2 глава
несколько лет спустя
***
Как только Гермиона переступила порог Малфой Мэнора, дом будто стал живым и приобрел некие новые краски, которые раньше никогда не имел. Эта девушка не первый раз посещает это место вместе с Малфоем, но, пока что только в роли его возлюбленной.
Грейнджер — героиня войны.
Малфой — слизеринец, который в последний момент сделал правильный выбор и кинул волшебную палочку Поттеру.
— Ну как тебе здесь?
Девушка шокирующе рассматривала каждый угол этого поместья, бросаясь из стороны в сторону, чтобы успеть все рассмотреть. Ее глаза разбегались, ведь здесь было столько магических артефактов, различных антикварных вещей, что голова шла кругом.
— Малфой, это просто превосходно! Я никогда в жизни не видела такого.
— Конечно, у семейства Уизли ты такого еще не увидишь столетия три.
— Можно было и без этого упоминания.
— Я просто констатирую факты.
Драко сидел и вспоминал этот момент, когда гриффиндорка впервые попала в Мэнор. Ну, когда Грейнджер пытала здесь Лестрейндж, вряд ли можно посчитать добровольным визитом. Он всегда старался наполнить воспоминания девушки приятными событиями, чтобы вытеснить все то плохое, что встретилось на ее пути. Как бы Драко тогда не ненавидел Гермиону за ее чистоту крови, но она не заслуживала того клейма на руке, которое уродует ее кожу.
Его ужасно умиляет, как Грейнджер часто забывает, что она волшебница, и делает что-то по-маггловски. Если раньше он часто упрекал ее в этом, то сейчас все перевернулось с ног до головы.
Когда она убирается в одной из гостиных Мэнора или готовит, или когда взбирается на стул, чтобы дотянуться до книги на верхней полке. Гермионе не нужны домовые эльфы, волшебная палочка. Она может прожить без этого и гордится таким качеством. Потому что, когда Драко впервые был дома у Грейнджер, он не знал ни как приготовить завтрак, ни как работать с техникой. Гриффиндорка часто вспоминала это со слезами на глазах от смеха под ворчание Малфоя про то, что «это нихера не смешно, Грейнджер».
Теперь слизеринцу настолько нравятся эти ее маггловские привычки, что он прекратил напоминать ей, что она вообще-то и магией в состоянии воспользоваться. Вместо этого Драко сам начал делать также, как и Гермиона.
Например, когда на свидании она по неловкости разольет свой бокал с вином, начнет ужасно смущаться и вытирать стол салфетками, Малфой не будет насмехаться над своей девушкой или доставать палочку из кармана брюк. Он просто возьмет несколько салфеток и поможет ей.
Или, когда Грейнджер уронит стопку книг в библиотеке поместья и постарается поспешно построить новую пирамиду из энциклопедий, статей, Драко придет на звук и сядет рядом с ней на колени, чтобы сделать это вместе.
В такие моменты она счастлива, а он в прямом смысле этого слова светится от переполняющих его чувств, ведь в ее глазах отражаются гордость, благодарность и любовь. А самое главное, что все это адресовано ему одному. Никому больше.
Из этих мыслей его вырвала Грейнджер, которая села на его колени, обвивая шею руками.
— Слушай, Драко, у меня к тебе такой вопрос...
— Я внимательно слушаю.
Он склонил голову, чтобы лучше разглядывать ее лицо.
— Что ты ожидал увидеть в тот день, когда нашел Зеркало Еиналеж?
— Мне хотелось видеть человека достойного.
Она перекинула через него одну свою ногу, чтобы сидеть не боком, а лицом к лицу. Задумчиво склонив голову рядом с его, она свела брови к переносице.
«Так, когда у Грейнджер хмурый вид, значит она над чем-то усердно размышляет»
— Ты считаешь себя сейчас достойным?
— Мерлин, Грейнджер, ты порой такая дура. Рядом с тобой я чувствую себя живым, а самое главное любимым. Наверное, если бы ты не выводила меня на эмоции во время шестого курса, то скорее всего, я бы так и был черствой слизеринской задницей. Ты изменила меня, сделала лучше.
Девушка смущенно улыбнулась, и ее щеки стали пунцовыми за секунды. Малфой взял ее лицо в свои руки и максимально приблизился к слишком родному лицу.
— И с тобой я готов провести всю жизнь, Гермиона.
— Что?...
— Я хочу, чтобы ты была всегда рядом со мной. До самого конца. Ты согласна?
Он призвал упакованное кольцо, которое купил около месяца назад, чтобы сделать когда-нибудь Грейнджер предложение, от которого она вряд ли сможет отказаться.
Аккуратно раскрыв бордовую бархотку, Малфой вытащил кольцо, которое семейство Малфоев передает женщинам из поколения в поколение. Он быстро подхватил ее ладонь и надел украшение на безымянный палец, пока та с вытаращенными глазами смотрела на Драко.
— Но, Грейнджер, я не прекращу называть тебя по девичьей фамилии. Знай это.
Она с раскрытым ртом продолжала глядеть то на парня, то на кольцо, а потом произнесла:
— Я согласна, Драко.
— Пф, я и не сомневался.
— Какой же ты самоуверенный дурак!
— И тебе это нравится, причем давно.
Драко легко коснулся губами вздернутого носика Гермионы, и та смешно дернула им, улыбаясь. А потом он крепко обнял ее, растворяясь в этих объятиях вместе с Грейнджер.
Они скорее всего забудут самих себя, чем друг друга.