Она и есть она

До свадьбы оставалось два дня, и три дня до Рождества.
Гермиона старалась выходить из дома, как можно чаще. Но Блейз не мог составить ей компанию.
— Прости, любимая. Дел очень много. Все эти предсвадебные хлопоты, мама с ума сходит. — Отвечал он.
Клаудия действительно сходила с ума. Все время бегала по поместью и что-то доделывала.
Почти не спала и вечно меняла, расставленные заранее, столы и стулья во дворе.
Вот и сейчас, пока она ломала голову над тем, куда посадить семейство Голштейн, чтобы они не пересеклись с Паркинсоми, Гермиона сбежала из дома, под предлогом «выбора туфель на торжество». Она не отходила далеко от дома, разве что на грязную набережную.
И сейчас она сидела на парапете, вдыхая запах мусора и грязной реки.
Вот тебе и романтичный город.
Мимо проходили парочки, воркуя на французском языке.
Чтобы они не говорили, выходило ужасно романтично.
Подул холодный ветер, и Гермиона покрепче закуталась в шарф.
— Так и простыть легко. — Услышала она и вздрогнула.
— Все в порядке, не заболею. — Драко сел рядом с ней и посмотрел на мутную воду.
— С каждым годом тут все грязней. А зимой тут вообще ужас.
— Сейчас зима. — Она сказала это отстранено. Говорить о погоде, ей совсем не хотелось.
— Ты же, вроде, пошла покупать туфли.
— А почему сбежал ты?
— Клаудия решила, что мне нужно примерить персиковую рубашку. — Он скривился и Гермиона засмеялась. — Хочешь выпить кофе на Эйфелевой башне?
— Было бы здорово. А то я не была дальше этой набережной.
— Знаешь, — он спрыгнул с парапета. — Город красивый, вот только грязный.
Они пошли вперед, башня была недалеко.
Всю дорогу он рассказывал об этой стране.
— Тут не запрещены браки на маглорожденных. Тут их зовут, как и в Америке, немаги. Правда, до свадьбы о магии редко говорят, но в Париже, как и во всей Франции, самая большая узнаваемость магии. Типа, каждый пятый знает о магах.
— Правда? Тогда почему о нас не рассказывают другим?
— Те, кто попытаются это сделать, сотрут память, а тех, от кого они это узнали, лишат магии навсегда.
— Разве это возможно?
— Да, во Франции это практикуют. Но чаще всего, волшебники просто умирают...
Гермиона обомлела, но решила промолчать.
Они шли по многолюдной набережной в полном молчании.
— Мне нужно в магазин, — сказала она, увидев бутик на углу.
— Ладно.
В магазине не было посетителей, в воздухе витал запах дорогой кожи.
— Bonjour, je peux vous aider, mademoiselle*. — Сказала красивая девушка, подходя к ним.
Гермиона посмотрела на Малфоя умоляя перевести.
— Она поздоровалась и спросила, чем может помочь тебе. — Вздохнул он.
— Мне нужны туфли.
— Chaussures, — сказал Драко.
Продавец рассмеялась чистым, звонким смехом.
— Ce magasin de chaussures. Quel genre de chaussures avez-vous besoin? — девушка говорила очень быстро, и очень красиво.
— Какие туфли, Грейнджер? Чтобы ты делала, если бы я не пошел с тобой?
— Бежевые.
— Chaussures beige.
Продавец кивнула и жестом пригласила их сесть.
Через пару минут она вышла с кучей коробок.
— Она даже не спросила размер! — фыркнула Гермиона.
— Она профессионал, это её работа. Merci.
Девушка открыла первую попавшуюся коробку и взглянула на красивые бежевые лодочки на тонкой шпильке.
— Я же шею сломаю, пока буду спускаться по лестнице! — Сказала Гермиона и отодвинула пару.
— Ну и зря. По-моему, прекрасные туфли. Не будешь же ты всю жизнь ходить абы в чем? Сомневаюсь, что семья Блейза это оценит, как и общество, в общем.
Она вздохнула.
— Обувь должна быть удобной!
— Ничего подобного. — Замотал головой Драко. — В чистокровном обществе принято сначала думать о красоте, а уж потом о удобстве.
— Это же бред! — воскликнула она. Она открыла следующую коробку и улыбнулась.
На дне лежали закрытые туфли с ремешком на толстом низком каблуке.
— Нет. Даже не думай это надевать! — ужаснулся Драко.
— Но они симпатичные!
— НЕТ! Давай так. Я выберу тебе три пары, а ты решишь какая подходит тебе больше, идет?
— Ты выберешь дорогие и неудобные туфли.
— Я сам
их оплачу. Прекрати тянуть время.
Конечно, Гермиона понимала, что Драко, пожалуй, лучше в этом разбирается, да и оплата туфель в таком дорогом магазине была очень заманчивым предложением.
— Хорошо.
Драко ухмыльнулся и что-то быстро заговорил продавщице.
Она выслушала его, а потом с кивком удалилась.
К ним подошли двое девушек и растащили коробки по местам, с улыбкой заглядываясь на Драко.
Гермиона хотела рассмеяться. Они обе были красивы и считали, что уж одна из них сможет заполучить такого видного мужчину, особенно, если они посчитали Гермиону его девушкой.
Куда уж ей, растрепанной, в простых не именитых вещах, тягаться с этими высокими худыми красотками на длиннющих шпильках и в красивых платьях.
Одна была черноволосой, в бордовом платье и черных туфлях. С фарфоровым лицом и маленькими, но красивыми красными губами.
Другая рыженькая, чуть ниже и чуть полней. В ярком красном платье и светлых туфлях. С ярким макияжем и пышными кудрями, которые, по сравнению с прической Гермионы, были аккуратно уложены в корону.
— Месье, — к ним подошла темноволосая девушка. — Может, я могла бы помочь вам?
Спросила она на ломаном английском.
— Нам уже помогают, — ответила Гермиона.
Девушка на нее даже не посмотрела.
— Меня зовут Жанетта, — она протянула Драко ладонь, где Гермиона заметила явно дорогой маникюр.
Гермиона закатила глаза, к ее счастью пришла их продавец и сунула девушке три коробки.
Набрав воздуха в грудь, она откинула первую крышку и едва подавила вздох отвращения.
Они же на шпильке!
Бледно-розовые, с небольшим бантом на внешней стороне стопы, и на высоченной тонкой шпильке!
— Меряй. — Скомандовал Малфой.
— Ты будешь гореть в аду за это! — прошипела Гермиона, расшнуровывая ботинки.
— Я буду гореть в аду по множеству причин, и выбор красивых туфель будет в самом низу. — Ухмыльнулся он, поудобнее устраиваясь в кресле.
— Черт, я не смогу в них ходить! — прошипела Гермиона, рассматривая стопу в маленькое зеркало.
— Вставай, тряпка! Ночка с оборотнем для тебя, значит, гораздо лучше каблуков? — тихо поинтересовался он.
Она вздохнула и опираясь о кресло, встала.
Пошатавшись, она сделала первый шаг.
Не так уж плохо.
Ноги не болели, а стопа сидела как влитая.
— Неплохо. — Сказал Малфой, наблюдая как Гермиона ходит по магазину, пробуя непривычную ей обувь. — Следующие.
Во второй коробке лежали бежевые лодочки с прозрачными боками.
— Они не подходят к платью. — Тут же сказала она.
— И какое платье?
— Ну, я его не таким представляю. — Сказала она.
— Ты еще не купила платье? Ну ты даешь! Придется отложить башню и заняться твоим гардеробом к свадьбе. Клаудия тебя убьет, если купишь не то.
— Но туфли все равно не подходят.
— Меряй.
Она оказалась права. Туфли на ней смотрелись хорошо, но терли в пальцах, да и выглядели не нарядно. На каждый день, но не на свадьбу.
В третьей коробке оказалась бомбезная модель в стиле Пэнси Паркинсон.
Платформа, все в стразах.
— Ну уж нет. Этого я точно не надену! — Сложив руки на груди, сказала Гермиона.
Продавец, стоявшая позади дивана, вздохнула:
— Votre petite amie trop exigeants! — покачала она головой.
На эту реплику Драко резко вскинул голову.
— Что она сказала?
— Что у тебя ужасные запросы!
— Ничего подобного. — Покачала головой Гермиона. — Я же иду на свадьбу матери парня, а не в бордель.
— Бордель? Уверяю тебя, туфли такого именитого бренда не по карману тамошним работницам. — Хмыкнул Драко. — Примеряй!
Она сжала зубы, но послушалась.
На ее удивление, туфли были красивы и очень удобны.
— Итак...? Какие из них, Малфой? — спросила Гермиона, зашнуровывая свои сапоги.
— Это будет тайной. Иди, жди меня на улице.
Она нахмурилась, и обиженная, ушла из магазина.

***

Гермиона сидела на балкончике, глядя на звездное небо.
В Англии она так редко видела звезды за тучами.
А они так прекрасны!
Её носа достиг запах крепкого табака, который она часто нюхала в своей гостиной в Хогвартсе. Голова сама повернулась и уловила темный силуэт, через пару балконов от нее, который глядел на небо, выпуская дым изо рта.
Сердце, отчего-то, сбилось и прерывисто побежало, спотыкаясь на каждом вздохе.
Подул прохладный ветер, остужая её лицо, она выдохнула.
Малфой глядел на звезды, и резко повернул голову, словно услышав вздох, и ей казалось, что сейчас в его глазах что-то, чего она не видела раньше.
Но она не могла этого видеть.
А это было.
Он впервые понял, что она — и есть она.
— Замерзла? — спросил Блейз, опуская теплый плед на плечи девушки, он обернулся, чтобы увидеть объект её наблюдения, но балкон пустовал. Конечно, Драко ушел.