8
Гермиона опустилась на колени меж раздвинутых ног Драко, поморщившись, когда случайно задела пяткой свежий рубец на ягодицах, и облизала капли спермы с нижней губы.
— Я могла бы убить тебя, — сказала она, чувствуя себя расслабленно, пока Драко задыхался и успокаивался после того, как она сделала ему минет второй раз за вечер. Гермиона пошевелила пальцами затёкших рук, которые были связаны у неё за спиной. — Эта штука вибрировала всю дорогу. Я испытала три оргазма до того, как зашла в дом.
Драко рассмеялся и погладил её по голове. — Так тебе и надо. Ты издевалась надо мной в присутствии своей подруги, — его рука замерла, а затем он погрузился ею в её волосы и откинул её голову назад. — Стыдишься меня, да?
Ей даже не пришлось задумываться над ответом. — Нет. Просто не хотелось тратить время на объяснения. Каждую минуту, которую я провела, разговаривая с ней, я могла провести с тобой, — она улыбнулась ему, любуясь видом. Белокурая чёлка, спадающая на серые глаза, опьянённые желанием, худой, но точёный торс, большой член, мирно покоящийся на бедре. Стыд был бы последним, о чём она могла думать, когда речь заходила о Драко. Стыдиться — никогда. Быть возбуждённой, взволнованной и поражённой тем, что она принадлежит ему — всегда. Она замурлыкала, уткнувшись носом в его запястье, наслаждаясь лёгкой болью от того, как крепко он держал её волосы. Затем она поделилась с ним своими мыслями.
Член Драко дёрнулся, и он крепче сжал её волосы. — Теперь я ещё больше доволен тобой. Поднимайся на ноги.
Он отпустил её, и она с трудом поднялась, с руками, связанными за спиной, процесс лишь усложнился. Верёвки, которыми Драко обвязал её запястья, также замысловатым узором украшали её тело. Тонкий узел проходил между её бёдер, а другой — небольшой — давил прямо на клитор. Каждое движение приближало её к оргазму, и она боролась с собой, чтобы не кончить. У неё не было на это разрешения.
Драко поднялся со своего места, подтянув пижамные штаны. Он затянул шнурки, чтобы штаны не соскользнули с бёдер. Она с удовольствием наблюдала за тем, как он снова сел. Гермиона ожидала, что он отведёт её наверх, в спальню, но прерогатива остаться в кабинете никак её не расстроила. Шезлонг, на котором расположился Драко, был удобным и достаточно широким для них обоих. Он жестом приказал ей развернуться, затем двумя пальцами зацепил верёвку, обвязывающую плечи, и притянул к себе на колени. Он развязал верёвки на руках, следом сразу же начав потирать её запястья.
— Ты никогда не рассказывала о том, что делаешь, когда мастурбируешь, — задумчиво произнёс он. — Мне ужасно интересно узнать, — он широко раздвинул её колени, поставив её ноги по обе стороны от своих. Одна его рука скользнула вверх, к соскам, а другая вниз, к половым губам. Гермиона испустила судорожный вздох, как только он коснулся её клитора. — Скажи мне, Гермиона, — сказал Драко, укусив её плечо. — Покажи мне.
— Ты не… Ах, — она дёрнулась, когда он укусил её в шею, оставив след на противоположной стороне от первого. — В такой позе тебе ничего не будет видно.
— Верная мысль, — Драко взял палочку со стола рядом с шезлонгом и махнул ею. Гермиона засмеялась и потёрлась о его пах, когда он наколдовал зеркало. Оно расположилось прямо перед ними, и Гермиона наблюдала за тем, как Драко положил палочку обратно и опустил подбородок на её плечо. — Вот ты и попалась, — сказал он, ущипнув её за соски. — Теперь я вижу, — другой рукой он достаточно сильно шлёпнул её по бедру. — Покажи мне.
Гермиона встретилась с ним взглядом в зеркале и улыбнулась. Она была связана, ей отдавали приказы, а ещё ей отчаянно хотелось кончить, и, судя по лёгким подёргиваниям члена Драко, ситуацию сейчас контролировала именно она. Гермиона провела руками по телу, касаясь верёвок. Она обхватила руками свою грудь, приподнимая её. Драко поцеловал впадинку за её ухом и одобрительно заурчал, пока она перекатывала между пальцев соски. Она щипала и подёргивала их, облизывала пальцами, втирая в соски влагу, пока они не начали слегка поблёскивать на свету.
Гермиона чувствовала, как под ней твердел член Драко, пока она ласкала грудь и живот. Пальцами она скользнула вниз по бёдрам, коснулась его рук, а затем просунула ладонь между бёдрами, обхватив его достоинство. Затем спустилась чуть ниже, коснувшись его яичек. Он зарычал ей в ухо, но не приказал останавливаться, и она усмехнулась, глядя в отражение. Глаза Драко были прекрасны с этого ракурса — они были цвета шторма от возбуждения.
Гермиона сдвинула верёвку, расположившуюся на её половых губах, и ввела один палец внутрь вагины. Она вытащила его — влажный и горячий, — и отправила в рот, облизывая с него свои соки. Она повторила своё действие, следом отправив свой палец в рот Драко. Он облизал его, проводя языком по ногтю и костяшкам пальца. Гермиона застонала. Если ему и вполовину было так хорошо, когда она сосала его член, она была удивлена, что он до сих пор оставался в сознании. Ей пришлось заставить себя сосредоточиться и убрать руку от его рта.
Она откинулась назад, положив голову на его плечо, и широко раздвинула ноги. Она снова погрузила палец в себя, затем второй и ввела их так глубоко, пока ладонью не прижалась к замысловатому узелку на своём клиторе. Гермиона застонала, надавив сильнее, отчего по её спине пробежали мурашки. Драко укусил её за мочку уха.
— Не останавливайся, — прошептал он. — Не останавливайся. Показывай, Гермиона.
Этот приказ взволновал её. Она двигалась пальцами внутри себя, извиваясь, напрягаясь от удовольствия. Она трахала себя пальцами, касалась клитора, чувствовала, как пульсирует её влагалище. Руки Драко скользнули вверх, он коснулся её груди. Его член был твёрдым, как камень. Гермиона задвигалась быстрее. Так близко. Близко.
Почти всё.
— Остановись.
Гермиона запротестовала, когда Драко убрал её руки. Она была всего в нескольких мгновениях от оргазма, ей нужно было всего лишь пару секунд, а он приказал ей остановиться. Её глаза заслезились от разочарования, а тело продолжало потрясывать.
Драко приобнял её за талию и поцеловал в шею, что-то бормоча, пока её потрясывало. Гермиона закрыла глаза и сосредоточилась на его аромате, на ощущении его тела под собой. Она сделала несколько глубоких вдохов, беря контроль над собой. Он приказал ей остановиться; он хотел, чтобы она подождала. Она сделала это. И сделает снова.
Гермиона тихо всхлипнула, откинув свою голову на плечо Драко.
— Очень хорошо, — сказал он, положив руки ей на живот. — Ты так хорошо справляешься, Гермиона. Такая терпеливая. Я горжусь тобой, — удовольствие в его голосе наполнило её тело теплом, и напряжённые мышцы расслабились. Он поднял её на ноги, поставив перед собой и раскинув руки. Из-за этого движение верёвки на её теле натянулись, как и маленький узел на клиторе, и по её щекам потекли слёзы из-за того, что Гермиона изо всех сил старалась не позволять этому взять над ней верх.
Драко смотрел на неё, сжимая руками пижамные штаны. — Ты хоть понимаешь, как ты прекрасна, когда так стараешься угодить мне? — он коснулся пальцами её щёк, а затем приподнял голову для поцелуя. Гермиона вздрогнула, когда он прикусил её за нижнюю губу. Драко прижался лбом к её лбу. — Гермиона. Прекрасная. Драгоценная.
Он отступил от неё, сделав шаг назад. — Такая терпеливая, — повторил он и улыбнулся. Он замолчал на пару секунд, а затем улыбка на его лице стала шире и рядом с губами пролегли складки. Он кивнул ей. — Кончай.
Она повиновалась. Его взгляд, приказной тон, потребность обладать её телом — всё смешалось в одном флаконе, Гермиона встрепенулась, и замысловатый узел скользнул по её клитору. Гермиона кончила. Каждый дюйм её тела горел так, словно Драко касался его, целуя и покусывая. Она кончила для него, выкрикивая его имя.
Её колени подкосились, и Драко, резко подорвавшись к ней, подхватил Гермиону. Она вскрикнула, когда верёвки неприятно царапнули тело. — Пожалуйста, — сказала она, всхлипывая. Она обвила руками его шею, уткнувшись носом в плечо. — Пожалуйста, Драко, не надо больше. Это уже слишком.
Драко что-то напевал ей, вынося из кабинета и затем поднимаясь по лестнице. Каждый его шаг, несмотря на то, как нежно и аккуратно он держал её, отдавался болью в теле Гермионы. Драко поцеловал её в висок: — Ш-ш-ш, Гермиона. Ты так хорошо справляешься. Ты такая красивая. Ещё не всё. Я хочу, чтобы ты продолжала. Для меня. Драгоценная, — он остановился на самой верхней ступеньке лестницы, и опустил Гермиону, придерживая её за талию.
— Драко, — прошептала Гермиона. Она крепко вцепилась ногтями в его плечи, устремив взгляд на него. Его глаза были тёмными, горящими от возбуждения. Из-за неё. Она хотела доставить ему удовольствие. Гермиона прикусила губу, положила голову ему на грудь, слушая быстрое биение его сердца. — Да. Для тебя.
Он тихо застонал, скользнув рукой меж их тел. Пальцами захватив соски, он сильно ущипнул их. Гермиона зажмурилась и всхлипнула, когда его хватка усилилась. Он щипал, крутил их, перекатывая между пальцами. Она откинула волосы назад, прогнувшись в пояснице. Драко же твёрдо держался на месте.
Гермиона схватила его за руки, вцепилась в бицепсы. Она выгнулась от боли, чувствуя, как тугой узел снова смещается на её клитор. Её разум заполнился агонией; она не чувствовала ничего, кроме жгучей боли, сконцентрировавшейся на её груди, когда Драко сильнее сжал ей соски. Он подался бёдрами вперёд, прижимаясь к ней. Гермиона всхлипнула, стоп-слово начало вертеться на кончике языка.
Верёвки сместились. Узел натянулся. Гермиона взвизгнула и, сильнее заёрзав, кончила. Её влагалище пульсировало, ноги потрясывались, а внутренняя часть бёдер вмиг стала влажной. Драко издал удовлетворённый звук, прижимая её к груди. Он целовал её снова и снова, пока её крики не стихли, и Гермиона не рухнула в его объятия. — Прекрасная, — прошептал он. — Прекрасная Гермиона. Я так горжусь тобой.
Она открыла глаза и улыбнулась ему, всё ещё подёргиваясь. Его похвала на мгновение заглушила ощущение боли. Гермиона смахнула слёзы, довольная тем, что снова доставила ему удовольствие.
— Передышка? — слабо спросила она.
Драко поцеловал её в кончик носа и отрицательно качнул головой. — Ещё нет, — его руки скользнули вверх по её спине, развязывая паутину верёвок, протянутую вдоль позвоночника. Его прикосновения успокаивали её. Гермиона посмотрела вниз. Его твёрдый член был прижат к её животу. Глаза Драко были практически чёрными от возбуждения. Он хотел её. Она почувствовала, как тепло приливает к её конечностям, согревая тело. Он хотел её.
Она подняла голову и поцеловала его в подбородок. — Ещё, — прошептала она. — Для тебя, Драко. Но, пожалуйста. Сними верёвки. М… м… м… Я не могу, — она не могла подобрать слов, чтобы объяснить, чего хочет, но она знала, что если узел верёвки сдвинется хоть на миллиметр на её клиторе, ей придётся сказать стоп-слово. Она не хотела этого, поэтому смотрела на Драко с мольбой в глазах.
Драко снова оставил на её губах невесомый поцелуй. — Хорошо, — сказал он, понизив голос. — Всё благодаря тому, что ты такая хорошая. Такая терпеливая.
Его пальцы прошлись по пояснице, и верёвка, обвязывающая бёдра, спала на пол. Гермиона захныкала от облегчения. Драко поцелуем убрал слёзы с её глаз и повёл по коридору.
Гермиона считала каждый свой шаг, вцепившись в его руку. Только когда он провёл её в комнату и подвёл к кровати с мягким, как облако, балдахином, она вышла из оцепенения. Гермиона села на край постели, широко расставив ноги, и оглядела комнату. Она отличалась от той, в которой они были прошлым вечером, когда Драко использовал стек.
Стены были тёмно-зелёного цвета, а вся мебель была сделана из полированного красного дерева, на кровати висел бархатный балдахин, а занавески на окнах были подвязаны плетёными серебряными шнурами. Гермиона издала какой-то гортанный звук, не в силах произнести хоть что-то, но Драко, казалось, понял, что она хочет задать ему вопрос.
— Это моя комната, — сказал он, наколдовав платок и стерев слёзы и пот с её лица. — То была комната для гостей. А это — моя.
Гермиона прикусила нижнюю губу, едва не вскрикнув, когда случайно задела ранку. Она почувствовала, как сильно забилось сердце, так и норовя вылететь из груди. Его комната. Его личное пространство, его убежище. Он использовал её, как хотел, он трахал её, заставляя кончать, кричать, плакать, но это…
Это было интимно.
Она посмотрела на Драко и почувствовала, как её глаза снова наполняются слезами, но он тут же смахнул их своим большим пальцем.
— Спасибо, — прошептала она.
Драко улыбнулся и поцеловал её в лоб.
— В эту комнату доступ имеют только самые драгоценные сокровища, — сказал он, снова оставив на её лбу лёгкий поцелуй.
— Ты должна гордиться собой. Ты просто прелесть, Гермиона. Ты моя. Моё сокровище. Моя любовь.
Сердце Гермионы бешено колотилось. Она схватила его рукой за шею и притянула ближе. Она поцеловала его в уголок рта и провела языком по нижней губе.
— Ещё, — сказала она, промурлыкав.
Драко улыбнулся и, выпрямившись, снял пижаму. Он провёл пальцем по изгибу шеи Гермионы, затем жестом указал ей пересесть на середину кровати. Затем, оседлав её, протянул её руки к искусно вырезанному изголовью. Она заурчала от удовольствия, когда он пристегнул её наручниками.
Драко приподнялся над ней, прокладывая дорожку поцелуев от груди, следуя по линии верёвок. Он целовал каждую её грудь, полизывая ореолы, но не касаясь сосков. Она была рада тому, что он обходит их стороной, поскольку они всё ещё саднили после того, как он сжимал их, но всё же из её рта вырвался разочарованный вздох, когда Драко начал спускаться ниже.
Он рассмеялся, продолжая свой путь; его чёлка приятно щекотала её живот. Он поцеловал её бёдра и их внутреннюю часть, затем широко раздвинул ноги, устроившись между ними. Гермиона упёрлась пятками в кровать и приподняла бёдра. Драко снова поцеловал их. Он поднял голову и твёрдо произнёс:
— Дыши глубже, Гермиона.
А затем укусил.
Гермиона зашипела, когда Драко впился зубами в её бедро. Он крепче сжимал его, пока голос Гермионы не сорвался на крик. Он отпустил её и тут же укусил в другое. Гермиона дёрнулась и завизжала. Драко смачно выругался, когда она ударила его, а затем резко вскинул руки, прижав её ноги к кровати. А затем также резко он прильнул к клитору, всосав его.
Гермиона чувствовала, насколько властными были движения его языка, насколько сильно он хотел доставить ей удовольствие, и, почувствовав, как перед глазами начинают мелькать звёзды, Гермиона кончила. Она вскрикнула от восторга, закричав так, что пересохло в горле. Драко удерживал её, пока она выгибалась от пробивающего, как ток, оргазма. Верёвки впились в её грудь и ноги. Драко продолжил двигать языком, и она чувствовала, как новая волна оргазма начинает подступать, становясь всё острее с каждым движением его языка. Перед тем, как всё потемнело, Гермиона успела отчаянно выкрикнуть его имя.