы проверить этажи, если она куда-то делась.
Сумка. Их могли найти по сумке Грейнджер, которая осталась в коридоре, когда он не выдержал и затащил её в уборную, прервав очередную попытку навести Протеевы чары. Похуй. У неё уже отлично получалось. Мысль о сумке скользнула в его голове, но потом он подумал, что если кто-то решит пройти мимо, он найдёт их не по сумке.
- Д-Драко... - Грейнджер запиналась, пока Малфой выуживал блузку из-под её юбки, грубым движением ладони сжимал грудь. - Учителя, они... тоже патрулируют сегодня, они...
Он прижал девушку к двери кабинки, почувствовав, как её кожа покрылась мурашками.
- Когда заканчивается патрулирование? - хрипло спросил Драко. И это не был вопрос, застрявший в сомнениях. Не то чтобы её ответ что-то изменил. Он едва ли смог бы остановиться.
- Минут десять, - выдохнула Гермиона, потянувшись к его губам.
Драко усмехнулся и толкнул дверь. Звонкий звук закрывшейся двери. Он сел, отклонившись на сливной бачок, и усадил Грейнджер к себе лицом.
- Тогда сегодня ты кончишь быстро, - утвердительно сказал Драко, когда она качнула бёдрами, издавая приятный звук.
- Хорошо, - пролепетала Грейнджер.
Он сжал её волосы на затылке, подвинул ближе к себе. Драко смотрел на неё, чувствуя, как по лицу расплывалось ехидство. Она уже ни хера не соображала.
- Хорошо? - он расстегнул ширинку, наполнив кабинку ещё несколькими лязгами металла, когда Гермиона задела ремень рукой, привставая.
- Да. Хорошо, - ответила она.
И ей было. Когда она вгоняла ногти в его шею, пока он поднимал бедра, заставляя её стонать, лепетать что-то о том, что ей больно, приятно, что-то вперемешку с его именем и изгибами спины, когда девушка приподнималась, делая то же самое с ним, резко садясь обратно.
- Ш-ш, - шептал ей Драко, прижимая рот гриффиндорки к плечу, пока она закусывала его кожу, хныча.
Ну же, пожалуйста. Его не хватало надолго. Он сжимал её щёки, отводил голову назад и заставлял смотреть себе в глаза. Как возбуждение затапливало зрачки Гермионы, даже в этом тусклом свете, едва проклевывающемся из-за деревьев, ветви которых застилали окна туалета; как она сдерживалась, двигаясь на его члене, пока он опускал руку ниже, сжимая ей горло. Чтобы она не кричала. Как она облизывала пальцы, прося что-то, проводила руками по его груди. Чёрт. Он хотел навсегда запомнить её такой.
- Выглядишь уставшим, - произнесла Пэнси не менее уставшим голосом.
Я трахался.
- День был херовым, - Драко провёл ладонью по лицу, понимая, что дрёма постепенно затапливала тело. - Вся неделя.
- Блейза не поймали, ты должен быть рад, - скосила на него взгляд Паркинсон.
- Понятия не имею, о чём ты.
- Брось, все знают, что это его рук дело, - фыркнула она, - но никто не хочет оказаться следующим, разгуливающим голышом по школе, - Пэнси закатила глаза.
Малфой молчал. Не было смысла это комментировать. Паркинсон была права: это то, что всегда делало Блейза частью того, от чего он отрекался. Частью таких, как все, кто носил похожие по статусу фамилии. Все знали, что это он. Догадывались. Но не было ничего, кроме косых взглядов в спину. Так это работало.
- Ты курил? - спросила Пэнси, заправляя волосы за ухо.
Она стала так много говорить с ним, как будто пыталась не потерять ту самую связь, выстраивала её личными вопросами, словами, разговорами. Тем, что раньше она заменяла трением, поцелуями, телом. И это было неплохо. Но по сути, никогда не было нужным.
- Это допрос? - он вздернул брови, повернувшись к Паркинсон.
- Джинн говорит, что от меня пахнет сигаретами каждый раз, когда я возвращаюсь с дежурства, - произнесла Грейнджер, всё ещё сидя у него на коленях, пока он запрокинул голову назад, выпуская дым.
- Мне не стоит курить рядом с тобой в закрытом помещении, - Драко сбросил пепел на пол и провёл другой рукой по её голым бедрам.
Кажется, это было его любимое выражение в последнее время. Ему не стоило. Но он продолжал делать. Ему не стоило подходить к ней ближе. Им не стоило быть. Не стоило заставлять её каждый раз проговаривать своё имя, записывая это на плёнку внутри головы, чтобы запечатать внутри сознания. Маленькая отсроченная пытка.
Наверняка её волосы пропитывались этим запахом. Но он всё ещё держал Грейнджер на своём теле, смотря на беспорядок волос и красные следы на шее. Драко провёл пальцем по ключицам девушки, зная, что это его снотворное. Доза успокоения. Каждая из этих секунд, пока он чувствовал тепло её тела, значила на пару секунд дольше сна. Сука, каким же эгоистичным ублюдком он был.
- Хочу твою рубашку, - внезапно сказала Гермиона, слегка потянув за воротник. - Футболка больше не пахнет как раньше.
- Я принесу тебе, - усмехнулся Драко, выдыхая дым ей в поцелуй. Ещё две минуты. И он её отпустит.
- Учителя снуют туда-сюда, тебя могли поймать, - пожала Пэнси плечами, плохо отыгрывая равнодушие к его грубости.
- Плевать. Не думаю, что...
- Мистер Малфой?
Драко прищурился, отворачиваясь от яркого света палочки, упавшего на них и светящего прямо в глаза. Кто-то должен научить людей направлять ебаное древко вверх при использовании этого заклинания.
- Добрый вечер, профессор, - Пэнси вышла из-за его спины, прилежно здороваясь с деканом своего факультета.
- Ваше дежурство окончено? - Снейп перевёл взгляд от одного студента к другому, задавая вопрос, ответ на который был очевиден. - Мисс Паркинсон, доброй ночи, я задержу Драко на пару слов.
Пэнси кивнула и поцокала каблуками, которые, впрочем, скоро стали не слышны: до гостиной оставалась всего пара шагов.
Малфой едва слышно вздохнул. Только, блять, не это. Всё, что ему нужно было, это упасть в постель. Его тело всё ещё чувствовало приятную расслабленность, и чёрта с два он стал бы тратить время на ночные разговоры. Он мог поклясться, у Снейпа был какой-то диковатый фетиш.
- За время, пока я отсутствовал, накопилось много новостей, - начал зельевар издалека, говоря с чёткой расстановкой и явно показывая, что эта фраза не более, чем попытка натолкнуть Малфоя на разговор.
- Ничего существенного не пропустили, можете не волноваться, - невинно ответил Драко так, как будто существовала вселенная, где после отсутствия Снейп искал его, чтобы тот пересказал ему самые сочные из школьных слушков. Вряд ли зельевара интересовало то, что Браун опять начала трахаться с Уизли. Малфоя бесило, что волей разговоров девчонок за завтраком он вообще обладал этой информацией.
Снейп сжал губы, и его лицо дёрнулось в едва различимом раздражении.
- Я хочу услышать о прецеденте, который случился с ученицами Когтеврана, - строго потребовал декан.
Драко краем глаза успел заметить, что Снейп не выглядел отдохнувшим. Конечно, на пороге войны едва ли он пропал на пару недель, сместив расписания студентов, чтобы отправиться в отпуск, но всё же.
- Я полагал, что об этом нужно спрашивать у учеников Когтеврана, а не у меня.
- Да, но знаете, мистер Малфой, земля слухами полнится, - Снейп сделал акцент на каждом отдельном слове, подходя ближе.
- Доверять слухам - дурной тон, профессор, - Драко поднял на него глаза, выдерживая взгляд профессора.
Если Снейп рассчитывал, что он бросится раскаиваться после пары давящих фраз, ему стоило поприсутствовать на одной из его тренировок. Язвительность плескалась в нём, и Драко ничего не мог с этим поделать. Едва ли старался, на самом деле.
Снейп щёлкнул челюстью и поправил воротник мантии, переводя дыхание.
- На следующей неделе свободный для посещения день, и ваш отец сказал, что Нарцисса вас навестит.
Это была первая настоящая эмоция на лице у Драко - удивление.
- Он настоятельно советовал вести себя подобающе, - Снейп направил огонёк палочки чуть ниже, - и иметь приличный вид. Ради всего святого, избавьтесь от следов косметики на своей одежде, - отрезал Снейп.
Малфой провёл рукой по рубашке. Тушь Грейнджер была размазана, когда они прощались, наверняка её остатки осели где-то рядом с плечами на ткани его формы.
- Извините, не рассчитывал на светский приём в полпервого ночи, - ощетинился Драко.
- И вы обязаны вернуться в Мэнор на зимние праздники. Это не обсуждается.
На какую-то секунду Драко показалось, что Снейп только что выдумал это правило, чтобы наказать его за дерзость. Но очевидно, это была глупость. Почти так же очевидно, что ему не дадут вздохнуть. Но жаль, что его настроение не становилось менее дерьмовым от очевидности этих новостей.
- Блеск, - буркнул он, поправляя волосы. - Я могу?..
Внезапно Снейп сжал руку за запястье Драко, направляя свет прямо на тыльную сторону левой ладони. Блять.
- Что это? - строго спросил профессор равно за секунду до того, как Малфой вырвал руку из его хватки.
Это его рассеянность. Алкоголь. Ярость. Возбуждение. Всё это подмывало концентрацию. И ещё Грейнджер. Он замечал, как его концентрация всегда смывалась рядом с ней. Как будто он мог позволить себе расслабиться. Потерять оборону. Почти. Драко не наложил маскирующие чары на себя, когда они вышли из туалета, и теперь осталось надеяться, что Снейп не успел прочитать фразу на его руке, которая почти зарубцевалась.
- Вы отбывали наказание у профессора Амбридж? - у Снейпа получалось прятать ярость почти так же херово, как у Паркинсон слёзы.
- Это было единожды и больше не повторится, - ответил Драко ровно, но его равнодушие здесь не работало так чисто.
- Это помешало вам выиграть квиддичный матч? - догадался учитель, всё ещё смотря на него в упор. Снейп искал признаки лжи. И нашёл бы, наверное. Точно нашёл бы, если бы Драко не был так искусен в обманах. Даже себе. - Если один из игроков имеет травму, препятствующую равному состязанию, исход игры аннулируется.
Драко засунул обе руки в карманы, никак это не комментируя.
- Чем вы думали, когда начали перечить профессору Амбридж? - задал вопрос зельевар, интонационно разделяя каждое слово, как будто сбрасывая кирпичные глыбы на голову крестнику.
- Это была глупость. И она больше не повторится. Я могу идти? - спросил Драко, поднимая брови.
- Идите, - бросил профессор, словно ругательство. Драко развернулся, наконец пряча лицо в темноте сырого коридора и чувствуя, как взгляд Снейпа сверлил его лопатки, постепенно черпая удобрение с его реакций для своих сомнений.