Драмиона Рассвет Тьмы

На горизонте алым светом загоралась заря. Лучи утреннего летнего солнца проникали сквозь воздушные персиковые шторы, разгоняя мягкий полумрак маленькой спальни.
В самом дальнем углу на небольшой низенькой кровати, закрыв лицо хрупкой белой ручкой, спала девушка. Она тихонько посапывала, изредка переворачиваясь с боку на бок, пытаясь найти наиболее удобное положение. Ее каштановые волосы разметались по подушке, одеяло съехало, открывая вид на стройные девичьи ноги. Весь ее вид выражал безмятежность и негу.
Когда утро окончательно наступило, а солнце засветило вовсю, Гермиона сонно приоткрыла глаза. Она слегка потянулась и встала, стряхивая с себя последние остатки сна.

- Ммм... - сладко вздохнула красавица, подставляя лицо свету.

Это было первое теплое лето за последние несколько лет. Птицы в саду внезапно запели очередную неповторимую мелодию, заставив девушку улыбнуться.
Застелив постель и надев простенькое платье, Гермиона отправилась умываться. Холодная вода окончательно пробудила и помогла привести мысли в порядок.
Настроение было потрясающим, девушка не могла нарадоваться солнцу, наслаждаясь его теплом. Знала бы она в ту минуту, что видит его в последний раз.

***
Выйдя на улицу, девушка неторопливо шла по узкой дороге Англии и смотрела по сторонам. Она не могла перестать удивляться красоте своего родного города. По обеим сторонам, несмотря на величие страны, расположились маленькие приземистые домики, все как один похожие на ее собственный. Но это то, как раз и понятно, ведь не все могут позволить себе жить в роскошных замках и управлять поместьями.
Ввиду раннего утра, улицы были пустынны, горожане пока не успели проснуться. Но совсем скоро откроются лавки и захлопают открывающиеся ставни бакалейи, а сейчас еще оставался шанс послушать тишину.
Девушка шла вперед, огибая безмолвные дома и амбары. Ветер то и дело норовил растрепать волосы, раскидывая их по плечам, но Гермиона упорно сражалась, убирая их обратно под светлую косынку. Голубое платье, несмотря на свою простоту, выгодно подчеркивало стройную фигуру. Лицо ее будто светилось изнутри, оттеняя глубину карих глаз. В них было так много жизнелюбия и доброты, что ими можно было окутать всех и каждого. Уверенно шагая вперед, она не думала о плохом и не подозревала, какие испытания ей приготовила судьба.
***

Осторожно повернув холодную ручку, девушка толкнула дверь. Та с трудом отворилась, скрипя не смазанными петлями. Красавица незамедлительно юркнула внутрь.
В библиотеке стояла приятная прохлада, и это было еще одной причиной, почему Гермиона так любила здесь бывать.
Старинные фолианты книг хранили столько тайн, всего лишь величественно стоя на полках. Этим они и привлекали юную девушку, каждый раз пробуждая в ней новую гамму чувств.
Такую неуемную любовь к чтению она переняла от отца, который зарабатывал на жизнь написанием интересных рассказов и волшебных сказок. Еще в детстве, будучи малышкой, она частенько приходила в кабинет отца и с упоением, свойственным маленьким, наблюдала за его работой. Бывало, сказки настолько завлекали ее, уносили за собой, что она покидала кабинет, когда солнце давно садилось. Потому что, читая их, ты словно попадаешь в другой, неизведанный мир и напрочь забываешь о суровой реальности. Такими моментами хочется жить.
Девушка с отстраненной улыбкой осмотрела излюбленное место возле высоких стеллажей.

- Гермиона, девочка! - воскликнул где-то за спиной старческий голос.

Она испуганно оглянулась, но узнав этого человека, тут же успокоилась.
У деревянного массивного письменного стола стоял пожилой мужчина шестидесяти лет. Старые потрепанные штаны были ему велики и висели на его худом теле, как на вешалке. Руки его были спрятаны в карманах рабочего серого фартука. Седые волосы и борода старичка топорщились во все стороны, поэтому он поминутно приглаживал их. Хотя Гермиона отказывалась принимать его за старца, считая библиотекаря "мужчиной в возрасте".

- Приветствую, мистер Франк, - ласково
проговорила девушка и слегка склонила голову.

- Эх, дочка, солнце только-только взошло, а ты уже тут как тут! - продолжал мужчина. Его мягкие большие глаза с отцовской теплотой взирали на девушку.
Гермиона убрала волосы в тугой хвост и прошлась вдоль старых пыльных стеллажей, с интересом разглядывая книги.

- Да вот, захотелось вас повидать, а заодно взять новую книгу, - со смехом ответила она, продолжая поиски.
Рука в задумчивости прошлась по книгам, поглаживая корешки. Они были очень древними, в потертых обложках и с разваливающимися страницами, но это совсем не делало их хуже, а напротив придавало уникальности. К тому же, Гермиона давно убедилась, что чем хуже на вид книга, тем лучше и богаче она внутри.

- Хм, я пожалуй возьму эту. Второй том, - развернувшись к мужчине, произнесла девушка.

- "Любовь и ненависть"? Снова? Но ты ведь ее читала уже пять раз! - в шутку возмутился мистер Франк.

- Ну и что? Это моя любимая, - ответила девушка, мечтательно прикрыв глаза.

Мужчина понимающе хмыкнул и скрылся за стеллажом. Спустя некоторое время послышался уютный треск поленьев в печи.
Гермиона присела на старый шатающийся стул и бережно открыла книгу. Витиеватые буквы складывались в давно уже знакомые ей слова. Она провела рукой по холодной странице, желая почувствовать приятную шероховатость пожелтевшей бумаги.
Вдруг входная дверь со стуком отворилась, вернув её в реальность, заставив подпрыгнуть от неожиданности.
В библиотеку буквально ворвалась бойкая светловолосая девица. Ее грудь часто вздымалась, дыхание стало неровным, поэтому ей пришлось облокотиться о дверной косяк, чтобы перевести дух. Обычно всегда аккуратное платье сейчас было слегка запачкано.
Когда девушке, наконец, удалось восстановить дыхание, она быстро перекинула волосы назад и взволнованно посмотрела на изумленную и перепуганную Гермиону.

- Розалинда? Что случилось? Что с тобой? - обеспокоено спросила девушка, медленно положив изящные ручки на страницы книги.

- Ге...Гермиона. Там...уф...это. Ты не поверишь! - задыхаясь, протороторила Розалинда, чуть ли не хлопая в ладоши.

Она была прехорошенькой. Низенькая, розовощекая, с озорным огоньком в глазах, Розалинда не соответствовала канонам современной красоты, но, тем не менее пользовалась огромной популярностью среди молодых людей. Взять хотя бы ее неутомимого поклонника лорда Хемптона. Бедняга перепробовал, казалось бы, все, только бы она обратила на него внимание, но эта сердцеедка, только и делает, что мучает его, при этом очаровательно улыбаясь.
Словом Розалинда и Гермиона дружили с самого детства. Рози была представительницей графского рода Монтекки, известного своей чистейшей родословной и богатыми родственниками. Гермиона же напротив, была обыкновенной девушкой из бедной семьи писателя и прачки. Хоть они и были разные, с точки зрения социального статуса, но это не мешало их сестринской любви.

- Ты не поверишь, Гермиона! - продолжала она, отчаянно жестикулируя, - В наш город с визитом пожаловал сам лорд Малфой. Наследник лорда Люциуса Малфоя. Это немыслимо!

- Что? Кто это, Роуз? Я ничего о нем раньше не слышала, - недоуменно повела плечами девушка.

- Ты серьезно? Ты не знаешь кто такие Малфои? - подруга красноречиво изогнула бровь. Она было явно шокирована, поэтому ее пыл слегка поумерился.

Гермиона лишь спокойно пожала плечами на эту тираду, поправила подол платья, а затем перевела взгляд на обиженную такой сухостью к ее новому предмету обожания, Розалинду.

- Нет, дорогая, не знаю. Да и откуда, по твоему мне о нем слышать?

- Ох, Гермиона, ох! А я так торопилась, а теперь вижу что напрасно! - девица показательно надула губы и отвернулась.

В этой суматохе, забытый мистер Франк, показался из-за лавки, виновато улыбаясь.

- Доброе утро, мисс Розалинда, - приветливо склонил голову мужчина. Девушка ответила ему тем же, кивнув слегка надменно и тряхнув белокурыми волосами.

- Благодарю вас за книгу, мистер Франк, - поспешила поблагодарить библиотекаря Гермиона, прижимая том поближе к груди.

Розалинда нетерпеливо закатила глаза. Она стала невольной свидетельницей этой двухминутной идиллии, и тут же заскучала. Ей порядком надоели эти любезности, поэтому, напрочь забыв о манерах, присущим девушкам ее круга, она цепко схватила Гермиону за руку и потащила к двери.
Не ожидавшая такого напора, Грейнджер только и успела, что поспешно попрощаться с мистером Франком, еле поспевая за шумной подругой.

- Пошли! Я умру, если ты его не увидишь. Так и знай! Умру!

Спорить с Роуз, когда она в таком состоянии, Гермиона побаивалась, осознавая тщетность таких попыток, поэтому ей ничего не оставалось только, как обреченно шагать вслед за подругой.

- Ладно, пойдем, - еле дыша от быстрой ходьбы произнесла она, пытаясь хотя бы высвободить затекшую руку.
Но напрасно. Розалинда на эти ее слова лишь радостно засмеялась, и казалось, только прибавила скорость, почти переходя на бег. Она то и дело поторапливала подругу, будто ничего не было важнее, чем какой-то ее очередной напыщенный лорд.

- Рози, сбавь шаг. Я уже не могу, - жалостно простонала Гермиона, умоляя Розалинду, - я кошмарно устала!

- Он такой красавец, мисс Грейнджер, что ты сойдешь с ума! - перебила она ее, даже не дослушав до конца.
***
Темные мрачные стены старинного замка, ставшие казалось привычными, сейчас давили, лишая возможности глубоко дышать.
Свет не мог проникнуть в комнату, лишь тусклые сальные свечи медленно догорали, капая расплавленным воском. Языки пламени по-змеиному извивались, танцевали на полотне персидского ковра. Во всем поместье стоял жуткий холод, несмотря на майский день и теплую погоду. Складывалось стойкое впечатление, что этот дом поглощает всю радость и свет, принося взамен лишь леденящий душу мороз. По страшным пустым коридором неслышно скользила смерть.
Нескончаемые отвратительные пытки, что проводились в подземельях, только подпитывали эти мысли. Душераздирающие крики заключенных, и вымученные стоны их родных постепенно сводили с ума, особенно если ты был причиной их боли, их муки.
Высокий и бледный юноша медленно расхаживал по комнате, сосредоточившись на своих мыслях. Его платиновые волосы в свете огня от негреющего камина, отливали огнем. Он сложил руки в замок и плотно поджал губы. Черный как ночь костюм сидел, как влитой. Взгляд парня вдруг сосредоточился на одной точке. Он явно чего-то ждал, незаметно поглядывая на золотые наручные часы. Маленькие стрелки двигались, на удивление, долго, словно пытаясь заставить время вовсе остановиться.
Странное все-таки изобретение - часы. Они неумолимо отсчитывают время. Время отведенное нам. Молодому аристократу всегда казалось нелепым носить их, как напоминание о неизбежном, но статус обязывал.
Минутная стрелка, пройдя, наконец, круг циферблата, остановилась на цифре двенадцать, сровнявшись с часовой. Полночь.
Спасть невыносимо хочется, глаза сами по себе закрываются, но нельзя. По крайней мере, не сейчас. Еще не время.
Юноша тряхнул головой, прогоняя сонливость.
В коридоре послышались долгожданные приглушенные толстым ковром шаги. Ручка двери повернулась, и та неслышно отворилась. Порог перешагнул молодой человек лет девятнадцати. Худощав, черноволос, кожа темная, точно загорелая. Мулат нахмурил брови и осторожно шагнул в полумрак комнаты.
Аристократ стоял к нему спиной, опершись руками на спинку кресла.

- Драко, - тихо позвал он, сжимая руки в кулаки.

Блондин резко обернулся, но заметив друга, измученно опустил плечи, прикрывая тяжелые веки.

- Это случилось, не так ли? - шепотом спросил Драко, потирая лоб рукой, - отвечай!

- Да, - коротко ответил Блейз, присаживаясь на кожаный диван.

- И что теперь, а? Что теперь будет Блейз? - продолжал вопрошать Малфой, - что?!

Драко поднял голову, встречаясь взглядом с лучшим другом. Единственным человеком, перед которым не нужно притворяться, лгать. Забини был именно тем, кому можно доверить почти все. Он стал ему больше, чем просто друг, он заменил ему брата.
Так что же он надеялся отыскать в зеленых глазах Забини? Поддержку? А может сострадание? Возможно, но только внутри. На словах и на виду аристократы не имеют прав на проявление чувств или жалости. Это противоречит многовековым правилам и устоям.

- Я понимаю, что потеря отца это тяжелая утрата для каждого из нас, но...

- Да какой к черту отец, Забини?! - Малфой сорвался на крик, чем заставил мулата не на шутку удивиться, - ты сейчас серьезно? Да он ведь погубил мою мать, забрал сотни жизней! И что оставил взамен? Хаос!

Зло мечась по комнате, парень смахнул со стола серебряные канделябры. Его глаза горели огнем ненависти. Она бурлила в нем раскаленной лавой, прожигая жилы. Потерять в одно время и мать и отца. Такое может пережить не каждый. Из-за той глупой судьбоносной, как оказалось, сделки, Драко потерял дорогих и близких. Все бремя ответственности лежало на плечах отца, но, а сейчас перешло к нему вместе с огромным состоянием, буквально прижимая его к земле.
Ему было по-настоящему страшно. Безусловно, страх не то чувство которое дозволено испытывать наследникам древнего рода, оно чуждо людям его уровня, но он не мог побороть его, оставалось лишь хорошенько спрятать его, захоронить глубоко в себе, прикрываясь жестокостью и холодностью.
Наконец прейдя в чувства, Малфой сел рядом с Забини на диван. Запустив руки в волосы, он начал медленно раскачиваться, чтобы собраться с мыслями.
- Я знаю, что ты расстроен, Драк, но будь же реалистом. Вернись к жизни, по крайней мере попытайся, - Блейз многозначительно помолчал. - Тем более Нарциссу уже не вернуть, смирись с этим. Надо жить дальше, двигаться вперед. Развейся, к тому же тебе все равно необходимо съездить в город за документами... - мулат удручающе похлопал блондина по спине, поднялся с дивана и направился к массивной двери, но внезапно остановился, что-то вспомнив:
- Да, и еще кое-что, - напомнил он, взявшись за металлическую ручку, - там есть небольшая проблема с одним домом. Нужно немедленно ее решить. Неуплата долгов, разберись с этим сам, заодно отвлечешься.
Сказав это, Блейз покинул комнату, выйдя за дверь.
Услышав хлопок, молодой аристократ встал и подошел к догорающему камину. Прислонившись щекой к стене, он крепко зажмурил глаза и задумался. Бесконечный поток вопросов сводил с ума, не давая желанного покоя.

"А может быть Забини прав, и мне стоит съездить в этот городишко. Пожалуй, так и сделаю,".- подумал Драко и шумно вздохнул, ему все еще сложно было осознавать происходящее.

Постояв так еще пару минут, юноша поспешно покинул гостиную. Мрачный холод ворвался в окно, затушив мгновенно свечи. В комнате воцарился мрак.