1. Пролог
Хогвартс... В этом слове смешались: тепло и холод, свет и тьма, восстановление и разрушение, жизнь и смерть...
Хогвартс - дом для всех волшебников, приехавших сюда. Почти все самые значимые моменты произошли здесь. Возвращаться после войны туда, где произошло столько всего сложно... Хотя нет, больнее, чем просто "сложно".
Такие мысли были у всех, кто ехал сейчас в Хогвартс-экспрессе. Школу восстановили за лето, и всем ученикам пришли такие знакомые письма. Тем, кто так и не закончил 7 курс, предложили переучиться за прошлый год. Гермиона Грейнджер была одной из таких.
Рон и Гарри отказались ехать, так как им предложили работу в Министерстве Магии на должность Мракоборцев.
Месяц назад...
Было, как банально это не звучит, совершенно обычное пятничное утро. Семья Уизли, состоящая из Джинни, Рона, Молли и Джорджа (Артур был на работе), и Гермиона Грейнджер сидели за обеденным столом. Миссис Уизли приготовила наивкуснейшую (как же может быть по-другому) курочку, точнее три, ведь одной на такое большое семейство было мало.
Джинни, Рону, Гарри и Гермионе уже пришли письма из Хогвартса, и девушки уже обсуждали, что возьмут в школу. Мисс Уизли говорила конечно же, об одежде, а мисс Грейнджер, как же может быть иначе, о книгах.
—Гермиона ты не исправима!—сдалась Джиневра. Она полчаса уговаривала Миону взять с собой в школу "как оно тебе идёт" платье. Под таким сильным натиском, Герми согласилась.
—Рон. Ро-он, — в комнату влетел красный, взволнованный, но подозрительно счастливый Гарри Поттер. В его руке был какой-то сверток.
— Что случилось?—спросил Рон насторожившись. Давно никто не видел Поттера настолько обрадованным.
—Вот, прочитай сам, —Мальчик-который-Выжил с улыбкой до ушей протянул "рыжему" письмо с министерской печатью.
Рон осторожно взял его и с неуверенностью начал читать.
— Таак...
"Уважаемые, Рон Уизли, Гермиона Грейнджер и Гарри Поттер... Надеемся у вас всё хорошо, — на этом месте Уизли хмыкнул. После войны Министерство, конечно же, отблагодарило героев: им выдали Орден Мерлина III степени и не малую денежную сумму, но ее хватило только чтобы восстановить Нору и дом № 12 на площади Гриммо, Гермиона же отдала свою часть на благотворительность. Пропустив внушительный "кусок" письма, Рон продолжил, — у нас есть к вам предложение стать Мракоборцами, — тут он остановился и перечитал несколько раз, не веря своим глазам. — Мы понимаем, что вы устали от войны, но нам требуются Авроры, и вы, с вашими знаниями и навыками, очень помогли бы нам.
С уважением, Кингсли Бруствер.
P.S. Ответ ждем не позже четверга"
Дочитав, Рон опешил. Ему, конечно, как и всем мальчикам-волшебникам, с самого детства хотелось стать Мракоборцем, но он и подумать не мог, что мечте суждено сбыться, и к тому же его напарниками (как Рон надеялся) станут его лучшие друзья. Он посмотрел на Гарри и увидел в глазах друга согласие на эту работу.
Мальчик-который-выжил даже после финальной битвы не мог не думать о всех тех кто умер "по его вине", поэтому его желание найти всех оставшихся последователей Волан-де-Морта было вполне понятно.
Переведя взгляд на Гермиону, он спросил: "А ты согласна пойти на службу в Министерство?"
— Да, согласна, - ответила она. Глаза Рона и Гарри загорелись радостным огнём и они обменялись многозначительными взглядами и добродушными улыбками, — но не на эту должность.
Поначалу, никто не понял, к чему относилась эта фраза, но когда все обернулись к Гриффиндорской принцессе, по ее глазам стало ясно - она никуда не едет.
...Да уж. Из-за принятого ею решения Рон не разговаривал с ней целый день, а Гарри просто старался игнорировать, но потом, когда она зашла в комнату мальчиков с их любимыми шоколадными лягушками и пирожками "Forgive", они отбросили обиды в сторону и поговорили с ней.
...—Гермиона, я не понимаю,— устало сказал Рон. Он до сих пор не принял то, что его возлюбленная не останется с ним.
—Рон, я уже всё объяснила. Я не хочу быть Аврором, т.к. хочу сначала закончить Хогвартс и получить диплом, затем поступить в университет на ЭКОНОМИЧЕСКИЙ (!) факультет, а потом уже на работу в Министерство.
—Ты уверена?— с надеждой спросил Рон.
— Да, Рон, и ты прекрасно это понимаешь...