Феерверк счастья
Рыжеволосый, что нависал сверху над девушкой, откинул прядь её серебристых волос с шеи, открывая тем самым прекрасный вид на неё. Дыхание белокурой было прерывистым, от чего грудь то вздымалась, то резко опускалась. Парень прильнул губами к нежной коже на шее возлюбленной, трепетно целуя её, заставляя тем самым блондинку издать томный вздох и притянуть Уизли к себе ближе, опаляя своим дыханием его ключицы. В какой то момент Фред легонько прикусил участок бледной кожи, явно оставляя там багровый след. Эвильнерия прикусила губу, сдерживая тот самый первый стон, что так желал вырваться с уст девушки. Рыжий вдруг остановился, а в голове белокурой уже промчалось кучу мыслей, которые сразу развеял следующий поступок парня. Он трепетно завёл свои ладони под свитер блондинки, поглаживая её живот. От контраста прохладной кожи Грин-де-Вальд и горячих ладоней Уизли, по телу гриффиндорки словно побежал табун мурашек, а пальцы невольно сжали футболку парня. Тот, в свою очередь, рывком снял с любимой лишнюю верхнюю одежду, с той самой буквой "Е" посередине, цвета поспевшей сливы, и откинул вещицу в сторону, словно какую-то тряпку, открывая при этом вид на обнажённую грудь белокурой. Разноглазая тихо взвизгнула, сразу же прикрываясь руками и отворачивая голову, ведь лицо стало настолько красным, что его вполне можно было сравнить с цветом спелого томата. Девушке было жутко стыдно. Да, она хотела этой близости, но это был её первый раз. Она горела желанием, но в ту же секунду внутри зародился и некий страх, что парень может быть разочарован ею, а затем и вовсе бросить, оставив в одиночестве. Пока блондинка обо всём этом думала, ей казалось, будто прошла уже целая вечность, но на самом то деле прошли считанные секунды, как рыжеволосый ласково взял подбородок Грин-де-Вальд указательным и большим пальцами, поворачивая тем самым её голову в исходное положение и заглядывая в её разноцветные глаза, что в тот момент были схожи с глазами оленёнка, которого чем-то напугали.
– Эй, принцесса.. ты чего?– с беспокойством в голосе спросил парень.– Я.. я у тебя первый?
Эвильнерия, что наконец вырвалась из своих навязчивых мыслей, заглянула в голубые глаза любимого, что с таким переживанием смотрели на неё, и лишь кивнула на вопрос парня. Тот расплылся в лёгкой улыбке, опуская взгляд на бюст белокурой, а затем убирая пальцы с её подбородка, аккуратно провёл ими по шее, ниже к ключице, дальше ещё ниже, доходя до рук блондинки, что до сих пор прикрывали грудь, и плавно убрал их, осматривая весь торс Грин-де-Вальд.
– Не стоит стесняться или бояться. Ты прекрасна, слышишь?– тихо произносил парень, а девушка уже не пыталась прикрыться, ведь приняла для себя решение под предлогом "сейчас или никогда".– Я люблю тебя такой, какая ты есть. Люблю в тебе всё, абсолютно всё..
После этих слов Фред оставил нежный поцелуй на алых губах белокурой, делая их более влажными, а следом прильнул к ключицам, спускаясь к груди и оставляя за собой мокрую дорожку с розоватыми пятнышками. Блондинка запрокинула слегка голову, а с её уст слетел некий полустон, когда рыжий обводил языком ареолу соска, затем и вовсе нежно прикусив его. Такое действие Эвильнерии только больше пробудило в рыжеволосом желание, и парень разместил руки на бёдрах девушки, проводя по ним вверх вниз с лёгким нажимом, и заводя под атласную ткань юбки. Стоило пальцам Уизли пройтись по втрутренней стороне бедра и дойти до ткани трусиков, как белокурая невольно вздрогнула и кинув мимолётные взгляд на парня, потянулась руками к его футболке, чтоб наконец-то снять её. Но из-за мелкой дрожи в руках, от возбуждения, девушке не удалось снять белую ткань с торса рыжего. По этой причине, Фред оторвался от груди блондинки, самостоятельно скидывая с себя вещицу, отбрасывая её в сторону точно также, как ранее сделал со свитером любимой. Перед Грин-де-Вальд предстал красивый вид на подкаченный торс парня, где с лёгкостью можно было рассмотреть каждую мышцу. Заметив восторженный взгляд разноглазой на своём торсе, Уизли ухмыльнулся и нашёл молнию на юбке белокурой, расстёгивая её. Девушка немного приподняла ноги, позволяя рыжеволосому без каких-либо проблем снять вещь гардероба. В следующую секунду Эвильнерия почувствовала, как юноша отодвинул ткань нижнего белья и провёл по промежности двумя пальцами, доходя до клитора и очерчивая вокруг него словно кружок. Девушка поджала пальцы на ногах, извиваясь всем телом от действия рыжего, что вновь принял целовать грудь возлюбленной, не прекращая ласок снизу. Белокурая зарылась рукой в шелковистые волосы парня, порой слегка сжимая их, от чего Фред мог прорычать. Принципиально не торопясь, рыжий вошёл одним пальцем в девушку, словно массируя её внутренние стенки, а затем проник и вторым пальцем, от чего блондинка почувствовала невероятное блаженство и желание большего.
– Фр..ред.. Пожалуйста..– еле как произнесла разноглазая, прерывисто дыша.
Парню не нужно было повторять дважды; прекратив ласки, он стянул трусики с девушки, следом снимая лишние ткани с себя и откидывая их в сторону футболки и свитера. В следующий момент Грин-де-Вальд ощутила, как орган рыжего погрузился в её лоно, от чего внизу живота неприятно и больновато затянуло. С уст на тот раз сорвался не стон, а звук, что был больше похож на вскрик. Но его в ту же секунду перехватили уста парня, затягивая блондинку в поцелуй. Уизли не спешил двигаться, он давал своей возлюбленной привыкнуть к новым ощущениям, стараясь принести ей лишь удовольствие, без какого либо дискомфорта. Эвильнерия огладила своими прохладными ладонями торс парня, переходя на плечи и чувствуя мышцы рыжего, что играли под его кожей. Не разрывая поцелуя, рыжеволосый начал плавно двигаться внутри белокурой, при этом поглаживая и сжимая её талию в своих ладонях. Разноглазая постепенно поняла, что былой дискомфорт ушёл и теперь ощущалось лишь наслаждение. Язык девушки сошёлся в неком танце с языком парня, а каждый раз, когда белокурая издавала стон, его перехватывали губы парня, что не давали пройти ему наружу и делали из него звук, схожий с мычанием.
Рыжеволосый начал наращивать темп, оторвавшись от пухлых губ любимой и перейдя на её шею, что была идеально открыта для ласок. С уст блондинки слетел протяжный стон, после очередного толчка Уизли, и она впилась ногтями в спину рыжего, от чего тот издал рык, подобный льву. Фред иногда постанывал в шею девушки, покусывая её и оставляя новые багровые пятнышки, словно отмечая, что эта юная особа его и только его. Белокурая буквально кричала от наслаждения, срывая голос и не желая, чтоб это всё заканчивалось. С каждым проникновением толчки становились всё быстрее и резче, а на спине юноши появлялись всё новые и новые царапины. Уизли и Грин-де-Вальд были единым целым, двигаясь друг другу навстречу. Розовые щёки белокурой, прилипшие ко лбу серебристые пряди волос и полуприкрытые разноцветные глаза – как же нравилась эта картина рыжеволосому. Эвильнерия словно потеряла связь с реальностью, закидывая голову назад и выгибаясь, словно кошка. Чувствуя приближение разрядки, гриффиндорка из последних сил притянула возлюбленного к себе, вовлекая в сладкий поцелуй. Резкая вспышка наслаждения, и перед глазами блондинки заплясали яркие звёздочки, а её тело обмякло прямо в руках рыжего. Уизли сделал последние толчки, входя по основание в лоно девушки, а затем излился на живот белокурой, отстранившись от её алых губ и ложась рядом. Рыжеволосый притянул Грин-де-Вальд к себе, устраивая на своей груди. Он накрыл девушку вместе с собой пледом, смотря в то самое окошко, через которое можно было узреть невероятной красоты звёздное небо. Эвильнерия уже явно начала засыпать. Она пыталась держать глаза приоткрытыми, но веки были словно тяжёлыми и сами по себе опускались, погружая девушку в темноту. Парень нежно поцеловал блондинку в лоб, и перед тем, как полностью погрузиться в царство Морфея, девушка с хрипотцой в голосе произнесла:
– Люблю тебя, Уизли..
***
Pov Evil:
Я проснулась от ярких лучей солнца, что светили мне прямо в глаза. Было слышно, как поют птицы, и шевелиться листва от лёгкого ветерочка, который через некоторое время дошёл и до моей кожи, от чего я слегка вздрогнула. Повернувшись на другой бок, я поняла, что Фред ещё спит. Разглядывая его лицо, я размышляла обо всём, что произошло, и не могла в это поверить. Лишь лёгкая тянущая боль внизу живота и слабость в теле подтверждали все воспоминания. На моей улыбке невольно появилась улыбка. Рыжие волосы парня отдавали золотым поблёскиванием, стоило лучикам Солнца попасть на них. Я даже не заметила в какой момент Уизли навис надо мной и завлёк в трепетный поцелуй. Неужели я настолько была погружена в свои мысли..
– Доброе утро, принцесса,– отстранившись от меня, произнёс хрипловатым голосом парень.– Как спалось?
– Доброе,– не сдерживая улыбки, ответила я.– Спалось просто прекрасно, а тебе?
– С такой то девушкой.. Великолепно,– заглянув мне в глаза проговорил парень.
Какое-то время мы молча смотрели друг другу в глаза, не желая вставать и что либо говорить. Но, словно по традиции, нашу тишину нарушил чей-то звонкий голос.
– Эй! Голубки, вы где делись?!– не сложно было догадаться, кто нас так называл.
Я с лёгким испугом в глазах, повернула голову в сторону своей одежды. Не у одной у меня был такой взгляд. Фред схватил свою палочку с маленького деревянного столика и, по всей видимости, произнёс заклинание в голове, так как в следующую секунду у него в руках оказалась наша одежда. Мы принялись быстро натягивать её на себя, слыша, как шаги уже слышались под нами. Только я успела натянуть на себя свитер, как со стороны лестницы показалась макушка второго близнеца, а затем и всё остальное.
– Да мне везёт на вас. Снова застал вас за какими то любовными делишками,– с ухмылкой на лице произнёс Джордж.
– Удивительно просто. Специально следишь за нами, или же что-то случилось, что так понадобилось нас найти?– скрестив руки на груди спросила я.
– Вы хоть на время смотрели?– спросил Джордж, поглядывая то на меня, то на брата.
– Мы только проснулись, что с временем не так?– нахмурив брови, спросил Фред, но видимо не стоило говорить это.
– Только проснулись?– Джордж моментально изменился в лице, с некими искорками в глазах, продолжая смотреть на нас.– Чем же это вы всю ночь занимались, что пол дня проспали? Хотя.. не отвечайте, это и дураку понятно, чем.
Рыжий подмигнул нам и собирался уже уходить, как резко развернулся и вновь заговорил.
– Вас мама обыскалась. Но, если не хотите выдать свои ночные занятия, советую привести себя в порядок,– со всей серьезностью в голосе говорил парень.– Особенно тебе, Эвиль, следует это сделать. Ладно Фред – он всегда таким неаккуратным выглядит. Но ты – всегда, как настоящая леди, а не с взъерошенными волосами и свитером наизнанку. Уу, и шею как-то спрячь..
– Что..?– я потрогала свои волосы, что явно запутались, а затем взглянула на свитер, не замечая спереди буквы "Е".– Твою ж... А шею то как я спрячу?
– Лови,– произнёс Фред с улыбкой и кинул мне какую-то ткань.– Зима на дворе, шарф завяжешь и никто не поймёт.
– Благодарю, мистер Уизли,– присев в реверансе произнесла я, сдерживая смех.
Обнаружив свою палочку, я мысленно произнесла нужное заклинание, и мой свитер приобрёл нужный ему вид. Затем я перечислила в голове заклятия для волос, вспоминая нужное, и в следующий момент проводя палочкой по прядям. Проведя по волосам рукой, я поняла, что они теперь имеют свой привычный вид, поэтому я спрятала палочку в карман юбки и обмотала вокруг шеи шарф.
Пока я была занята собой, Фред тоже привёл себя более менее в порядок, поправив футболку и уложив волосы.
Только после всех этих процедур мы были готовы идти с Джорджем обратно в дом, ко всем остальным.
Конец Pov Evil:
Мисс Уизли особо ничего не сказала парочке, когда та объявилась. Блэк и остальные подростки поглядывали на Эвильнерию и Фреда, при этом на их лицах появлялись ухмылки. А стоило белокурой остаться наедине с Джинни, как та всё пыталась расспросить у неё про Рождественскую ночь. Блондинка тщательно старалась избегать таких разговоров, переводя тему или уходя прочь. Все дни каникул прошли весьма спокойно. Можно было сказать, что все даже позабыли о проблемах волшебного мира. Грин-де-Вальд с Фредом проводила много времени, пытаясь уйти с глаз долой остальных. Порой девушка отправлялась с близнецами в их магазинчик, помогая там с расстановкой товаров, а также с их созданием и продажей.
Рано или поздно каникулы заканчиваются. И вот, в один из дней белокурая стояла на кухне вместе с Роном, Гарри и Джинни, собираясь отправиться через камин в Хогвартс. Министерство организовало по Сети летучего пороха одностороннюю связь, позволявшую ученикам быстро и безопасно возвращаться в школу. Блондинка стояла весьма грустной, ведь вновь не будет видеть своего возлюбленного какое то время. Вновь придётся помогать Драко в его задумках, какими мерзкими они ни были. Грин-де-Вальд до конца не было понятно, как конкретно должен свершиться план Северуса и Альбуса, и почему это седовласому осталось жить недолго.
Кроме Молли никого рядом с подростками не было, ведь все отправились на работы. Именно по этой причине Эвильнерия прощалась с Фредом очень рано утром, когда многие даже не разлепили глаза.
Миссис Уизли перед тем, как отпустить подростков, крепко каждого обняла, и даже разрыдалась, переживая за ребят. Первыми в камин шагнули Гарри с Джинни, произнося место прибытия. Затем зашли и блондинка с рыжим, также бросая под ноги порох и ощущая, как перед глазами всё начинает плыть, а ноги отрываются от твёрдой поверхности.
Наконец вращение замедлилось, и вот они уже твёрдо стоят на ногах в камине кабинета, принадлежавшего профессору МакГонагалл. Когда все выбрались из камина, она на миг оторвала взгляд от лежавших перед ней бумаг.
– Добрый вечер, Поттер, Грин-де-Вальд и Уизли. Постарайтесь не слишком засыпать пеплом ковёр.
– Конечно, профессор,– ответила женщине белокурая, поправляя свою мантию.
После этого все четверо покинули кабинет декана и отправились в башню Гриффиндора. Но стоило подросткам приблизиться ко входу в общежитие, как обнаружилось, что никто не знает нового пароля. Долго ждать не пришлось, ведь буквально через пару минут прибежала запыхавшаяся Гермиона и произнесла нужную фразу, а Полная Дама сразу же пропустила студентов. Грейнджер продолжала игнорировать Рона, не желая с ним общаться, зато с другими болтала без умолку, расспрашивая, как те провели Рождество. Младшая Уизли всё пыталась кивками с намёками показать кучерявой на белокурую, что явно что-то произошло грандиозное. Но блондинка лишь каждый раз подталкивала рыжую локтем в бок, от чего та начинала смеяться, а Гермиона лишь странно на них поглядывала. А перед тем, как все разошлись по спальням, Грейнджер передала Поттеру записку от Дамблдора, где было указано время проведения очередного урока с ним.
Всё вернулось на круги своя, и белокурая вновь проводила время в компании слизеринцев, ведь Рон и Гермиона категорически отказывались общаться, да и вообще, как таковой компании уже и не было, ведь каждый занимался своими делами. Некоторые разговоры слизеринцев жутко утомляли Грин-де-Вальд, особенно, когда те начинали говорить о чистоте крови, и как это важно. Но делать было нечего, поэтому девушке приходилось делать вид, будто она согласна с ними. В принципе, ребята были неплохими и в каком то смысле даже очень хорошими друзьями, но когда случались такие припадки по всякой ерунде чистокровных, белокурой становилось противно. Могло показаться, будто у них нет своего личного мнения, и они слушают лишь своих родителей, большинство из которых жутко преданы Волан-де-Морту.
На утро, после урока Гарри с директором, он рассказал о своём задании Эвильнерии, Рону и Гермионе. Сделал он это по отдельности, ведь один проводил время с Лавандой, другая сидела в основном в библиотеке, а третья и вовсе была в компании слизеринцев.
Поттер пытался даже выяснить о крестражах у Грейнджер, но потом обратился к Грин-де-Вальд, надеясь, что та расскажет ему хоть немного о них. Но этого не случилось.
– Гарри, не думаю, что мне стоит тебе говорить о них даже малейшую часть. Раз Дамблдор не поведал тебе о них сразу, значит сделает это чуть позже,– в сотый раз объясняя ситуацию, устало произнесла блондинка.
– Но ты ведь знаешь что-то о них. Почему бы тебе не рассказать мне хоть немного. Скажи, что это хотя бы,– не унимался черноволосый.
– Я сама не много то и знаю о крестражах. Лишь мимолётно просматривала записи дедушки о них,– надеясь, что на этом закончиться разговор, ответила белокурая, но Поттер захотел вновь что-то сказать, поэтому Грин-де-Вальд его перебила: – Слушай, Гарри, спроси у кого то другого. И вообще, меня уже Тео и Драко заждались. Удачи.
По сути, девушка не солгала. Нотт и Малфой ждали её уже достаточное количество времени, сидя на лавке и с презрением поглядывая на Гарри, что доставал блондинку с расспросами.
Грин-де-Вальд отправилась в компании двух слизеринцев на первый урок по зельям во втором семестре. Они прибыли к кабинету одиними из первых, поэтому заняли лучшие места, по их мнению. Вскоре подтянулись и остальные. Гермиона перетащила свой котелок подальше от Рона с Гарри, что немного удивило белокурую. Профессор задал задание по приготовлению противоядия к зельям. Слизнорт раздал каждому ученику по флакону яда, а им предстояло узнать антидот и сварить его. Эвильнерия даже особо не стала напрягаться, мысленно произнося одно заклинание за другим и помещая всё новые и новые ингредиенты в свой котёл, в котором уже кипела синяя жидкость, имея при этом запах хвои. Поттер явно не показывал успехом в своём антидоте, ведь от его котла исходил отвратительный аромат вместе с чёрным паром, что явно расстроило Слизнорта. Стоило зельевару сообщить об окончании времени, как все студенты отошли от своих котелков. У Нотта было почти завершенное зелье, что являлось весьма неплохим по качеству на первый взгляд. Зато Малфой явно чем-то облился и это выглядело так, будто на него срыгнула кошка, из-за чего Забини и Паркинсон еле сдерживали свой смех. Грин-де-Вальд успела довести до готовности своё противоядие, кинув в жидкость один из цветков в последний момент. Профессор безусловно похвалил девушку, продолжая радоваться тому, какая умная ученица ему попалась. Единственным конкурентом для блондинки являлся Поттер, но лишь из-за исписанной старой книги. Гарри протянул Слизнорту в руке камень безоара, от чего тот расхохотался, но похвалил подростка, ведь данный предмет являлся противоядием для всех ядов. Перед тем, как покинуть кабинет, Эвильнерия с раздражением кинула взгляд на Поттера, что попытался ей улыбнуться. Девушку начинало жутко бесить то, что парень добивается успехов в предмете лишь из-за подсказок другого, а не своими знаниями. За блондинкой вышла и компания слизеринцев, а затем и Рон с Гермионой, но Гарри всё ещё находился в кабинете, явно не собираясь его покидать. Грин-де-Вальд догадалась, зачем парню оставаться с профессором, и лишь сказала себе в мыслях, что это жутко плохая идея, ведь таким способом узнать что-либо не получится. Девушку также мучала мысль, зачем Дамблдор заставляет черноволосого узнавать у Слизнорта про крестражи, если бы он сам мог всё рассказать. Определённо это было связано с Волан-де-Мортом. Хоть белокурая и не вчитывалась в записи Геллерта о крестражах, узнать о них достаточно информации она успела. Безусловно Тёмный Лорд мог создать себе их, раз он является таким сильным и так жаждет править. Явно многие пытались его убить, а если бы это произошло, прощайте все планы на маглов и прощай власть.
Понятное дело, план Поттера не увенчался успехов и следующие дни он ходил весьма разочарованным. Слизнорт первое время старался не контактировать с Гарри, после вопроса о крестражах, но через несколько занятий вновь относился к нему с прежней любовью и радостью.
В одну из суббот организовали урок по трансгрессии в Большом зале, куда направились многие ученики, что достигли совершеннолетия после Нового года. На удивление туда отправились и Рон с Гарри и Гермионой. Конечно же пришли в зал и Малфой с Крэббом и Гойлом, что желали тоже научиться такому методу перемещения. Забини и Паркинсон было не видать, зато Нотт тащил за руку Грин-де-Вальд в зал, чтоб посидеть там и понаблюдать за неудачными попытками студентом. Преподаватель из Министерства улыбнулся Эвильнерии и Теодору, ведь они уже прошли его курс по трансгрессии, ещё перед каникулами. Понятное дело многие ребята лишь падали и просто крутились на месте, не перемещаясь в круг. Одна из девочек и вовсе переместилась в обруч без одной ноги, ведь та осталась на прежнем месте. Деканы факультетов сразу же всё исправила, но девочка всё ещё находилась в потрясении, а белокурая с шатеном чуть ли не смеялись с ситуации. Малфой о чём то спорил шёпотом с Крэббом и Гойлом, а Поттер явно решил подслушать, из-за чего Тео хотел уже вмешаться, и даже поднялся с лавки, но блондинка преградила ему путь, сказав, что Драко и сам в состоянии разобраться с черноволосым.
Занятие по трансгрессии закончилось через час, и все начали покидать зал. Эвильнерию остановил Гарри, что сообщил девушке о том, что желает с ней поговорить. По этой причине белокурая покинула компанию Нотта и Малфоя, направляясь с Роном и Гарри в гостиную Гриффиндора через тайные ходы, чтоб сократить путь.
– Малфой использует Крэбба и Гойла как сторожей. Он только что ругался из-за этого с Крэббом. И я хочу знать…,– начал своё Поттер, следом говоря пароль Полной Даме.
– А я тут причём?– довольно таки нервно спросила блондинка.
– Хочешь сказать, что проводишь столько времени с ними и не знаешь ничего?– в тон девушки спросил черноволосый.– Хочешь сказать, что ты не следуешь плану своему и вовсе не стараешься сблизиться с тем хорьком, чтоб попасть к Пожирателям, как и просил Дамблдор?!
Подросткам весьма повезло, что в гостиной никого не оказалось. Но от такого заявления Поттера, белокурая не на шутку разозлилась. Выхватив палочку из кармана мантии, она прижала парнишку к стене, держа его за ворот рубашки и прислонив к его шее волшебную палочку. Рон в тот момент остался стоять на прежнем месте, неуверенно достав свою палочку и направив её на подругу.
– Не твоё дело, Гарри, с кем я сближаюсь, и что я знаю,– сквозь зубы процедила девушка, зло глядя в глаза черноволосого.– У тебя другие задачи от Дамблдора, вот ими и занимайся! А в мои дела и дела Драко свой нос не суй.
– Защищаешь его, серьёзно? Может, ты и сторону его приняла и вовсе не пытаешься помочь нам?!– переходя на крик спрашивал Поттер.– С каких пор ты и палочку на меня направляешь?
– Мы ведь друзья, Эвиль.. Гарри лишь хотел узнать, что Малфой замышляет, чтоб предотвратить это.. Чтоб не случилось, как с Белл..,– проговорил весьма тихо рыжеволосый, смотря на блондинку, что повернула свою голову в его сторону.
– Друзья? Разве друзья подозревают друг друга в предательстве? Разве друзья пытаются испортить планы друг друга, думаю, что знают всё куда лучше?– более спокойно задавала вопросы девушка.– Это не ваше дело, что Драко замышляет. Если вы помешаете ему в чём либо, то подорвёте тем самым и мою репутацию до той степени, что я и вовсе не смогу последовать плану и вступить в ряды Пожирателей. Между прочим, чтоб помочь именно тебе, Гарри.
– То есть, тебе всё равно, что он может натворить? Он же чуть не убил Кэти!– не унимался Поттер, хоть и смягчил немного тон.– И вообще, я тебя о такой помощи не просил, ты сама упёрлась.
– Его там вообще не было, как бы он попал в женский туалет паба? Тебе стоило подумать перед тем, как нести такую чушь,– отпустив ворот парня, отошла в сторону белокурая, при этой всё ещё направляя палочку на черноволосого.– Ты не центр Вселенной, многие волшебники считают дни, молясь, чтоб эта война закончилась, и Волан-де-Морт умер. В первую очередь, я желаю исполнить их мечты и просьбу дедушки, и покончить с Реддлом, чтоб больше никто не пострадал.
Не проронив больше ни слова, Грин-де-Вальд ушла в свою спальню, оставляя позади Рона с Гарри, который пытался докричаться до подруги, по всей видимости, крича слова извинений, или хотя бы что-то на подобии них. Блондинка не особо хотелось ссориться с ребятами, но, когда те переходили черту, сдерживать себя было невозможно. Девушка особо не винила их. Поттер явно ходил последние дни без настроение даже по той причине, что не продвинулся в своих делах, не узнав о крестражах и не выудив у Слизнорта нужные воспоминания.