Страх, печаль и ужасное волнение.
– Гермиона Джин Грейнджер присутствует? – раздался громкий жёсткий голос высокого худого человека в длинной чёрной мантии.
– Присутствует. – дрожащим голосом буквально прошептала Гермиона, придерживая рукой окровавленный бинт на её тонком исхудалом запястье.
– Пройдите, пожалуйста. На опознание. – мужчина сделал паузу, пытаясь не смотреть на Грейнджер, которая вот-вот сойдёт с ума от разрывающей её внутренней боли.
У девушки потемнело в глазах. Как же она надеялась, что эта участь обойдёт хотя бы её. Но, увы, нет, чудеса – не самое частое явление. Даже в мире магии. Смешение чувств вызывало у Гермионы полосы мурашек на спине. Страх, печаль и ужасное волнение.
Что может быть хуже, чем знать то, что сейчас она увидит своего близкого человека мёртвым?
Едва придя в себя из состояния полузабытья, Гермиона медленно сдвинулась с места и направилась к двери, ведущей в больничное крыло. Стук сердца Грейнджер, казалось, слышали все. Он не был ритмичен, как всегда. На тот момент, его можно было сравнить с бегом не меньше, чем десяти кентавров.
Война забирает жизни. Эмоции. Чувства. Веру в будущее.
И вот, скрип. Глухой и продолжительный скрип тяжёлой двери. Гермиона пыталась подготовить себя к тому, что она увидит. Но это было крайне тяжело. Практически невозможно.
Глубокий вздох. На койке лежал никто иной как Драко Малфой.