Лондонские каникулы

На следующий день я до обеда пряталась в ворохе одеял посреди своего номера в скромном отеле. В основном лежала на полу и буравила потолок, попеременно то страдая от путаницы в голове, то рисуя образ своего неудавшегося кавалера. Время от времени отключалась, растворяясь в тишине. Во мне прорастала апатия и я жалела себя, зная, что на следующий день все вернется на круги своя.
Жалко было впустую тратить оставшиеся часы, но первоначальная идея теперь казалась полным абсурдом, а девушка в зеркале просто тенью меня самой, у которой не хватало сил быть лучше, чем она есть на самом деле.
Но у меня тоже не хватало сил быть лучше, чем я есть на самом деле. И я едва ли видела в этом смысл...
Хотя и быть просто собой казалось невыполнимой задачей. Ненужной задачей.
Образ, взращиваемый во мне с детства - неотделимая часть меня. И да, в некоторые моменты он раздражал настолько, что я физически чувствовала, как затягивается удавка на шее. Но то усилие, с каким я сдерживала многие свои порывы как Гермиона, было тем же чувством, волевой командой, которая регулировала мое поведение прошедшим вечером.
Ограничиваясь одним образом, ощущая его присутствие, мы мечтаем о некой свободной форме. Но поверьте, я злилась на маску золотой девочки так же, как злилась на маску плохой. Ущемляя себя в чем-то абсолютно противоположном, я ощущала то же самое.
Так и поняла, что просто заблуждалась в своих потребностях.
До этого опыта мое представление о том, кем я хочу быть и кем не хочу, кардинально отличалось. Теперь я знала, что это все ерунда. Мне не изменить в корне свои черты. И я осознаю, что это один и тот же человек, который просто поступает по-другому в одинаковых ситуациях, а переключатель всегда находился в моих руках.
И в тот вечер, кажется, я прикоснулась к этому осознанию, испытывая животный, иррациональный страх. Там, в незнакомой квартире, я осознала, что просто являюсь испуганной девочкой. Но подумайте сами, хорошая испуганная девочка никогда не пошла бы за незнакомцем, а плохая испуганная девочка бросила в него вазу и убежала. Понимаете, о чем я? Я сама распоряжалась, дергая за ниточки, управляла своими действиями, сдерживая или нивелируя определенные чувства.
То, что я предполагала под своим «Я», имеет более впечатлительную, несознательную природу, и лишь получает вводные данные – чувства и ощущения, первичные реакции, рефлексы. В дальнейшем же они предаются огранке, корректируются. Разум управляет чувствами в той мере, которую принимает за наиболее необходимую и допустимую. И если это еще не происходит по наитию и неосознанно, создается впечатление диссонанса, толкающего на поиски своего ложного я, слепое следование которому вряд ли приведет к чему-нибудь хорошему.
Возможно, существовать вне любой модели поведения, которую можно назвать личностью или маской, значит вернуться в детство, где мы действуем стихийно, без оглядки на ситуацию или предыдущий опыт. Может что-то и осознаем, но ничего толкового не можем предпринять. Страшно – кричим, весело – смеемся...
И это явно не то, к чему стоит стремиться.
Хотя порой бывает полезно скрутить определенные чувства, как громкость музыки. Как подавлять панику и действовать согласно инструкции, как игнорировать тревожные мысли и расслабиться, как заставить себя смотреть вниз с моста, хотя боишься высоты и понять, что это не так и страшно... Все сталкивались с этим, просто иногда и не в таких масштабах, как хотелось мне. Для меня этого знания пока было достаточно.
Конечно, решение покинуть свое тихое убежище стоило мне огромных усилий. Но в тишине хорошо слышно мысли, а мои размышления с каждой минутой превращались в изощренную пытку.
Убежав от них в оживленный гомон ближайшего торгового центра, я с аппетитом перекусила, отвлекаясь на потребности организма. Натолкнувшись взглядом на небольшой спортивный магазинчик, появился план пробежки вдоль набережной до бассейна, из которого я выйду новым человеком. Я приобрела купальник и леггинсы, с предвкушением переодевшись прямо в примерочной. Все-таки, физическая нагрузка всегда освобождала меня от рефлексии. Или это неосознанная сублимация?
К сожалению, ни о какой концентрации не могло быть и речи. И выбрав из двух зол меньшее, вместо анализа своих поступков, я вернулась к воспоминаниям о прошлом вечере. А конкретно к мучительным терзаниям на тему того, что никто не против, пока неожиданности вписываются в понятия идеальности. И, возможно, не только я была бы не прочь изнасилования без рукоприкладства красавчиком, который бы в меня потом влюбился и засыпал подарками.
Я размышляла о подобных вещах, удивляясь сама себе, но в то же время призывно улыбаясь компании молодых парней, занявших места у бара в холле бассейна. Наверное, искала моральной поддержки.
Честно говоря, я понимала, насколько романы неправдоподобно сталкивают героев раз за разом в таком большом мире. Но, конечно, хотелось верить, что я могу случайно встретить того вчерашнего блондина. Только чтобы прояснить ситуацию и успокоить нервы. Например, он мог бы присвистнуть, случайно встретив меня в магазинчике, или пробегать рядом на набережной, или даже сидеть среди парней у бара.
Хотя более вероятным было бы его игнорирование моего присутствия. Или мы бы не заметили друг друга, разминувшись на доли секунды.
Теория вероятности подсказывала мне не заниматься ерундой и при большом желании увидеться просто сразу заявиться к нему домой.
Настроение быстро портилось, и я, вынырнув из воды, поняла насколько устала. Меня клонило в сон, который пришлось смыть ледяным душем. Переоделась, направилась к выходу. Прохлада приближающегося вечера отрезвляла, но я намеревалась выпить кофе для поддержания эффекта, страшась, что в сны ко мне проберется кто-то условно опасный.
Однако, беда пришла откуда не ждали.
Верите или нет, но он там был. В небольшой кофейне на углу, к которой я направлялась. Хотелось завизжать (в ужасе ли?) или прыгать от счастья. Недолго думая, я сделала то, что было прямо противоположным моей первой мысли - вошла внутрь, делая заказ, и обернулась к нему с вопросом:
- Не угостишь даму кофе, мистер маньяк?
Меня позабавила ссадина на его скуле и встрепано-бунтарский вид, который приобрело его лицо, после осознания.
- Угощу, - ответил он, поднявшись и встав рядом.
- Это твоя компенсация за моральный ущерб, или я могу попросить что-то еще?
- Только не проси провести тебя до дома. Тебе ведь есть где спать?
- Конечно. Я не пропаду.
- Сработала по старой схеме, или ни один парень не пострадал?
- Ну, твой способ запомнится навсегда вполне уникальный, так что пока без приключений. Как твои дела?
- Как видишь, я ранен. Жду своей ответной компенсации.
- У тебя уже есть кофе, так что придется импровизировать. Сомневаюсь, что мне есть что тебе предложить.
Мне отдали заказ, и я отвлеклась на глубокий аромат арабики. Мы так и стояли у барной стойки, не желая подходить к столу неподалеку, где его ждали двое - девушка и парень.
- Какие планы на вечер?
- Пока никуда не спешу.
- Успела посмотреть город?
- А ты хочешь мне что-то показать?
- Честно говоря, был бы не против.
- Твои друзья в курсе, что ты готов на все, лишь бы сбежать от них?
- Думаю, они переживут.
Я сказала ему: «Как знаешь», и, подхватив под руку, повела вперед.
Проходя мимо друзей моего знакомого, я мило помахала, спросив у девушки, правда ли его имя Драко. Она ответила утвердительно, и он замолчал, игнорируя мой выпад. Может в уме считал до десяти, или думал за что ему такое счастье...
По правде, нашу прогулку впору было назвать первым свиданием. Держались за руки и только, много болтали. Но в отличие от прошлой встречи, говорил в основном он.
Когда вокруг уже стояла полная темнота Драко предложил провести меня или же отправить на такси, если я чего-то опасаюсь. Однако я отказалась, просто продолжая идти рядом и ничего не объясняя.
- Знаешь, я думал, что понимаю твои мысли и настроение, когда ты говорила, но сейчас, когда ты молчишь, мне кажется, что все наоборот. Что делать?
- Предлагаю доверится интуиции. Меня она не подводила, хотя в прошлый раз ты и пытался меня убедить в обратном.
Не знаю, зацепили ли его мои слова, но Драко, уже свободнее приобняв меня за плечи, шагнул в первый попавшийся автобус, в котором мы просто катались, глазея по сторонам последующие полчаса. Я слушала его истории и с удивлением узнала его район выходя вслед за ним на очередной остановке. Вскоре мы оказались у его дома.
Я думала отнекиваться и собралась умалить его желание глупостями, в крайнем случае - сбежать. Но как только дверь за нами закрылась, бросилась ему на шею сама, наконец целуя эти дивные губы.
Драко встретил мой напор, тихо посмеиваясь, диктуя свой неспешный ритм. Он легкими успокаивающими движениями огладил мои плечи и спину, шепотом прося не торопиться.
Мы так и остались в гостиной. С ногами забравшись на диван целовались, снимая друг с друга одежду. Нетерпеливость могла выдать с потрохами мою неопытность, и я позволила ему вести, просто наслаждаясь.
Когда он перевернул меня на спину, припечатывая собой и стягивая вниз трусики, я поняла, что не дышу. Мы так и не включили свет, и в полумраке комнаты я дрожала от каждого шороха и прикосновения, воспринимая все более остро.
- Знаешь, какая ты?
Опираясь на одну руку, он меня гипнотизировал, пошло облизывая пальцы и скользя ими по моему впалому животу вниз. Я лишь сглотнула и покачала головой, потянувшись к его губам, блестящим от слюны.
- Ты сумасшедшая, - прошептал в поцелуй.
Он очертил клитор, размазывая влагу, и забрался средним пальцем внутрь. Затем вынул его, чуть царапая ногтем нежную кожу.
- Просто неадекватная.
Все повторилось заново, но уже быстрее, заставляя меня выгибаться навстречу, упираясь ладонями в его грудь. Я знала, что Драко сложен, как бог, но прикасаться – совсем другое дело. Чистое удовольствие.
- Ты хуже всех.
Я не могла сказать и слова, произнести и звука. А когда открыла рот, с него сорвался стон, эхом отдающийся в голове.
Парень оторвался от созерцания своих пальцев, ласкающих меня, и опустил голову к моей обнаженной груди, лаская языком. Затем, поймав мой взгляд, он скользнул от соска вверх, касаясь ключиц и шеи, оставляя влажный прохладный след и томно шепча:
- Неужели так нравится?
Он ожидал ответа, но, когда я уже открыла рот, заставил снова застонать, втянув кожу за ушком. Оставляя засос и опаляя дыханием.
- Умница.
Я старалась держать губы сомкнутыми, стыдясь стонов, но наружу все равно рвалось хныканье и мычание. Мои руки притянули его к себе для глубокого поцелуя, бедра приподнимались навстречу.
- Знаешь, что ты со мной делаешь? – спросил после поцелуя, прикусывая мою нижнюю губу.
В доказательство, он прижал мою руку к своему паху, заставляя почувствовать, какой он твердый под тканью трусов.
Уже два пальца скользили внутри меня. Все еще нестерпимо медленно. Туда-обратно. Туда-обратно. Я поглаживала его член в ответ, повторяя ритм.
- Невыносимая, - и еще раз по слогам. - Не-вы-но-си-ма-я.
Он ускорил темп, вводя их до упора в такт. Задерживал внутри подольше, немного сгибая и растягивая.
- Такая приставучая.
Добавил еще один палец, прокручивая и наблюдая как я откидываю голову назад, закрывая глаза.
- Драко, пожалуйста.
И снова стоны. В моей голове будто выкрутили звук на полную. Там гудело, шумело и хлюпало, а концентрируясь на жаре между ног я чувствовала, что вот-вот кончу. К счастью, я все же изредка ласкала себя, и для меня это было не в новинку, иначе я бы просто сошла с ума.
- Пожалуйста, сейчас...
Фраза оборвалась особо громким стоном, когда он резко вытащил пальцы, приставляя свой член к входу.
- Сейчас что?
- Драко... - я все не могла понять, как он оставался таким спокойным, - хочу тебя.
Он вошел, заполняя меня ощутимо, но безболезненно. И я обхватила его руками и ногами, желая насадиться сильнее, чувствуя, наконец, наполненность. Правда, это было лучше, чем я ожидала.
Наши лица были напротив, и он ловил стоны с моих губ все продолжая:
- Глупая моя...непонятная.
Глубокие, но медленные толчки будто дополняли его слова, от которых я с удивлением лишь сильнее возбуждалась. Тон был таким, будто он собирается сказать что-то другое, ласковое, или же в голове дополняет свои фразы по типу: «Ты сумасшедшая и я схожу от тебя с ума», как бы глупо это ни звучало. А это его «моя» вовсе отдавалось щемящим покалыванием в области сердца.
Я путалась в мыслях, растворялась от его слов. Все мое сознание будто скользило в небытие. Я погружалась в себя и в ощущения. Тонула, на секунду прикрыв глаза, как в горячей ванной. Совсем теряя ощущение времени и связь с реальностью. И лишь в последний момент вынырнула, чувствуя, что чуть не задохнулась.
Рассмотрев осознанность в моих глазах, он легко коснулся губ, выдыхая:
- Не думал, что буду у тебя первым.
- Бонус за терпение.
Он лишь хмыкнул и спросил, поцеловав мое плечо:
- Хочешь отдохнуть, а потом в душ, или наоборот?
- Если меня понесут на руках, то душ в первую очередь.
- Легко.
Когда часом позже я закрыла уже знакомую дверь за собой, то не верила, что забуду теплое дыхание спящего Драко на моей спине. Но на следующий день я проснулась в своей постели, словно ничего и не было. Или искренне желала убедить себя в этом.

***
При словосочетании «римские каникулы» лица приобретают мечтательный вид, и легкий пьянящий флер свободы с ноткой безответственной сумасбродности уносит наши мысли подальше в мир грез, не правда ли? Хорошо проведенное время без обещаний на будущее. Курортный роман... Что ж, извечная классика стереотипов, но почему нельзя почувствовать нечто подобное вспоминая Лондон?
Возможно, здесь плохая погода или в Британии просто ведут менее расслабленный образ жизни?
Нет, просто я здесь живу. И для меня тут все – одно сплошное ограничение.
Итак, я вернулась на неделю назад и рассказала вам забавную историю о том, почему мы совершаем ошибки, я имею в виду те, которые изначально не считаем лучшей затеей.
Полагаю, что рамки, установленные окружением, здравым смыслом или нами самими заставляют нас думать, что мы что-то упускаем. И в порывах желаний получить все, что только можно, несмотря на последствия, мы и бросаемся в омут с головой. Без оглядки.
Я никогда не считала себя полной дурой и, соответственно, никогда не решалась на неоправданный риск исполнения желания ради самого желания. По крайней мере, не продумав шаги отступления и не взвешивая возможности. Однако получалось, что я никогда толком и не делала того, чего хотела.
До недавнего времени я и не собиралась ничего предпринимать, но, откровенно говоря, меня задели недавние слова подруги о том, что я слишком мнительная. И да, я знала о такой своей черте, но если об этом говорит близкий человек, можно ли считать, что все очень плохо и я приближаюсь к стадии паранойи или бою с тенью?
Пришлось поразмышлять над этим недостатком, и я пришла к выводу, что не могу дышать, находясь дома, задыхаясь семейным долгом. И все вокруг, весь город и его жители казались блюстителями порядка, чуткими стражами, желавшими подловить золотую девочку на ошибке и напоминавшими о моем бессилии перед обстоятельствами. Скорее всего они были единственной причиной моей порядочности.
Но попытка бегства, конечно, глупость. Скандалы ни к чему. А раз я не могу попасть в незнакомый город, нужно стать незнакомкой в своем.
Ведь я решила – не хочу думать об ошибках, но не против их совершать. Моим ответом стала возможность снять с себя ответственность за последствия, притворившись кем-то другим.
Мое имя Гермиона Грейнджер, и у меня депрессия и раздвоение личности, но второе – не факт и в целом мой собственный выбор.