Сигареты, Малфой, сигареты...

Дым.

Он окутывает человека у окна своим темным туманом.

Кашель.

Человек у окна еще не до конца привык к отвратительному вкусу этих дешевых дерьмовых штук.

— Малфой! Ты долго будешь там стоять?

Молодой юноша отвлекся от наблюдения из окна младшеклассников и повернулся к мулату, что сидел в кресле.

Никотин.

Малфой сделал еще затяжку и закашлял.

— Ты серьезно? Сколько ты будешь еще портить здоровье этой херней? И сколько еще ты будешь думать о ней?

Вопросы. Вопросы. Бесконечные вопросы. Но все без ответа.
Снова затяжка, выдох и пары дыма окутывают фигуру парня.

— Забини, отъебись. Ты думаешь, я думаю о ней? Если да, то о ком именно?

— О той, кто принесла все это сюда. — мулат сделал широкий жест, указывая на вещи в комнате.

— Об этой гриффиндорской грязнокровке? Ты издеваешься, Забини? — он поднял бровь.

— Тогда о ком? Пэнси? Дафне? Какой-нибудь слизеринской шлюхе?

Блондин фыркнул.

— Ну уж точно не об гриффиндорской подстилке.

— Ну-ну. Я пойду на обед. Ты со мной?

— Не, я еще тут побуду. Ты, главное, следи за своей девушкой.

— Что еще она натворила?

— Говорят, что ее в коридоре чуть не взял какой-то когтевранец.

Блейз нахмурился и кивнул. Парня лучше оставить в покое.
Мулат снова вздохнул и вышел из спальни Драко, а затем и из Башни Старост и столкнулся с кем-то ниже себя.

— Ой, Блейз! Ты стал к нам чаще заходить.

— Гермиона, здравствуй, во-первых. Во-вторых, да, я сам заметил это. Но как же не навестить старину Малфоя.

Грейнджер хмыкнула.

— Ну да. А он у себя?

— Странный вопрос, не находишь? — мулат сделал любимый жест Драко — поднял бровь.

— Хм, мне как раз надо ему передать свитки.

— Тогда не буду мешать. — Блейз сделал шутливый поклон.

Гермиона рассеянно кивнула и прошла мимо.

***

— Драко! — Гермиона зашла в гостиную в Башне Старост.

Тишина.

— Малфой!

Снова тишина.

— Драко Люциус Малфой, я не для того с тобой дружу и сплю, что бы ты меня игнорировал.

Блондин тихо хмыкнул. Казалось, только недавно Гермиона Грейнджер — тихоня, отличница, гордость школы, Староста девочек и Героиня Второй Магической Войны — смущалась от похабных и пошлых словечек. Сейчас же она спокойно может говорить такое. Хотя, и Драко и война поменяли ее отношение ко всему.

Шатенка положила свитки на столик у дивана и стала подниматься по лестнице к двери со значком Слизерина.

— Драко… — она тихо приоткрыла дверь и заглянула в комнату.
Едкий дым сразу наполнил ее легкие.

— Ты снова куришь? Я же тебе говорила.

— Герм, не еби мне мозги. Я знаю, что это плохо.

— Ну и зачем?..

— Затем, — прервал ее блондин, — что бы ты мне не ебала мозги каждый раз.

— Знаешь, я иногда сомневаюсь, что в тебе есть что-то хорошее, ведь ты всегда просишь не «ебать мозги». — она подняла брови и вошла в комнату.

— Герм, перестань… — он отмахнулся от нее.

— Драко, просто ответь мне — зачем? — она взяла с прикроватной тумбочки пачку сигарет, достала одну, зажгла и залезла на кровать Драко.

— Как тебе ответить? Ты же сама все прекрасно знаешь — отец в Азкабане, мать…

Он сделал еще затяжку и, до конца заполнив легкие никотином, выдохнул.

Она вздохнула — да, она все знала, и это заставило Драко ухмыльнуться.
Она знала о его родителях, о его задании от Темного Лорда, она знала, что он не виноват в произошедшем, она знала о его доверии к себе. Ведь немногие удостоены этой чести.
А он знает о ее самом сокровенном — ее любви к нему, Драко. И он отвечал ей взаимностью, хотя она не догадывалась об этом.

— Драко, может хватит? — он злобно глянул на нее. Она ведь знала, что он только недавно начал курить, но уже не может оторваться.

— Только тогда, когда ты сама прекратишь курить эти сикарилы.

— Сигареты, Малфой, сигареты… — тихо поправила любимого Гермиона и включила маленький плеер-магнитофон.