Часть 5
Это , наверное , был просто очередной кошмар. Гермиона часто видела такие, в них постоянно был один и тот же сюжет. А именно, умирающий Малфой, которого она должна спасти. И каждый раз она не могла. Вскрикивая, Гермиона просыпалась и во тьме обнимала себя. Она заглушала свою боль именно так. Страх от её обета данного Полумне, или страх , что он умрет, прекратит своё существование. Что было сильнее? Ответ на это был только в её сердце, а его она пыталась не слушать , чтобы не причинять себе еще большую боль. Когда рядом был Рон, он нежно обнимал её и она засыпала в его объятьях, через близость с ним , она пыталась забыть того, кто был в её голове постоянно. Рон не должен был узнать об обете, слишком это было для него больно, но когда он узнал правду о защите Малфоя, он оттолкнул её. Захлопнувшаяся дверь за ним, была тем осколком сердца , что разрезало и без того хрупкую психику Гермионы. Теперь она просыпалась также с криками , но была одна и могла только себя обнять, заглушая боль.
Её сон был такой же, как и всегда , только он имел другой сюжет. Она не хотела открывать глаза, но острая боль в голове , напомнила ей о том, что сон был реальность. Где-то на краю бессознательного она слышала птиц и шум воды. Где же она? Резко открыв глаза она увидела перед собой черный потолок. Пытаясь приподняться, она почувствовала тупую боль на затылке и головокружение. Зажмурив глаза, она пыталась встать, но ноги не слушались её. За окном алел рассвет. Кое-как приподнявшись, она стала рассматривала место, где сейчас находилась. Это была заброшенная хижина. На темных балках висела паутина и какие-то засушенные коренья и травы, мебель, состоявшая из резной деревянной кровати, на которой она лежала , двух стульев и стола в дальнем углу, выдавала обветшалость хижины, больше напоминал домик злой колдуньи, чем уютный домик Хагрида. Всё это освещал очаг, который был по середине, в нём что-то варилось в котелке. Гермиона попыталась встать , это было трудно, она сильно приложилась головой , потрогав затылок, она почувствовала синяк. Надо было отсюда выбираться , вспоминая ужас тех событий, в её голове было только одно: что с Драко?
Она постаралась бесшумно отворить дверь хижины и услышала гул воды. Выглянув за дверь она ахнула, хижина стояла у самого берега быстро несущейся реки. Около берега стоял Малфой, который был в одних штанах и омывал свои раны, его тело было всё в шрамах и синяках. Это было жуткое зрелище. Он каким-то чутьем почувствовал её и повернулся туда, где стояла Гермиона. Он пригладил свои мокрые волосы, отчего они стали такими же как у маленького Драко, каким он был лет десять назад.
-Долго будешь на меня пялиться, Грейнджер, или же хочешь мне помочь омыть мои раны, которые нанес твой придурок Уизли?, - с фирменной малфойской дерзостью, произнес он.
Гермиона усмехнулась, даже сейчас, он пытался быть собой. Ну что ж , ей нужно понять где она, поэтому придется играть в его игру. Поэтому, сделав несколько шагов в его сторону , она произнесла.
-Может быть, Малфой. Ты же не зря засунул свой язык мне в рот, успел всё увидеть? Теперь ты знаешь правду, но и я знаю твою.
Гермиона смотрела прямо в глаза Драко, тот не отводил своего взгляда с её. Он усмехнулся.
-Можешь не мечтать, Грейнджер, я специально для тебя создал свои воспоминания, мне нужно было разведать у тебя информацию, только и всего. Раз ты клюнула, не пытайся выпутаться из этого. Меня только это забавит.
Гермиона обнажила свои белоснежные зубы и провела языком по засохшим губам. От чего Малфой напрягся. Это рассмешило её.
-Пусть так, но мои воспоминания в твоей голове , были слишком подлинны, такого ты бы не смог создать. Не тогда, когда ты знаешь правду, где мы Малфой ? Что ты сделал ?
Драко отвернулся от неё и отжал свою рубашку. Он неторопливо отошел от реки и прошёл мимо недоумевающей Гермионы. Та лишь вздохнула и поплелась за ним в хижину. Ей предстоял слишком тяжелый день.
Войдя в хижину, Малфой подошел к очагу и повесил свою рубашку сушится, затем достал палочку и перемешал с помощью магии варево в котле. На секунду замерев на палочке, Гермиона, которая вошла вслед за ним, замерла. Это была её палочка, она уронила её, когда мерзавец схватил её за руку там , в темнице. Негодование, в душе росло. Она ринулась к Драко, чтобы отобрать свою вещь. -Отдай, мою палочку, мерзавец!,- ругалась она.
Но Малфой схватил её руки и завел их за спину Грейнджер, прижав Гермиону к своему телу. Вздрогнув, она начала отталкиваться, но он лишь больнее надавил на руки и без того ушибленные места заболели сильнее. Отпусти меня, или я богом клянусь тебе не поздоровается, слизеринский гаденыш!,- сказала со злостью она, в тщетных попытках выбраться из железной хватки.
Малфой же же громко засмеялся, прижав её сильнее и произнес на ушко, нарочно медленно, упиваясь моментом.
-Как нельзя кстати пришлась твоя палочка, спасибо , грязнокровка, если бы не она, меня бы убил твой дружок, но судя по тому, что после меня последовала бы и твоя очередь, я сделал тебе большое одолжение взяв её, ну и где же моя благодарность?, - ухмыльнулся Малфой.
-Ну уж нет, это уже слишком! Что ты сделал с Роном? Отвечай , сейчас же!,- кричала она.
Малфой отпустил руки Гермионы и она с силой замахнулась, чтобы ударить его, но он поймал её руку и сердце Грейнджер пропустило удар. Как и тогда, он был очень зол, но в его глазах блестело другое чувство , а именно жажды. Она сама желала того же. Но сейчас злость это всё, что ей осталось.
-Чего ты хочешь ?,- Гермиона старалась придать интонации жестокости.
Драко улыбнулся уголками губ. Хижину наполнял аромат варева, который состоял из чего-то хвойного. Унося Гермиону в самое пекло желания. Он наклонился к ней, замерев, ожидая ответа, и она не выдержав прижала его губы к своим. Он с шумом выдохнул и прижал её к себе, задыхаясь, целуя. Гермиона только в ответ не меняя страстно целовала его. Он развязал её мантию и она бесшумно упала на пол. Гермиона подняла руки вверх и Драко отстранившись, задрал её кофту вверх, бросив её куда-то вниз. Проследив за его хищным взглядом, она потянулась к застежке лифчика и сняла его, оставшись только в джинсах и в грубых ботинках, которые надела накануне посещения тюрьмы.
Он разглядывал её тело, Грейнджер же стояла и ждала , что же он сделает дальше. Драко протянул руку и провел по её груди, замерев он, посмотрел на неё. Гермиона потянулась к его брюкам, но Малфой оттолкнул её руки и одним движением расстегнул ремень. Это же безрассудство, гудело в её голове , но его столько откровеннее желание, начисто лишило её способности к здравому смыслу. Он осторожно взял её лицо в свои руки и поцеловал в лоб, она обняла его. Они стояли так, пока Драко не поднял её на руки и не отнес на кровать. Лишь там, он перестал сдерживать то чувство, что поразило его в тюрьме. Он страстно желал Грейнджер. Мечта л об этом, не мог отказать себе в желании сделать это.
До сих пор Гермиона была не уверена сон это или реальность. Но ей было хорошо, той страсти , что обрушил на неё Малфой было достаточно, чтобы забыть ужасы предыдущего дня. Он был не нежен с ней, но это было то, чего ей не хватало. Она отдалась ему с той же страстью что и он. Лаская его тело, делая всё так, как он заставлял её, она выгибалась в его умелых руках. Сколько это продолжалось сказать трудно, между тем день подошел к своему завершению и ночь мягко опустилась на хижину в запретном лесу, куда их перенес Малфой.