Глава 6. Первая влюблённость
Michael Kiwanuka — Solid Ground
Гермиона стояла в душе и смывала с себя все воспоминания о вчерашнем дне и ночи, тщательно натирая кожу до красна.
Выйдя из душевой кабинки, она замоталась в полотенце и подошла к раковине. Над ней висело зеркало. Гермиона протёрла его от конденсата и посмотрела в отражение своих пустых глаз.
Это были глаза человека, который осознал, что значит убить кого-то.
Она успокаивала себя словами Снейпа: Сивый был убийцей и мог отнять не одну жизнь.
Отвернувшись от зеркала, Гермиона взяла палочку и высушила волосы, затем собрала их в хвост и направилась собираться.
За окном дома уже начинался рассвет.
Она очистила одежду, в которой была вчера, и положила её в чемодан, зачарованный незримым расширением.
Найдя первые попавшиеся брюки и рубашку, Гермиона не спеша оделась, затем уменьшила чемодан и убрала его в карман.
Спустившись в гостиную, она взяла со стола пергамент и перо. Написав: «Спасибо за всё», Гермиона наложила на себя дезиллюминационные чары и трансгрессировала.
***
Переместившись в Ноттинг-Хилл, Гермиона оказалась в Кенсингтон Парк Гарденс, где с самого раннего утра было довольно оживлённо.
Она спряталась за зарослями деревьев, оглядываясь по сторонам, и сняла с себя чары. Затем вышла обратно на оживлённую улицу.
Посмотрев на документы в руках, Гермиона поняла, что дом номер девятнадцать находится на Денби Террас.
Она шла вдоль больших светлых домов и припаркованных машин. Люди спешили по своим делам.
Гермиона рассматривала витрины магазинов и кафе, которые встречались ей по дороге. Яркие краски зданий привлекали взгляд.
Увидев табличку с надписью «Денби Террас», девушка свернула на небольшую улочку. С одной стороны за большими зелёными деревьями виднелись кирпичные дома, с другой — разноцветные.
Подойдя к трёхэтажному серому дому с цифрой девятнадцать, она обрадовалась, что это не ярко-розовый соседний дом.
Она открыла дверь и вошла внутрь.
«Я дома», — пронеслось у неё в голове.
Не откладывая, Гермиона сразу начала накладывать защитные заклинания: заглушающие и отталкивающие чары Фиделиуса.
Закончив, она осмотрелась.
Первый этаж представлял собой большую светлую гостиную, совмещённую с кухней.
Вся мебель и техника были новыми.
На стене висел телевизор, под ним стоял белый камин. Рядом стоял велюровый диван цвета бирюзы и два кресла того же оттенка, расположенные вокруг стеклянного столика.
Кухню отделяла длинная столешница из белого камня с высокими стульями вдоль неё.
На столешнице лежала записка.
Гермиона положила на столешницу документы с ключами и взяла бумагу, на которой маминым почерком было написано:
«Наша дорогая и любимая дочь, надеемся, ты не будешь злиться, что мы похозяйничали тут без тебя. Нам хотелось, чтобы ты не утруждала себя ремонтом и покупкой мебели.
Если что-то не понравится, ты всегда сможешь заменить это. Нам было приятно сделать это для тебя.
С любовью, твои родители.
P.S. Если мы сейчас рядом, мы готовы выслушать все твои недовольства или увидеть твою улыбку.»
Рука, в которой девушка держала записку, затряслась. Она прижала её к груди, сдерживая слёзы.
— Мама, папа, мне всё очень нравится, спасибо вам, — тихо проговорила Гермиона.
Подойдя к большому холодильнику с магнитной доской для записей, девушка повесила записку по центру. Отойдя, она осмотрела современную и красивую кухню и направилась к лестнице.
На втором этаже Гермиону встретил коридор с тремя дверями.
Открыв одну из них, она увидела комнату, напоминавшую гостевую у Снейпа. Кровать, шкаф, стол, стул и дверь в ванную. Вторая комната была похожа на первую. Третья дверь вела в кабинет.
Там стоял резной дубовый стол, высокий мягкий стул и множество стеллажей для книг.
Закрыв дверь, Гермиона поднялась на третий этаж, где была одна дверь.
Открыв её, она оказалась в своей будущей спальне.
Третий этаж был мансардным, а окна располагались в крыше. Из них открывался красивый вид на кроны деревьев и небо.
В спальне стояла широкая, мягкая кровать с балдахином, напоминавшая ей кровать в Хогвартсе. У выхода на небольшой балкончик стояла миниатюрная мягкая банкетка, а у стены — туалетный столик с высоким зеркалом и пуфиком.
Напротив кровати была дверь в ванную комнату.
Ванная была оформлена в бело-графитовых тонах.
Пол выложен серой плиткой, в углу стояла большая угловая ванна под мансардным окном, а в другом углу располагалась стеклянная душевая кабина.
Гермиона сразу направилась к ванне и включила воду, чтобы наполнить её.
Выйдя из ванной, она вытащила из кармана чемодан, увеличила его размеры и подошла к деревянным дверям во всю стену, за которыми, скорее всего, был шкаф.
Открыв их, она вздохнула от удивления.
Это была гардеробная комната с множеством вешалок и ящичков. Поставив чемодан в середине гардеробной, девушка поняла, что сейчас не готова его разбирать.
Вернувшись в ванную, она открыла шкафчик напротив раковины и увидела стопки полотенец и ванные принадлежности: её любимую мятную зубную пасту, шампунь и гель для душа.
Гермиона прикрыла глаза и глубоко вздохнула.
Дом был наполнен любовью и заботой родителей. Даже мелочи, как ванные принадлежности, были продуманы для любимой дочери.
Она облокотилась лбом о дверцу шкафчика.
— Они столько сделали для меня, а я... — прошептала она. — Наложила непростительное на родителей... Что же я за дочь такая?
Ненависть к себе начала давить на грудь, наполняя тьмой.
В голове прозвучал голос Снейпа:
«Ты спасла своих родителей. Ты выбрала для них лучший вариант. Они далеко отсюда, вдали от войны, которая могла бы настигнуть их в любой момент. Они живы благодаря любящей дочери».
— Я спасла их, я всё сделала правильно, — сказала Гермиона, открыв глаза. Она взяла всё необходимое из шкафчика и закрыла его.
Раздевшись и сложив вещи на небольшую банкетку у ванной, она залезла в воду и выключила кран.
Она всегда любила воду.
В детстве мама называла её Рыбкой, когда та долго сидела в ванной.
Погрузившись в воду так, чтобы на поверхности было только лицо, Гермиона посмотрела на большое окно сверху.
Осмотр дома занял больше времени, чем она ожидала. Видя розовато-красные облака на небе, она задумалась, что делать дальше. Гермиона могла бы провести все каникулы в уютном гнёздышке, которое сделали для неё родители, а потом вернуться в Хогвартс и уже там решать, как помочь Гарри и справиться с войной. Но ей казалось, что время ускоряется, и действовать нужно сейчас, пока не стало слишком поздно.
Она выстраивала план в голове:
«Мне нужна сова, чтобы связаться или лучше встретиться с Гарри и Роном. Но сначала надо убедиться в полном контроле эмоций и чётко объяснить причину моего отсутствия на реабилитации».
Она писала им пару раз, описывая лишь общие черты пребывания в Мунго. Тогда всё её внимание было сосредоточено на учёбе.
Смотря на темнеющее небо и мирно плывущие облака, Гермиона чувствовала спокойствие.
Когда вода остыла, она вышла из ванной, обмоталась полотенцем и прошла с мокрой головой в спальню. Там оставила открытыми двери гардеробной и, зайдя внутрь, ещё раз удивилась её размерам.
Открыв чемодан и перебирая вещи, она заметила пару нарядов в углу.
Подойдя к вешалкам, на которых висело четыре платья, Гермиона увидела на первом стикер с почерком мамы:
«Гермиона, милая, я взяла на себя смелость купить тебе несколько платьев. Помню, как ты их не любишь, ведь весь твой гардероб состоит из «практичных» брюк и джинсов, если не считать школьную форму, мантии и платье на бал. Ты всегда была очень красивой, а теперь, когда ты взрослая, хочу, чтобы ты понимала: женственность — одно из оружий красивой девушки. Понимаю, что в школе у вас не так много мероприятий, куда можно надеть платья, но сейчас ты здесь, и многие молодые люди часто посещают вечеринки и развлекательные места. Прошу тебя, дочка, не отказывайся от моих подарков и ради меня сходи куда-нибудь развеяться. Сколько можно сидеть за книгами и учёбой?
Не пропускай этот прекрасный период.
P.S. Туфли в ящике снизу, вместе с сумками. Косметика в тумбочке туалетного столика. Ты же умеешь краситься? Меня ты никогда не просила научить (грустная рожица).»
Увидев вопрос про косметику и кривой рисунок мамы, уголки губ Гермионы растянулись в грустную улыбку.
«Вроде обычные вещи, но я действительно никогда не просила маму научить меня краситься. Обычно дочки просят у мамы совет или помощь собраться на первую дискотеку или вечеринку, а у меня такого не было. Я так много упустила», — с грустью подумала она, взяв в руки чёрное платье со стикером.
Бережно сняв стикер, Гермиона выбрала подходящее чёрное нижнее бельё и достала из ящика туфли и сумку-клатч.
Выйдя в спальню, она положила стикер на туалетный столик, а вещи — на кровать. Сняв полотенце, она начала одеваться.
Через несколько минут девушка подошла к зеркалу.
Платье оказалось очень женственным.
Рукава были из тонкой прозрачной сетки, глубокое декольте подчёркивало верхнюю часть груди, платье облегало подтянутую фигуру, заканчивалось на середине бедра и имело небольшой разрез сбоку, подчёркивающий худые ноги. Небольшие каблуки визуально делали её выше.
Сев за туалетный столик, Гермиона посмотрела на бледное лицо и несколько шрамов над грудью.
Она открыла тумбочку и осмотрела косметику. Конечно, могла бы наложить чары гламура, но не хотела, чтобы старания мамы пропали зря.
Взяв тональный крем и пудру, девушка нанесла немного на лицо и зону декольте, тщательно распределила и закрепила пудрой, как когда-то учила Джинни, раздобыв магловскую косметику.
Использовала немного туши и чёрной подводки, а образ завершила красной помадой. Посмотрев на волосы, Гермиона поняла, что без магии не обойтись.
Высушив и выпрямив вьющиеся волосы, она посмотрела на своё отражение.
Перед ней стояла пепельно-русая блондинка с прямыми гладкими волосами, ярко выделенными глазами и пухлыми красными губами в обтягивающем платье.
«И зачем я нарядилась?» — подумала Гермиона, глядя в зеркало.
Собираясь снять туфли, она вновь взглянула на слова мамы:
«Прошу тебя, дочка, не отказывайся от моих подарков и ради меня сходи куда-нибудь развеяться. Сколько можно сидеть за книгами и учёбой?»
Даже обучаясь у Снейпа, девушка проводила всё время за тренировками и книгами.
У неё не было ни одного дня, когда она чувствовала себя обычной красивой девушкой. Даже бал, на котором Виктор Крам ухаживал за ней, был омрачён турниром трёх волшебников, поведением Рона и её слезами.
Решительно встала с пуфика, взяла палочку, сумку и наличные деньги. Застучав каблуками, она направилась к выходу и захватила ключи.
Время приближалось к полуночи. Гермиона вышла на одну из главных улиц Ноттинг-Хилл Гейт, где даже в такое позднее время было многолюдно из-за магазинов, ресторанов и баров.
Обведя взглядом яркие вывески с доносящейся музыкой, её внимание привлёк двухэтажный клуб-бар с вывеской «The Right Way».
«Правильный путь», — пронеслось у неё в голове. Натянув улыбку, Гермиона вошла внутрь.
На первом этаже располагался бар, вокруг которого сидело много людей. В дальнем углу стоял бильярдный стол, чуть левее — небольшой танцпол. Сверху доносились звуки энергичной музыки.
Найдя место недалеко от входа, она села за стойку. Это сразу привлекло внимание части мужчин и бармена.
Молодой темноволосый мужчина с красивыми чертами лица и белоснежной улыбкой подошёл к ней с бутылкой алкоголя.
— Привет, красотка, чего хочешь? Коктейль? Кстати, я Джим, — сказал бармен с улыбкой, ставя бутылку на стойку.
Гермиона не очень любила алкоголь. Пару раз с родителями пила вино, с друзьями — сливочное пиво. На этом её опыт заканчивался.
— Привет, Джим, — с приклеенной улыбкой ответила она. — Что порекомендуешь?
— А что тебе нравится, куколка?
— Может, что-то сливочное, — предложила Гермиона.
— Минуту, — он повернулся и начал смешивать напитки.
Через пару минут перед ней поставили бокал с соломинкой, цветом напоминавший сливочное пиво.
— Что это? — спросила она, переводя взгляд на бармена.
— Сливочный виски, мой фирменный. Девушкам нравится из-за сахарного сиропа и шоколада. Попробуй, — мило улыбнулся Джим.
Гермиона сделала пару глотков через соломинку. Почувствовала лишь слегка терпкий вкус.
— Тебе не понравилось? — обеспокоенно спросил бармен.
— Нет, очень вкусно, просто для меня немного слабовато. Можно чистый виски?
— Ох, куколка, вижу, ты не из слабеньких. Одну минуту, — взяв бутылку, он налил янтарную жидкость в стакан и поставил перед ней.
Гермиона сделала пару глотков. Теплота приятно окутала горло и стекла вниз.
Поставив стакан на стол, она искренне улыбнулась.
— Вот это то, что нужно. Спасибо, Джим.
— А как зовут эту красотку? — спросил он, глядя в разноцветные глаза.
Гермиона сделала ещё глоток и ответила с притворным кашлем:
— Гер... Гертруда.
— Красивое имя, Гертруда. Ты одна здесь?
— Я... — начала она, но высокий голос мужчины с другого конца стойки перебил её.
— Эй, бармен!
Джим улыбнулся Гермионе и сказал:
— Работа зовёт, но я скоро вернусь.
Гермиона сосредоточилась на виски и тепле, растекающемся по телу.
***
Earth Not Above — HÆLOS
Драко больше не мог оставаться в своём поместье.
Оно было пропитано тьмой, страданиями, криками и страхом.
Вечером, когда Тёмный Лорд и его тётка Беллатриса исчезли по своим делам, сообщив об этом Пожирателям, которые тоже вскоре ушли, Драко извинился перед матерью и сказал, что пойдёт к друзьям отмечать приближающийся день рождения.
Выйдя из поместья, он не знал, куда направиться.
Он считал близкими только двух друзей.
Первый — Теодор Нотт, но его отец был Пожирателем, а Драко хотел отдохнуть от всего этого и хоть немного забыть, кем стал.
Второй — Блейз Забини, но, как он знал, тот сейчас был с матерью у её нового ухажёра в Италии.
После того, как отца посадили в Азкабан, на Драко смотрели косо.
Стоя у ворот, он хотел лишь одного — хоть на один день почувствовать себя обычным человеком.
От этой мысли он усмехнулся:
«Там меня точно не знают».
Он трансгрессировал и появился у Кенсингтонского дворца.
В детстве, тайно от Люциуса, мать показывала ему магловский мир и интересные достопримечательности Лондона.
Этот дворец он запомнил лучше всего, потому что он напоминал их поместье.
Драко не знал, куда идти, поэтому брёл по улице, наблюдая за прохожими.
Часы на одном из зданий показывали час ночи. Значит, сегодня наступил его восемнадцатый день рождения — совсем не такой, каким он его представлял, и точно не с таким подарком, каким его наградили.
Он почувствовал, как защипала тёмная метка под рукавом пиджака.
«Напиться. Мне надо напиться», — подумал он, высматривая вывески на зданиях.
Его внимание привлекло название бара «The Right Way».
— Отлично, — решительно сказал Драко и вошёл внутрь.
Он оглядел бар и направился к свободному стулу у стойки рядом с входом.
Рядом стоял пустой стул, а на стойке лежали три пустых стакана от виски.
Бармен подошёл к нему с полным стаканом виски и поставил его на место пустых, забирая стаканы.
— Привет, что будешь пить? — спросил он.
Драко слегка напрягся от такого лёгкого обращения.
— Виски, пожалуйста.
— Секунду, — взял бутылку и поставил перед ним чистый стакан, аккуратно наливая.
— Спасибо, — ответил Драко, делая глоток.
Допив стакан, он попросил налить ещё, когда услышал громкий голос мужчины чуть поодаль:
— Эй, цыпочка, куда пошла? Потанцуй со мной! — и последовал шлепок по ягодицам девушки, стоявшей к нему спиной.
Драко провёл взглядом по её красивым светлым волосам и очертаниям фигуры в чёрном коротком платье, подчёркивающем ягодицы и длинные худые ноги.
Он увидел, как девушка напрягла руку, и её кулак попал мужчине в нос. Раздался хруст, и у Драко появилось чувство дежавю.
Мужчина схватился за окровавленный нос и злобно прошипел:
— Ах ты, сучка, ты сломала мне нос!
Драко уловил недобрые нотки в голосе и, сам не понимая, как, уже стоял между ними, сильно сжимая руку мужчины.
— Не стоит так обращаться с леди, — спокойно сказал он, не ослабляя хватки и злобно глядя в испуганные глаза.
Затем откинул руку мужчины, отряхнулся и тихо добавил:
— Свали, пока не сломал руку.
Мужчина быстро направился к двери.
Поправив пиджак, он повернулся к девушке и произнёс:
— Прошу прощения, я... — слова вылетели из головы, когда он увидел лицо той, которую тайно высматривал все годы учёбы.
— Грейнджер? — с сомнением спросил Драко, глядя в её изменившиеся глаза и цвет волос.
Гермиона чувствовала веселье от выпитого алкоголя, до момента с мужчиной, после которого проснулась её внутренняя тьма. Теперь, глядя на удивлённое лицо Драко в магловском баре, который пытался её защитить, её поразила комичность ситуации, и она засмеялась, видя расширяющиеся глаза Малфоя.
— Эй, Гертруда, ты в порядке? Мне вызвать охрану? — прокричал бармен из-за стойки.
— Нет, Джим, всё в порядке, — успокоила его девушка.
Продолжая смотреть с сомнением на Гермиону, Драко сказал:
— Наверное, я ошибся.
Девушка с искорками в глазах наклонилась к уху Малфоя, слегка коснувшись губами его кожи. Он почувствовал запах виски и персика, пока она тихо шептала:
— Явно не в выборе бара, Малфой.
И направилась к своему стулу за стойкой, перед которым стоял стакан виски.
Пять лет назад
Сентябрь
— Гермиона Грейнджер, — прогремел голос Дамблдора.
Драко сидел в шумной и весёлой компании за столом Слизерина. Он наблюдал, как миниатюрная девочка с волнением встала из-за стола ещё не распределённых первокурсников. Она откинула копну вьющихся волос и направилась к подиуму, где её с улыбкой и шляпой в руках ждала профессор Макгонагалл.
— Грейнджер, — медленно произнёс Драко, переводя взгляд с девушки на Теодора и Блейза, сидящих напротив, и на Крэбба с Гойлом по бокам. — Раньше я не слышал эту фамилию. А вы?
Блейз прыснул.
— Дружище, до тебя информация доходит слишком медленно. Я сразу, как попал в школу, разузнал обо всех симпатичных девчонках, — его губы растянулись в мечтательную улыбку. — Но эта точно не наш вариант.
Драко посмотрел на девочку, которая сидела на высоком стуле, когда на неё надевали распределяющую шляпу.
— Почему? Она недостаточно раскрепощённая для тебя, Блейз? — с ехидной улыбкой повернулся к другу.
— Потому что её родители — обычные маглы, — взял слово Тео.
Крэбб и Гойл заржали по бокам, когда шляпа произнесла:
— Гриффиндор!
— Факультет идиотов и неудачников, — давясь от смеха, прохрипел Крэбб.
У Драко вспыхнула ярость, когда девушка с довольной улыбкой села за стол рядом с Уизли.
— Тогда я удивлён, Крэбб, что ты не там, — зло улыбнулся Драко.
Крэбб пристыженно опустил голову в тарелку.
— Малфой, тебе приглянулась магловская девчонка? — проговорил Забини.
— Что за чушь ты несёшь? Просто стало интересно, кто эта замухрышка, — он прикусил щёку изнутри.
— В общем, она ничего. Если бы была хотя бы полукровкой, я бы её...
Малфой резко перебил друга.
— Блядь, чувак, не порти аппетит!
Блейз засмеялся.
— Да ладно, тебе-то хорошо — вон сколько девчонок глаз не сводят. К тому же влюблённая в тебя с пяти лет Паркинсон точно своего не упустит, — перевёл взгляд на Пенси, сидящую в другой части стола с другими слизеринскими девчонками.
Драко проследил за взглядом друга.
— Да уж, год обещает быть интересным, — вернул взгляд к Грейнджер, рядом с которой садился Поттер.
Нотт и Забини проследили за его взглядом.
— Поттеру там самое место, — отворачиваясь от стола Гриффиндора, проговорил Теодор.
— Угу, — промычал Драко, не отрываясь от улыбки девушки, затронувшей что-то в его душе.
Ноябрь
Гостиная Слизерина
Уставший Драко упал на диван. Первые месяцы учёбы были тяжёлыми. Хотя родители наняли лучших учителей, он никогда не держал в голове столько информации.
— Когда уже каникулы? Хоть немного отдохну, — проговорил Драко, поворачиваясь к сидящему рядом Блейзу.
— Да ладно, дружище, не напрягайся так из-за зачётов, — похлопал его по плечу друг. — Всезнайку Грейнджер тяжело обойти.
На совместных уроках с Гриффиндорами его взгляд всегда натыкался на девушку. Это было легко заметить по её руке, всегда вытянутой вверх — она была готова ответить на все вопросы преподавателей и с таким же рвением задавала свои.
Ему это нравилось, а конкуренция с ней вызывала азарт.
— Я вообще удивлён, что с ней водятся Уизли и Поттер. Хотя я, наверное, тоже держал бы рядом такую ходячую энциклопедию, — хмыкнул Нотт.
— После её спасения они теперь друзья не разлей вода. Она, наверное, ещё и домашку за них делает — хитрые утырки, — откинулся на спинку дивана Забини.
Драко нахмурился.
— Какого спасения?
— Сплетни — точно не твоё, — повернув голову, сказал друг. — Когда тролль появился в подземелье Хогвартса, наша «заучка» решила справиться с ним сама, но не преуспела. Тогда пришли эти олухи и спасли девчонку. Вот и всё, — смеясь, проговорил Забини.
Драко терпеть не мог Уизли и Поттера, часто оскорблял и подкалывал их. Но в этой ситуации радовался, что они были рядом с ней.
— Это, конечно, всё очень интересно, но эта мегера Макгонагалл задала кучу заданий по трансфигурации. Если я их не сдам, отец будет очень недоволен, — провёл рукой по зализанным волосам.
— Соболезную, дружище. У меня нет отца, который был бы недоволен. Так что я пойду к девчонкам, — вставая с ехидной улыбкой, попрощался Блейз.
Рождество
Драко вошёл в поместье, где его встретил старый эльф Филк в чистом камзоле. Он служил их семье ещё до рождения мальчика.
— Хозяин Драко, какая радость! Хозяйка будет счастлива вас видеть, она спустится в столовую через пару минут.
— Спасибо, Филк. А где отец? — отдав ему чемодан и плащ, спросил Малфой.
— Хозяин отсутствует до вечера, у него важные дела.
Драко выдохнул, радуясь, что все нравоучительные лекции услышит позже. Он направился в столовую, где уже был накрыт обеденный стол.
— Драко, мой дорогой сын, — широко улыбаясь, вошла Нарцисса Малфой.
Драко ещё не успел сесть, как мать крепко обняла его и прижала к себе.
— Я так соскучилась. Без тебя этот дом пустой, — с грустью сказала она.
— Мама, ты меня задушишь.
Нарцисса всегда была очень заботливой и нежной, когда они были вдвоём. Рядом с отцом она сдерживалась.
— Ой, прости, дорогой, — взяв его за плечи, отступила на расстояние вытянутых рук, чтобы лучше рассмотреть сына. — Ты так вытянулся, стал ещё взрослее.
Когда он уезжал в Хогвартс, был одного роста с матерью, теперь перерос её на несколько сантиметров.
— Я тоже рад тебя видеть, мама. Может, сядем за стол? — отодвинул ей стул.
— Спасибо, сынок, — села на пододвинутый стул рядом с ним. — Как учёба? Много друзей? Ты так мало писал мне, — упрекнула мама.
— Прости, было много учёбы, но я справляюсь хорошо, — улыбнулся, отпив сока.
— А друзья?
— Все те же — Нотт, Забини, Крэбб и Гойл.
— А с девочками познакомился? — глаза её засверкали.
— Мама, там одни глупые девчонки, они интересуются только журналами, сплетнями и парнями. Это не для меня, — положил в рот кусок бекона.
— Дорогой, на то они и девушки, особенно аристократки. Их задача — найти потенциального мужа, если родители заранее не обговорили помолвку. Учёба им нужна постольку-поскольку, — она изящно взяла кубок с вином.
— Но будущая жена не должна быть глупой куклой, — начал злиться Драко. — У меня есть прекрасный пример идеальной жены — ты, мама. Ты окончила школу практически на все «отлично», красива, изящна и всегда знаешь, как ответить отцу. За это он тебя и любит.
— Спасибо, сынок. Но я не верю, что в школе нет подходящей тебе девушки, — улыбнулась Нарцисса.
Драко замялся, вспомнив лицо Грейнджер.
Губы матери растянулись ещё шире.
— О, значит, я права — такая девушка есть?
— Я не буду о ней говорить, — опустив лицо в тарелку, пробормотал Малфой.
— Почему? Она красива и умна, чтобы привлечь твоё внимание. Из Когтеврана?
Драко тяжело вздохнул.
— Вообще-то она из Гриффиндора. И лучшая по всем предметам.
— Ну, Гриффиндор тоже неплох, — замялась Нарцисса. — Взять хотя бы директора Альбуса Дамблдора. Он учился в Гриффиндоре и стал одним из сильнейших волшебников. — Брови её нахмурились. — Постой, ты сказал, она лучше тебя по всем предметам?
Драко пристыженно поднял глаза.
— Да, кроме зельеварения. Там мы оба лучшие.
— Хм, лучше пока не знать об этом отцу. Я уверена, к концу года ты выйдешь в лидеры, — подбадривающе положила руку на его плечо. — И из какой она семьи?
Тело Драко напряглось.
Нарцисса взволнованно посмотрела на сына.
— Она полукровка?
Малфой сжал зубы и прошипел:
— Нет.
— Тогда это хорошо. Мы могли бы пригласить...
— Нет, — грубо перебил сын.
— Почему? — удивлённо посмотрела на него мать.
— Они не отсюда, — с волнением провёл рукой по волосам Драко.
— Они из другой страны? — Нарцисса успокаивающе погладила его плечо.
— Они маглы, мама.
Он почувствовал, как рука матери напряглась.
— Что ж, — убрав руку с серьёзным выражением, повернулась к тарелке и продолжила: — Тебе стоит забыть о ней. Если отец узнает, это плохо кончится. Лучше присмотрись к другим девушкам. Думаю, не все ещё показали свои таланты.
— Я понял. Спасибо за обед, мама. Всё было очень вкусно, — встал и покинул столовую.
Нарцисса крепко сжала кубок в дрожащей руке.
— Бедный мой мальчик. Первая влюблённость самая яркая, но не всегда заканчивается хорошо.
Июнь
Весь год Драко сдерживал порывы подойти к Гермионе. Даже когда терпение заканчивалось и он направлялся к ней, рядом всегда оказывались Поттер и Уизли. И при виде их, из его уст вылетали лишь подколки и смешки.
Он был слишком труслив.
Мрачный Драко вернулся домой, надеясь, что за каникулы все мысли о Грейнджер исчезнут.
С хлопком появился старый Филк, нервно переминаясь с ноги на ногу.
— Хозяин Драко, хозяин Люциус ждёт вас в своём кабинете.
— Привет, Филк, — сняв плащ и передавая его эльфу, ответил Драко. — Надеюсь, отец подождёт, пока я приму душ с дороги.
— Хозяин Драко... Хозяин Люциус сказал, чтобы вы сразу направлялись в его кабинет, — запинаясь, проговорил Филк.
— Что случилось? — встревоженно спросил Драко.
— Я не знаю, хозяин Драко, — опустив голову, ответил эльф.
— Ладно, я понял, иди.
Драко поспешил в кабинет отца на втором этаже.
Зайдя внутрь, он увидел встревоженное лицо матери и злое — отца.
— Отец, мама, я дома. Вы хотели меня видеть?
— Люциус, не будь жесток, — вцепившись руками в его локоть, попросила Нарцисса.
Драко напрягся.
Люциус убрал руки жены со своего локтя, гневно сжимая формуляр с оценками сына и перевёл взгляд на Драко.
— Что это такое? Ты — Малфой, и от тебя требуется быть всегда первым во всём! — грозно прорычал он. — А я вижу, что мой сын — второй по успеваемости.
— Отец, я...
— Закрой рот! — Малфой старший подошёл к сыну, глаза его горели праведным гневом.
— И каково же было моё удивление, когда я узнал, что какая-то грязнокровка обогнала моего сына — продолжение рода Малфоев! — он грубо схватил Драко за воротник рубашки.
— Люциус, я прошу тебя... — взмолилась Нарцисса, подбежав и схватив его за локоть.
— Не лезь, это всё твои поблажки ему. Выйди! — рявкнул он.
— Но...
— Никаких «но», я сказал — выйди! — испепеляя жену взглядом, приказал Люциус.
Нарцисса перевела взгляд с мужа на сына, развернулась и покинула кабинет.
Люциус посмотрел на закрытую дверь, затем на сына, отпустил рубашку и отошёл к столу.
— Ты хочешь опозорить свою семью, мальчишка?
— Нет, отец, — тихо ответил Драко, глядя на напряжённую спину отца.
— Или у тебя в голове одни девчонки и друзья? — прошипел Люциус, поворачиваясь с зажатой в руках палочкой.
— Нет. Я знаю, что должен быть лучшим, что...
Отец перебил его.
— Знать и делать — разные вещи. Пока я вижу совсем другое: Поттер попал в команду по квиддичу, грязнокровка учится лучше тебя, а ты упускаешь свои возможности. Для этого мы нанимали лучших учителей?
— Отец...
— Ничего не хочу слышать. Это будет для тебя уроком — нужно выкладываться больше, — Люциус поднял палочку, направляя её на сына.
Глаза Драко расширились.
— Круцио!
Драко вскрикнул от боли и упал на пол. Кровь закипала в венах, мышцы скручивались, суставы выгибались.
Рот наполнился кровью от прокушенной щеки.
Малфой старший подошёл к лежащему на полу сыну.
— Не заставляй меня снова преподавать тебе урок. Ты должен быть лучше всех, особенно грязнокровок. Заставь их бояться тебя, поставь на место, унижай. Все каникулы будешь учиться каждый день и только посмей перечить, — сказал он, развернулся и громко хлопнул дверью.
Драко лежал на полу, сплёвывая кровь на дорогой ковер отца. Всё тело тряслось от последствий заклинания, он не мог встать.
В кабинет влетела мать с напуганными и взволнованными глазами. Увидев сына на полу, она упала рядом на колени и приподняла ему голову.
— Ох, сынок, он не хотел, он погорячился. Ты же знаешь, какой отец бывает в гневе.
Драко оттолкнул её руку своей дрожащей рукой.
— Теперь я знаю. И он получит сына, которого хочет — злобного, надменного, алчного и нахального, — проговорил он, вытирая кровь с губ.
Последующие годы пролетели для Драко как в тумане.
Встречая компанию Поттера, Уизли и Грейнджер, он не упускал возможности поддеть их, зная, что у Люциуса в школе есть люди, которые передают ему всю информацию о его действиях.
Он стал употреблять слово «грязнокровка», которое использовал отец, чувствуя горечь каждый раз, когда видел глаза Гермионы напротив.
Драко старался заглушать мысли о ней. Видя её, он переключался на других девчонок и думал, что всё под контролем, что влечение к ней пройдёт.
Как он ошибался.
Два года назад
Святочный бал трёх волшебников
Magic works — The Weird Sisters.
Драко стоял спиной к толпе однокурсников рядом с Тео и разливал огневиски в стаканы из-под пунша, чтобы никто не заметил.
— Охренеть! — вскрикнул Блейз.
— Ты чего орёшь? Хочешь привлечь внимание всех студентов и преподавателей? — Драко повернулся к другу и протянул ему стакан.
Блейз повернулся к нему, на лице застыло шокированное выражение.
— Ох, я думаю, никто и не заметил. Все смотрят на Виктора Крама и его спутницу.
— И что же такого в этом Викторе Краме? Он что, пришёл голый? — сделав глоток огневиски, спросил Драко.
— Дело не в нём, а в ней, — загадочно улыбнулся Блейз.
— В ней? — переспросил Драко.
— Посмотри сам, — Забини отошёл в сторону, открывая Драко вид на Виктора Крама и Гермиону Грейнджер.
Девушка стояла лицом к нему. Её волосы были аккуратно собраны в причёску с вьющимися локонами. На лице было минимум косметики, которая подчёркивала красивые глубокие глаза и пухлые губы. Розовое платье выгодно подчёркивало грудь и тонкую талию.
«Блядь, она прекрасна!»
Он почувствовал толчок в плечо и услышал голос Блейза.
— Ты чего завис, дружище?
Драко стоял как идиот с поднесённым к губам стаканом и пялился на Грейнджер.
— Всё нормально, я просто думаю.
— И о чём же? Как затащить Грейнджер в какой-нибудь тёмный уголок и пощупать? Я тоже об этом думал, — засмеялся Блейз, закинув руку ему на плечо.
Драко удивился, как точно друг описал его мысли, но не мог с ним согласиться.
— С ума сошёл? Думаю, куда делись её вездесущие друзья. Я предполагал, что они придут втроём, — растягивая губы в ехидной улыбке, сказал он.
— Я тоже так думал, а оказывается, наша заучка — та ещё штучка, раз подцепила себе Крама, — Драко перевёл взгляд на руку болгарина, обнимающую девушку, и почувствовал жгучую ревность.
— Как ей это удалось? На него вешалась полшколы, а он выбрал эту замухрышку, даже в таком красивом платье, — сказала рядом появившаяся Пенси.
— Ой, ладно тебе, Пенси, тебе тоже достался отличный парень на этот вечер, — похлопав Драко по плечу, Забини отошёл в сторону.
— Да, самый лучший, — расплываясь в улыбке и глядя на Драко, промурлыкала Пенси тоненьким голоском.
— Хватит стоять, пойдём танцевать, — подлетел к ним Тео и потянул всех слизеринцев на танцпол под зажигательную музыку.
Драко не сводил глаз с Грейнджер весь вечер, даже когда танцевал с Паркинсон, которая липла к нему как банный лист.
В какой-то момент он услышал, как Гермиона ругает Уизли.
— Рон, ты всё испортил! — кричала взбешённая девушка, в её глазах стояли слёзы.
Драко незаметно отошёл от компании слизеринцев и направился за Гермионой в коридор подальше от громкой музыки.
Гермиона поднялась на седьмой этаж, к астрономической башне.
Или алкоголь так влиял на него, или её образ, но Драко шёл следом, радуясь, что все студенты либо внизу, либо уже в своих комнатах, и коридоры пусты.
Девушка вышла на площадку башни, подошла к перилам, вытирая одной рукой слёзы, а другой обхватывая голые руки, дрожащие от продувающего ветра.
Драко, словно загипнотизированный, смотрел на её спину, развивающиеся волосы и платье, и сделал шаг к ней.
Гермиона услышала шаги и собралась повернуться.
— Рон, я же сказала... — начала она, но замолчала, увидев перед собой глаза цвета грозового неба.
— Мне казалось, перепутать меня с Уизли невозможно. У нас слишком разная цветовая гамма, не находишь, Грейнджер? — с улыбкой произнёс Драко.
— Малфой, что ты тут забыл? — вытерев слёзы и обхватив себя руками, спросила Гермиона.
— Решил подышать воздухом, слишком жарко стало после танцев. Что, прочитаешь мне нотацию, как своим дружкам? — он приподнял бровь.
— Делать мне нечего, кроме как нотации тебе читать, — ответила Гермиона, отворачиваясь и сильнее обхватывая себя.
Драко не мог выносить вид замёрзшей девушки.
Он снял пиджак и сделал шаг к ней, заметив, что её спина напрягается, и накинул пиджак ей на плечи.
Девушка резко развернулась, пиджак соскользнул с плеч, и она чуть не потеряла равновесие. Драко быстро удержал её за талию, глядя в расширяющиеся зрачки.
— Малфой... — прошептала Гермиона.
Драко улыбнулся и перебил её:
— Не мог же я дать тебе замёрзнуть, это как-то не по-джентльменски.
— Опять какие-то козни строишь? — с прищуром спросила Гермиона, не убирая его рук.
— А если я скажу, что и не думал? — удерживая её одной рукой за талию, другой откинул вьющиеся волосы с лица.
Гермиона удивлённо посмотрела на Драко.
— И о чём ты думал?
— Не о чём, а о ком, — увидел шок в её глазах и добавил: — о тебе, Грейнджер.
— Ты что, пьян? — с подозрением спросила она, разглядывая его лицо.
— Может быть, совсем немного, — улыбаясь, ответил он.
— Всё ясно, — девушка развернулась в его руках, пытаясь обойти сбоку, но была остановлена рукой, вцепившейся в перила и перегородившей путь.
— Подожди...
— Малфой, это не смешно, дай пройти, — переводя взгляд с его руки на серьёзное лицо, сказала Гермиона.
— Нет, — другой рукой он сильнее обхватил талию и прижал её к себе, впервые ощущая мягкость и тепло её тела с запахом персика.
Гермиона упёрлась руками в грудь Драко, чувствуя, как бешено стучит его сердце.
— Малфой, отпусти.
— Я же сказал нет, пока не скажу тебе кое-что, — он чувствовал, как её сердце стучит под его рукой на лопатках.
— Скажешь что? — пытаясь увеличить расстояние, спросила она.
— Какая ты сегодня красивая, — Драко затаил дыхание, чувствуя, как её тело застыло в его объятиях.
— Ох, Малфой, ты точно пьян, тебе надо... — последние слова прервал поцелуй Малфоя.
Её тело обмякло в его объятиях. Драко легко оттянул Гермиону к ближайшей стене, не размыкая губ, прижал её своим телом, удерживая одной рукой за талию, а другой — за подбородок, размыкая губы языком.
Он услышал звук удовольствия и почувствовал неуверенную руку, которая прошлась по его волосам. Драко не верил в происходящее, крепко прижимая девушку, ощущая радость, вкус её губ, следы выплаканных слёз и возбуждение.
От нехватки воздуха Гермиона разорвала поцелуй и глубоко вздохнула.
— Ты... ты сошёл с ума? — запыхавшись, прошептала она, глядя в его сверкающие глаза.
— Уже давно, Грейнджер, — перевёл взгляд с её припухших губ на глаза, в которых отражалась луна.
— Ты же ненавидишь меня, я не понимаю, — растерянно сказала Гермиона, невинно моргая.
— Я даже рад, что есть что-то, чего ты не понимаешь, — с хрипотцой ответил Драко и снова прижался к её губам.
Он знал, что времени у него мало, но этот момент был самым счастливым.
Девушка ответила на поцелуй, держась руками за его плечи.
Поцелуй был наполнен несвойственной Драко нежностью и тоской ожидания.
Он нежно провёл рукой по её холодной, румяной щеке и оторвался от поцелуя.
— Ты замёрзла, я провожу тебя.
— Проводишь? — удивлённо спросила она.
Его губы растянулись в ехидной улыбке:
— Тебя никогда не провожали, Грейнджер? Это правила приличия.
Гермиона, всё ещё растерянная, кивнула и направилась к выходу.
Драко шёл рядом по пустынным коридорам, надеясь, что все спят и никому не взбредёт в голову гулять ночью.
Подойдя к портрету Полной Дамы, он понял, что это их последние минуты.
Гермиона стояла перед ним, опустив голову, и нервно перебирала пальцы.
— Малфой, мы такие разные.
— Да, ты светлая, добрая, с большим горящим сердцем, — он аккуратно приподнял её подбородок, глядя в глаза цвета шоколада, — а я злой, эгоистичный придурок, которому всё равно на всех остальных.
Её глаза вспыхнули противоречием.
— Нет, это... — Драко коснулся её губ своими и заглушил возмущение поцелуем.
Её рука ласково провела по его щеке.
Он разорвал поцелуй, жадно рассматривая её глаза.
Гермиона сняла с себя пиджак и вложила в его руки.
— Спасибо, — её губы изогнулись в смущённой улыбке, щеки горели румянцем.
Драко сделал несколько шагов назад, сжимая пиджак и запоминая её образ.
— Спокойной ночи, Малфой, с Рождеством, — Гермиона развернулась и подошла к портрету.
— Грейнджер, — он позвал её.
Девушка повернулась к нему с улыбкой.
— С Рождеством, — он направил палочку на неё, видя, как улыбка сходит с её губ.
— Обливиэйт! — и быстро повернувшись, убежал с чувством разрывающегося на куски сердца.
***
All fall down — OneRepublic
Ошеломлённый видом и поведением девушки, Драко последовал за ней к соседнему стулу, на котором он сидел всего пару минут назад.
Он наблюдал, как она непринуждённо пьёт алкоголь, не морщась. Сам взял свой стакан и одним глотком осушил его, вернув на стойку, не отрывая глаз от изменившейся Гермионы.
— Почему Гертруда? — вопросительно спросил он, это было первое, что пришло ему в голову.
Девушка пожала плечами и загадочно улыбнулась.
— Не хочу, чтобы знали моё настоящее имя. Что в этом такого?
К ним подошёл бармен, который не сводил глаз с девушки.
— Так ты ждала друга, Гертруда? Конечно, маловероятно, что ты пришла бы сюда одна, но я надеялся, — кокетливо подмигнул ей парень и заглянул в декольте.
Челюсть Драко напряглась, когда он заметил его взгляд.
Гермиона поставила опустевший стакан на стойку и весело сказала:
— Что-то вроде того, — скосила взгляд на Драко, а потом добавила: — мы сегодня отмечаем.
Малфой удивлённо поднял брови.
— Вот как... наверное, годовщину? — улыбаясь, спросил бармен, переводя взгляд с неё на парня.
Драко поперхнулся воздухом, что не осталось незамеченным Гермионой.
— Нет, день рождения. Так что не мог бы ты, Джим, принести нам целую бутылку, чтобы не утруждать тебя подливать? — махнув рукой на пустые стаканы, она протянула ему несколько крупных купюр.
— Ты такая стойкая, Гертруда. Уже выпила полбутылки и ещё крепко стоишь. Редко такое вижу, — улыбаясь, бармен забрал деньги и направился за бутылкой.
— Грейнджер, я сам могу за себя заплатить, — прорычал Драко ей на ухо.
Она почувствовала приятный аромат его тела — мускус и запах хвойного леса.
Гермиона пробежалась взглядом по его аристократичному лицу.
Он повзрослел: широкие плечи в пиджаке, точёный подбородок, полные губы, выразительные скулы, серые глаза, обрамлённые тёмными длинными ресницами и такими же хмурыми бровями. Волосы, не зализанные, как сегодня, выглядели слегка растрёпанными, но это только добавляло ему шарма.
Ей очень захотелось прикоснуться к ним.
«Интересно, они такие же мягкие на ощупь или это мне кажется из-за алкоголя?» — мелькнула мысль.
Драко всегда был красив. Не зря все студентки вешались на него, включая Гриффиндор.
Она слегка прикусила губу и, с не свойственной ей заигрывающей улыбкой, сказала:
— Отказываться от угощения — дурной тон, тебе ли не знать? К тому же у тебя есть магловские деньги?
— У меня есть деньги разных валют, — огрызнулся Драко.
Гермиона подняла руки вверх, и её короткое платье приподнялось ещё на несколько сантиметров по бёдрам. Драко не мог не заметить.
— Ладно, ладно, как скажешь. Я сегодня не настроена выяснять отношения, — отвернулась она в тот момент, когда бармен поставил бутылку и с улыбкой ушёл.
Девушка взяла бутылку и резко махнула ладонью по крышке. Та отлетела куда-то под стойку. Она налила себе больше половины стакана и толкнула бутылку по стойке. Она заскользила по столешнице и оказалась в руке Драко.
— Я пришёл расслабиться и отдохнуть, и, похоже, не только я, — бросив взгляд на губы девушки, касавшихся стакана, он налил себе и сделал глоток.
— Что ты там говорила про день рождения? Разве он у тебя сегодня? — крутя стакан в руке, спросил он.
— Что-то вроде того, — её глаза блестели весельем и хитростью, — но вообще-то я говорила о тебе.
— Ты знаешь, когда у меня день рождения? — с подозрением спросил Драко. — Откуда?
— У каждого есть свои секреты, Малфой, — стараясь не смотреть на его предплечье, она сделала глоток виски, становясь раскрепощённее. — Значит, именно здесь ты решил отметить праздник, а не, скажем, со своими слизеринскими друзьями? — про семью она умолчала, зная, где находится его отец и какая там обстановка.
— Тебе-то что, Грейнджер? Как я вижу, ты тоже одна, без своих всюду снующих друзей. Решила отдохнуть на каникулах у родителей? — сжав стакан, ответил Драко с сарказмом и сразу пожалел о словах.
Он никогда не хотел её оскорблять, даже в Хогвартсе. Все его колкости были либо импульсами злобы, когда он видел её с друзьями, либо фальшивой игрой перед товарищами по Слизерину и отцом, чтобы поддерживать образ «плохого парня».
Но теперь, глядя на её потухшие и наполненные тоской глаза, он захотел забрать слова назад.
Гермиона молчала.
Из-за выпитого алкоголя она ненадолго забыла о переживаниях и хоть недолго чувствовала себя обычной девушкой.
Но его слова заставили её затуманенный разум вспомнить о родителях и том дне, когда она заставила их уехать.
«Нет, этот придурок Малфой не испортит мне эту ночь. Одну ночь, когда я разрешила себе не думать о проблемах», — подумала Гермиона, схватив бутылку и делая глубокие глотки.
Драко смотрел на неё, пытавшуюся забыться в алкоголе.
— Думаю, тебе не стоит так налегать, — выхватил бутылку из её рук.
Пару капель виски скользнули по губам, шее и глубоко вздымающейся груди. Драко, словно зачарованный, проследил путь стекающей жидкости.
— Тебе-то что? — Гермиона повернула голову, глаза наполнились гневом. — Сколько хочу, столько и пью. Где хочу — там и пью. А ещё лучше там, где нет тебя, Малфой, — прошипела она.
Его присутствие наполняло её тьмой, которая забурлила в венах.
Она аккуратно слезла со стула, слегка неуверенно шагнула и решительно направилась к двери.
Драко смотрел ей вслед, понимая, что не должен оставлять её в таком состоянии, и последовал за ней.
Девушка вышла из душного заведения. Может, ей просто казалось, что там жарко. Она зашла за угол бара и прислонилась спиной к прохладной кирпичной стене.
Закрыв глаза и глубоко вдыхая освежающий воздух, она пыталась сдержать эмоции и прийти в себя.
Сквозь помутнённый алкоголем и эмоциями разум она услышала приближающиеся шаги.
К её горячей щеке прикоснулась прохладная рука Драко. Она не смогла сдержать вздоха удовольствия.
— Грейнджер, ты в порядке?
Она увидела взволнованное лицо Драко. Впервые ей удалось увидеть в нём волнение и нечто похожее на жалость.
— Нет! — толкнула его в грудь и яростно посмотрела. — Что тебе нужно, Малфой? Опять пришёл изводить меня? Если это доставляет тебе удовольствие, то, пожалуйста, я вся твоя, — привалившись к стене, развела руки в приглашающем жесте.
Он молча подошёл вплотную, положил руку ей на талию. Ток пронзил всё её тело, когда он удержал её у стены.
Драко чувствовал, что она теплая, даже горячая. Он так давно желал прикоснуться к ней, но не мог.
Смотрел в её разноцветные глаза — один цвета топлёного шоколада, другой — грозового неба, очень похожий на его собственные.
— Очень красивые, — не задумываясь, произнёс он.
— Что? — она застыла и удивлённо вскинула голову.
— Твои глаза. Они очень красивые, — сказал он и прежде, чем она успела что-то ответить, их губы слились в страстном поцелуе.
Гермиона почувствовала лёгкое дежавю, словно это уже случалось. Она держалась за его плечи, крепко прижимая его тело к себе.
Драко крепко обхватил её талию одной рукой, а другой провёл к затылку девушки, прижимая её ближе.
Весь гнев и тоска, которые она испытывала в баре, вылились в горячий поцелуй.
Драко много раз видел в снах и воспоминаниях, как целует Гермиону. Он давно этого хотел и, наконец получив, не собирался останавливаться.
Его умелый язык коснулся её языка.
Гермиона простонала, продолжая держаться за него и ласково водить языком по его.
Прикрыв глаза, он погрузил руку в её упругие волосы, а другой опустился к разрезу на платье. Он приподнял ткань и провёл пальцами по нежной коже бедра, не отрываясь от поцелуя.
Каждое прикосновение вызывало у Гермионы мгновенную реакцию — по телу бегали мурашки удовольствия.
Драко задрал платье девушки с одной стороны до самой талии, медленно провёл рукой между её бедёр и коснулся мокрых трусиков. Гермиона застонала громче.
Она желала его — эти пухлые губы, настойчиво терзавшие её рот, нежные руки, ласкающие тело. Тьма трепетала внутри неё. Но звуки открывающихся и закрывающихся дверей бара, смех пьяных компаний мешали сосредоточиться.
Это начало раздражать.
Обхватив шею Драко, а другой рукой забравшись под его пиджак на спину, она сильно прикусила его губу и затянула его в воронку трансгрессии.
Драко почувствовал резкую боль на губе и сильный толчок в грудь.
Ноги подкосились, и он упал спиной на мягкую кровать.
Открыв глаза, он увидел комнату с широкой кроватью, на которой лежал. Его взгляд упал на стоявшую перед ним девушку — он залюбовался.
Лунный свет, проникающий через окна на потолке, подсвечивал её волосы, делая её похожей на прекрасную нимфу. Её глаза горели огнём.
Облокотившись о кровать, Драко сел и резко схватил её за запястье, притягивая к себе на колени.
Гермиона раздвинула ноги и уселась к нему лицом, чувствуя ягодицами его возбуждение, слегка поерзала.
Драко завладел её губами. Скинув обувь и сняв с неё туфли, он нащупал молнию платья на спине, расстёгнул её до поясницы и прикоснулся к обнажённой коже, ощущая жар тела.
Гермиона взялась за края его пиджака и начала стягивать его. Драко помог ей, оставив рубашку. Она никогда не видела его в чём-то неформальном — вечные рубашки, застёгнутые на все пуговицы. Но сейчас страсть и агрессивное желание, рождаемые тьмой внутри, руководили её действиями. Каждое прикосновение и поцелуй усиливали это чувство.
Гермиона расстегнула пару пуговиц у его горла, слегка покусывая губы в поцелуе. Затем резко дёрнула рубашку в стороны — пуговицы рассыпались. Она оторвалась от его губ, сделала глубокий вдох и с азартной улыбкой сказала:
— Меня всегда бесили твои постоянные рубашки, Малфой.
Драко посмотрел на разорванную рубашку, загадочно улыбнулся и перевернул Гермиону спиной на кровать, нависая между её ног.
— А меня бесила ты, Грейнджер.
— Взаимно, змеёныш, — схватив его за мягкие волосы, притянула голову к себе и провела языком по губам.
Драко втянул её язык в рот, лаская, и стянул с неё платье, бросив его на пол.
Его рука легла между раздвинутых ног, пальцами проникнув под мокрые трусики.
Гермиона приглушённо застонала, когда палец коснулся самого чувствительного места.
Драко хотел слышать её стоны, поэтому оторвался от губ и переключился на шею, лаская её языком. Его пальцы не переставали терзать её, входя вторым пальцем внутрь, чувствуя возбуждение и сжимающиеся стенки.
Такого Гермиона не испытывала раньше. Всё тело затряслось, и незримая нить напряжения лопнула.
— Драко, о боже... — сорвалось с её губ, она сжимала его волосы.
Его имя, произнесённое ею, наполнило сердце Драко теплом и удовольствием.
Он прижимал к себе трясущееся тело Гермионы, не переставая доставлять ей удовольствие рукой и целовать шею, пока тело не расслабилось.
Драко приподнялся и стал рассматривать девушку.
Её раскиданные волосы, разноцветные глаза, ярко сверкающие в лунном свете, румянец на щеках, мокрые разводы и засосы на шее, часто поднимающаяся грудь в чёрном кружевном бюстгальтере, плоский живот и кружевные трусики на округлых бёдрах.
Драко и так был возбужден, но глядя на прекрасную девушку, охваченную послеоргазменной негой, его член в брюках затвердел ещё сильнее, доставляя дискомфорт.
— Блядь, Грейнджер, ты сводишь меня с ума, — охрипшим от возбуждения голосом прошептал он.
От его слов в Гермионе вспыхнуло новое желание.
Она протянула руку к его брюкам и начала расстёгивать ремень и молнию, прикусив губу.
Смотря на её движения и припухшую от поцелуев губу, он понял — точка невозврата пройдена.
— К чёрту всё! — быстро снял брюки вместе с трусами.
Девушка увидела его обнажённый и эрегированный член, её глаза расширились.
— Ох... — прошептала Гермиона, когда Драко сдёрнул с неё трусики и навис над ней.
Она закрыла глаза, чувствуя, как его горячая головка касается мокрого входа.
— Открой глаза, смотри только на меня, — тихо прорычал он.
Гермиона вздрогнула и распахнула глаза, вглядываясь в его потемневшие от желания зрачки. Драко закинул её ноги на талию, приспустил бюстгальтер, взял сосок между пальцев и покрутил. Когда губы девушки распахнулись со стоном, в рот проник его язык, а член резко вошёл в неё.
Вспышка боли пронзила низ живота Гермионы. Она вскрикнула и прикусила его губу.
Не ожидавший такой реакции, Драко замер, встревоженно глядя в её глаза и отрываясь от губ.
— Гермиона... — запнулся, переводя дыхание, — у тебя ещё никого не было до меня?
Щёки девушки покрылись румянцем смущения, что усилило её внутреннюю агрессию.
— Представляешь, как тебе повезло, Малфой? Первый и единственный у такой грязнокровки, как я, — начала она, но Драко перебил её, стараясь сдержать ярость из-за её слов.
— Грейнджер, не говори так о себе... — тихо проговорил он, нависая над ней.
— Разве не этого ты хотел? Теперь сможешь смеяться со своими друзьями, как поимел девчонку из «золотого трио» гряз... — Драко врезался губами в её, закрывая рот и прижимая к себе. Ток желания прошиб их тела, и Гермиона застонала уже от наслаждения.
Оторвавшись, чтобы перевести дыхание, он прошептал ей на ухо:
— Гермиона, даже в самых сокровенных мечтах не мог представить, что буду у тебя первым. Я так давно тебя хотел.
Её глаза расширились.
— Мал... — прошептала она, а его язык коснулся губ.
— Когда я внутри тебя, — заговорил он, медленно выйдя, оставив головку внутри, — называй меня только по имени, Гермиона.
Он говорил с лёгкой приказной мягкостью, аккуратно двигаясь и лаская сосок губами и языком.
От его слов и движений девушка потеряла голову.
— Да... — простонала, подстраиваясь под ритм. — Да, Драко... не останавливайся, — с мольбой в глазах, крепко обхватывая талию ногами, просила она.
Он сдерживал дикое желание и страсть, чтобы не причинить боль, двигаясь медленно и покрывая её грудь поцелуями.
Гермиона провела руками под рубашкой, ощущая напряжённые мышцы.
Она чувствовала, как тьма насыщается страстью и возбуждением, заставляя хотеть ещё больше.
— Прошу, не сдерживайся, — царапая спину ногтями, попросила она.
Драко оторвался от груди и внимательно посмотрел в наполненные похотью глаза.
— Я не хочу причинить тебе боль или дискомфорт, — с хрипотцой ответил он.
— Прошу, мне это нужно... ты мне нужен, — притягивая его лицо к себе и слегка прикусывая губу. — Покажи, как ты хотел меня, покажи, что чувствуешь сейчас рядом со мной...
Драко с яростью прижался к губам, сминая их. Его толчки стали быстрее и сильнее, погружаясь в неё на всю длину.
Комнату наполнили хлопки соприкосновений мокрых тел и стоны девушки; чья тьма ещё сутки назад хотела поглотить сознание. И чувствуя насыщение эмоциями, отступала. Стоны парня, чья жизнь недавно была отравлена тёмной магией, и который, лежа на полу и крича от инициации, думал, что больше никогда не сможет прикоснуться к Гермионе снова.
Но сегодня ночью, увидев её: потерянную, одинокую и холодную, – хоть она и пыталась это скрыть, сейчас он ощущал её яркий свет — тот, что всегда манил его.
Гермиона выгнулась, прижавшись грудью к его телу.
— Драко! — вскрикнула, царапая спину и сжимая мышцами его член.
Сдерживая оргазм, чтобы продлить её удовольствие, он продолжал двигаться, пока её тело не расслабилось. Выйдя из неё, он испачкал низ живота семенем, прикусил губу до крови, сдерживая стон, упал рядом на спину и перевёл дыхание.
Гермиона ощущала приятную усталость и расслабленность, вызванные оргазмом и алкоголем. Её глаза закрылись.
Подняв пиджак с пола, Драко взял палочку и очистил живот засыпающей Гермионы.
Он никогда не спал с кем-то в одной кровати после секса.
У него были девушки для утоления нужд, не более, но всегда представлял на их месте Гермиону, что сонно прижалась к нему, положив голову на плечо и тихо прошептала, погружаясь в сон:
— С днём рождения, Драко.
Его губы расплылись в счастливой улыбке.
Натянув одеяло и обняв её за талию, крепко прижал к себе и, вдыхая запах персика, подумал:
«Ты счастливый, ублюдок, Драко Малфой», — и расслабился, погружаясь в сон без кошмаров.