Ломая предрассудки

Гермиона вслушивалась в окружающие звуки пытаясь услышать хоть что то. Будь то разговоры студентов, которые могли ещё находиться в коридоре или звуки сов, которые улетали из совятни в поисках пищи. Ей нужно было что угодно, лишь бы не давящая тишина и не мысли о впереди идущем парне. Как только они встретились в указанное время на шестом этажа возле ванны для старост, Малфой ничего не говоря пошёл к лестницам, а там на следующий этаж. Девушка держала дистанцию, особенно на этаже, где находился факультет Гриффиндор, для того, чтобы никто не видел их вместе. Лишние вопросы им ни к чему, да и слухи расползутся быстрее, чем настанет утро. Сам же слизеринец ни разу не повернулся проверить идёт ли львица за ним или нет. Он скорее чувствовал её вопросительный взгляд у себя между лопаток. Это немного по началу раздражало, но потом он ушел в свои мысли касательно того, что придётся раскрыть всё своей сокурснице.

Молодые люди остановились возле голой и невзрачной стены на восьмом этаже. Девушка сразу же вспомнила, как ещё на пятом курсе она с Роном отыскала Выручай Комнату. Год назад она стояла возле окна, которое находиться в пяти шагах от неё, и наблюдала за своим другом, который ходил туда сюда пытаясь придумать, где же они смогут тренироваться. Ответ не заставил себя ждать и вскоре, как только рыжеволосый парень прошёл в третий раз мимо той самой стены, прямо на глазах стали из ниоткуда проступать двери. Сами по себе. Тогда она не сразу поняла, что предстало перед ней.

Сейчас же Драко делал тоже самое, только с разностью в том, что намеренно. Любопытство уже начало разъедать гриффиндорку изнутри. Ей было интересно, что такого он там прятал. Входом оказались не просто двери, их правильнее было бы назвать вратами. Они были похожи на те, которые стоят при входе в Большой Зал, только ещё больше. Гермиона приоткрыла рот, но ничего не произнесла в слух, а просто отправилась за парнем, который в этот момент уже зашел внутрь. Дальше, что удивляет девушку, это сама комната. Она была невообразимо большой и бесконечной. Здесь находились горы самых разных вещей.

–Что это за комната?–этот вопрос срывается с губ, как только шатенка делает поворот на триста шестьдесят градусов.

–Там, где всё есть.–просто отвечает слизеринец и незаметно наблюдает за своей сокурсницей, которая тем временем переводит свои карие глаза с одной горы хлама на другую.

–Буквально?

–Говорят, что да.–и после этого Малфой уверенным шагом обходить небольшую кучку и ловко лавируя между остальными. Львице везёт меньше и она пару раз что то задевала и то с грохотом падало, а звук благодаря эхо ещё долго стоял в комнате. Слизеринец отпустил на этот счёт пару язвительных шуточек и за это в него чуть не полетела небольшая чашечка, которая попалась под руку, но девушка вовремя остановилась.

Как оказалось, идти было недолго. Спустя пару минут блондин остановился возле чего то большого, которое скрывалось под мешковатой материей. Парень повернулся к своей сокурснице, которая от волнения начала заламывать себе пальцы, и будто решал всё ещё: стоит ли открывать такую тайну ей? Вдруг клятва будет не слишком весомым аргументом для того, чтобы заставить её помочь ему? Что если она найдёт или уже нашла способ как разорвать их договорённость? Конечно существует тот способ, о котором говорил Драко, и там действительно нужна была тёмная магия. А что если есть другие? Или она всё же осмелится обратиться к чёрной магии? Всё это словно круговорот крутилось у него в голове, но вскоре откинув всякие сомнения он схватился за ткань и сдёрнул его с таинственного предмета. Лицо гриффиндорки меняется с любопытного до изумлённого, а потом на испуганное.

–Видимо он тебе знаком.–Драко делает вывод и кажется попадает в точку. Но он не может понять как она узнала о Исчезающем Шкафе. В мире осталось только два: этот и тот, что находиться в лавке Горбина и Бэрка. Так как этот предмет изготовлен с помощью тёмной магии, то и в обычных учебниках о нём лишь скудная информация.–Откуда ты знаешь о нём?

Гермиона перевела карие глаза с шкафа треугольной формы на блондина. Его взгляд был жестким и он явно ждал ответа на свой вопрос, но что она могла ответить? Что она вместе со своими друзьями ещё летом проследила за Малфоем и его матерью до лавки в Лютом Переулке? Нет, такое уж точно отпадало.

–Где то читала о нём.–всё, что в тот момент смог придумать мозг самой умной ведьмы за последнее столетие. Конечно же слизеринец не поверил, но понял, что вытянуть что-нибудь из неё будет невозможным, поэтому решил не продолжать расспрос.

–Значит ты знаешь какие у него действия...

–На самом деле нет.–отвечает шатенка.

–Что же,–аристократ сцепил руки у себя за спиной и начал рассказывать буквально всё, что знал сам.–Его называют Исчезательным Шкафом. Если что то положить в один, то оно окажется во втором...

–Втором?–брови львицы взметнулись вверх, но почти сразу они нахмурились. Она думала, что это и есть тот самый шкаф из лавки Горбин и Бэрк.

–Именно. Таких существуют два.–Драко медленно проговаривал слова, при этом пытаясь всмотреться в лицо своей однокурсницы, дабы понять, что той на самом деле известно, но там была только озадаченность.–В каком то смысле между двумя шкафами есть коридор.

–И что ты хочешь от меня?

–Этот проход нарушен. Я смог немного сдвинуться с места, но ничего стоящего сделать не смог.–Драко сквозь зубы признался в том, что всё время ушло в пустую. Гермиона на это удивилась, ведь она не видела, чтобы хоть кто то со змеиного факультета признавал свои поражения.

–И ты хочешь чтобы я помогла его восстановить?

–Грейнджер, как бы мне было не противно это признавать, но ты умнейшая ведьма за последнее время, и твои мозги мне бы очень пригодились. Ведь время и так уже поджимает.–последнюю фразу блондин произнёс тихо и скорее для себя самого, но слух гриффиндорки уловил слова.

–Только у тебя так получается? Вроде сказать комплимент, но всё же нет.

–Годы тренировок.–Малфой усмехается и одновременно с этим поражается их разговору. В словах уже не было прежнего яда и презрения. Видимо они всё же могу общаться нормально.

–Но зачем тебе вообще понадобилось их чинить? Ты и так может выйти незамеченным из...–каждое слово было тише предыдущего и, кажется, она уже сама ответила на свой вопрос у себя же в голове.–Потому что он не для тебя.

Черты лица меняются с бешеной скоростью. Вроде только выражение было спокойным и даже уголки губ были приподняты, как тут же львица скривила лицо от презрения. Она наверное даже сама не понимала, что творит, но рука сделала замах для пощечины, но годы тренировок ловца сделали свое дело. Аристократ перехватил запястье и закрутил его за спину брыкающейся девушки.

–Малфой, пусти меня!–голос звучал грозно, но никакого впечатления на слизеринца не произвёл. В один миг она прекратила попытки хоть как то вырваться, что насторожило парня. Он чувствовал её палочку, которая спокойно находилась в заднем кармане джинс. Нет, она не планировала использовать заклинание. Вместо этого шатенка пыталась вернуть себе спокойный вид, но её тон, который смахивал на шипение, твердил обратное.–Если ты думаешь, что я помогу тебе провести Пожирателей в школу, то ты глубоко ошибаешься. Я и пальцем не пошевелю.

–Придётся, гриффиндорка.–почти такой же голос, только в нём было больше яда. Он предвидел эту истерику ещё в самом начале и успел подготовить пару слов.–Ты забываешь о том, что связана по рукам.

–Если ты думаешь, что это заставит меня передумать, то видимо ты, Малфой, плохо знаком с представителями гриффиндорского факультета.

–О, не сомневайся в этом.–он прижал к себе девушку и начал шептать на ухо.–Грейнджер, я легко могу доказать, что ты слишком любишь жизнь. Может ты пока веришь в то, что в ответственную минуту сможешь пожертвовать собой ради тех, кто бросил бы тебя, но вскоре ты кое что поймешь. Когда подойдёт момент, то ты, гриффиндорка, поймёшь как хочешь жить и не готова уходить в мир иной.–Драко остановился чтобы немного вздохнуть.

–Ты плохо меня знаешь, Малфой.–девушка слегка повернула голову вправо и вновь чуть не столкнулась с лицом парня. Они так уже стояли сегодня утром и это воспоминание не вызвало приятных эмоций.

–Мне кажется, что это ты себя плохо знаешь. Скажи хоть себе правду. Как ты думаешь, сколько людей с твоего факультета пожертвую собой, чтобы спасти других?

–Гарри.

–Поттер – это другое дело. Таким как он терять уже нечего.

–Малфой, я всё равно не позволю тебе провести кучку маньяков, чтобы они поубивали детей. Уж тут я предпочту умереть, вместо того, чтобы жить с тем, что я повинна в смерти людей, с которыми учусь.–слизеринец отпустил свою сокурсницу и отошел на пару шагов назад.

–Значит нет?

–Нет.–львица была уверена в своих словах и дороги назад уже не было. Драко ждал кое-что и это не заставило себя ждать. Спустя мгновение тишину в комнате прорезал внезапный вскрик гриффиндорки. На запястьях красовались средней глубины порезы. Кровь моментально хлынула и начала стекать на пол.–Какого чёрта, Малфой, что ты творишь?

–Я? Ничего.–невозмутимо ответил аристократ и прислонился спиной к Исчезательному Шкафу. Гермиона полезла за своей палочкой, при этом пачкая всё к чему притрагивается. Палочка чуть ли не выскальзывает с рук и с каждой секундой её становилось всё сложнее держать. Заклинания не помогли остановить тёплую жидкость, поэтому она подняла свои карие испуганные глаза и посмотрела в холодные серые.

–Так что насчёт сделки?

–Нет.–голос был тихим, испуганным и в нём чувствовалась нарастающая истерика. Миг и на руках образовались ещё одни порезы, только в этот раз глубже.–Что происходит?

–Клятва вступила в силу.–холодный голос доносился из далеко. Гермиона не сразу осознала смысл, но когда же он стал ясен, то поняла, что происходит. Она умирает. Заклятие убивает её, просто потому, что львица отказалась выполнять свою часть сделки. Неимоверная дрожь охватила её тело. Нет, она не так должна была умереть, не здесь, не среди кучи хлама. Малфой ведь оставит её холодное тело прям тут и никто не узнает, что случилось. Нет. Одно слово проносилось в её голове, но вскоре она не заметила как начала его шептать. Паника захватила разум. Карие глаза начали метаться от одного предмета к другому.

–Нет, нет, нет...–голос моментами срывался, но львица даже не обращала на это внимание. Она старалась остановить потоки тёмной крови, но попытки обратились провалом.–Нет, нет, Малфой, останови это.

–Что такое, Грейнджер? Ты же спасаешь студентов этой школы. Разве не об этом ты твердила мне пару секунд назад? Или ты всё же поняла, что не способна ради других пожертвовать собой?–парень усмехнулся, но его лицо изменилось, когда ослабевшее тело девушки рухнуло на колени. Организм был не способен вести борьбу не на жизнь, а на смерть. Драко откинул края пиджака назад и присел на корточки, при этом ловя взгляд сокурсницы. Долго ждать не пришлось. Горячий шоколад и холодная сталь столкнулись. Шатенка стиснула зубы, просто потому что понимала, что блондин прав. Она не готова вот так умереть.–А знаешь, наверное это даже к лучшему. Может Тёмный Лорд оставит мою семью в покое, когда узнает, что я убил лучшую подругу мальчика-который-выжил? Поттер, который только пришел в норму после смерти своего крёстного отца, будет убит горем. Сомневаюсь, что он сможет вновь так быстро оправится после смерти близкого друга. Грейнджер – ты мозг вашей Золотой Троицы, поэтому я думаю, что твои дружки не долго протянут на этой войне. Да и этот дурацкий шкаф я починю с чей-нибудь другой помощью. Так я задам тебе вопрос и у тебя не так уж много времени, чтоб подумать. Есть ли смысл в твоей жертве? Кому ты поможешь?

Аристократ сомкнул пальцы и подпёр им подбородок, а локтями упёрся в собственные колени. Он видел как слипались уже глаза и понимал, что ответа не будет, но может его слова всё таки дойдут до неё. Она может всё это остановить, только она. Гриффиндорке только надо вновь согласиться на сделку, либо же заклятие нанесёт третий, уже смертельный порез. Глаз закрылись, а тело рухнуло в лужу крови. Она прекратила вытекать с вен, да и третьего надреза не наблюдаться, что значит только одно. Она согласилась. Кровь начала восстанавливаться в организме, но раны не залечивались. Малфой вздохнул, но его рука уже потянулась за палочкой и он с помощью магии убрал кровь с пола и одежды. Дальше он поднял с пола полуживую львицу и попытался вспомнить, где именно видел кровать. Она оказалась за парой кучей вещей от Исчезательного Шкафа. Кровать была на пружинах и ржавой, но это куда лучше того, чтобы оставить её на полу. Потом слизеринец промыл раны и перевязал их какой то тряпкой, которую обнаружил на быльце, при этом не забыв очистить от грязи и пыли. Драко оставил девушку в таком виде и направился к своей главной проблеме.

***

Гермиона очнулась ближе к семи часам утра, а тем временем блондин успел с помощью Мантии Невидимки посетить запрещённую секцию, но это закончилось провалом. Ничего стоящего он там не отыскал. Ещё Драко поломал голову над шкафом, но и это тоже не привело к положительным результатам. Он понял, что уже бессмысленно что либо делать, поэтому среди кучи хлама парень отыскал деревянный стул, который был покрыт пылью и паутиной, а потом сел рядом с гриффиндоркой и немного задремал. Из сна его выдернул неприятный скрип кровати, на которой впервые пошевелилась львица. Её голова перевалилась с одной стороны на другую, после чего последовал протяжный стон. Слизеринец протёр сонные глаза и хотел встать, размять тело, которое затекло от неудобной позы, но он продолжал неотрывно следить за каждым движением девушки.

Шатенка издала ещё один стон, а потом попыталась встать, но головная боль и тошнота приковали её обратно к ржавой пружине. Следом она попыталась открыть глаза, но веки её не слушались, как и остальное тело. Всё было таким тяжелым и нереальным, но она знала одно, что вчера всё таки не умерла. Слухом Грейнджер уловила, что рядом что то скрипнуло и она предположила, что это её сокурсник со Слизерина. Она собрала все остатки сил, которые всё ещё были в ней, и произнесла один интересующий её вопрос:

–Почему я жива?

–А ты как думаешь?–голос парня был не менее хриплым от продолжительного молчания, чем у девушки. Глазами он уловил движение, которое было похоже на пожатие плечами.–То, что я тебе вчера доказывал. Где то внутри ты не хочешь умирать, этого было достаточно для клятвы и она не убила тебя.

–Лучше бы убила. Ощущения хуже, чем во время похмелья.–Гермиона вспомнила утро, после того как она вместе с Малфоем напилась в подземелье. Голова болела и кружилась, тошнило, хотелось пить. Всё это было и сейчас, только в сто раз хуже. Бледные губы тронула улыбка.

–Грейнджер, ты умеешь шутить? Значит ещё не всё потеряно.–аристократ усмехнулся и полез в карман. Оттуда он вытянул небольшую колбочку, в которой было зелье серого цвета. Драко кинул его на кровать и оно упало между рукой и бедром девушки.–На, выпей, должно помочь.

С большими усилиями ей удалось откупорить пробку и выпить ужасное на вкус зелье. Самочувствие улучшилось спустя пару десятков секунд. Сначала Гермионе показалось, что её вот вот вырвет и голова лопнет от сильной боли, но это мигом прошло. Девушка пролежала на кровати ещё не больше минуты и только потом решилась встать с неё. Ржавые пружины издали протяжный скрип, что заставило львицу скривиться. Слизеринца не было рядом и гриффиндорка отправилась на его поиски. Она не знала в каком направлении находится выход или Исчезательный Шкаф. Попутно, пока шатенка искала парня, она рассматривала вещи, которые были свалены в кучки. Где то было красивое и, наверное, дорогое украшение, где то старая чашка, у которой была отломана ручка. Здесь все вещи были разными: красивые и потрёпанные жизнью, дорогие и дешёвые, большие и маленькие. Создавалось впечатление, что здесь действительно было всё, что есть в мире. Внимание львицы привлек кулон, который висел на старой вешалке. Это была маленькая балерина подвешенная на серебряной цепочке. Она потянулась рукой, чтобы дотронуться до неё, но её остановил голос:

–Не трогай его, Грейнджер. Вообще здесь ничего не трогай.

–Почему?

–Тут некоторые вещи с подарком. Например, это–блондин кивнул головой в сторону кулона– тёмный артефакт. Если дотронешься до него, то спустя каких то пару секунд твои внутренности превратятся в кашу.

–Откуда ты знаешь?

–Видел его в детстве как то. До сих пор не понимаю как он тут оказался. –Драко больше не хотелось об этом говорить, поэтому он попытался перевести тему.–Ну так что на счёт шкафа?

Гермиона вздохнула, но подошла чуть ближе к своей новой проблеме. Шкаф имел треугольную форму, что делало его более пугающим. На его стенках были самые разные завитушки, которые не несли в себе толком смысла. Ручка выделялась из всей этой мрачной картины. Она была более изогнута чем обычные, сделана из золота и больше обычной ручки в два раза, а вот на середине виднелся зелёный камень. Казалось, что она была не отсюда, что её взяли и просто прикрепили к этому убогому шкафу.

–Напомни, что мне надо сделать?

–Починить проход.

–А что с ним?

–Он нарушен. Проход есть, но он ведет в...–слизеринец пытался подыскать нужное слово, но ничто не подходило.–В что то наподобие пустоты. В никуда.

–В никуда?–гриффиндорка прокрутило это слово у себя в голове и оно так глупо прозвучало. В никуда. И ей стало интересно, как это понял её однокурсник.–Как ты о нём вообще узнал?

–От Монтегю.–блондин наблюдал за девушкой, которая внимательно осматривала Исчезательный Шкаф. Он заметил как вопросительно взлетела левая бровь шатенки и решил объяснить.–Как то раз близнецы Уизли запихнули туда Монтегю, тот едва не погиб: парень застрял там между двумя шкафами. Говорят, что вытащить его оттуда было не просто, но потом Монтегю рассказал мне о том, что слышал звуки и разговоры с двух сторон. Как оказалось, проход поломан и мне его надо восстановить.–Драко видел на лице львица, как внутри идёт борьба. Она не могла определиться как ей лучше поступить, что начинало действовать на нервы. Извечно гриффиндорская черта – защищать всех и вся.–Грейнджер, хватит делать из себя страдалицу. Твоё упрямое желание помогать тем, кто бросил бы тебя, не раздумывая, раздражает.

–То есть ты мне предлагаешь наплевать на всех и беспокоиться только о себе, как это делаешь ты?

–Именно.

–Я так не могу. Не могу так сделать, когда знаю, что Пожиратели придут в Хогвартс и их ничего не остановит. Они убьют любого на своём пути. Тебе ли не знать.

–Но желание жить гораздо больше желания всех спасти.–хмыкнул парень и хотел уже развернуться, как удивлённый голос его остановил:

–Малфой, если ты думаешь, что я променяла жизнь других на свою, то ты глубоко ошибаешься. Если бы это было одной причиной, то поверь, я бы тут даже не думала, а предпочла бы умереть...

–Лишь бы твоя совесть была чиста.–закончил за неё Драко.

–Нет. Лишь бы помешать тебе привести сюда Пожирателей.

–Не ты, так кто нибудь другой...

–Тогда, что я тут делаю, Малфой, что? Зачем я тебе, если есть другие, кто сможет тебе с радостью в этом помочь.–воскликнула Гермиона.

–Как я уже говорил, мне нужны твои мозги, которые превосходят сотни, если не тысячи других.–эта ситуация всё меньше нравилась парню, но девушка, кажется, не собиралась прекращать.

–А ещё ты говорил, что легче будет убить меня и рассказать всё это Ты-Сам-Знаешь-Кому, чтобы он оставил твою семью в покое. Сломать Гарри, чтобы он был не в состоянии вести войну. Теперь моя очередь спрашивать и я хочу получить ответ. Зачем ты пытался мне вчера сохранить жизнь? Только не говори, что из за моих мозгов.–голос периодически срывался на крик. Гриффиндорка пыталась понять человека, что стоял напротив неё, но мало, что она смогла о нём узнать.

–Для того, чтобы показать, что внутри не все вы способны пожертвовать ради других жизнью. Что у большинства только название от Гриффиндора, когда внутри вы такие же как и все остальные.–эти слова открыли глаза львице на одну черту характера аристократа. Она припомнила пару случаев из прошлого и сопоставила их, после чего сделала выводы.

–Тебе это нравится? Не так ли?

–Что именно?

–Видеть, что другим хуже чем тебе. Ты получаешь от этого нездоровый кайф. Видеть как люди ломаются, с пеной у рта доказывать, что они жалкие и ничтожные, когда ты у нас само совершенство. Я помню тот взгляд, когда я пришла по дурости просить у тебя о помощи. Тебе нравилось то ощущение, которое возникает, когда ты растаптываешь других и, могу поспорить, хотел бы снова его ощутить. Это твой персональный наркотик.–Гермиона видела как блондин поджал губы, видимо он и сам уже давно открыл в себе такую черту характера. Она была права, во всём права. Ему это приносило удовольствие, видеть как кому то хуже, чем ему. Но это было вызвано не тем, о чём думает гриффиндорка. Не из за превосходства, а из за дурацкой обиды на весь мир. Ему только шестнадцать, а от него требуют слишком многого. Драко немного понимал своего школьного врага. На мальчика-который-выжил многие возлагают надежду и ждут, когда подросток победит одного из самых тёмных волшебников за всё время. Но у Поттера есть люди, которые ему помогают и поддерживают, он не один. Вот оно.

–Поттер.

–Что прости?–девушка ожидала какой то речи, но вместо этого услышала фамилию своего друга.

–Ты наплевала на всех ради Поттера.–шатенка приоткрыла рот, чтобы возразить, но не смогла подобрать слова, а потом они уже и не понадобились, ведь он и так всё понял. Да, слизеринец попал в точку. А следующие слова он словно выплюнул и скривился.–Как же мило.

–Ты неправильно всё...

–Нет, Грейнджер, я всё правильно понял.–Драко ухмыльнулся, но следующий вопрос задал серьёзным тоном.–Что ты знаешь о войне?–Гермиона не стала отвечать. То ли из за кома в горле, то ли из за чувства вины, которое разъедало её внутри.–На ней гибнут люди. Порой невинные люди. Если хочешь выиграть её, чем то придётся жертвовать, а иногда даже выбирать меньшее из зол. Поэтому свыкнись с тем, что не все выживут, ты не сможешь всех спасти.

С этими словами аристократ оставил львицу в полном одиночестве. Что то внутри ломало ей рёбра, перекрывало ей воздух. Нет, она так не могла, но понимала, что парень прав во всём. Буквально. У неё был выбор и она его сделала. Был ли он правильным, гриффиндорка не знала, но понимала, что многие её не поймут, в особенности Гарри. Он бы умер не думая о себе и всех других людей, которых обрекал на существование в мире, где правит Волдеморт. Но она не Гарри, поэтому ей жить с этим.

***

Все последующие дни Гермиона старалась избегать Драко, но ночью ей приходилось проводить время в его обществе. Поначалу он пытался всё время её тыкнуть в то, какое она приняла решение, но видя, что девушку это не цепляет, парень перестал. Внутри чувство вины продолжало её душить, но шатенка старалась занять себя чем то, лишь бы внутренний голос, который был уже похож на Малфоя, замолчал. Поэтому сейчас львица проснулась в своей отдельной комнате в окружении кучи пергаментов. Всю эту домашку надо было сделать на сегодня. Сон взял над ней верх, когда она прикрыла глаза всего лишь на пару секунд. У неё было жуткое переутомление, из за которого гриффиндорка чуть не проспала завтрак. Коридоры наполнялись зевающими ребятами, которые так же как и Гермиона плелись в Большой Зал. Сегодня была суббота, поэтому более или менее ученики все собрались именно к получению почты.

–Гермиона.–осторожный голос рыжего друга прозвучал где то справа. Гриффиндорка быстро заморгала возвращая себя к реальности.

–Что?

–Ты уже минут пять смотришь на яблоко.

–Просто немного не выспалась.–попыталась отмахнуться девушка, но её друзья не собирались закрывать тему.

–Может тебе поменьше брать дополнительных заданий? У тебя и так везде стоит превосходно.–Гарри старался говорить медленно и чётко, чтобы их подруга, которая вновь уставилась на яблоко, на которое до это смотрела, всё услышала и поняла.

–Мне и так нормально. Я просто немного устала.

–Ты уверена? Гермиона, ты два дня назад пыталась есть суп вилкой, пока мы тебе не сказали.–Рон внимательно наблюдал за подругой, которая поджала губы, так как понимала, что они правы. Она тогда ругалась и не могла понять, почему юшка вся выливается.–Ты вообще себя видела в зеркало?

–Оу, ну спасибо.

–Ты знаешь, что я не это имел ввиду. У тебя синяки под глазами, бледная кожа, щеки впали. Ты хоть сколько спишь?

–Около девяти часов.–а про себя шатенка добавила: "за последние три дня."

–Что-то мне трудно в это поверить.–Рон хмыкнул, но вернулся к своему завтраку. Гермиона уже выдохнула, но тут встретилась в зелёными глазами, которые внимательно следили за каждым её движением. Она попыталась улыбнуться, но брюнета этим нельзя было убедить. Когда её мальчики успели повзрослеть? Даже того Рона, которому нужна была лишь еда, теперь нельзя было просто так переубедить.

–Почта.–Уизли отодвинул тарелку с кашей, для того, чтобы разместить там большую газету, которую принесла его сова. Парень развернул её и застыл.–Твою же...

–Что там?–шатенка не дождавшись ответа, выдернула газету и посмотрела на первую страницу. Там был портрет мужчины, чьи серые глаза смотрели на читателя с презрением.–Действительно, твою же...

***

Гул в Большом Зале моментально сошел на нет. Все стали переглядываться, а потом без стеснения глазели на Драко Малфоя. Прежде слизеринец не сильно интересовался тем, что писали в "Пророке", потому что там было больше вранья нежели правды, но заметив бурную реакцию студентов, аристократ скосил на газету, которую держала Пэнси. Девушка перевела испуганные глаза на своего друга и аккуратно положила бумаги прямо перед блондином. Серые глаза моментально выхватили нужные слова из всего текста. "СЕГОДНЯ БЫЛО НАЙДЕНО ТЕЛО СБЕЖАВШЕГО ПРЕСТУПНИКА И ПОЖИРАТЕЛЯ СМЕРТИ ЛЮЦИУСА МАЛФОЯ". Журналисты даже подобрали колдографию, которая была сделана за пару недель до побега. Мужчина выглядел не важно, но это слово не выражало всего, что было. Кожа посерела, щёки впали, тёмные мешки под глазами, а сами глаза казались выцветшими, волосы спутались в клочья. Всё это никак не вязалось с тем человеком, которого Гермиона видела всего лишь год назад. Но что Люциус смог оставить себе, так этого свой взгляд. Азкабан не смог сломить и отнять его титул. Он по прежнему смотрел на всех свысока. Достойно ли это было уважения или нет, гриффиндорка не знала. Она не хотела глазеть как все остальные, но всё же перевела свои карие глаза с газеты, на слизеринца, который сидел почти напротив неё. Шатенка видела, как парень крепко сжал свои руки с челюстью. Он боролся с гневом, который начал переполнять его. Драко был сильным в плане характера, но гнев для него была неконтролируемой эмоцией. Он становился ходячей бомбой и одной маленькой искры хватит, чтобы распалить огромный пожар.

–Так им и надо.–Рон, который также смотрел на реакцию блондина, повернулся обратно к своему завтраку.

–Рон!–тихо воскликнула гриффиндорка.

–Что, Рон?–Уизли перекривлял обращение подруги к себе.

–Гермиона, он прав.

–Вы хоть слышите себя? Он потерял отца.

–А ещё убийцу и Пожирателя Смерти.–парировал Гарри.

–Я понимаю, что Малфой здесь никому не нравится, но он потерял человека, который воспитывал его. Воздержитесь хотя бы сегодня от злорадства.

–Почему ты его защищаешь?–Рон непонимающе прошептал и уставился вместе с брюнетом на неё. Они ждали ответа, но что она могла сказать, что ей жаль его? Чтобы сделал аристократ, если бы узнал об этом. Он презирал жалость, особенно если она была направлена на него.

–Мне его жаль. Он просто парень, который потерял отца.

–А мне нет.–Гарри фыркнул и решил рассказать почему же.–Он всё время к нам задирался. Особенно к тебе, если ты об этом не забыла Гермиона. Малфой всё время отравлял нам жизнь.

–Гарри, он был обычным задирой, которых везде хватает и если только по этому радоваться тому, что его отца убили, так сказать жизнь наказала, то это не достойно ученика факультета Гриффиндор. Он нас только пытался обидно задеть и не более. Сейчас же Малфой даже на нас внимания не обращает.

–Но его отец...–начал было Рон, но Гермиона повернулась к нему и резко отрезала:

–Мы не несём ответственности за проступки наших родителей.

–Да что с тобой?

–Нездоровиться.–ответила шатенка и, больше ничего не говоря, встала, а затем покинула завтрак. Она шла к лестницам и голоса, которые бурно начали обсуждать новость постепенно стихали и вот тишина окутала девушка. Когда она спорила с мальчиками, то краем глаза заметила как Малфой покинул Большой Зал. Он выглядел спокойным, если не считать его серых глаз, которые сверкали от ярости и желвак, что ходили ходуном. Гриффиндорка была уверена, что Драко отправился в какое нибудь уединённое место, где его никто не сможет потревожить, туда, где можно всё выплеснуть. Сейчас она была на втором этаже и решила проверить туалет Миртл.

–Малфой?–львица быстрым и решительным шагом зашла в давно заброшенное помещение.

–Его здесь нет.–приведение отозвалось из своей любимой кабинки, но потом медленно выплыло и добавило с любопытством.–А зачем он тебе?

–Да так, дело есть.–Гермиона отмахнулась и вышла. Дальше её целью стал шестой этаж, что было маловероятным, но и его она решила проверить. Как и ожидалось её встретили лишь голые стены и шатенка отправилась на восьмой этаж.

Большинство были ещё на завтраке, поэтому этаж пустовал, что только упрощало ситуацию. Грейнджер прошла как и полагается три раза мимо определённой стены, а дверь, как обычно, мгновенно появилась. Она потянулась к ручке, но внутренний голос остановил её.

"–Что ты делаешь?"

–Понятия не имею.–шепотом ответила львица. Она бегала глазами по двери напротив неё и разговаривала сама с собой.

"–Если ты войдёшь туда, то что скажешь? Тебе ведь не жаль его отца, напротив же, ты рада тому, что с ним случилось. Начнёшь жалеть и он пустит в тебя Аваду. Так зачем ты туда идёшь?"

–Я не знаю.

"–Оставь его. Это будет правильным решением."

–Видимо так будет лучше.–согласилась девушка и сделала пару шагов назад. Но что то держало её здесь. Она не могла просто взять и уйти отсюда.–Дурацкий характер гриффиндорки.

Львица схватилась за ручку и потянула на себя. За кучей хлама она увидела вспышки разных цветов. Парень пускал одно заклинание за одним. Вещи рядом с ним разлетались, взрывались, разбивались, загорались. Ярость достигла в нём пика и он не смог её в себе сдержать. За всем этим шумом Гермиона услышала голос аристократа, но не смогла понять тех слов, что он произносил.

"–Ещё не поздно уйти."

Девушка мотнула головой и пошла на звук, при этом доставая палочку на всякий случай. Заклинания продолжали летать в разные стороны, а брань стала громче и понятливее. Что она сейчас ему скажет, что сделает? Львица не представляла, что творит, но ноги продолжали нести её в сторону блондина. За очередным поворотом открылась ужасная картина: всё, что легко горит – горело, многое было поломано, разгромлено, разбито, и только Исчезательный Шкаф стоял нетронутым. Скорее всего его в первую очередь слизеринец пытался уничтожить, но магия, которая оберегала предмет, не позволила ему этого сделать.

Пыль стояла в воздухе и щекотало в носу, от чего девушка чуть не выдала своё присутствие. Она почувствовала ярость, что вырвалась из её однокурсника. Она была настоящей, осязаемой и живой. Драко был опасным и сейчас Гермиона в этом убедилась, но продолжала красться к парню. Аристократ же в это время взял передышку и тяжело дыша, разглядывал своё творения. Гриффиндорка замерла и стала наблюдать, что парень сделает дальше, но ничего не происходило, поэтому она выдохнула от облегчения и подошла к нему со спины. Шатенка медленно протянула руку и всё также медленно положила её на плечо. Парень от неожиданности дёрнулся, а потом всё произошло так быстро, что она не заметила как одна рука блондина держала её за шею, а вторая сдавливала запястье.

–Грейнджер.– парень протянул в своей обычной манере фамилию сокурсницы. В его серых глазах было одно сплошное безумие и сейчас он готов был пойти на что угодно. И только в данный момент кареглазая испугалась и поняла, что всё таки это было плохой идеей и ей стоило уйти, когда её присутствие ещё не обнаружили. Во всём надо было винить её чёртов гриффиндорский характер, который желал всем помочь. Даже таким как Малфой.–И зачем же ты сюда пожаловала? Пожалеть или позлорадствовать?

–Мал...–говорить было трудно, особенно когда чужая рука сжимает твоё горло.

–Не слышу.–он усмехнулся и вновь получал наслаждение видя страх в карих глазах, поэтому сдавил ещё сильнее шею львицы.–Что такое?

–Пу...–от неожиданного страха гриффиндорка позабыла о волшебной палочки, что была спрятана в рукаве мантии. Она опустила левую руку, которой пыталась не дать блондину себя задушить, и вытащила свой атрибут, после чего простым заклинанием откинула от себя слизеринца. Он не ожидал сопротивления, поэтому не смог предотвратить нападение. Драко упал рядом с горящей кучей и его мантия загорелась. Воспользовавшись этим, Гермиона начала глотать воздух и спряталась за каким то сервантом. Она хотела уже направиться на выход, как голос аристократа заставил ей приклеиться к месту, на котором она сидела:

–Да, Грейнджер, ты застала меня врасплох. Молодец.–огонь, что бушевал вокруг мигом угас и настала тишина, которая пугала девушку. Она приподнялась и стала прислушиваться к окружающему, но услышать как слизеринец передвигается было невозможным. Львица осмотрелась вокруг и стала тихими шажками перебегать от одного укрытия к другому. Когда она спряталась за спинкой дивана, то голос парня послышался совсем рядом, где то слева.–Хочешь поиграть в прятки? Будет по твоему. Только прячься хорошо, потому что если я тебя найду, то живой ты отсюда не выйдешь.

Гермиона зажала себе рукой, дабы её однокурсник не смог услышать её тяжёлое дыхание и вновь не зайтись кашлем. Была ли это пустая угроза или нет, девушке не хотелось проверять, поэтому она покрепче сжала палочку в руке и перебралась за книжную полку. План её был довольно прост: всего лишь надо обездвижить парня и умывать отсюда руки. Осталось только его найти и победить в дуэли.

–Да что может пойти не так?–еле слышным шепотом проговорила гриффиндорка. Тишина стала давить, а от запаха гари в воздухе началось головокружение. Не самый лучший момент для поединка, но выбора особого не было. Львица приподнялась и стала искать своего поехавшего сокурсника. Книг было много, поэтому приходилось смотреть сквозь щёлочки, но почти ничего увидеть она не смогла. В этой комнате редко кто бывает, поэтому здесь убираться и некому, отчего так и много пыли. Шатенка вдохнула её и чихнула, чем выдала своё местоположение. Оставаться теперь здесь было опасно и как только она сделала пару шагов, то книжный шкаф взорвался и её волной откинуло назад. Если бы он поспешил на секунду, то скорее всего девушка уже лежала бы мертвой, либо же подожглась. Осознание этого выбило её из колеи и аристократ воспользовался этой задержкой. Он превратился в дымку и приземлился в метре от шатенки. Она ошарашено уставилась на него, но когда вспомнила, что тот пытается её убить, потянулась за палочкой, которая во время взрыва выпала из руки, но и тут блондин опередил её. Он заклинанием призвал её и выкинул куда то, даже сам не зная куда. Дальше блондин схватил шатенку и силой дёрнул наверх. Гермиона в миг оказалась прижатой к другому книжному шкафу, а к её горлу приставили магический атрибут.

–Я, кажется, предупредил, что будет, если ты плохо спрячешься.–его шепот проникал внутрь и будоражил всё в львице. Она начала вся дрожать и слизеринец это заметил. Да, чёрт возьми, он получал кайф. Гриффиндорка была права, когда пару недель тому назад сказала, что это его персональный наркотик. Это было очень приятно, поэтому он решил поиграть со своей жертвой перед тем как убьёт её.

–Малфой...

–Что ты хочешь сказать, Грейнджер? Что я не такой? Что я не такой как все остальные Пожиратели или как мой отец? Может ты хочешь сказать, что во мне ещё осталось что то хорошее и сраный Орден может мне помочь? Что вы мне поможете и я буду жить долго и счастливо?–львица сжала зубы, потому что аристократ только что пересказал её же речь, которую она приготовила.–Я ходячий мертвец, Грейнджер. А ещё я поехавший парень, который сейчас может тебя убить.

–Малфой, ты не такой. Ты не сможешь меня убить.–после этих слов он загоготал. Неужели смерть отца смогла выпусти зверя, что так глубоко прятался в нём самом?

–Я ожидал чего нибудь другого.–Драко надавил палочкой ещё сильнее на шею.–Почему ты думаешь, что я не смогу?

–Я знаю.–осторожно начала Гермиона. Сейчас она себя чувствовала сапёром, которого одного выкинули на минное поле.–У тебя была куча возможностей, но каждый раз ты помогал мне.

–Это называется выгодное спасение.

–Но всё же.

–Что мне терять? Кто бы не победил, я остаюсь проигравшим. Так я повторюсь: что мне терять?

–А как же твоя мать?

–Знаешь, Грейнджер, чтобы я не делал, всё выходит через жопу. Я сын, который одно разочарование для своих родителей.–Малфой усилил хватку, а злость, скорее уже на самого себя, переполняла его. Он говорил сквозь сжатые зубы, а его глаза стали стеклянными и начались слезиться. Сейчас слизеринец выглядел жалко и Гермиона увидела как ломаются люди. Смерть близкого человека подкосила парня, да так, что тот не отдавал отчёт тому, что творил.–Я надрывал задницу для того, чтобы мою семью не тронули, пытался быть достойным последователем Тёмного Лорда, но я не смог. Они убили его, взяли и убили. А виноват в этом я. Я подписал ему смертный приговор, когда согласился помочь тебе. Я надеялся, что с твоей помощью у меня получиться починить эту грёбаную штуку и нам простят побег орденца, но я слишком переоценил Хозяина. Да я и не вижу сдвигов в починки. Всё, что мне поручали, я не смог выполнить, всё. Скорее всего моя мать уже тоже обречена на смерть, да и наверное только я её держу в этом мире. Она слишком любила моего отца, что довольно редко в мире аристократии, поэтому мать скорее захочет отправиться следом, чем прожить остальные дни без своего горячо любимого мужа. Но только ради меня она этого не сделает.

–Я могу помочь.

–Ничего ты не можешь.–он прошипел ей эти слова почти прямо в рот. Их разделяли лишь какие то пять сантиметров.–Ты даже не представляешь как я хочу сделать тебе больно. Так и хочется услышать как ты кричишь от того, что каждая косточка в твоём теле ломается или ещё чего похуже. Ты была права, Грейнджер. Это так приятно, ощущать, что кому то хуже, чем тебе.

–Тогда чего ты ждёшь?–Гермиона подалась немного вперёд и пришла теперь её очередь шипеть. Она чувствовала, что блондин не просто говорит и угрожает, нет, он собирается сделать всё, что придумал в своей больной голове. Девушка старалась придумать выход из сложившейся ситуации, поэтому не найдя лучшего выхода она поддалась ещё больше вперёд и поцеловала парня. Драко не ожидал такого, но ответил на короткий поцелуй. Шатенка отстранилась буквально на пару миллиметров и стала ожидать, когда аристократ оттолкнёт её, ударит, кинет проклятье.

–Какого хера ты это сделала?

–Я где то читала, что для того чтобы успокоиться, надо задержать дыхание, а при поцелуе оно задерживается.–львица сглотнула в ожидание чего то ужасного, но ничего такого не происходило, напротив же, он вжал девушку в шкаф и стал с жадностью целовать её. Гриффиндорка была удивлена такому порыву, но одновременно и рада.

Что то в этом было. Они ощущали это своей кожей, слышали ушами, видели глазами, как их ненависть заполняла огромных размеров комнату, а когда не осталось и миллиметра, который не был бы пропитан этой эмоцией, она начинала переполнять их. Но ненависть ли это была? Что то рядом граничащее с ней и кажется это потихоньку стало закрадываться и в их головы. Каждый слышал, как тяжёлое дыхание их обоих восстанавливалось после бурного поцелуя. Пришло какое то странное желание, которому не хотелось противиться, напротив же, поддаться ему и окунуться в него. И это поняли они оба. Кто был первым - неважно, но их губы соприкоснулись в очередном поцелуе. Он был жадным, диким, жестким и вызывал бурю эмоций. Такую неправильную, что хотелось выть. Было ощущение, что их мысли поставили на всю громкость, но они их не слышали. Это неправильно, но ведь правила созданы лишь для того, чтобы их нарушать, ведь так? Так хотелось прикоснуться к запретному, что оставалось только лишь протянуть руку и ты погрязнешь в этом, уйдёшь с головой на дно и ничто не сможет тебя спасти. Ты начнёшь барахтаться и пытаться выйти из этой пучины, но выход только один. Поддаться. Наплевать на всё и сделать то, что многие осудят, не поймут. И вот результат. Парень и девушка. Столь разные, что казалось бы, кто угодно, но не они... Столь разные... Неужели противоположности притягиваются? Неужели это правда?

Дальше руки Драко переместились на блузку Гермионы и начали расстёгивать пуговицы, но руки дрожали из за перевозбуждения, поэтому в следующую секунду тишину разрезал звук падающих пуговиц. Он просто разорвал одежду и стянул с девушки. Ему предстала грудь львицы в обычном чёрном лифчике, немного угловатые плечи, выпирающая ключица. Всё было таким простым, но не менее возбуждающим. Малфой мало обращал на такие мелочи внимания. В нём было только желание, которое отдалось в пах. Ему хотелось побыстрее оказаться в гриффиндорке, в той самой грязнакровке и его это отнюдь не пугало, даже добавляло остринку. "Драко, одумайся!"–звучал голос отца в голове, но похоть взяла своё.

Парень подхватил девушку и посадил на рядом стоящий стол, а после проложил дорожку из поцелуев от губ до правого соска гриффиндорки. Он начал его ласкать сквозь тоненький лифчик и почти сразу послышались тихие стоны. Львица не знала, что ей делать, ведь до этого у неё ни разу такого не было.

–Малфой, подожди.–шатенка схватила аристократа за подбородок и потянула вверх, но тот ловко вырвался и вернулся к прерванному занятию, но девушка была настойчива.–Подожди.

–Что?–слизеринец закатил глаза, оторвался от груди львицы и опёрся руками с разных сторон от девушки.

–Я должна тебе кое что сказать. Я...У меня этого никогда не было.–вот сейчас он уйдёт, потому что с девственницей не интересно и скучно, но блондин подождав десяток секунд, мягко приобнял сокурсницу и нежно поцеловал. Гермиона удивлялась таким переменам в парне. Он за секунду мог превратиться с жестокого зверя в ласкового человека. Блондин заставил девушку обхватить ногами его бёдра, одной рукой также приобнять его за талию, а второй за шею. Потом аристократ ловким движением расстегнул застёжку на лифчике и стянул его. Ему зачем то хотелось ощутить соприкосновение тел, поэтому он прервался для того, чтобы стянуть пиджак и рубашку, но остановился. Девушка залилась краской, когда парень окинул её грудь и попыталась прикрыться, но тот ей не позволил.

–Раздень меня.–игриво произнёс Драко, на что Гермиона посмотрела недоверчиво. Она опасалась человека стоявшего перед ней, но почему то без возражений взялась за пиджак и стянула его с плеч, а затем бросила на пол. Далее пошли маленькие белые пуговицы, которые никак не поддавались пальцам львицы и та, почувствовав прилив смелости, просто разорвала рубашку. Малфой поистине удивился такому порыву и стал с ещё большим интересом наблюдать за своей сокурсницей. После того, как она расстегнула на рукавах

пуговицы, рубашка полетела вслед за пиджаком. Блондин усмехнулся и прижал тело гриффиндорки к себе, при этом целуя в губы. Ему принесло несказанное удовольствие это соприкосновение тел, что дало себе знать в паху. Член уже давно стоял колом и начал пульсировать сильнее. Это почувствовала и львица, когда он уперся ей в промежность. Она так сосредоточилась на поцелуе, что не заметила, как тонкие пальцы аристократа начали ласкать её сквозь трусики. Львица попыталась свести ноги, но те лишь упёрлись коленями в бёдра блондина. Поначалу Гермиона старалась сдерживать стоны и это заметил Драко, поэтому он отодвинул мешающую ткань в сторону и стал ещё сильнее теребить клитор сокурсницы, и сладостные звуки наконец таки сорвались с припухших губ. Долго ждать не пришлось и парень одними пальцами довёл девушку до её первого оргазма. Она забилась в конвульсиях, а слизеринец усмехнулся своей работе и просто слушал томное сбившееся дыхание своего партнёра. Пока она восстанавливала дыхание, Малфой взял свою волшебную палочку, которую до этого отложил на одну из полок, и небольшую подушку, которая валялась в двух-трёх шагов от них, трасфигурировал в большой матрац. Гриффиндорка всего этого не видела, но когда она открыла свои карие глаза, то приподняла вопросительно брови.

–Ты же не думала, что всё будет просто?

–С тобой никогда не бывает просто.–желание опьяняло девушку и она обвила ногами бёдра парня, а тот в свою очередь перенёс её на только что сотворённый матрац и аккуратно уложил. Драко быстро скинул с себя туфли, носки, брюки, боксеры, а затем пристроился между стройных ножек своей сокурсницы. Гермиона даже поглубже вздохнула, при этом пытаясь что то отыскать в окружавших её вещах. Тело напряглось от страха, ведь львица где то читала, что в первый раз может быть больно или пойти кровь.

–Расслабься.–но эти слова будто не были услышаны, поэтому Малфой погладил щеку гриффиндорки и та посмотрела ему в глаз. В них не было больше того безумства и жестокости. Сейчас они горели живым огнём и пленили к себе. Она отвлеклась на них и дрожь в теле начала сходить на нет. Затем аристократ медленно наклонился и невесомо поцеловал девушку под собой. Она ответила также, будто и не было шести лет вражды и ненависти по отношению к друг другу. Что это было? Никто не мог из них дать ответ на такой, казалось бы, простой вопрос. Наверное, для Драко это было своеобразным укрытием от боли, что ждала его в реальности. Для Гермионы же спасением. Чтобы слизеринец сделал под действием опьяняющего гнева, поглощающей ярости, неконтролируемой ненависти и ноющей боли. Такой опасный микс, который мог вызвать что угодно, поэтому девушка пошла на крайние для неё меры, но она никак не могла представить, что в ней пробудиться желание. Такое неправильное и такое манящее.

Она негромко вскрикнула, когда парень полностью вошел в неё. Малфой рассматривал каждую чёрточку лица, что изменялась. Он ждал, когда гриффиндорка привыкнет к новому ощущению. Больно особо не было, только по началу было не комфортно. Ей хватило пару десятков секунд, чтобы свыкнуться с тем, что в ней находился член. Казалось, что так всё и должно было быть, поэтому она кивнула аристократу, дабы тот продолжал. Парень постепенно ускорялся и забывал, что у девушки секс был в первый раз. В голове так некстати всплывали картины предполагаемого убийства отца. Как его убили свои же. Драко сжал челюсть от злости и стал вбиваться в юное тело.

По началу Гермиона ничего не ощущала и немного морщилась от неприятных ощущений, а когда слизеринец набрал темп захотелось всё прекратить, но в один переломный момент она ощутила как мурашки побежали по телу и это новое, приятное ощущение внизу живота. Теперь же хотелось, чтобы Малфой не смел останавливаться и довёл всё до конца. Вскоре негромкие стоны стали срываться с припухших губ, но гриффиндорка всё старалась их сдерживать, да так, что прокусила до крови нижнюю губу. Грейнджер кинула томный взгляд на своего сокурсника и отметила, что тот был напряжен, и выглядел так, словно пытался убежать от чего то, что мучило его. Догадаться было не сложно. Смерть отца. А может и не просто смерть. Скорее убийство. Да, скорее всего это было правильным ответом. Он ускорял темп, до синяков сдавливал бедра девушки и зажмуривался, но мертвый Люциус преследовал его. Ему нужно было отвлечься, но секс, как раньше, не помогал. Аристократ открыл глаза и кинул взгляд на девушку под ним. Томное дыхание, глаза прикрыты, торчащие соски. Всё это вызывало огромное желание, но не помогало избавиться от назойливых мыслей, поэтому, сбавляя скорость, он впился жадным, в чём то молящим, поцелуем в львицу. Та немного удивилась таким порывом, но отвечала, хоть слегка неумело, но старалась в чём то помочь ему. Драко почувствовал до боли знакомый привкус металла. Он так ненавидел вкус крови, ведь он напоминал о периоде жизни, который парень так рьяно пытался выкинуть, выжечь, забыть, что угодно, лишь бы не возвращаться в те моменты. Но сейчас результат был противоположным. Она помогла ему отвлечься от назойливых мыслей об отце. Грязная кровь. Только одна мысль об этом отозвалась спазмом в животе. Что он делает? Мозг полностью отключился. Всё было таким притягательным, что он продолжил зализывать небольшую ранку на губе. Это сильно возбуждало, поэтому дальше слизеринец перекинулся на шею, став покрывать её поцелуями оставляя свои отметены. Малфой прикусывал нежную кожу, а затем языком зализывал ранки. Люциус стал меркнуть перед глазами, что позволило максимально отдаться наслаждению, которое текло по венам, мурашками бегало по коже, заставляя ещё больше прикасаться обнаженными телами друг к другу. Он хотел растворить девушку в себе полностью, как можно сильнее ощутить себя в ней. Драко вошел до основания в гриффиндорку, которая простонала ему прямо в рот. Чёрт. Ему было чертовски хорошо, даже несмотря на то, что львица особого участия и не принимала. Хотя... Его заводило то, как она легко царапала его спину, как взъерошивала его волосы, как томно дышала ему в рот, как пыталась сдерживать свои стоны, что заставляло слизеринца стараться ещё, лишь бы слышать эти сладкие звуки. Аристократ вновь набрал быстрый темп и через пару минут шатенка кончила под ним, а после неё уже и сам блондин, после того как почувствовал, что стенки влагалища сокращаются. Фейерверк разных ощущений взорвался внизу живота у каждого из них. Парень лёг на девушку уткнувшись в каштановые локоны, при этом упираясь одной рукой, дабы не придавить своим весом Гермиону. Они тяжело дышали и пробыли в таком положение пару минут, а после Малфой улёгся слева от Грейнджер. Ждать долго не пришлось и вскоре сон сморил обоих. Они так и уснули голые на матрасе среди кучек хлама.

***

Пальцы давно окоченели, да так, что было больно ими шевелить. Гермиона сжала их в кулак и попыталась вспомнить события, которые произошли неизвестно какое время назад. Девушка приоткрыла сонные глаза и первое, что она увидела, был книжный шкаф. В голову моментально ворвались воспоминания о случившемся. Как именно на этом месте ненавистный ей человек ласкал её промежность пальцами. Как раз таки тот человек в этот самый момент издал вздох и горячий воздух опалил холодную кожу шеи гриффиндорки. Драко лежал позади Грейнджер и приобнимал её за талию. Как бы не хотелось расставаться с единственным источником тепла на данный момент, но ей надо как можно дальше оказаться, когда блондин проснётся. Не хотелось с ним пересекаться как минимум пару лет. Она злилась на саму себя, но понимала, что в какой то мере, это был единственный способ успокоиться парня, но не на такой эффект она рассчитывала. Грейнджер предполагала, что слизеринец оттолкнёт ей, ему станет противно и он скажет, чтобы она уходила. Чёрт! Ей было противно вспоминать и хотелось как можно скорее оказаться в ванной для старост.

Гермиона медленно и аккуратно поверх ладони аристократа положила свою и попыталась как можно осторожней убрать руку парня. Львица глянула через плечо, дабы убедиться, что блондин всё ещё крепко спит, но увидела другое. Чёрная змея, которая будто выползла из не менее устрашающего черепа, будто бы извивалась и казалось живой. Девушка от испуга зажала рот рукой, чтобы подавить рвущийся наружу вскрик. От таких резких действий Драко перевернулся на живот и подложил левую руку себе под голову. Грейнджер не долго думая вскочила на ноги, но руку от рта не убрала. Боялась всхлипнуть и разбудить сокурсника. "Этого не может быть!"– ещё в поезде она так упорно вместе с Роном пыталась доказать Гарри, что Малфой-младший никак не может быть Пожирателем Смерти, слишком труслив для этой роли, но как оказалось в действительности... Она переспала с пожирателем, с убийцей, с врагом. "Что же ты наделала!"– в львице началась зарождаться паника. Конечно она знала на чьей он стороне, но не подумала бы, что тот носит метку. Ведь с ней ходят только самые жестокие и больные убийцы. Как она могла не заметить метку ещё в тот момент, когда снимала рубашку со слизеринца? Тело начало дрожать уже не из за холода.

Гарри. Он был прав. Он был прав относительно Малфоя, а она ещё его защищала, пыталась оправдать шестнадцатилетнего парня, но всё это было впустую. Гермиона подхватила свои трусики и белую рубашку слизеринца накинула на себя , потому что взглядом не смогла отыскать свои вещи. Она резко развернулась и увидела перед собой большое круглое зеркало. В нём она увидела испуганную девушку с растрёпанными волосами, в одной рубашке и чёрных трусиках, но что больше всего приковывало взгляд, так это розовые отметины. Засосы. Живот скрутило и захотелось выблевать весь свой завтрак. Грейнджер на пару минут забыла, что планировала сбежать отсюда как можно скорее. Она медленно подходила к зеркалу и остановилась, когда до него оставалось пару шагов. Сам предмет, казалось, был только купленным. Ни одной пылинки, ни одной царапинки. Как она не заметила его до этого?

Рука сама потянулась к отметинам на шее. Их было четыре. Потом она приспустила рубашку с плеч и увидела ещё множество засосов. Она осмотрела каждый. Волна отвращения накрыла девушку, захотелось тут же свести это как можно скорее. Гермиона чувствовала себя грязной.

–Нравится? Я старался.–раздался хриплый голос позади. Гермиона вздрогнула и перевела взгляд чуть левее. Серые глаза пристально наблюдали за ней, и от этого стало так неуютно, что гриффиндорка обхватила себя руками. Далее она медленно развернулась и отметила, что пока львица рассматривала себя в зеркале, слизеринец успел надеть боксеры и брюки. На лице же была его фирменная ухмылочка, которую хотелось стереть. Драко сделал шаг в направление девушки от чего та дёрнулась и моментально вскрикнула:

–Не подходи ко мне!–взгляд непроизвольно метнулся к левой руке. Малфой проследил за ним и издал смешок, когда осознал свою ошибку.

–Знаешь, никогда ранее я не снимал рубашку во время секса, запрещал другим, когда те хотели стащить её, но в этот раз мозг полностью отключился и вот результат.–спокойно проговорил аристократ. Он кинул взгляд на шатенку, которая вновь начала дрожать. Она внимательно наблюдала за ним, за каждым движением, и была готова к бегству.–Что же ты чувствуешь, Грейнджер?

–Отвращение.–с презрением ответила моментально Гермиона. На её слова блондин только издал очередной смешок, а после стал разглядывать девушку. Задерживал взгляды на засосах, которые не закрывала рубашка, на обнаженных ножках, на припухших губах. Это заметила и гриффиндорка, поэтому сразу же сжалась под стальным взглядом. Спустя минуты молчания парень наконец то изрёк самое главное:

–Ты же понимаешь, что я не могу тебя отпустить с тем, что ты знаешь?

–И что же ты сделаешь? Убьёшь меня?– всё тело напряглось в ожидание ответа.

–Зачем же так радикально?– усмехнулся парень, но в голове он рассчитывал за сколько сможет добраться до палочки, которая покоилась на одной из полок книжного шкафа, и какое сопротивление сможет дать гриффиндорка.–Просто сотру память.

–Нет.

–Ты в этом так уверенна?– почти одновременно они сорвались с места. Драко рванул в сторону своего магического атрибута, Гермиона же в противоположную сторону. Она частично вспомнила куда тогда Малфой выкинул её палочку. И догадка подтвердилась. Она валялась возле ножки старого кресла. Львица нагнулась за ней и вместе с тем получила заклинание в спину. Её отбросило на пару метров, но палочка была крепко сжата в руке девушки. "Как подло нападать со спины!"–подумала шатенка. Она не могла пошевелить ничем, но чувствовала, что его заклинание было слабым, поэтому немного усилий и с правой руки оно должно вскоре сойти. Драко в это время, словно хищник крался к своей раненой добыче. Он намеренно растягивал время любовался представшей картиной. Когда девушку отбросило, рубашка спала с одного плеча, при этом оголив правую грудь. Гермиона с презрением смотрела в серые глаза и всё пыталась сбросить заклинание. В какой то момент она почувствовала как кончики правой руки дрогнули. Пока львица пыталась бороться с магией, аристократ присел рядом с ней на корточки и усмехнулся.

–Кажется, мы это уже проходили сегодня.–он прокрутил палочку в своей руке готовясь применить обливиэйт. Думал о том, чтобы стереть то, что было между ними, но потом слизеринцу пришло нечто другое в голову, более изощрённое. Он оставит это воспоминание. Это станет сродни пытке. Девушка будет корить себя за это, будет чувствовать вину перед друзьями, будет ощущать отвращение по отношению к себе. Распространяться на этот счёт она не будет, ей не выгодно. Малфой поднёс палочку к виску и убрал каштановую прядь.–Облив...

"–Петрификус Тоталус"–белая вспышка вырвалась из палочки и ударила блондина прямо в грудь. Как только Грейнджер почувствовала, что кисть полностью в её власти, то моментально воспользовалась случаем. Она видела как парня сильно отбросило назад, ведь её заклинание было довольно сильным, ведь злости в девушке было как никогда много. Далее Гермиона направила на себя палочку и произнесла:

"–Фините Инкантатем"– тело расслабилось и неприятно заныло. Шатенка поднялась на ноги и сразу же начала поиск своих вещей, при этом не обращая никакого внимания на своего сокурсника. Сейчас она не могла даже кинуть одного взгляда в его сторону. Злилась. Но на саму себя. За то, что вообще сюда пошла, ведь внутренний голос говорил ей бежать отсюда подальше. Но нет же. Дура. Самая настоящая. Собрав все свои вещи, Грейнджер оделась и выбежала из Выручай комнаты.

***

Гермиона не пошла в ванную для старост, как того хотела. Слишком боялась оставаться одна. Она всё думала, что как только погрузиться в горячую воду бассейна, то ворвётся Малфой и выстрелит в неё Авадой. Поэтому пришлось найти альтернативу. После того, как она покинула комнату, в которой всё было, львица бежала не оглядываясь. Все оборачивались ей в след, но она не видела никого. Пелена слёз всё застилала перед взором, но она бежала по памяти. Кажется здесь был поворот и шатенка поворачивала. Благо гостиная находилась на этаж ниже. Какие то первокурсники стояли возле портрета Полной Дамы и никак не могли припомнить нужный пароль. Ждать не хотелось, да и мозг полностью отключился в тот момент, поэтому она отпихнула их и гаркнула необходимую фразу:

–Золотой лев.–женщина с портрета недовольно на неё посмотрела и нарочно медленно стала открывать проход. Для вежливости было не то настроение и Гермиона бесцеремонно оттолкнула картину. Полная Дама прокричала в след что то, но девушка не разобрала, да и не пыталась этого сделать.

Гостиная кишила студентами, что не приходилось на руку львице. Она опустила пониже голову и стала пробираться к комнатам девочек, но всё время кто то пытался её окликнуть. Одним из таких был Рон. Парень не сразу заметил подругу и попытался позвать её, но та даже не обернулась, поэтому он ухватился за руку, когда смог догнать Гермиону.

–Не сейчас, Рон.–всё, что та ответила, а после просто спихнула руку друга.

Грейнджер отправилась в свою отдельную комнату и закрылась на парочку сильных заклинаний, дабы её никто не тревожил. Всё было как то наиграно. Будто всё это было нереальным. Хотелось верить, что вскоре она проснётся и всё это окажется лишь страшным сном, но сколько Гермиона себя не щипала, она не просыпалась.

Гриффиндорка сбросила надоедливую мантию с себя на пол, которой всё это время закрывала ненавистные отметины на шее. Далее пошли все остальные вещи, от которых хотелось избавиться. После этого львица отправилась прямиком в душ, дабы смыть сегодняшний день. Как оказалось время шло к ужину.

Холодные капли воды, словно множество игл, столкнулись с кожей. Первым порывом было выскочить оттуда или же сменить на более теплую воду, но, словно наказывая себя, она продолжила стоять под ледяной струёй. Вскоре стало как то легче. Не физически, морально. Стало спокойней. Гермиона просто стояла ничего не делая, позволяя воде сделать самой всё дело. Долго ли она там простояла? Девушка сама не знает. Как только она почувствовала, что сильная дрожь пробивает её тело, как пальцы вновь окоченели, так сразу и вылезла. И что дальше? Что делать дальше?

–Не знаю.–прошептала Грейнджер. Новая волна отчаяния переполнила девушку и вспышка магии вырвалась из неё, которая пустила трещины на зеркале слева от неё.–Чёрт!

Гермиона вернулась в комнату, при этом оставляя мокрую дорожку на полу за собой, за палочкой, чтобы вернуть зеркалу прежнее состояние. Один взмах и одно слово, после которого стекло вновь стало цельным. Шатенка обвела себя взглядом с ног до головы. Один взгляд на красные пятна заставлял вернуться к тем ощущениям, прикосновениям, стонам, взглядам. Девушка вздрогнула, будто вновь пережила это и избавилась от синяков вместе с засосами. Вроде бы всё было стёрто, но горький осадок остался внутри. Уже наверное даже не из за того, что они переспали, а из за того, что в очередной раз этот мир доказал, что некоторые люди всё таки те, кем они кажутся на первый взгляд. Не надо искать подтекст и разочаровываться, когда его там нет.

–Дура!–голова начала болеть, поэтому она мокрая подошла к своей кровати и залезла под тёплое одеяло.–Что то не сходится.–тихо пробормотала львица. Что то не давало ей покоя, но она никак не могла за это ухватиться. –Метки ведь не было...

Её осенило. Метки не было неделю назад. После того, как они освободили Артура из плена. В тот момент, когда блондин вышел с душа, она кинула мимолётный взгляд на руки и метки не было. Хотя она как то в тот момент не думала о ней. Но ведь если бы была, она бы заметила, не так ли? Уж слишком змея и череп выделялись на мраморной коже слизеринца. Но прошло всего лишь неделя. Неужели он успел бы отправиться домой и принять метку? Скорее всего нет, ведь все эти ночи они были вместе, но тогда откуда она?

–Надо всё рассказать Гарри и Рон.–думать ей больше не хотелось о Малфое, ведь картинки сегодняшнего утра проскальзывали перед глазами. Поэтому она решила рассказать друзьям, те в свою очередь доложат об этом Ордену, а они уже что то предпримут. И тогда наконец то аристократ исчезнет из её жизни.

***

Гермиона не спеша шагала по коридорам школы в сторону Большого Зала, при этом изредка оборачиваясь, проверяя нет ли там никого. Ужин давно начался, но это не заставляло девушку ускорить шаг. Меньшее, что ей хотелось бы, так это видеть сейчас блондина, который скорее всего уже там. Или нет? Что он сделал, после того, как заклинания оцепенения спало? Зол ли он? Конечно он зол. Скорее всего даже в гневе. Двери Большого Зала были распахнуты и мягкий свет освещал часть коридора. Ужин был в самом разгаре. Грейнджер как можно менее заметней проскользнула к своему столу и стала искать взглядом друзей. Они расположили недалеко от входа. С полным ртом Рон что то вещал своей сестре и Невилу. Гарри же только делал вид, что слушает, на самом же деле уже как десять минут смотрел куда то. Львица плюхнулась рядом с ним:

–Что с тобой?–спросила сразу же шатенка брюнета. Парень медленно перевёл свои зелёные глаза на подругу.

–Да так, задумался о просьбе Дамблдора.–поделился Поттер, но сразу же добавил.–А с тобой что такое? Мы стучались, но ты не открывала и не отвечала нам. Всё в порядке?–в глазах гриффиндорца было беспокойство и забота, поэтому сердце Гермионы сжалось. Ей бы столько хотелось рассказать другу, но она не могла. Хотя... Кое что всё таки могла.

–Не совсем. Есть кое что, что я хотела бы тебе рассказать.–Гарри нахмурился и придвинулся поближе к подруге. Гриффиндорка заготовила такую речь у себя в комнате, но все слова поразбегались и она не знала как всё рассказать. Дальше львица сделала ошибку и кинула взгляд на стол, который находился возле стены. Долго искать не пришлось и глаза отыскали платиновую голову. Он о чём то разговаривал с Паркинсон и, как по закону подлости, слизеринец повернулся к ней. Их взгляды пересеклись. Снова. Гермиона вздрогнула, а Драко напрягся. Гляделки продлились от силы десяток секунд и шатенка отвернулась обратно к Поттеру.–Здесь не место. Через пять минут встанем и спокойно выйдем.

–Ты меня пугаешь.–на это Грейнджер не ответила, только лишь уставилась в свою тарелку.

Как она и решила, Гарри, Рон и Гермиона покинули Большой Зал спустя пять минут. Уизли что то бурчал себе под нос, но покорно шел за друзьями. Золотое Трио дошло до пятого этажа и спряталось в одном из заброшенных кабинетов.

–И зачем вы меня сюда притащили?–всё ещё негодовал рыжий.

–Ты только о еде и думаешь.–вспылила девушка, но сразу же поняла, что сейчас ссориться не совсем хорошая идея.

–Да я так, просто...–начал оправдываться Рон, но Гарри его перебил.

–О чём ты хотела поговорить?

–О ком.–поправила гриффиндорка. Она заламывала пальцы и попыталась подобрать правильные слова, но потом поняла, что тут ничего не придумаешь, поэтому надо говорить прямо.–Гарри, ты был прав. Малфой... Малфой... У него есть метка. Он один из Пожирателей Смерти.

***

Молчание повисло в воздухе. Гермиона хотела что то добавить, точнее она будто должна была что то ещё сказать, но нужные слова не приходили в голову. Неужели она это сказала? Именно. Раскрыла самую большую тайну аристократа. А значит ли это то, что все его планы касательно Исчезающего Шкафа нарушены? Стало намного легче дышать от того, что скорее всего это в скором временем закончится.

–Я так и знал.–спустя время произнёс Поттер.–А вы меня не слушали, не хотели слушать.

–Да, да, Гарри. Мы знаем.–проговорила девушка.

–Нам надо к Ордену.–сразу же проговорил Рон.

Ребята покинули заброшенный кабинет и, изредка переходя на бег, кинулись к кабинету своего декана. Макгонагалл не оказалось у себя, поэтому троице пришлось её ждать. Брюнет ходил из стороны в сторону, дабы хоть как то отвлечься от собственных мыслей.

–Молодые люди, что вы тут делаете?– обеспокоенно проговорила Минерва завидев своих подопечных в столь поздний час под своим кабинетом.

–Профессор, нам нужно поговорить.–заявила Грейнджер, которая до этого думала о своей клятве, которой связана с Малфоем. Ведь она не пропадёт только потому, что его заберут со школы. Неужели ей всё таки придется закончить всё в одиночку? Нет. Она найдёт способ разорвать клятву.

–Что случилось?–женщина впустила всех к себе, а затем заперла дверь мощным заклинанием, а так же сделала так, что остальные, которые находятся за кабинетом, не могли их подслушать.–Я вас слушаю.

–Мы думаем, то есть знаем, что среди учеников есть Пожиратели.–Макгонагалл нахмурилась и ответила на заявление:

–Уж не на Малфоя вы, молодой человек, намекаете?

–Именно.

–Мистер Поттер, вы хоть понимаете, что это очень серьёзное обвинение?

–Понимаю, профессор.

–У вас есть доказательства?

–Да.–ответила вместо брюнета гриффиндорка.–Я видела метку у него на левом предплечье.

–Неужели?

–Да.–львица помедлила, но потом решила добавить.–А так же есть основания предполагать, что Паркинсон и Нотт также являются Пожирателями.

–Что ж, я передам всё Ордену, но сомневаюсь, что те что либо предпримут.

–Что? Но почему?–воскликнул Рон, который до этого не проронил ни слова.

–Мистер Уизли, у Министерства и Феникса есть более важные дела. Да и какую опасность могут представлять трое шестнадцатилетних подростков? Сейчас большую опасность представляют старшее поколение Пожирателей.

–Но Малфой точно что то замышляет.–вспылил Гарри.

–Следите за тоном, мистер Поттер.

–Да, мэм.–гриффиндорец вдохнул поглубже, дабы успокоится, а дальше продолжил.–Послушайте, профессор, Малфой не просто приехал сюда учиться. Ещё в поезде, когда мы ехали сюда, я подслушал его разговор с его дружками. Он ненавидит Хогвартс. Он бы предпочёл сброситься с Астрономической Башни, вместо ещё двух лет учёбы здесь. Этот парень не просто так в школе. Он точно что то задумал...

–Мистер, Поттер...

–Нет, да послушайте вы меня.–яростно воскликнул брюнет.–Волдеморт не просто так послал Малфоя сюда.

–Ладно.–женщина вздохнула и добавила.–Я посмотрю, что можно сделать, но ничего не обещаю. А теперь марш к себе в гостиную!

–Спасибо.–всё, что ответил гриффиндорец, а затем вместе со своими друзьями отправился на выход.

***

Вечер следующего дня.

Пэнси зевая стала выискивать среди небольшого количества студентов блондина и брюнета. В основном в гостиной Слизерина находились старшие курсы.У шестого же ровно в полночь должен был начаться урок астрономии, который перенесли со среды. Друзья девушки сидели возле камина вместе с ещё одним их однокурсником.

–Нам пора.–произнесла слизеринка, при этом пытаясь подавить свой очередной зевок. Малфой, Забини и Нотт согласно кивнули и подобрав сумки направились на выход. Четвёрка шла в основном молча, изредка перекидываясь простыми фразами.

–Что задали по защите?–вновь подала голос Паркинсон, когда ребята оказались на восьмом этаже и шли по направлению к лестнице, что вела на Астрономическую Башню.

–Эссе на три страницы.–буркнул в ответ Блейз.–Снейп вообще сдурел.

–Чувствую сегодня мы вообще не ляжем спать.–простонала девушка.

–Вам не наплевать?–безразлично произнёс Драко.

–Нам нет.–ответила за всех аристократка.–Если ты поставил на себе крест и считаешь себя ходячим мертвецом, то это не значит, что и мы тоже. Я планирую закончить эту школу и мне совершенно не важно, что происходит за стенами Хогвартса.

На это заявление блондин только хмыкнул. Вот очередной разговор и закончился. До двери, за которой была лестница, состоящая из двести сорока девяти ступенек, было рукой подать, но из за поворота вышло две фигуры, которые перегородили путь.

–Дайте пройти.–зашипела Паркинсон. В преграде четвёрка узнала своих сокурсников Гарри Поттера и Рона Уизли. Гриффиндорцы никак не отреагировали и не ответили своим неприятелям. Драко прищурил глаза и обвёл парней взглядом. Всё было как обычно, только те держали палочки в своих руках, будто бы готовясь к атаке или обороне.

–Что происходит?–поинтересовался Малфой, но те ему не ответили, только брюнет посмотрел на него с презрением, а дальше за его спину. Слизеринец медленно повернулся и увидел как в их сторону направлялось четыре мужчины, а за ними мелькнула копна коричневых волос. По мантиям не сложно было догадаться, что гости были из Министерства и скорее всего являлись аврорами. После вчерашнего не составило труда сложить два плюс два. Конечно он знал и ждал, когда за ним придут, но не учёл одного:

–Мистер Малфой, мистер Нотт и мисс Паркинсон, вы обвиняетесь в сговоре с незаконной организацией, именуемая себя Пожирателями Смерти.

–Что?–в момент трое обвиняемых были вжаты в холодные стены школы. Панси пыталась вырваться, что мужчина был в разы сильнее неё. Пока их обыскивали и изымали волшебные палочки, Драко пытался поймать карий взгляд, но та упорно смотрела куда угодно, но не на него. Вскоре интерес стал сильнее и та слегка повернулась в его сторону и сразу же столкнулась с серыми глазами. Что то заставило затаить дыхание. Правильно ли она поступила? Конечно. Просто теперь ей было даже жаль блондина.

–Всё.–огласил один из авроров, а дальше скомандовал.–Ведём их в директорский кабинет, а дальше в Министерство.

Малфой напоследок усмехнулся и подмигнул гриффиндорке, что ввело девушку в недоумение, а когда сильные руки потянули парня за собой, то слизеринец проворчал:

–По аккуратней, не мешок с картошкой тянешь.