Тишина после шторма
Победа далась дорогой ценой. Тела павших друзей и врагов лежали бок о бок, укрытые пеплом и пеленой недавнего сражения. Воздух, пропитанный магией и смертью, вибрировал от скорби и облегчения. Гарри, спотыкаясь, шел по двору Хогвартса, не чувствуя под собой ног. Перед глазами мелькали образы - Сириус, Дамблдор, Римус, Тонкс... и Фред. Невыносимая горечь сдавила грудь, выжимая слезы.
- Гарри...- тихий голос заставил его остановиться. Гермиона стояла рядом, лицо бледное, губы плотно сжаты. В глазах, обычно таких живых и ярких, плескалась та же всепоглощающая скорбь.
Они молча обнялись, и в этом молчаливом объятии было все - невысказанная боль потери, горечь разочарований, но и безмерная благодарность за то, что они все еще живы, все еще вместе. В тот момент, прижавшись друг к другу, они оба остро осознали, как шатка та грань, что отделяет жизнь от смерти, и как драгоценны те, кто рядом с тобой.
Дни после битвы были наполнены усталой суетой - похороны, восстановление замка, бесконечные разговоры с Потжиноверами и корреспондентами «Пророка». Гарри старался держаться, но усталость и душевное опустошение брали свое. Он все чаще искал уединения, блуждая по пустым коридорам Хогвартса или забредая в заброшенный Выручай-комната.
Именно там его и нашла Гермиона. Она молча присела рядом на полу, обняла его за плечи и прижалась головой к его плечу. Они просидели так долго, молча, слушая ровное дыхание друг друга. И в этой тишине, в тепле ее прикосновения, Гарри впервые за последние дни почувствовал, как отпускает напряжение, уступая место чему-то теплому и успокаивающему.
- Знаешь, - тихо начала Гермиона, - я всегда восхищалась твоей смелостью, Гарри. Твоей готовностью бороться, жертвуя собой...
Она замолчала, подбирая слова. Гарри обернулся и внимательно посмотрел на нее. В ее глазах он увидел не только восхищение, но и... печаль? Сожаление? Он не мог понять.
- Что ты хочешь сказать, Гермиона? - спросил он, чувствуя, как все внутри его напряглось.
- Я... Я не хочу, чтобы ты больше боролся, Гарри, - прошептала она. - Не хочу, чтобы ты больше рисковал собой. Я... Я не перенесу этого.
Ее слова стали для Гарри откровением. Всю свою жизнь он провел в борьбе, всегда находясь на грани. Но сейчас, когда Война закончилась, он впервые задумался о том, чего же он хочет на самом деле. И с внезапной ясностью он понял - он хочет просто жить. Жить спокойной, мирной жизнью, рядом с теми, кого он любит.
Он притянул Гермиону к себе, и она откликнулась на его поцелуй с жадностью утопающего, хватающегося за спасательный круг. Это был не дружеский поцелуй, не поцелуй утешения. Это был поцелуй двух одиноких душ, нашедших друг друга среди руин прошлого, двух израненных сердец, биение которых теперь звучало в унисон.
В тот день, среди разрушенного, но возрождающегося Хогвартса, родилась их любовь - не громкая и страстная, а тихая и глубокая, как тишина после шторма. Они не строили планов, не спешили называть свои чувства. Они просто были вместе, наслаждаясь безмятежным счастьем быть живыми, быть рядом друг с другом. Их ждало еще многое - обучение, работа, семья. Но теперь они были уверены, что справятся с любыми трудностями, ведь их объединяла сила большая, чем любая магия, - сила любви.