Формула спасения

Драко лениво откинулся на спинку стула, скрестив руки на груди, и чуть ухмыльнулся, наблюдая за Гермионой.

— Никогда бы не подумал, что однажды буду сидеть с тобой в маленьком уютном кафе, без криков, споров и книг, которыми ты могла бы запустить мне в голову.

Гермиона, делая глоток чая, лишь покосилась на него.

— Серьёзно? Это твоя попытка быть очаровательным?

Драко наклонился вперёд, опираясь локтями на стол.

— А ты признаёшь, что я очаровательный?

Она закатила глаза и отодвинула чашку, скрестив руки.

— Я признаю, что ты отвратительно самоуверен.

Драко усмехнулся.

— Самоуверенность — одно из моих лучших качеств.

Гермиона покачала головой, но уголки её губ чуть дёрнулись.

— Только если не считать упрямство, эгоизм и раздражающую способность доводить меня до белого каления.

Он чуть склонил голову набок, разглядывая её.

— Ну, если ты признаёшь, что я влияю на твои эмоции, значит, не всё так плохо.

Гермиона прищурилась.

— Драко, если ты не хочешь, чтобы этот чай оказался у тебя на голове, советую сменить тему.

Он рассмеялся и поднял руки в примирительном жесте.

— Ладно, ладно. Но, знаешь, Грейнджер, тебе стоит научиться принимать комплименты.

Она скрестила руки и бросила на него предупреждающий взгляд.

— И тебе стоит научиться не испытывать моё терпение.

Драко лишь усмехнулся, но всё же замолчал, отхлебнув кофе.

Машина мягко скользила по дороге, фары выхватывали из темноты заснеженный пейзаж. Внутри было тепло, тихо играл приглушённый гул радиостанции.

Гермиона сидела, опершись щекой на ладонь, её веки становились всё тяжелее. Усталость, накопившаяся за последние дни, наконец-то брала своё.

Драко бросил на неё короткий взгляд, заметив, как её дыхание стало ровнее, а пальцы, которыми она сжимала край пальто, ослабли.

— Грейнджер, не вздумай заснуть.

Она что-то пробормотала в ответ, но глаза даже не открыла.

Драко усмехнулся.

— Значит, ты просто решаешь проигнорировать меня? Как удобно.

Гермиона едва слышно вздохнула, устроившись поудобнее. Драко покачал головой, но переключил радио на что-то более спокойное, убавил звук и чуть сильнее сжал руль.

— Ты хоть представляешь, как трудно вести машину и следить за тем, чтобы ты не свернулась калачиком и не растеклась по сиденью?

Тишина.

Он вздохнул и чуть сбавил скорость.

— Ладно, спи. Но если ты проспишь момент, когда мы приедем, я тебя будить не собираюсь. Будешь сидеть тут до утра.

Гермиона что-то сонно пробормотала, но так и не проснулась. Драко лишь закатил глаза и продолжил вести машину, чувствуя, как в салоне становится чуть тише, чуть спокойнее.

Вечером Гермиона принялась готовить зелье. Опять.

Гермиона закатала рукава и приступила к приготовлению зелья. В воздухе витал резкий аромат сушёных трав, магических порошков и алхимических компонентов. Тишина давила. Только треск пламени под котлом напоминал, что время идёт.

Она методично отмеряла ингредиенты, следуя рецепту, который знала до мельчайших деталей. Каждое движение — точное, выверенное, безупречное. Так должно быть. Так должно быть. Но её мысли снова и снова возвращались к событиям дня.

Рон. Покушение. Драко.

Каждый раз, когда перед глазами вставало лицо Рона — с его ледяным взглядом, с его молчанием — её пальцы сжимались крепче. Нож со стуком ударился о разделочную доску.

— Ты решила не спать вовсе?

Она вздрогнула.

Драко.

Он стоял в дверном проёме, скрестив руки на груди, его лицо было частично скрыто тенью.

— Если я не приготовлю это зелье, Скорпиусу будет хуже.

— Ты работаешь над ним уже несколько часов. Это не первый раз, когда ты его варишь. — Он медленно вошёл в комнату. — Ты можешь сделать это с закрытыми глазами.

— Но ошибки я допускать не могу.

Она бросила в котёл щепотку растёртых в пыль лепестков омелы, зелье вспыхнуло багровым светом.

Драко молчал. Просто смотрел.

— Ты понимаешь, что это не только из-за зелья, да?

Гермиона замерла. На одно мгновение. Почти незаметно.

— Я не хочу об этом говорить.

— Конечно. Потому что разговоры — не твоя сильная сторона.

Она раздражённо вздохнула, стиснув зубы.

— Малфой, если ты пришёл просто позлорадствовать, то можешь уйти.

— А если нет?

Он оказался рядом. Быстро. Слишком быстро. Она почувствовала его дыхание у себя за плечом.

Драко усмехнулся и медленно подошёл ближе, будто смакуя каждую секунду её раздражения.

— А если я пришёл просто понаблюдать?

Гермиона закатила глаза и продолжила помешивать зелье, стараясь игнорировать его присутствие. Но он не отставал.

— Ты так сосредоточена, — его голос звучал лениво, но с явным намёком. — Смотришь на этот котёл так, будто от него зависит весь мир.

— Скорпиусу нужно это зелье.

— Да, но, может, дело не только в этом? Может, тебе просто хочется чем-то занять руки, чтобы не думать обо мне?

Она с силой сжала ложку и бросила на него испепеляющий взгляд.

— Не льсти себе, Малфой.

— О, Грейнджер, ты даже не представляешь, насколько мне не нужно себе льстить.

Он наклонился ближе, почти касаясь её плеча. Гермиона почувствовала его дыхание у себя на коже, но не отступила.

— Тебе стоило бы поспать.

— Мне нужно закончить.

— Ты так упряма. Это... даже мило.

Она с силой хлопнула ложкой по краю котла, брызги зелья взметнулись вверх.

— Если ты сейчас же не уйдёшь, Малфой, я испытаю это зелье на тебе.

Он тихо рассмеялся, отступая назад, но не сводя с неё взгляда.

— Вот за это я тебя и ценю, Грейнджер. Ты делаешь всё так интересно.

Он развернулся, но перед тем как выйти, бросил через плечо:

— Но если однажды тебе вдруг надоест сопротивляться... ты знаешь, где меня найти.

Дверь за ним закрылась. Гермиона стояла на месте, всё ещё сжимая ложку в руке. Сердце билось слишком быстро.

И самое ужасное – её это раздражало.

Песня к главе: Fallulah - Give Us a Little love