Бонус
*три года спустя*
"Приходит время, когда каждый возвращается на свое место. Только мне некуда
вернуться. Знаешь, есть такая игра - все вокруг стульев бегают, потом садятся - а
одному стула не хватает." - на протяжении года меня постоянно преследовали эти строки
из книги Харуки Мураками. Я так хотела вернуться домой, но не могла. Кейт оказалась не
такой, как я думала. Она даже на порог бутика не пустила и дом матери тоже прибрала к
рукам.
Месяц, после переезда во Францию, я практически не выходила из пентхауса, который
снимала в пригороде. Наглость Кейт меня убивала, я пыталась с ней встретиться, но все
было тщетно.
Я пыталась звонить Анж, но она вечно была занята. У нас состоялся один разговор в
ноябре (через полтора месяца моего существования в этой стране), который заставил
забыть мою старую жизнь и начать все с чистого листа, только сердце никак не унималось.
Анж мне рассказала, что после моего отъезда она поругалась с родителями из-за
колледжа, она перевелась в институт современного искусства, и переехала к Лиаму. Я
была за нее рада, теперь ее мечта, стать художником, сбудется.
Однако, была и другая сторона нашей беседы. Здесь шла речь обо мне, а точнее Анж
передала слова Хорана: "Если встретишь эту долбанную эгоистичную стерву передай,
чтобы катилась ко всем чертям, а лучше пусть разобьется на своей ебучей машине. Если
бы я знал, что наши отношения закончатся таким образом, вообще не начинал их".
Получается я стерва, а он несчастный, маленький мальчик, которого бросили? Мой мир
все продолжал и продолжал разваливаться на части. Больше мне не хотелось слышать о
этом... человеке. Я перестала звонить Анж и сама игнорировала ее.
Найл Джеймс Хоран отнял все у меня... Страну, город, лучшую подругу, душу... Полностью
изменил мою жизнь. Но, в то же время, подарил нечто ценное, удивительное и хрупкое.
Как только я осознала это - стала строить все заново, кирпичик за кирпичиком.
Сперва, я занялась самым главным - своим драгоценным "чудом". Я начала плавать в
бассейне (он находился в доме, хотя раньше я не обращала никакого внимания на него),
ходить на всевозможные курсы для будущих мам, готовить полезную пищу и слушать...
классическую музыку, от которой меня по началу мутило. Так же начала обустраивать
детскую.
Потом, занялась делами в Лондоне. За два года я расширила отель и открыла Nando's во
Франции. Мы переходили на международный уровень. Я полностью изучила структуру как
ресторанного бизнеса, так и гостиничного. А еще я поступила в университет на факультет
финансового менеджмента, правда на заочное отделение.
И... я отвоевала бизнес матери, оказывается она составила два завещания. Одно из них
хранилось у ее друга, а второе было у тети. Мой экземпляр месье Нуаре отдал на мой
двадцать первый день рождения.
Арно Нуаре - был другом семьи, хотя я об этом не знала. И когда дошло до разбирательств
с Кейт выяснилось, что он занимает высокую должность во французском посольстве
(какую именно, Арно никогда не говорит). Ему не составило труда депортировать Кейт в
Нью-Йорк.
Зачем он так поступил? Не знаю, я была против таких мер. Он просто тогда ответил:
"...mon enfant, никогда не дооценивай своих врагов, предавший раз, может предать и
дважды..."
Благодаря моей умной маме и новому другу, я стала одной из самых богатых и
влиятельных людей в Европе.
И вот, спустя три года, мы возвращаемся в Лондон. Вы все правильно поняли, мой сын
едет со мной. Как же я рада, что не сглупила и родила мое счастье.
*Pov Nail*
С вами когда-нибудь происходило такое: плаваешь спокойно в океане, любуешься
пейзажем, радуешься жизни, и вдруг, вода становится беспокойной. Ты еще ничего не
понял, а тебя накрыло волной и вынырнуть не получается. Если тебе не помогут, вода
начнет выталкивать воздух из легких и наступит кислородное голодание, в конечном
счете ты умрешь.
Нет? Не происходило? Тогда я безмерно рад за вас.
Хотя, в буквальном смысле, я тоже не был на месте этого бедняги, но чувствовал себя
также, как он.
Счастье, радость, любовь - четыре года назад все это присутствовало в моей жизни, а
самое главное там была она... А потом все рухнуло.
Эта предательская волна накрыла меня с головой и тянула в низ. Я задыхался. Мне нужен
был кислород. Однако, в отличии от того человека, я сам избрал этот путь.
Я отказался от Виолетты и теперь умирал.
Что я натворил? Зачем так поступил? Я до сих пор не понимал.
На все это время я забыл, что такое нормальная жизнь. Я посвятил себя работе: начал
постоянно сниматься в автобиографических фильмах, каждый день у меня были
фотосессии. Мы, то и дело, выпускали новые альбомы. В мировом турне тоже ничего не
менялось... После очередного дня я приходил с репетиций, концертов и заваливался спать.
Я перестал бывать в клубах, с парнями теперь общаемся только по работе.
Во время пресс-конференций или раздачи автографов приходилось постоянно улыбаться,
но за этими улыбками вечно скрывались слезы.
"Мужчины не плачут!" - еще в детстве говорил мне отец. А я и не плакал, только сердце
разрывалось на куски. Было ощущение, что каждый час мне его обливают серной кислотой.
Так продолжалось все эти сумасшедшие три года. Хотя я и понимаю, что жаловаться мне
нельзя. Ведь во всем виноват только я.
Почему я тогда поверил какому-то чертовому репортерышке? В тот злополучный день я
сидел у бара и пил. Он подсел ко мне со словами: "Вы знаете, что ваша девушка вам
изменят?" Конечно, я отмахнулся и сказал, чтобы мне не говорили всякий бред. Он и
глазом не повел, продолжая: "Виолетту Стивенсон видели подвыпившую в компании с
каким-то мужчиной... Они целовались. Потом они переместились в отель."
Я хотел спросить от куда у него такая информация, но этот гад моментально исчез. Может
быть я бы и не поверил, но до этого случая я видел Вилу с парнем из колледжа - они
репетировали танец к смотрю талантов, а он нагло раздевал ее глазами. Виолетта
улыбалась.
Все это превратилось в сжигающую ревность. В тот вечер у клуба все вырвалось, без
алкоголя, конечно, не обошлось...
Я винил себя каждый день, час, минуту, секунду. Это проклятое чувство разрушило все. А
самое главное, превратило меня в убийцу...
Я, действительно, думал, что смогу с ней встретиться и поговорить уже в спокойном
состоянии, а не в гневе. Но, пришлось общаться лишь с Анжеликой.
Тогда, по телефону, я ничего не понял и на следующий день встретился с ней. Анжелика
сказала, что Вилу сменила квартиру и сделала аборт. Почему она так просто поверила,
что я не хочу ребенка?!
После разговора я больше не мог с ней встретиться. Она избегала меня...
Однажды, мы все таки увиделись. В тот день Лиам сказал, что переезжает из квартиры и
теперь он будет жить вместе с Анжеликой. Как только мне удалось остаться с ней на
едине, я опять слетел с катушек и наговорил гадостей про Вилу. Надеюсь, Анжелика не
передала ей мои слова.
Два года спустя я возобновил поиски Виолетты. Я обзванивал наших общих знакомых,
бывал на гонках, в ее прежней квартире... в Нандос,.. даже пытался поговорить с ее
адвокатом. Но, никто не знал, где она. Или же они просто говорили, что не знают.
Я начал читать бизнес-журналы, думал может тут найдется хоть что-то.
Я переживал за нее. Спустя столько лет я все еще любил ее и не перестану любить
никогда.
И вот одним из декабрьских вечеров я наткнулся на статью в "The Banker":
"До Рождества осталось десять дней и Санта Клаус начал делать подарки..." - я оторвался
от статьи... Что за бред? Причем здесь Санта Клаус? Мне стало любопытно и я продолжил
читать - "... Из достоверных источников нам стало известно, что сеть кафе Nando's
расширяется и переходит на международную арену. Новое кафе было открыто год назад в
Париже. Однако, нам эта информация стала известна только сейчас. Виолетта Стивенсон
- генеральный директор Nando's и новоиспеченный бриллиант Европы - после долгого
отсутствие вернулась домой! И она с мужчиной! Мы слышали, он старше ее на двадцать
лет..."
Я бросил журнал. Теперь я знаю, где она была все это время... Я и правда думал, что
такая яркая и изумительная женщина будет одна?
Я хотел и хочу ее вернуть
Но уже было слишком поздно. Найл допустил ошибку которую не исправить.