Целый месяц!
— Мда, — я аккуратно дотронулась подушечками пальцев до распухшей губы и посмотрела на кота, который тёрся о мои ноги, призывно мурлыча что-то себе под нос. — Оказывается получать по лицу, это совсем не приятно, Живоглот.
— Да что ты! — я выхватила палочку и направила её в говорившего. Распознав Жози, я медленно убрала палочку под мантию, и укоризненно посмотрела на девушку.
— Отец не учил тебя не подкрадываться спины к мракоборцам? — поинтересовалась я, возвращая свое внимание к зеркалу.
— В следующий раз отправлю сову, прежде чем подойти, — едко отвечает она, не принимая мои слова близко к сердцу. Приглядевшись к ее отражению в зеркале, я подмечаю, что Жозефина натянута, как струна. Только тронь и она лопнет от перенапряжения. — Неделю. От тебя не были никаких известий неделю, Гермиона Джин Грейнджер. И дома тебя тоже не было, не вздумай мне врать, — предупредила она, выставив указательный палец. — Я хочу спросить, где ты была, дракл тебя дери, но ты мне не скажешь.
— Скажу, — спокойно ответила я, слабо улыбаясь. — Я работала, — и я вынуждена молчать, как бы страшно и тошно мне бы не было. — У меня сверхурочные, — пояснила я, не желая напоминать, что в отличие от нее, некому покупать мне школьные принадлежности. — После успешного окончания испытательного срока, у меня появилось много работы, — которую мне надо сделать до того, как вернусь в Хогвартс. — Спасибо, что не бросила Живоглота.
— О! — Жози звонко хлопнула в ладоши и опустилась в кресло. — Это правда, что у тебя отдельная комната?
— Да, — я залечила свою губу и скинув мантию, от которой несло кровью, села на диван, откинувшись на спинку и расслабленно выдохнув. — Профессор Макгонагалл знает, кто я. Мистер д’Арманьяк ей всё изложил, и они сошлись на том, что мне можно выделить комнату с камином, — через который я могу входить и выходить.
— Кто так приложил? — поинтересовалась она, рассматривая меня.
— Одна очень интересная особа, — я усмехнулась, вспоминая, как женщина внезапно ударила меня по лицу, когда я зачитывала магический ордер на арест ее сына. — Я не ожидала, что взрослая женщина бросится на меня с кулаками. Напарник посмеялся и предложил научить меня блокировать очевидные удары, — я не отреагировала на его шутку, не хотела признавать, что меня задели его слова.
Я была уверена, что готова ко всему. Ко всему, кроме женщин — божьих одуванчиков.
— Ну, удар у тебя хорошо поставлен. Я помню, как ты зарядила Малфою, — Жози издала хриплый смешок.
— Я слышала, что его отца депортировали из страны, это правда? — аккуратно спросила я. Мы с Гарри дали показания в защиту Люциуса Малфоя, помогли они ему или нет, я не знаю.
— А мне откуда знать?
— Вы с одного факультета и ваши семьи близки, — я встала с дивана и пошла на кухню. Во рту ужасно пересохло.
— Это правда, — Жози тоже поднялась на ноги и проследовала за мной. Девушка, как обычно забралась на подоконник, поглаживая Живоглота, который сразу запрыгнул ей на колени. — Мистера Малфоя депортировали, — не заключение в Азкабане, уже неплохо. — Видела его шрам на пол лица?
— Не только видела, — я замерла, оборачиваясь к девушке. — Я была с ним, когда он получил ранение. — Мистер Малфой снял защитные чары в захваченном поместье, чтобы мы смогли проникнуть и обезвредить пожирателей. За помощь нам, его пытались убить такие же Пожиратели смерти. — И я сама обрабатывала его рану. Удивляюсь, как мистер Малфой не объявил всем, что шрам остался из-за того, что его лечила маглорождённая.
Грязнокровка
Жозефина рассеянно кивнула и спрыгнула с подоконника. Опустив кота на пол, девушка встала за мной и нервно заламывала пальцы, наблюдая за тем, как я готовлю ужин. Недельная голодовка, очень значительно сказалась на моём организме.
Я сильно ослабла, капитан точно будет недоволен.
С интересом наблюдая за тем, как Жози решается, поговорить со мной об отношениях с Рональдом, я продолжила готовить. Я могла бы сказать, что все знаю, но мне важно, чтобы Жозефина набралась духу и сказала об этом сама.
— Гермиона, — она подошла ко мне и аккуратно забрала нож из рук. — Нам надо поговорить.
— Говори, — с улыбкой говоря я, забирая обратно нож. Я ужасно голодна!
— Ты же знаешь, пусть мы дружим не так давно…
— Знаю-знаю, — я благодарна судьбе, что она столкнула меня с этой девушкой. — Продолжай.
— Вот. И ты знаешь, что я думаю, насчёт наших факультетских напыщенных парней. Ну я так стала думать, тоже сравнительно недавно, а так они…
— Знаю-знаю, — снова проговорила я, закидывая в большую миску нарезанные овощи, заливая их оливковым маслом и аккуратно перемешивая лопаткой. — Сыр нарезать?
— Не надо, — ответила она, снова отходя к окну. — А ну всё к Мерлину, убьёшь так убьёшь, мы с Роном встречаемся!
— Расслабься, мне всё известно, — я закусила губу, чтобы скрыть улыбку на лице. — Жозефина, я рада, что Рональд нашёл в себе силы и я ему завидую, что он нашел счастье…
— Я знала, что ты будешь злиться.
— После войны, — я махнула головой, когда договорила. — Я это имела виду, и знаешь, мне немного обидно, что ты думала обо мне так плохо. С чего я должна злиться?
— Но прошёл месяц, с вашего расставания, — теперь она чувствовала себя глупо, за свои детские мысли.
— Целый месяц! — я выделила первое слово, давая понять, что это достаточный срок для наших с ним несостоявшихся отношений. — Если ты из-за этого переживала, то знай, что оно того не стоило и я правда рада за вас. Веришь?
— Верю, — чуть склонив голову на бок, Жози благодарно мне улыбнулась, и я впервые увидела смущенный румянец на ее щеках. — И прости меня, зря я думала, что ты будешь злиться. Это наверное глупые гормоны или ещё что. Не знаю, что там выделяется у парочек, — она не сказала «влюбленных». Обошла это слово стороной, интересно, почему?
— Всё в порядке, — я обняла девушку, приглаживая её темные волнистые волосы, что красиво ниспадали с плеч. — Пойдём завтра в Косой переулок?
— Завтра не работаешь?
— Вроде нет, — я отстранилась и заглянула в её непроницаемые, как у отца, глаза. — Но если вдруг исчезну, покормишь Живоглота?
— Хорошо, — она снова улыбнулась мне, сжимая мои руки.
***
— Чёрт, — процедила я, когда споткнулась о чёртову кривую мостовую перед швейным ателье, где меня должна была ждать Жози. Я еще правда и Гарри пригласила с нами, но он подойдёт позже и мы встретимся с ним в книжной лавке.
— Не стоит бросаться мне в ноги, Грейнджер.
— Ты слишком большого о себе мнения, — я подняла взгляд и встретилась с холодными, серыми глазами. — Малфой, не знала, что ты возвращаешься в школу.
Малфой опустил взгляд на бумажный свёрток и его губ коснулась грустная улыбка, которая исчезла сразу, как только его взгляд впился в мой.
— Спонтанное решение, Грейнджер. Никто не знал, — ответил он безразлично. — Слышал, тебе дали отдельные апартаменты в подземелье, рядом с нашим общежитием. Не страшно?
— Нет, — ответила я, скрестив руки на груди.
Утром я получила сову от профессора МакГонагалл. В письме она писала, что мне выделяют апартаменты, как выразился Малфой, в подземельях и не просто так. Целью является не слежка за учениками змеиного факультета, а пресечение издевательств — как с их стороны, так и в их сторону.
Директор опасается, что ученики могут устраивать козни в отместку и я должна следить за порядком, как посол-сердолюбия.
— Давно ждёшь? — мне на плечо упала знакомая маленькая рука мисс д’Арманьяк, которая всегда опаздывает.
— Как обычно, — ответила я, приветственно улыбаясь Жози. Она предостерегающе смотря на своего сокурсника. — Только что, сообщила Малфою, что буду жить рядом с вашим факультетом.
— Это отличная новость, Гермиона. — Жози довольно улыбалась, все еще пристально глядя за ним. — Господи, Драко, не кисни.
— Не знал, что вы близки с …
— Подумай прежде, чем продолжить, Малфой.
— Грейнджер. — Закончил он, изумлённо смотря на Жози, которая встала передо мной. Девушка пыталась меня закрыть от его цепкого взгляда. — Тебе явно пошло на пользу общение с ней. Ты стала более уверенной. — Я всегда думала, что Малфой, этакий хладнокровный, заносчивый, бессердечный хорёк, но сейчас, за время нашего маленького диалога, я увидела больше настоящих эмоций, чем за всё время нашего совместного обучения. Расслабив губы, Малфой мягко посмотрел на однокурсницу. — Я соболезную твоей утрате, Жозефина. Арчибальд был приятным парнем. — Жози лишь понуро опустила голову, сжимая руки в кулаки. Ей до сих пор было сложно справляться со смертью брата, случившейся на наших глазах.
— Спасибо, Драко, — она благодарно кивнула, смотря куда-то в сторону. Жози не хотела казаться Малфою жалкой и уязвимой, а мне не хотела напоминать о событии, связавшему нас.
— Увидимся в школе, леди, — Малфой сдержанно глянул на меня и развернувшись на пятках, скрылся в толпе, оставляя нас одних наедине со своими страшными воспоминаниями, грузом висящих на мне…
… — Авада Кедавра! — взмах палочки, и он лежит на земле, пронзенный зеленым столпом света, а я бегу дальше.
Я должна успеть добраться до церкви, где люди ждали нашей помощи. Мышцы ног ноют. Я заваливаюсь от усталости, но продолжаю бежать.
Позволить себе остановиться — позволить им победить.
Из двенадцати волшебников нашего спасательного отряда в живых осталось лишь пять, остальные погибли. Возможно нас еще меньше, но мне страшно оглядываться. Обернусь, когда доберусь до церкви.
— Арчи! — протяжный вопль оглушает меня, рвет сердце, заставляет остановиться и оглядеться вокруг. — Арчибальд! — крик повторился и я увидела его. Высокий, худощавый парень, с чёрными, как вороново крыло, волосами, падает на колени, харкая кровью. Не отводя затуманенного взгляда от девушки, которая умирала вместе с ним, он упал лицом в траву.
Наверное были близки подумала я, смотря на неё, возможно даже родственники — такая же бледность, такие же волосы.
Мы познакомились за два часа до спасательной операции, их лица казались знакомыми, а имена ненужными. Я решила, что запомню их имена, когда операция закончится.
Когда мы останемся в живых.
— Беги! — кричу я, но она не слышит меня. Неподвижно сидит на коленях и смотрит на тело парня, под которым уже растекалась кровь. — Беги! — я замечаю, как тот, кто убил несчастного, заносит палочку и со злорадной ухмылкой, начинает произносить заклинание.
— Авада Кедавра! — девушка вздрагивает и испуганно замирает, готовясь к скорой смерти, не замечая, что заклинание произнесено мной. Я убила Пожирателя. — Нам нужно уходить! — я подбегаю к ней и хватаю за локоть, в попытке поднять на ноги. — Слышишь, нам пора…
— Нам надо идти, — выдыхает она, когда слышится звон от двери справа от нас. — Все ждут, когда ты зайдёшь внутрь.
Она была права. Все только и ждали, когда мы переступим порог ателье Мадам Малкин, под звон колокольчика над нашими головами. Их внимание приковано к нам из-за меня.
Они все смотрят.
Я очень жду, когда ажиотаж вокруг моей персоны стихнет, но возможно ли это?
В начале учебы, меня как назвали зубрилкой, заучкой, так до сих пор и зовут. Тоже самое с этой дурацкой «Героиней войны». На меня как повесят клеймо, так оно со мной и останется.
Меня смущает, что окружающие не видят другого. Для них я надежда на спасение и блестящая сторона золотой медали, у которой нет оборотной стороны, спрятанной в тени.
После обмена любезностями, мадам Малкин решила нам помочь с выбором, предлагая разные варианты мантий и другой школьной одежды, но когда женщина поняла, что Жози недовольна её вмешательством, она оставила нас, сославшись на других клиентов.
— Я хочу чёрную рубашку, — сказала я, показывая Жози на манекен у стены.
— Всё черное? — тихо поинтересовалась она, наклонившись ко мне ближе.
— На чёрном не видно крови, — так же тихо ответила я, разглядывая черную рубашку, со стойкой воротником, в уголках которого была вышита символика гриффиндора. — Ты будешь брать юбку?
— Куда я без неё, — ухмыляется та в ответ, разглядывая юбку с плиссировкой. Похожая у меня была на младших курсах, и я любила эти юбки, но сейчас они не кажутся мне такими практичными и удобными. — Да, вот такую хочу.
Оставив Жози с её юбками, я отошла к белым рубашкам. Взяв оттуда пару штук, я отлевитировала их в примерочную, куда отправилась та чёрная рубашка, и еще одна чёрная, только уже с обычным воротником, но все с такой же вышитой символикой на концах. Мое внимание привлекло черное платье с широкими манжетами на рукавах, где пуговицы имели весьма эффектный вид — уменьшенные копии львиных голов гордо восседали на запястьях, что показалось мне довольно интересным, и более подходящим под мой вкус сейчас. Не долго раздумывая и его я отправила в примерочную.
***
— Гермиона! — Гарри выглянул из-за книжных полок и помахал рукой. — Вы долго, — пожаловался он, внимательно разглядывая мое лицо, будто что-то искал. В мою голову закралось маленькое подозрение, начинающееся со слов «а вдруг…», но таких мыслей я себе не позволяю допускать. В таких домыслах правды ноль, а вот надуманности, процентов восемьдесят.
— Извини, что заставили ждать, — обняв друга, я радостно улыбнулась, осознав, как сильно соскучилась. — Как твои дела?
— Всё хорошо, — Гарри улыбнулся и немного нервно поправил на переносице очки. — Ремонт и всё такое.
— Не жалеешь, что остался на площадь Гриммо? — поинтересовалась Жози, с и интересом разглядывая какую-то книгу со стенда рядом с нами.
— Нет, наоборот рад, там тихо и очень спокойно, — ответил он, смотря на брюнетку, которая или не замечала его все ещё недоверчивого взгляда, или просто умело делала вид, что правда этого не замечает. Что ж предрассудки старее мира, не скоро мы оправимся от них. — Никто не тыкает пальцем, не просит автографов и колдоснимков.
— Я рада, — искренне сказала я, погладив Гарри по плечу.
— Ты как? — спросил он у меня и снова покосился на слизеринку. Мерлинова борода, он уже знает о Жози и Роне?
— В порядке, нагоняла пропущенный материал, которого оказалось очень много. Как обычно, с головой ушла в учебу, потом ознакамливалась с новыми правилами школы, входила в курс дела, так что зря времени не теряла.
Я знаю, что Гарри пытался связаться со мной в последние дни, когда я была занята, и мне пришлось, нет, не солгать, а сказать полуправду. В перерывах я так же уделяла время для учебы.
— А как твои родители?
Гарри знал, что «никак», но всё равно аккуратно спрашивал про них. Лишившись из-за войны своих родителей, он не хотел принимать меня сиротой, при живых родителях.
Гарри лелеял надежду, что они смогут меня вспомнить, но этого не происходило и не произойдет. Кто-то оказался слишком хорошей волшебницей и я впервые возненавидела свои способности.
— Они остановились в Чехии, — быстро ответила я, разглядывая внушительный список школьных книг и справочников. — Незаметно слежу за ними, но уже реже. Просто убеждаюсь, что с ними всё в порядке.
— Не будем терять надежды, — говорит он, как всегда.
— Конечно, — отвечаю я ему как обычно, дежурно улыбаясь. Когда-нибудь ему это надоест и он признает очевидное: у меня больше нет родителей, я сирота. — Ты был в Норе?
— Да, на прошлых выходных, хотел взять тебя с собой, но тебя не было дома. Все выходные.
— Я как раз была в Чехии, — оперативно соврала я, даже глазом не моргнув. — И как обстановки в доме Уизли?
— Джордж остался с Чарли в Румынии, не готов пока возвращаться. Это очень расстраивает миссис Уизли, но она пытается понять его. Вроде как. — Поправился он в конце, грустно улыбнувшись. — Она, кстати, хочет увидеться с тобой. Соскучилась.
— Хочет знать, что между нами произошло, — быстро догадалась я, на что Гарри согласно кивнул. — Пожалуй, я пока повременю с визитом.
— Понимаю, — он коротко улыбнулся и достал скомканный список из кармана синих джинс, — но тебе придётся это сделать.
— Я помню, Гарри. Твой праздник, такое не пропустишь.
— Ты же придешь?
— Конечно, — поспешно согласилась я, быстро решая, стоит ли добавлять, что могу опоздать.
— Прошу прощения, что прерываю, — Жози аккуратно подошла к нам, опасаясь подходить ближе. У них с Гарри натянутые отношения, она его боится. — Гарри, Рон меня тоже пригласил, — произнесла она, несколько виновато посмотрев на парня. Он смерил ничего не выражающим взглядом, чем смутил и девушка начала сдаваться. — Если ты против, я могу…
— Нет, с чего вдруг? Конечно приходи. — Гарри одарил ее широкой, но неуверенной улыбкой. — Чем больше, тем веселее, так ведь?
— Определенно, — согласилась я с ним, приобняв за плечи, мысленно сделав пометку, что надо с ним поговорить. Он что-то себе надумал и мешает трезво мыслить.