11
Драко проснулся от того, что жутко чесался нос. Одним из самых больших недостатков жизни в теле единорога было отсутствие пальцев. Он уже собрался по привычке почесаться о траву, когда чьи-то заботливые пальцы избавили парня от назойливого зуда. И самым необычным было то, что эти пальцы его слушались. Резко открыв глаза, парень посмотрел на свои... руки. Он лежал на земле и с немой радостью разглядывал свои ладони и голую грудь. Неужели у Грейнджер получилось, и она расколдовала его? Слизеринец попробовал встать и тут понял, что радость была преждевременной. Ниже пояса обнаружилось всё то же лошадиное тело. «Поздравляю, Малфой, тебя повысило до кентавра! Кстати о Грейнджер, где она?». Девушка обнаружилась под боком и недовольно завозилась, когда тёплое тело рядом куда-то исчезло. Аккуратно поднявшись, Малфой отошёл в сторону, немного путаясь в ногах. Как-никак появилось две лишних конечности. Парень внимательно осмотрелся вокруг, вспомнив вчерашнюю встречу со змеёй. Кажется, когда Мия отвлекла её, он смог полоснуть рогом по наглой рептилии, и та уползла прочь. Малфой прислушался к своим ощущениям. Всё было как обычно, но ведь он точно помнил, что нападавший успел укусить его. Возможно, волшебство единорога нейтрализовало яд. «Жаль, что рога больше нет, полезная была...» — Малфой оборвал мысль, так как к своему ужасу разглядел в отражении ручья небольшой рог у себя во лбу. Серебристый отросток был заметно меньше, чем у сказочного коня, но всё равно выглядел чужеродным объектом на лбу аристократа. «Отлично, просто прекрасно! Что следующее, копытца и шерсть на ногах? Ну, Грейнджер, ты у меня дождёшься благодарности, когда всё вспомнишь!». Драко вернулся к девушке и собрался разбудить её, когда она слегка вскрикнула во сне и дёрнула ногой. Туника задралась, и к своему ужасу кентавр увидел на бедре гриффиндорки след от укуса. Получалось, что змей успел укусить обоих, вот только у его спутницы не было иммунитета к яду. Необходимо было срочно предпринять что-то. Подбежав к девушке, Драко попробовал разбудить её, но она не реагировала. Яд начинал действовать. Малфой попытался сосредоточиться и вызвать магическую волну, чтобы залечить рану, но ничего не получилось. Тогда парень вспомнил маггловский способ, про который ему рассказывал кто-то из знакомых. Он наклонился к девушке и попытался высосать яд, парень не знал, что это помогает только в течение нескольких минут после укуса. За ночь ранка затянулась, поэтому всё, что Малфой ощутил губами, это тёплая кожа, пахнувшая лесными травами, и два небольших углубления от клыков змеи. В панике кентавр заметался по поляне, он не знал, что теперь делать, а девушка становилась всё бледнее. Посмотрев на ручей, парень вспомнил про рог. Это было последним шансом. Рог единорога славился небывалыми целебными свойствами, и, хоть парень и сменил облик, он надеялся, что волшебные качества не потеряли свою силу. Он схватил небольшой острый камень, лежавший неподалёку, и соскоблил на ладонь немного порошка. Серебристая пыль красиво переливалась на солнце, замерцав голубоватыми искрами. Это значило, что магия ещё сохранилась. Малфой подошёл к девушке и аккуратно ссыпал серебряную пыль на рану. Прошло несколько секунд, и Драко с облегчением заметил, как ранка начала бледнеть, а кожа девушки, наоборот, приобретать здоровый оттенок. Драко с облегчением вздохнул и сел на землю, неосознанно продолжая поглаживать ногу девушки. Гермиона начала приходить в себя. * * * Мия попыталась открыть глаза, но яркий свет помешал намерению девушки. Всё тело сковала слабость, и даже пошевелить рукой было трудно. Последние несколько часов у неё было ощущение, что кто-то хочет расплавить её тело. Было очень жарко и одновременно с этим холодно. На протяжении нескольких часов, показавшихся девушке вечностью, она видела обрывки воспоминаний и картин из прошлой жизни, о которой рассказывал единорог. Почему-то теперь Гермиона была чётко уверена, что это именно воспоминания, а не видения. Затем жар отступил, и гриффиндорка почувствовала чьи-то нежные прикосновения, которые прогоняли боль. Но когда чужие руки исчезли, боль вернулась с удвоенной силой. Гермиона чувствовала, как жизнь покидает тело, он неожиданно всё прекратилось. Ломота и жар исчезли, возвращая коже чувствительность, и девушка заметила, что кто-то снова гладит её по ноге. Ощущение было очень приятным, и Гермиона не торопилась прекратить его, пока не вспомнила о Драко. Ведь его тоже могли укусить. Распахнув глаза, гриффиндорка попыталась вскочить с места, нечаянно толкнув ногой своего невидимого лекаря. — Ау! Чёрт возьми, Грейнджер, ты каждый раз будешь бить меня, когда я спасаю тебе жизнь? — послышался сбоку обиженный голос. Обернувшись, девушка увидела рядом с собой светловолосого кентавра, потирающего плечо. Что-то в его облике показалось ей знакомым, но Гермиона не заострила на этом внимание и начала оглядываться по сторонам в поисках своего спутника. — Драко! Драко, ты где? Эй, ты тут единорога не видел? — обратилась она к кентавру. — Успокойся, Мия, это я! Я Драко! — заявил незнакомец и успокаивающе поднял руки. — Тебе нельзя так резко вскакивать, яд ещё не полностью выветрился из организма. — Ты?! Но как это возможно, ты же был единорогом, или это из-за змеи? Тебя укусили, ты пострадал? — девушка никак не могла успокоиться. Чувство тревоги не отпускало с того момента, как она открыла глаза. — Расслабься, Грейнджер. Ты помнишь, что произошло вчера? — Да, когда мы пришли сюда, то на тебя, то есть, на Драко напала змея, а потом... потом… — Потом она укусила меня и бросилась к тебе. Я не успел ничего сделать, когда ты отшвырнула её магией. Скорее всего, эта вспышка повлияла и на меня, наполовину расколдовав. Я же говорил, что ты сможешь сделать это, если сильно захочешь, — блондин улыбнулся, увидев, как из глаз девушки исчезает выражение. Какое-то время девушка молча рассматривала своего спутника. Если не считать магического артефакта во лбу, его лицо выглядело очень знакомым, она помнила эти серые глаза, изящные скулы и волосы редкого платинового оттенка. Пожалуй, именно глаза убедили девушку, что перед ней действительно проклятый принц. — Ну, убедилась? — спросил Драко, терпеливо дожидаясь, когда девушка закончит рассматривать его. — Как ты себя чувствуешь? Я надеюсь, что вовремя успел помочь тебе. — Нормально, только голова немного кружится, — Гермиона прислушалась к своим ощущениям, но кроме слабости девушку больше ничто не беспокоило. — А как ты смог нейтрализовать яд, ведь нас обоих укусили? — Я уже говорил тебе, что могу всё. Я же Малфой, — решил покривляться Драко. — Прекрати, я серьёзно. Этот способ может помочь нам в будущем, кто знает, что ждёт нас дальше. — Ладно, ладно. Мне, скорее всего, помогли способности единорога, так как после укуса я не сразу превратился. Твою рану я обнаружил утром и попытался высосать яд, но ничего не получилось. Услышав это, девушка покраснела, вспомнив приятные ощущения, которые дарили его руки. Она отвернулась, но Малфой всё-таки заметил это и самодовольно ухмыльнулся. — А потом я использовал крупинки со своего рога, ведь он является универсальным противоядием, почти как слёзы феникса. Гермиона посмотрела на лоб парня и аккуратно дотронулась до рога. — Интересно, почему он не исчез? Хотя это оказалось очень кстати. — Это я у тебя хочу спросить, ты же меня расколдовывала. Почему бы тебе не попробовать повторить попытку. Если получится, то не нужно будет идти к озеру. — Нет, я не смогу. Я плохо себя чувствую, к тому же ночью я испугалась за тебя и... — Испугалась за меня? — подмигнул слизеринец. — Я польщён. — Не обольщайся, — парировала девушка. — Просто если бы тебя убили, то мне пришлось бы отчитываться перед Дамбом, а я дала слово, что спасу тебя. Малфой фыркнул, но ничего не сказал. Он поднялся на ноги и подошёл к дереву, на котором вчера они оставили несколько плодов, подвешенных в сумке. Разделив завтрак пополам, молодые люди молча поели, запив сладкие плоды родниковой водой из фляги. — Если ты готова, то нам нужно отправляться. Сама идти сможешь? — Драко внимательно посмотрела на девушку, которая была ещё немного бледной. — Кажется, могу. Только давай пойдём помедленнее. — Отлично, а то я уж испугался, что придётся везти тебя на себе. — Расслабься, Малфой, я никогда не собиралась играть с тобой в наездницу, — ответила девушка, собирая оставшиеся плоды. — Правда? Знаешь, если бы ты хорошо попросила, то я не был бы сильно против. Что-то в его тоне показалось девушке странным, и она оглянулась. Только увидев ехидную улыбку парня, девушка осознала всю двусмысленность фразы. — Малфой! Я ничего такого не имела в виду! — возмутилась Гермиона и покраснела. — О чём ты, Грейнджер? — слизеринец продолжал дразнить девушку. Всё это было так похоже на их перепалки на Гриммо, что останавливаться не хотелось. — Иди к чёрту, принц! Вот возьму и не пойду больше никуда, — девушка обиженно села на траву. — Уйду к Абраксу, а ты сиди тут один! С чего ты вообще взял, что вода из озера поможет тебе? Вдруг вместо кентавра русалкой станешь? Мне кажется, тебе пойдёт хвост, — представив себе такую картину, девушка заливисто рассмеялась, а вот Малфою было не до веселья. Он понял, что Мия опять затмевает сознание Грейнджер. Если девушка не будет верить в силу озера, то не видать ему нормального облика, как своих ушей. — Хорошо, я прошу прощения. А теперь нам и правда надо идти. Змея может вернуться, а мы ещё слишком слабы, чтобы колдовать. Услышав про ночного визитёра, девушка посерьёзнела. У неё бела цель, и она должна добраться до неё, как бы весело не было выводить из себя напыщенного аристократа. Путешественники покинули поляну и отправились дальше по тропинке, внимательно осматривая окрестности. Шли молча, поэтому у Гермионы было время подумать о том, что она видела ночью. Образы из прошлого настойчиво преследовали девушку. Сосредоточившись на одном из воспоминаний, она узнала Драко, только там он оказался человеком и разговаривал с черноволосым парнем в очках, которого девушка тоже узнала. Точнее, поняла, что знает, но кто это вспомнить так и не смогла. Драко также молча шёл рядом. Он видел, что девушка задумалась о чём-то, и не хотел отвлекать её, боясь вновь вызвать Мию на первый план. Они шли несколько часов, и парень подумал, что не помешает сделать привал, так как Гермиона уже еле передвигала ноги. — Скажи, Драко, а мы когда-нибудь были в старом доме со скрипучей лестницей? — девушка остановилась и внимательно посмотрела на спутника. — Там ещё был странный портрет, и возле него ваза с отколотой ручкой. Малфой неверяще замер. Гриффиндорка только что описала интерьер коридора на Гриммо. — Да. Это дом твоего друга, Поттера. Ты помнишь его, Гермиона? — Вроде бы. У него ещё был шр... О, смотри, какая красота! — девушка замолчала на полуслове и побежала куда-то в сторону. — Эй, Грейнджер, стой! Куда тебя... НЕТ! СТОЙ! — то, что кентавр увидел перед собой, заставило волосы на голове встать дыбом.