Первое замечание
Гермиона замахивается для удара. Тёмноволосая девушка уворачивается, нанося ей ответные удары.
- Режще, уверенней. Гермиона используй ноги - доносится голос Антэвы с экрана.
Картина меняется, она, Гарри, Рон в лесу, вокруг пожиратели, она пытается отбиваться, а мальчики кричат ей : "беги". Затем она в Малфой мэноре лижит на полу, крича под пытками Беллатрисы. Её собственный крик всё больше заполняет класс.
Она склоняется над связанным пожирателем, разглядывая его лицо.
- Что мне нужно делать?- спрашивает она у Анты, стоящей рядом.
- Добыть информацию, которая будет полезной.
Гермиона развернулась и неуверенно на неё посмотрела.
- Как.
- Легилименция, а если он окклюмент, то можешь делать всё, что хочешь. Для ордена информация - главное.
Теперь она сидит в темном помещении, похожим на клетку. Все скорее всего догадались, что это тюремная камера в подземелье.
По её рукам, лицу, ногам стекает кровь. Сухие губы произносят строчки из стихотворения.
- Но разум все кричал,
Что от всего устал,
И ничего более, кроме
Смерти не желал.
Она бежит по коридору, кидая проклятия в разные стороны. Один за одним пожиратели падают у её ногам, она это не замечает. В конце коридора лежит в крови Антэва.
Гермиона падает к ней, плача и крича.
- Нет, нет. Кто это сделал?
- Неважно. Ты должна... найти... мой дневник... Это важно - дрожащим голосом произносит Анта, истекая кровью.
- Анта, Анта, нет, пожалуйста не бросай меня - но уже поздно, глаза Анты закрылись, в теле больше не было жизни.
Гермиона прислонилась к стенке, захлёбываясь от рыдании.
Напротив появился пожиратель, направляющий на неё свою палочку. Прежде чем он успел произнести непростительное, она выкрикнула : "Экспеллиармус".
Его палочка оказывается у Гермионы, но она вытаскивает нож из-под мантии. В её глазах мелькает что-то животное и яростное. Она неспешно двигается к нему, он пятится назад, утыкаясь спиной в стену. Подбегая с криком, наносила удары ножом. Даже когда бездыханное тело упало, нож продолжал его протыкать. На конец она остановилась, закричав ещё больше. По ней стекала кровь пожирателя вперемешку с её слезами.
Экран снова стал чёрным, в классе повисло тяжёлое молчание.
Малфой наблюдал, как Грейнджер идёт к аппарату с таким лицом, будто её должен поцеловать дементор. Он даже невольно улыбнулся, злорадствуя над ней. Сейчас твои друзья узнают, что ты делала, пока они рассуждали о добре и зле. Ничего нового он не увидел, она и до этого на его глазах убивала, но было что-то в этом странное, она казалась такой беззащитной на поле, а на самом деле в гневе была очень разрушительна. Это придавало ей особый шарм. На секунду он даже подумал, что она ему не противна.
Экран потух, гриффиндорка развернулась посмотреть на преподавателя. Её глаза были такими же яростными и наполненными животным страхом, как минуту назад на экране. Казалась она сейчас нападёт на Глорию и будет убивать её, как и пожирателя.
Грейнджер убрала руку с экрана, не дожидаясь, когда преподаватель скажет это сделать. Малфой застыл, с интересом наблюдая за происходящим. Она была такой очаровательной.
- Можете присаживаться на своё место, мисс - Глория будто не замечала злого взгляда и продолжала говорить сладким голосом.
Гриффиндорка выпрямила спину и пошла на своё место, не видя ничего перед собой. Ей просто нужно было уйти и успокоиться.
Дойдя до своего места, она взяла свою сумку и вышла из класса.
- Мисс Грейнджер, вы куда, урок ещё не окончен? - Гермиона даже не повернулась и скрылась за дверью - вот мы видим первого человека у которого психическая травма после войны - также сладко говорила она, не проявляя сочувствие. Было похоже, что она эгоистка, даже Драко это заметил.
Ни Рон, ни Гарри не пошли за своей подружкой, они сидели в оцепенение от последнего кадра. У Поттера расширились глаза, будто он впервые увидел Богарта, а Уизли был просто в шоке.
- Ну и третий член золотого трио - Рон Уизли, проходите сюда.
Малфой, сам не зная почему, вышел из класс. Его вроде не заметили, так как все наблюдали за воспоминаниями Уизли. Ему вообще было плевать, что там с ним происходило, поэтому он шёл по коридорам, пытаясь понять куда скрылась Грейнджер.
Её плач был слышен даже в коридоре. Она нашлась в туалете плаксы Миртл. Он встал перед ней, она подняла голову. Вид её был печальным, но в глазах ещё была ярость.
- Оплакиваешь свою вторую мамку? Как жаль, первая тебя не помнит, а вторая умерла - он сделал вид, будто насмехается на ней, ожидая её реакции, которая была молниеносной.
Она подскочила на ноги и ударила его кулаком по лицу, разбив ему губу. На этом не закончилось она продолжила наносить удары, но Малфой с лёгкостью уворачивался и перехватывал её руки. Она не выдержала и повалила его на пол, больно ударив в живот, от чего он скривился, потянув её за собой на пол. Продолжая попытки драться они каталичь по полу, пока в не зашёл профессор Флитвик, растащив их по разным углам магией.
- Мисс Грейнджер, Мистер Малфой, что здесь происходит - недовольно вопил профессор. Не дождавшись от них никого ответа он повёл их к директору.
Макгонагалл была в удивлении и в гневе, когда узнала, что её лучшая ученица влезла в драку и при этом была ещё и виновата, напав на Малфоя первой. Усложнило ситуацию ещё и то, что у Гермионы не было никаких повреждений, а у него синяк на лице, разбитая губа и синяк на ноге, полученный во время "катания" по полу. Директор её предупредила, что эта драка может стать поводом для первого замечания. Она подписала себе приговор.
Малфой во время объяснении сказал, что для него прискорбно поднимать руку на девушку и что он всего лишь защищался. Гермиону это поразило, не ужели у него были моральные принципы? Ведь он и правда её не пытался ударить.
После этого случая Макгонагалл провела для всех учеников беседу о драках и стыках. К счастью, не упомянув ни Малфоя, ни Грейнджер, но слух о их драке всё же разошёлся.
Друзья стали осторожны с ней и при всякой возможности пытались высказать свою сожаление по поводу пережитого на войне. Спасибо хотя бы зато, что они её не признают за убийство, думала она.
Но всё же перемену в их отношении к ней она заметила.
С приезда в Хогвартс прошла неделя, а это значит, что начинается перераспределение. Все сидели в главном зале в нервном ожидании.
Принцип распределения был такой же, как и у первокурсников, только теперь было пять факультетов. Либо ты остаёшься на своём факультете, либо попадаешь на пятый, решает шляпа. Пятый факультет носил название Куратиос, что в переводе с латинского языка означало лечение.
Начали вызывать по списку участников. Первые пять участников остались на своих факультетах. На шестом, Теодоре Нотте, шляпа сказала: "Куратиос". После Нотта на пятый факультет отправился Малфой.
Дальше для Гермионы шло всё как в тумане, помнит только как она на ватных ногах приходит к стулу, садится и просит шляпу не отправлять её на Куратиос. Она надеется, что ей это поможет как и Гарри.
- Не переживайте, мисс - говорит шляпа. Гермиона думает, как уж тут не переживать, как шляпа продолжает - Куратиос.
Она не верит, не хочет верить, встаёт, начинает двигаться в неопределённом направлении, оглядывается на директора. Директор выглядит неуверенно и ошарашенно.
Ноги не держат, в голове ноющая боль, в ушах шум, в глазах темнеет.