Изгой

Пребывание Гермионы в Хогвартсе затянулось, она проштудировала все, напрямую или косвенно связанные с Маховиками времени, книги, но так ничего и не нашла. Теперь которую ночь подряд она проводила над изучением дневников различных изобретателей, которые нередко в своей практике использовали данный артефакт. Процесс шёл гораздо медленнее, чем она рассчитывала, разбирать рукописные записи на старых пергаментах было весьма непросто. А работать ночью при свете люмоса или библиотечного фонаря - то ещё удовольствие.

Минерва МакГонагалл старалась не смущать и без того расстроенную девушку, время от времени наблюдая за ней исподтишка, не задавала вопросов. Хотя видеть свою любимую студентку в таком состоянии было для неё пыткой, и каждый раз, когда Гермиона тёрла уставшие глаза, разминала шею или разочарованно вздыхала, откладывая очередную прочитанную книгу, волшебница порывалась выйти из своего укрытия и положить конец этим мучениям. Но ей оставалось лишь терпеливо ждать.

*

Сложив последний пергамент и отложив его в общую стопку, девушка сокрушённо вздохнула. Всё. Это были последние записи, которые могли быть хоть как-то связаны с использованием Маховика времени. Она перерыла всю библиотеку Хогвартса. Это уму непостижимо, впервые здесь она не нашла ответа на свой вопрос. Конечно, существовало огромное множество других библиотек во всех концах света и частных коллекций, в которых наверняка ещё имеются подобные труды. Но искать их уже не имело никакого смысла, Гермиона совершенно чётко отследила принцип использования артефакта, и это не зависело от величия имени того, кто его применял. Никому и в голову не приходило использовать его, изменив саму природу действия. Или же то, что она замышляла провернуть, попросту невозможно.

Вернув пергаменты на свои места, Гермиона закрыла за собой двери Запретной секции и взглянула на часы. Шестой час, ей пора бы вернуться в свою комнату и отдохнуть. Тихо ступая по каменному полу, она вышла из библиотеки и остановилась у окна. Луна ярко освещала близлежащие территории, предрассветные часы были холодными, по земле стелился туман. Спать ей не хотелось, она чувствовала лишь опустошённость.

- Не стоит так сокрушаться, Гермиона, - девушка обернулась на звук спокойного голоса и увидела профессора МакГонагалл всего в паре шагов от себя. - Возможно, записей нет, потому что никому доселе не удавалось это сделать. Однако во все времена были и будут появляться первооткрыватели. Возможно, настал твой черёд? - волшебница подошла к ней ещё ближе, с заботой вглядываясь в её лицо. - Сфера моей деятельности совсем иная, вряд ли я смогу помочь тебе. Но это точно сможет, - она вложила в её ладонь маленький фиал с зельем цвета расплавленного золота.

- Феликс Фелицис? - от долгого молчания голос девушки охрип, она прокашлялась. - Но это не совсем правильно, удача не может помочь там, где не справился разум.

- Моя дорогая, ты ещё так юна, - профессор погладила её по плечу. - Зачастую именно удача решает исход. Доверься инстинктам, иного пути осуществить задуманное может и не оказаться.

- Вы поняли? - у Гермионы едва не подкосились ноги.

- К сожалению, да.

- К сожалению? - девушка во все глаза смотрела на директора.

- Именно, - вздохнула профессор МакГонагалл. - Если тебе удастся перенос, может так статься, что мы больше не увидимся, - она пресекла её попытку вставить хоть слово взмахом руки и продолжила говорить. - Я не представляю, каково тебе сейчас, Гермиона. По сути, ты отказываешься от всей своей настоящей жизни. Многие связи будут утеряны, есть большая вероятность, что ты окажешься в ещё более шатком статусе, нежели сейчас. Но всё же это лучше, чем бездействовать, - тон её ожесточился, лицо посерьёзнело. - Это лучше, чем смириться и признать их правоту. Нет уж, увольте, моя лучшая ученица не будет писать мемуары о войне и довольствоваться их грязными подачками!

Волшебница напряжённо дышала, повисла звенящая тишина. Гермиона не могла вымолвить ни слова, сжимая в кулаке флакон с жидкой удачей. За окном начал заниматься рассвет, тени становились более зыбкими, свежий ветер разгонял казавшийся таким плотным туман. Поддавшись порыву, девушка обняла директора и, чувствуя, как сердце до краёв наполняется тоской и любовью к этой женщине, прошептала:

- Спасибо Вам за всё, профессор МакГонагалл. Если бы Вы в итоге были единственной, кого я смогла бы встретить там по прибытии, клянусь, мне этого было бы достаточно.

Минерва МакГонагалл взглянула в глаза своей ученицы и ласково потрепала её по щеке.

- Надеюсь, ты сможешь встретить всех, кто тебе дорог. А сейчас, - директриса ухватила её за запястье и настойчиво потянула в сторону комнаты, ставшей на время её убежищем. - Собирай вещи, жду тебя в своём кабинете через час. Я открою для тебя камин, можешь сразу перенестись в Косой переулок. Не стоит откладывать возвращение. И, Гермиона, - добавила она самым проникновенным голосом, когда они оказались у двери. - Всё получится, дорогая. Я верю в тебя.

*

Уже был полдень, а девушка так и сидела в оцепенении за столом в своей квартире в Лондоне, рассматривая лежащие перед ней предметы - Маховик времени и флакон с зельем, и не могла ни на что решиться. Боже, как же глупо. Проделать такой путь, не имея ни малейшей зацепки, и замереть в нерешительности, когда появилась возможность действовать.

Было так страшно потерять всё, что она имела сейчас. И, в принципе, её ситуация была не так уж плоха, многие в волшебном мире едва сводили концы с концами, а если ещё вспомнить эльфов-домовиков... Хватит! Гермиона решительно взяла и откупорила зелье.

У неё имелась достаточная сумма денег, она могла бы вообще уехать отсюда и путешествовать, забыв обо всём. Она могла бы начать новую трусливую жизнь.

И. Это была бы не она. Не Гермиона Грейнджер. И не теряя больше ни секунды, она одним глотком осушила фиал.

В её распоряжении имелось 5 часов. В голове всё вдруг прояснилось, ушли тревоги и сомнения, руки сами потянулись к блокноту с ручкой и принялись торопливо выводить пункты. Завершив с этим и бросив блокнот в сумку, она опрометью бросилась к котлу и поставила кипятиться воду, необходимо приготовить одно простецкое зелье. «В этом вся его прелесть. Как раз потому, что оно такое дурацкое». Живоглот тёрся у неё между ногами. Ах, да, верно. Она достала парочку чистых пергаментов и принялась строчить письма, краем глаза наблюдая за водой в котле. Дописав и отправив письма с совой, она ловко нарезала и добавила первую порцию ингредиентов в котёл. Перемешала, убавила газ и энергично прошлась по комнатам, взмахивая тут и там палочкой, вещи вылетали со своих мест и складывались ровными стопками и рядами в трансфигурированные коробки: книги, одежда, обувь, посуда, принадлежности, разная мелочёвка. Сработал внутренний таймер, она, пританцовывая, вернулась к котлу, перемешала содержимое и добавила следующую порцию ингредиентов. Осталось немного. Она подошла к городскому телефону и набрала номер.

- Добрый день! – бодро поздоровалась девушка. – Могу я встретиться с Вашим сотрудником в ближайший час? – она пожевала губу, слушая ответ на том конце. – Замечательно, мне подходит, я подъеду.

Она набрала следующий номер и замерла в ожидании.

- О, здравствуйте! – наконец, оживлённо воскликнула она. – Мне нужна машина через полтора часа. Большая. Да, всё верно, - покивала она, переминаясь с ноги на ногу. – Буду ждать.

Она продиктовала адрес, бросила трубку, шустро вернулась на кухню, накрошила последние необходимые компоненты и добавила их в темнеющее зелье. Перемешала в последний раз и выключила огонь. Теперь нужно дать ему остыть.

Живоглот требовательно мяукнул, с недоумением глядя на суетящуюся хозяйку и летающие вокруг предметы обихода. Она тут же наклонилась, доставая корм из уже полупустого шкафчика, насыпала полную миску и, поглаживая кота по голове, проговорила:

- Поживёшь у Гарри и Джинни, Глотик. Думаю, тебе понравится, - она опустилась на пол рядом с ним. - Джинни и так в последнее время видела тебя гораздо чаще, чем я. По крайней мере, будь я на твоём месте, то предпочла жить с ними, а не со мной, - нервно хохотнула она.

На сожаления не было времени, она поднялась на ноги и снова принялась обходить комнаты, порывисто завершая сборы вещей. Окинув взглядом вмиг ставшее неуютным жильё, она накинула верхнюю одежду, прихватила сумочку и вышла из квартиры.

*

Джинни Поттер, выросшую под одной крышей с близнецами Уизли, было сложно чем-либо удивить. И сейчас она обедала, опрометчиво вскрывая неожиданное письмо от подруги прямо за столом. Тыквенный сок пошёл у неё носом, стоило прочесть первый абзац, она ударила кулаком по столешнице, и откашливаясь, вскочила на ноги.

- Какого чёрта?!

Она схватила палочку и аппарировала прямо в гостиную Гермионы.

- Гермиона! - закричала она. – Какого чёрта?

Она огляделась, всюду упакованные вещи и никакого намёка на присутствие Гермионы.

- Ты дома? – на всякий случай громко спросила она.

Конечно же, нет. Всё ещё взбешённо дыша, Джинни опустилась в кресло. Что ж, она подождёт. А пока до конца дочитает письмо. Из кухни вальяжно вышел большой рыжий кот и, обойдя на своём пути коробки, запрыгнул ведьме на колени. Она машинально принялась гладить его, бегло просматривая ровные строчки.

Однако прочитав текст до конца, она ощутила, как сошёл на нет её запал, сердце заболело за подругу. И когда Гермиона вернулась домой, то застала в гостиной плачущую Джинни в обнимку с Живоглотом.

- Джинни, - позвала её девушка, сокращая расстояние между ними и присаживаясь на подлокотник кресла, в котором сидела Джинни.

- Ты серьёзно это сделаешь, да? – та подняла на неё покрасневшие глаза. – Ты уже делаешь, - вздохнула она, отпуская из рук кота и укладывая голову Гермионе на колено.

- Да, дорогая, я уже делаю, и времени совсем мало, - Гермиона нежно гладила её по волосам.

- Но почему всё должно быть именно так? - всхлипнула девушка и Гермиона ощутила, как намокла ткань её брюк. – А как же мы? Гарри, Рон, мама? – подруга цеплялась за неё руками, как маленькая.

- Вы есть друг у друга, а у меня нет никого. Здесь меня больше ничто не держит, - как могла, спокойнее произнесла Гермиона.

- Нет, не хочу это слышать, - Джинни упрямо замотала головой, крепко обнимая её, из последних сил не желая признать очевидное.

- Это очень важно для меня, пожалуйста, постарайся понять. Они бы не поняли, не отпустили.

Гермиона почти физически чувствовала, как истекает её время, и судорожно подбирала слова. Она понимала, что это может прозвучать жестоко, но такова правда. И Джинни признает её.

- У вас всё сложилось, и я бесконечно рада за вас. Но я не могу жить чужим счастьем, Джинни, я тоже хочу быть счастлива. Помоги мне обрести своё место в этом мире.

Повисла тишина.

Джинни медленно поднялась с её колена и отвернулась, вытирая лицо.

- Как пожелаешь, - безжизненным голосом ответила она.

У Гермионы не было времени сидеть без дела, она поспешила на кухню, перелила остывшее зелье во флакон сунула в карман, Маховик времени повесила на шею и спрятала под свитер.

Взмахом палочки она упаковала оставшиеся на кухне вещи и вернулась в гостиную. Как раз в этот момент раздался звонок в дверь, очевидно приехали грузчики. Джинни подхватила разлёгшегося неподалёку Живоглота на руки и наблюдала, как в квартиру вошли сразу трое мужчин в ярко-жёлтых рабочих комбинезонах и начали выносить коробки и мебель из квартиры. Гермиона приобняла её за плечи и повела в спальню.

- Пожалуйста, сделай для меня кое-что, - девушка доверительно посмотрела ей в глаза. – Продай эту квартиру. Бумаги в полном порядке, - поспешно добавила она, снимая с плеча сумку и протягивая её подруге. – Всё здесь. Все мои ценности и документы. Сохрани их, пожалуйста. При переносе я не смогу взять их с собой, не уверена, будут ли они в целостности.

Джинни молча кивнула, принимая сумочку, её потихоньку накрывало осознание происходящего. Сейчас они попрощаются. Грузчики зашли в комнату, забирая последние пожитки. Девушки прошли за ними в прихожую, Живоглот недовольно заворчал на руках у Джинни.

- На улице холодно, не провожай меня, - тихо проговорила Гермиона, не решаясь снова взглянуть на Джинни, чтобы не заплакать, и погладила кота. - Веди себя прилично, Глотик.

Она накинула на плечи плащ и достала из его кармана последнюю оставшуюся у неё вещь от этой жизни - ключ от дома.

- Возьми, - прошептала она, голос подвёл её.

Кот спрыгнул на пол, и Джинни крепко прижала её к себе.

- Великий Мерлин, пусть у тебя всё получится! – горячо заговорила подруга. – И когда мы встретимся вновь, то будем вместе смеяться над всем этим!

Она наблюдала из окна, как Гермиона села в грузовик, и спустя минуту тот скрылся из виду. Сдерживаться больше не было сил. Джинни обессиленно опустилась на пол пустой комнаты и горько расплакалась. В квартире всё ещё пахло Гермионой, у неё в руках была её зачарованная сумочка, а рядом сидел притихший кот. Но ощущение было такое, что они больше никогда не увидятся. Потому что Гермионы действительно скоро не станет.

Действие Феликса вот-вот должно было закончиться, и это безумно нервировало. Выпроводив из новой квартиры последнего грузчика, Гермиона захлопнула дверь и тут же достала зелье. Не волнуясь о дозировке, залпом выпила его, и потянулась к Маховику времени. «Только мощнейшее заклятие Конфундус могло его обмануть!» Если с Кубком Огня подействовало, почему бы не рискнуть? Она направила волшебную палочку на Маховик и, собрав внутри всю свою силу, желание и упорство, произнесла заклинание.

Маховик времени задрожал в её пальцах, он вдруг дёрнулся с шеи, но цепочка не пустила, и закрутился волчком, издавая свист и жуткий скрежет. Вспышка света! И он повис на её шее куском оплавившегося металла.

Гермиона заозиралась по сторонам. Всюду лежал толстый слой пыли, воздух совсем застоялся. Девушка закашлялась, проходя к окну и с трудом открывая створку. В лицо ударил порыв ледяного ветра. Она спрятала руки в карманы плаща и нащупала там маленькую пятиугольную коробочку. Ту самую, из Хогвартс-экспресса. Девушка с интересом открыла её, шоколадная лягушка была абсолютно неподвижна. Естественно, ведь магия, подпитывавшая её, давно иссякла.

Минуло 12 лет.