У любви твое имя...[Драмионна]

-Драко, ты же сделаешь это для меня?-спросила Анна. Она крутилась возле меня и будто ненароком касалась, то рукой, то бедром. Эти движения вызывали сладостное томление внизу живота.
-Сделаешь?-она продолжала крутиться, продолжая заниматься своими делами. Я пытался отвлечься, чтобы не думать о том, как срываю с нее одежду, поваливаю на этот маленький кухонный стол и что есть силы, забываюсь в ней.
-Прекрати это,-прошипел я и отошел на другую сторону стола. Она оперлась локтями на стол и удивленно подняла свои брови.
-О чем ты, Драко?-в изумлении спросила она и невинно улыбнулась мне.
-Что ты там просила сделать?-спросил я, нахмурившись.
-О, это,-она сразу же отошла от стола и уперлась руками в боки.
-Я просто хочу, чтобы ты наконец прекратил все это. Это, знаешь ли, не так уж сложно,-она подошла ко мне и села на колени. Обвила свои тонкие руки вокруг моей шеи и запустила одну руку в волосы.
-Перестань все время торчать на работе. Приходи домой пораньше. Я же умираю со скуки тут, одна,-она лукаво улыбнулась и нежно поцеловала в висок.
-Анна, ты же знаешь, что сейчас я не могу. Как бы я не хотел,-я сильнее прижал её к себе и зарылся в волосы.
-Но у нас есть выходные, чтобы наверстать упущенное,-хитро посмотрел я и подхватил ее. Она тихо взвизгнула и поцеловала меня. Я занес ее в спальню, а на часах было всего лишь 10 утра.
-Слушай, а не сходить ли нам завтра куда-нибудь? Развеяться?-спросила Анна и, положив голову мне грудь, внимательно смотрела на меня. Я притянул ее еще ближе и стал медленно поглаживать по спине, она еще сильнее прижалась ко мне.
-Можно,-задумчиво произнес я и опустил глаза на нее. Её лицо озарила легкая улыбка.
-Тогда сходим в парк? Тут неподалеку от нас есть прекрасный парк,-радостно защебетала она. Я засмеялся и подарил ей легкий поцелуй. Она подскочила с кровати и, быстро натянув одежду, выбежала из комнаты. Я напоследок засмеялся над ней и откинулся на подушки. Все-таки с ней было легко. Она появилась в моей жизни очень неожиданно. Я был на одном светском вечере, она тоже была там. Только я в качестве гостя, а она была официанткой. Сразу почувствовался какой-то странный контакт между нами и с тех пор мы вместе. Правда иногда, она становится очень несносной. Она просто одержима сексом. Я засмеялся сам себе. Наши отношения и отношениями-то назвать нельзя. Мы толком не знаем друг друга, но это не мешает нам вместе жить. Когда я вижусь с ней только утром и вечером, и по выходным, то жизнь с ней кажется вполне неплохой. Она не давит на меня, я на нее. Каждый живет своей жизнью, но только в постели мы близки. Никаких нежных или особых чувств к ней нету. Лишь страсть. Горячая, бурлящая кровь, заставляющая закипать и гореть от желания. Необузданное, животное желание. И не больше, не меньше. Вот как можно назвать нашу связь. Анна часто смешит меня, потому что знает как мне несладко на работе. Она особо ничем не интересуется, но иногда я сам все ей рассказываю. Просто от того, что все накипело, наболело, до такой степени, что сдерживать все в себе невозможно, неподвластно моим силам. Я выдохнул и, встав с кровати, направился в ванную. Прохладный душ немного освежит меня и мои мысли. Как только холодные струи начали попадать на кожу, сразу же стало легче. Я простоял под душем около двух минут и когда меня позвала Анна, мне пришлось выйти. Я натянул на себя боксеры и шорты и, повесив полотенце на плечи, вышел из комнаты.
-Драко, ты будешь завтракать?-спросила Анна, когда я сел на стул и стал вытирать волосы.
-Ну, вообще-то, я еще голоден,-лукаво улыбнулся я, чем вызвал румянец на её щеках.
-Но что-то перекусить все равно не помешало бы,-утвердительно произнес я и погладил себя по животу, показывая свою потребность в еде. Анна засмеялась и повернулась обратно к плите. Она что-то напевала себе под нос и её бедра легко покачивались в такт музыке.
-А вот и завтрак!-воскликнула девушка и поставила передо мной тарелку с яичницей, беконом, зеленым салатом и кусочками сыра. Потом поставила тарелку себе, и налила нам в стаканы апельсинового сока.
-Ты душка,-сказал я, довольно ухмыляясь. Я быстро чмокнул ее в губы и принялся за завтрак. К слову сказать, она бесподобно готовила. Я уплетал свою яичницу так быстро, что Анна несколько раз тихо хихикнула.
-Все, я наелся,-я отодвинул от себя тарелку и откинулся на спинку стула, довольно улыбаясь, как Чеширский кот. Анна засмеялась и забрала мою тарелку.
-Ты неисправим Малфой,-сказала она, а в глазах были искорки смеха. Я посмотрел на нее и произнес, слегка самодовольно:
-Уж какой есть. В этом весь я,-улыбка окрасила мое лицо и этот момент, наверное, был самым приятным из всех, проведенных с ней. Она внимательно смотрела на меня и будто чего-то ждала. В её взгляде скользила нежность. Нет! Только не это! Так вот почему она так краснела. Черт! Нет! Я же должен был её остановить! Должен был еще раньше! Но я не сделал этого! Черт! Она влюбилась в меня! Черт! Черт! Черт! Я настолько поглотился своими мыслями, что не заметил, как Анна изменилась в лице. Теперь в её взгляде скользила осторожность и...страх? Что? Она меня боялась? Этого не может быть!
-Анна?-спросил я осторожно и легко коснулся ее руки. Она отпрянула. В глазах все больше страха. Её взгляд был немного затуманен, и когда я произнес ее имя, её веки затрепетали, а глаза наполнились слезами. Она мотнула головой и убежала из кухни. Черт бы меня побрал!!! Вот что я натворил?!!!
-Анна, прошу тебя, выйди. Перестань. Все наладится, обещаю,-я пытался успокоить девушку, которая яростно сгребала вещи за дверью. На секунду повисла тишина. Удручающая, давящая, беспощадная. Дверь перед моим лицом резко распахнулась. Я увидел перед собой когда-то красивую девушку. Сейчас она не была похожа на ту жизнерадостную, яркую и лучезарную особу, которой всегда была. Опухшие от слез глаза, скомканные волосы в один сплошной клубок, помятая одежда, в каких-то местах, даже рваная, капли пота, которые медленно стекали с её висков. Но больше всего пугал взгляд. Эти зеленые глаза пылали яростью, они прожигали насквозь, словно хотели проделать огромную дыру в черепе. Одинокая слеза скатилась по щеке и упала на выступившую ключицу. Анна так похудела за эти несколько дней. 3 дня она сидела в комнате и не выходила. Она отказывалась от всего. Она отгородилась от мира, словно была где-то за его пределами, словно не здесь, не сейчас и не в этой комнате. Анна подняла свою тонкую руку и смахнула слезу. Сделав глубокий вдох, она посмотрела на меня с болью. Эта боль проедала ее изнутри, словно яд, эта боль тянулась по её венам, растекалась по всему телу и вонзала свои клыки с всебольшей злостью и яростью, она не давала пошевелиться. Эта боль коснулась самого важного. Её сердца. Оно пульсировало, билось в агонии, задыхалось. Яд проник в нее до самых кончиков волос, запустил свои огромные, размашистие корни и не позволял двигаться. Её губы еле заметно искривились в полу-улыбке. Взгляд стал каким-то безумным, отстраненным.
-А знаешь, Драко, мне даже жаль тебя. Ты никогда не сможешь испытать это чувство, почувствовать то, что чувствую сейчас я. Ты будешь одинок. Всегда,-она твердо говорила эти слова. Они были пропитаны той болью, тем ядом, которые окутывали ее. Эти слова захлестнули меня новой волной ярости, злости и ненависти. Мое дыхание сбилось, а руки были напряженно сжаты в кулаки, от чего костяшки побелели до костей.
-Убирайся,-процедил я, наступая на нее. От моего взгляда она поежилась и её тело пробила мелкая дрожь. Ну и плевать!
-Ты поганая, грязнокровка! Как ты так можешь говорить обо мне? Ты даже не знаешь меня!-я вцепился в её плечи и вжал в стену. Её тело содрогалось все больше, она пыталась вырваться из моей хватки, что-то крича и плача. Но я стоял не двигаясь, сверля ее взглядом. По её щеке скатилась слеза и она подняла свои глаза, оставив свои попытки отбиться от меня.
-Ну что? Добился своего? Наконец сделал то, что хотел? Обозвал меня грязнокровкой? Доволен?-она словно выплюнула эти слова мне в лицо. Я ослабил хватку и ошалело смотрел мимо нее. Ей хватило этой секунды и она вырвалась из моей ослабевшей хватки. Я стоял, не двигаясь. Боль. Жгучая боль пронзила все тело, словно туда вбили горящий кол. В голове проносились картинки. Воспоминания о школе. Как я обзывал Грейнджер, как унижал, как смеялся и издевался над ней. Я потешался над ней. Мне это приносило удовольствие. Я был сволочью, тварью. Я был монстром. Медленно обернувшись, я увидел в углу Анну. Она сидела, прижав к груди колени, и медленно раскачивалась, что-то тихо шепча.
-...он не виноват...
-...это все я...
-...он предупреждал меня...-доносилось до меня словно эхом. Она подняла свой остекленевший взгляд на меня и ждала. Ждала, когда же я подбегу к ней, закричу на нее так, что будет уши закладывать, побью ее или изнасилую. Я не разрывал нашу зрительную связь. Да она и не давала. Её мысли быстрыми картинками проносились у меня в голове. Она боялась меня. Правда боялась. Я рухнул на колени и смотрел на деревянный пол. Я услышал сдавленное фырканье в углу, но даже не поднял взгляда. Чувство отвращения заволокло меня, окутало в черную дымку, я не мог дышать. Ненависть, отвращение, омерзение. Все это смешалось в один огромный ком, который подкатил к горлу. Я нервно сглотнул его, подавляя внутри себя те чувства, что гложили меня, терзали, мучали, заставляли страдать, чувствовать то, что прежде я считал нужным засунуть поглубже и не вытаскивать из своего подсознания. Никогда. Но...это было раньше. А сейчас...сейчас я готов пойти на все, чтобы избавиться от этих чувств, сбросить с себя эту тяжелую ношу, скинуть с себя железные оковы, которые стальными цепями обплели мое тело, не позволяя сделать ни единого шага, не задумавшись о той боли, что снова придется испытать внутри себя. На силу справившись с эмоциями я поднял свой взгляд на неё. Её лицо не выражало никаких чувств, маска безразличия. Глаза смотрели вдаль опустошенным, стеклянным взглядом. Грудная клетка спокойно вздымалась вверх-вниз, когда она дышала. Её колени были все также прижаты к ней, но уже не настолько сильно, одна рука лежала на полу, обмякнув, а вторая обвивала тонкие трясущиеся ноги. Я встал с колен и подошел к ней, протянув руку. Она медленно подняла на меня свои глаза. Затем перевела взгляд на мою руку. Уголки ее губ слегка приподнялись в саркастичной ухмылке.
-Нет, Малфой, мне не нужна твоя помощь. Проваливай к черту,-процедила она и встала с пола. Я вытащил из кармана джинс палочку и направил на нее. Моя рука дрожала, а глаза наполнились слезами. Сначала она испугалась, когда увидела перед своим лицом палочку, но спустя секунду, её взгляд снова стал безумным, отрешенным и она взяла мою палочку с другой стороны и приложила к своему лбу. Ужасная кривая ухмылка появилась на её лице.
-Ну же, Драко, сделай это. Произнеси это,-тихо шептала она. Моя рука продолжала дрожать, но я пересилил себя и заставил успокоиться. Я отошел от нее и слегка опустил палочку. Анна самодовольно хмыкнула и тогда я направил палочку и прошептал заклинание. Её взгляд опустел, теряя эмоции. Черты ее лица стали спокойными, умиротворенными, когда я забирал у нее память о себе. Так будет лучше. Для нее. Она будет думать, что очень долго работала и наконец хочет повидаться с родителями, а затем уехать жить в Париж. Увидеть Париж ее детская мечта. Пусть осуществится. Наконец, когда я закончил, я усыпил ее и с помощью палочки за две минуты собрал все ее вещи. Я сменил Анне одежду, привел ее в порядок. Когда она была готова я применил к ней империо, чтоб она не задавала лишних вопросов и мы трансгрессировали на вокзал. Послышался хлопок и вот мы уже у поезда. Я снял с Анны империо, но перед этим мягко и нежно поцеловал в щеку. Это все, что я мог. Что хотел. Она стояла у своих чемоданов и хмурилась. Я отошел на безопасное расстояние, чтоб она меня не могла видеть и наблюдал за ней. Вот она достает билет из сумки, берет чемоданы, ей помогают их поднять, она о чем-то беседуют с проводником, при этом улыбаясь и даже смеясь. От той пустой девушки, что была у меня в комнате не осталось и следа. Поезд тронулся и Анна грустно поглядывала в окно. Но затем к ней кто-то подсел и они начали оживленную беседу. Я тяжело вздохнул и, сделав шаг, погрузился в темноту. Через секунду я уже был в своей квартире. Такой пустой и ужасно тихой без Анны. Теперь ее не будет здесь, и в моей жизни. Ни-ко-гда.